Старший брат тут написал про девочек, не могу не перепостить =))
"Моя бабушка курит трубку
Я вот думал всегда - что за песня дурацкая? Бабушка какая-то дикая, топит фрегаты, но щадит стариков и детей - скажут тоже.... Думал так, пока Мирославу Николаевну не увидел. Есть такие люди – цельные. Вот смотришь на человека, и нет ощущения, что есть в нём какая-то трагедия, надлом там какой-то, или терзания, влекущие за собой ошибки, непоступление на профессию мечты, разбитую любовь, утерянные шансы и, как следствие, одинокую старость с потёртой шалью и сорока кошками.
Есть у неё ближайшая родственница - Василиса Николаевна. Вот с ней всё намного сложнее! Изящная, как фарфоровая статуэтка, с прозрачными, словно гренландский лёд, огромными голубыми глазами, в которых, кажется, застыла тревога, даже когда она смеётся. Василиса Николаевна всем своим видом рвёт душу – как-то у тебя всё сложится, солнце?
А вот глядя на Мирославу Николаевну, нет такого ощущения.
Василиса занимается тэквондо, что для столь трепетной особы само по себе выглядит как подвиг. Однако ж она прекрасно делает ката - не знаю, как это в тэкондо называется - сольное выполнение всех приёмов на технику. Тут она безупречна! Движения идеальны, удары резки, как взмах саблей! Про неё ещё Пушкин писал:
Блистательна, полувоздушна,
Смычку волшебному послушна,
Толпою нимф окружена,
Стоит Изюмская; она,
Одной ногой касаясь пола,
Другою медленно кружит,
И вдруг прыжок, и вдруг летит,
Летит, как пух от уст Эола;
То стан совьет, то разовьет,
И быстрой ножкой ножку бьет.
Понятно дело, что у столь хрупкой особы спарринги носят волнующий характер со сложной внутренней драматургией, в основном для её ближайших родственников.
Другое дело Мирослава Николаевна, которая тоже захотела заниматься тэквондо и всем дать в дыню. И глядя на её цельность и хитрую улыбку, почему-то не сомневаешься, что ей это удастся! Эта самая хитрая улыбка её, с которой она отнимает у всех ровесников своих всё что только пожелает и убегает с весёлым хохотом, - она о многом говорит!
Это прекрасное качество для каперов, и когда-нибудь Мирослава, крепко стоя на качающейся палубе и прикуривая от куска реи только что потопленного галеона, поправит чуть съехавшую от горячей битвы треуголку, улыбнётся связанному капитану и остаткам команды и скажет: "Джентельмены, приятного вечера!". И повернув голову к своему боцману: "Мистер Мёрдок - за борт всех!". Или на световой скорости бороздя немыслимые глубины космоса, оставшись одна на каком-то торговом корабле, она будет держать за хвост одного чужого, а другому, прижав кованым сапогом к полу, бить в дыню. Чужие будут плакать и просить отпустить их, и что они никогда-никогда так не будут больше.
Человек-огонь, человек-оторви и брось, который с весёлым хохотом идёт по жизни и точно что-нибудь покорит!"
И дополню фоточками героинь