[показать]
23/3
С сегодняшнего дня "Аэрофлот" повышает внутренний курс доллара для расчета стоимости билетов на 0,50 руб., до 31,5 руб. Об этом сообщили в департаменте управления доходами авиакомпании. В результате стоимость авиабилетов на международные рейсы "Аэрофлота" увеличится в среднем на 1,5%. Последнее повышение внутреннего курса доллара "Аэрофлот" проводил 15 ноября 2004 года.
Напомним, что 10 января в Хасавюрте была задержана "Волга", в которой ехала дочь покойного президента Чечни Ахмата Кадырова Зулай с охраной. На просьбу омоновцев предъявить документы она показала паспорт и пояснила, что является дочерью покойного президента и в сопровождении сотрудников охраны своего брата, первого вице-премьера Чечни Рамзана Кадырова, направляется из Хасавюрта домой. Паспорт госпожи Кадыровой был в порядке. Но у сопровождавших ее вооруженных чеченских милиционеров командировочных документов не оказалось, и омоновцы препроводили их в горотдел милиции для разбирательства. Там, по версии дагестанских милиционеров, у госпожи Кадыровой случился приступ астмы, и, упав, она повредила руку. В тот же день, узнав о задержании сестры, Рамзан Кадыров с отрядом охранников прибыл в Хасавюрт. По одним показаниям, прибывших в Хасавюрт было около 300 человек, по другим -- более 500. В Хасавюрт приезжал и замминистра МВД Чечни Хамзат Гусейнов. Зулай Кадырова и ее телохранители были освобождены. Местные милиционеры, оказавшие сопротивление кадыровцам, были избиты.
Умер архитектор Кензо Танге
архитектура некролог
В своем токийском доме от сердечного приступа скончался величайший архитектор ХХ века Кензо Танге. Создатель современной архитектуры Японии, строитель зданий, вошедших в историю, учитель многих нынешних знаменитостей не дожил до 92 лет. Погребальная служба пройдет в пятницу в церкви Святой Марии, которую он построил сорок лет назад.
В мае 1994 года восьмидесятилетний, старый, как мудрая черепаха, Кендзо Танге приезжал в Москву. Его приглашали, чтобы обсудить намечавшийся проект реконструкции Большого театра, тот самый, вокруг которого кипят сейчас такие страсти. Японцу торжественно вручили почетный диплом академика Российской академии архитектуры и лицензию на право строительства в Москве. Как мы теперь знаем, Кензо Танге не воспользовался открывшимися ему блестящими перспективами.
Да и зачем? И так трудно было найти иностранного архитектора, более влиятельного и более цитируемого в России. Не сосчитать вольные переложения его знаменитого Культурного центра в Нитинане, которые под названием сельских клубов или дворцов культуры получали вторую жизнь в России. Его Олимпийский спортивный комплекс в Токио стал образцом для олимпийских арен Москвы 80-го года. А Yamanishi Broadcasting and Press Center в Кофу радостно приспособили для пресс-центра на Зубовском бульваре.
Между тем Кензо Танге не так интересовался формой, как идеей. В 1960 году он предложил ошеломивший мир проект "Большого Токио". Архитекторы вынесли жизнь мегаполиса в Токийский залив на огромный обитаемый мост из сплетенных автострад, над которыми гроздьями висели дома. Это был последний реальный фантастический город ХХ века, равно вдохновленный японским экономическим чудом и идеями Ле Корбюзье. И хотя никому ни на миг не приходило в голову, что этот проект удастся реализовать, японская архитектурная школа стала первенствовать и в градостроительстве.
Кензо Танге начал строить после войны в стране, где разом менялось все -- от политики до обычаев, от жилища до одежды. Его Центр мира в Хиросиме с памятником жертвам атомной бомбардировки сделал Танге знаменитым. После этого он был буквально завален муниципальными заказами и хотя бы раз в два года открывал новую постройку. Их список фантастически плотен: 1953-1954 -- ратуша в Симидзу, 1955-1958 -- префектура Кагава в Такамацу, 1956-1958 -- центр искусств Согэцу в Токио, 1957-1960 -- здание рекламного агентства "Дэнцу". Каждая постройка воспринималась буквально как откровение и повторялась во всех влиятельных архитектурных изданиях. Танге постепенно изобретал новую пластику бетона, превращая здание из машины в скульптуру.
"Зачем опять обсуждать то, что я уже построил? -- отвечал он осаждавшим его журналистам.-- Мне еще столько предстоит сделать. Каждый новый проект для меня -- шаг из прошлого в вечно меняющееся будущее". В конце 60-х он писал о чайных церемониях, о традициях, о монастырях, о символике кровли -- на фоне чудовищной скуки вырождающейся современной архитектуры это выглядело почти философией. К тому же это соответствовало образу мастера архитектуры XX века, умеющего не только строить, но и рассуждать. В этом Танге -- очевидный наследник Ле Корбюзье, которого он знал через своего учителя Кунио Маэкаву. Под влиянием Ле Корбюзье он, по собственному признанию, выбрал не только карьеру архитектора, но и педагогику, воспитывая тогдашних архитектурных мальчишек, нынешних сэнсеев Арату Исодзаки, Кисе Курокаву, Тадао Андо.
Он был
Читать далее...