Очень интересные уроки вязания крючком

Уроки вязания крючком

[показать]

Метрополь Парасол — деревянная структура, расположенная на Ла Энкарнасион-Сквер, в старом квартале Севильи, Испания. Разработанная немецким архитектором Юргеном Майером-Германом, структура напоминает рощу больших деревьев высотой до 26 метров. Структура Metropol Parasol имеет размер в 150 на 70 метров и считается самой большой деревянной структурой в мире. Здание также известно, как Las Setas de la Encarnacion (грибы Инкарнасьона).

Источник

Английский живописец самоучка Edward Ladell (1821-1886) был, вероятно, самым известным из всех художников, писавших натюрморты викторианской эпохи. С 1856 он выставлял свои картины в Королевской Академии, британском институте живописи и обществе британских художников. Edward Ladell и его жена Ellen, которая, как и муж, была художником, жили достаточно скромно в Колчестере, в Эссексе, Британия. Они вместе разработали очень четкий стиль натюрморта в лучших традициях голландских картин. Натюрморты Edwardа и Ellen Ladell, наполненные викторианским богатством цвета, делают их мгновенно узнаваемыми и их неизменно высокое качество обеспечила огромную популярность этим творениям .
Картины хранятся в лондонской Академии художеств, а также их можно увидеть в художественных галереях в Бристоле, Колчестере, Эксетере, Харрогите и Шеффилде.

[показать]
Still Life with Birds Nest and Fruit, oil on canvas

В 1704 году шотландский моряк Александр Селькирк по собственному требованию был высажен на острове Мас-а-Тьерра. На нем он прожил следующие 4 года, а его история легла в основу романа Даниэля Дефо «Робинзон Крузо». Реши вы сейчас последовать примеру моряка и уединиться на острове, придется серьезно поднапрячься в поисках подобной суши: с 1877 года на острове Мас-а-тьерра начали постоянно проживать люди, а после того как в 1966 году его переименовали в остров Робинзон-Крузо, на него ринулись полчища туристов.

Найти землю, куда не ступала нога человека, конечно, вряд ли получится, но познакомиться с первозданной природой и посетить изолированные от цивилизации места — вполне осуществимо. Мы разыскали 10 уединенных островов, где, хоть пусть и на пару часов, можно почувствовать себя настоящим Робинзоном. 

[показать]

Анг Тхонг, Таиланд

Практически нетронутую природу можно найти на архипелаге Анг Тхонг, что расположен примерно в 30 км. от острова Самуи. Нетронутой она была до тех пор, пока 40 островов архипелага не включили в состав национального парка Му Ко Анг Тхонг и не начали возить туристов. Но, несмотря на это, все острова, за исключением одного, остаются необитаемы. Население есть только на острове Ко Палуа. Живут там морские цыгане, которые зарабатывают себе на жизнь исключительно рыбалкой.

Я охапку цветов, будто вовсе не март... Брошу к вашим ногам,  как мальчишка. Художник Douglas Frasquetti

Я охапку цветов, будто вовсе не март, будто лето,
Брошу к вашим ногам,  как мальчишка, который влюблён.
В глубине ваших глаз, вдруг заплещутся лучики света,
И растает сугроб – тот, что в сердце давно наметён.
 
Где я взял те цветы, не отвечу, нет, нет, не просите!
Полевые ромашки, не розы, не ветку мимоз.
То, что раньше  не смог вас найти, вы не строго судите…
Просто наше свиданье отсрочил февральский мороз.
 
Брошу к вашим ногам и себя и цветы полевые,
И вдруг сердце забьётся, как колокол в грешной груди…
Вы простите меня за нескромные мысли шальные,
Видно, где-то застенчивость я растерял по пути.
 
И совсем невзначай, не нарочно, клянусь вам, ей-богу,
Я коснусь вашей нежной, немного озябшей руки.
И хрусталики слёз на щеках нарисуют дорогу…
Это вовсе не слёзы, а талой воды ручейки.

Виктория Хвалова,

Я охапку цветов, будто вовсе не март... Брошу к вашим ногам,  как мальчишка. Художник Douglas Frasquetti

Я охапку цветов, будто вовсе не март, будто лето,
Брошу к вашим ногам,  как мальчишка, который влюблён.
В глубине ваших глаз, вдруг заплещутся лучики света,
И растает сугроб – тот, что в сердце давно наметён.
 
Где я взял те цветы, не отвечу, нет, нет, не просите!
Полевые ромашки, не розы, не ветку мимоз.
То, что раньше  не смог вас найти, вы не строго судите…
Просто наше свиданье отсрочил февральский мороз.
 
Брошу к вашим ногам и себя и цветы полевые,
И вдруг сердце забьётся, как колокол в грешной груди…
Вы простите меня за нескромные мысли шальные,
Видно, где-то застенчивость я растерял по пути.
 
И совсем невзначай, не нарочно, клянусь вам, ей-богу,
Я коснусь вашей нежной, немного озябшей руки.
И хрусталики слёз на щеках нарисуют дорогу…
Это вовсе не слёзы, а талой воды ручейки.

Виктория Хвалова,