Часто, когда я не в настроении, кидаю ему "Когда же я сдохну?Что бы глаза мои тебя ,больше не видели!" Конечно,говорю это не со зла и совсем так не думаю. Но вижу его реакцию. Он искренне ругает меня за эти слова. Пусть, только и глазами... Мне и самой стыдно,что я всякий раз поддеваю его выражениями,типа этого. Можно подумать,что я отчаявшийся человек,мне не за чем жить,я устала... Но это не так. Возможно, мне нравится его выражение лица,после моих слов о смерти. Осуждение, желание выдать мне самую горячую затрещину. Мои личные демоны торжествуют,когда он,вот так,смотрит на меня.

Но,я помню. Когда мы только познакомились.Мне было тогда всего 17-ть,а ему 21.Он все время говорил,что ему не за чем жить,что хоть в петлю лезь,и все вокруг ему насточертело.А я ругала его за эти неправильные,дурные мысли. Всегда хотела уберечь его. Делала его жизнь ярче,светлее. Что бы он смог ей радоваться. Иногда у меня просто опускались руки и я злилась на него.Говорила,что мысли у него депрессивного подростка и он уже взрослый,что бы говорить и думать такое.

И в итоге,он стал другим. Заботливым,серьезным. Готовым защитить меня и защищавшим. А мне стало спокойно. Настолько спокойно,что я и не понимаю теперь: люблю ли я его,или это просто привычка?

И вот я снова задеваю его. Говорю,что не протяну с ним долго.Что он достал меня и надоел.Что я была бы рада,если умерла бы молодой,а не дряхлой старухой.Иногда,наказываю ему, какой мне нужен гроб.Хороший,теплый.Знаю,он не поскупится. И,опять замечаю,как каждое мое слово ранит его. И я хорошо понимаю,что он чувствует теперь,ведь когда-то я чувствовала тоже самое.

Я ругаю себя. Ненавижу. Идиотка! Дрянь! Сволочь!

Но он никогда не уходит. Он обнимает. И я знаю наверняка, что сейчас он любит меня,как никогда раньше. И я должна быть благодарной...

Потрясающее произведение потрясающего автора: http://hogwartsnet.ru/fanf/ffshowfic.php?l=0&fid=68780&chapter=1 

- Я думаю, сначала. Как ты жил до того, как вы познакомились?

- Как жил? Как живут дети в Шлаке? Мой отец был шахтером и целыми днями ломался под землей. Он приходил домой, едва держась на ногах от усталости, но его заработков не хватало, чтобы мы сводили концы с концами. Он выкраивал время для нелегальной охоты и рано стал брать меня с собой в лес. Учил ставить силки, делать ловушки, ловить рыбу. Он все умел, у него все получалось – он был такой умный, сильный, находчивый, бесстрашный… а в Шлаке он превращался в загнанный скот, в быдло, там все были такими. Изо дня в день терпеть издевательства миротворцев, унижаться перед надзирателями в шахтах, а если не будешь – тебя просто забьют до смерти. Если бы не лес, он бы не выдержал. В лесу мы могли говорить обо всем. Он ненавидел Капитолий, но что он мог сделать один? Ну, вдвоем… Трой Эвердин, отец Китнисс, был его другом. Они были другие, не такие, как все, это я сейчас уже понял. Они не боялись. Они не хотели смотреть на то, как их семьи подыхают с голода. Они охотились, носили добычу в Котел. Пока отец был жив, мне не нужно было подписываться на тессеры. Он научил меня всему, что умел сам. Он бы сумел поднять восстание, но у нас в Двенадцатом вряд ли кто-то пошел бы за ним. Все слишком боялись, тряслись за свои семьи, за свою жизнь. Хотя дерьмовее, чем у нас, жизнь и придумать сложно. У вас было так же?

- Как везде. Пожалуй, даже пожестче - никому бы и в голову не пришло продавать миротворцам добычу, иначе головы лишились бы сразу.

- Ну, не знаю. Я ненавидел нашу жизнь. Ненавидел шахты, потому знал, что однажды сдохну в них, когда больше не смогу работать. Ненавидел городских, за то, что они богатые и сытые, что им не приходилось унижаться и рисковать, за то, что они над нами смеялись, что мы нищее отродье из Шлака… Надо мной, правда, очень быстро перестали смеяться – я умел постоять за себя.

- Думаешь, городские ели досыта и не унижались? Так не бывает, Гейл. В дистриктах так не бывает. Капитолий бы этого не допустил.

- Не допустил? Да большая часть городских - приспешники Капитолия. Хочешь сказать, нашему мэру плохо жилось? Его дочь носила роскошные платья и золотые украшения, и ей не приходилось записываться на тессеры. А мама пыталась сшить Пози обновку из своих старых вещей или рубах, которые относили трое пацанов. И в свои восемнадцать лет я был записан на Жатву сорок два раза.

- Ты противоречишь сам себе, парень. Вот ты говоришь, что, когда жив был твой отец, никто из вас не брал тессеры, а я думаю, что если бы у той девушки погиб отец, ей было бы нисколько не легче.

- Мой отец погиб из-за них!

- Мэр был виноват в его смерти?

- Лично нет, но он был слугой Капитолия. А Капитолий сгубил моего отца.

- Как он погиб?

- Был взрыв в шахте. Многим удалось спастись, но нам не повезло. Мой отец, отец Китнисс, еще несколько человек погибли.

- Семьи бросили умирать?

- Ну, вообще-то нас наградили и дали какую-то денежную компенсацию… а потом все. Крутитесь, как знаете. Нам хватило продержаться самое тяжелое время - мама должна была родить.

- Хватило денег на врача?

- Какие врачи в Шлаке? Миссис Эвердин из семьи аптекарей, она лечила больных, но тут она вообще соображать перестала - сидела на стуле со стеклянными глазами. Я позвал Сальную Сэй. Мы с ней справились сами.

- Ты принимал роды у матери?

- А что я должен был делать? Кто-то смог бы сделать это за меня? Вообще-то все самое сложное сделала Сэй, я только помогал ей.

- Ты смелый парень, Гейл Хоторн. Не каждый мужчина вынесет присутствие на родах. Сколько тебе было тогда ?

- Четырнадцать. Мама едва поднялась и уже искала работу. Она устроилась прачкой, мы по очереди нянчили Пози, а я стал ходить на охоту. Один. Это было опасно: поймают – верная смерть, но я не мог их бросить. Мы с мамой пообещали, что сделаем все, чтобы дети не брали тессеры. И мы держали слово. У меня получалось охотиться не хуже отца. Я знал лес, умел делать ловушки.

- Твоя мать – сильная женщина. Она, наверное, гордилась тобой. В четырнадцать лет кормить семью вместо отца сможет далеко не каждый. Да еще и охотиться. Ты не боялся ходить в лес?

- В лес? Я любил лес. Там, в лесу, все по-другому. Там все по-честному. Звери гораздо лучше людей, Далтон. Они никогда

Чем старше становлюсь,тем чаще задаю себе этот вопрос. Нет,мне совсем не страшно умерать. Сегодня? Завтра? Да, пожалуйста! Но меня волнует, есть ли там... по ту сторону, какое-то существование? Ведь,если существует Ад и Рай, то нет ничего страшного в смерти. К Раю я себя,конечно,никогда не готовила.По-моему,туда должны попасть,только самые светлые,чистые,добрые в делах и помыслах души. И я рада бы попасть в Ад. Пройти круги,мне предначертанные. Если так будет нужно, то и по нескольку раз. И я не буду кричать и молить о пощаде.Я хорошо помню каждый свой проступок и каждую ложь. Это будет очищением. И это будет справедливо. Но,если там... по ту сторону, нет ничего. Пустота. Вечное забвение. Как же не бояться? Как же не страшится смерти и не беречь ломкую,как кусок хрусталя жизнь?

Честно, второй вариант пугает меня. Он режет мои мысли.

Я не хочу забывать... Я не хочу впадать в вечную кому,где кроме постоянной, всепоглощающей тьмы - нет ничего.

Вот это страшнее всего. Страшнее самых жестоких пыток. Этого я и боюсь.

"Знаешь, идти умирать не так страшно... Меня вообще, не страшит смерть. Идти убивать,вот чего я по-настоящему боюсь. Я боюсь,что это сломает меня,а мне так хотелось бы остаться собой...до конца."

Сама не понимаю, как добралась домой. Но думаю, что бегом.

Стою на пороге. Радостная. Улыбчивая.

Я не часто такой бываю.

Разувшись бегу в спальню родителей, что бы сообщить маме о письме, рассказать о том, что я чувствую.

Распахиваю дверь.

Спертый воздух бьет в ноздри. В полумраке комнаты, мама, как и прежде, лежит на пастели. Бледная. Худая. Но сейчас, хотя бы не стонет от страшной боли внутри нее.

Я с трудом проглатываю комок подкативший к горлу и осторожно, почти беззвучно, закрываю дверь в спальню родителей. Медленно и виновато бреду в свою комнату. Каждый раз, приходя домой, надеюсь вновь увидеть маму здоровой. Но это невозможно. У нее рак, а это сейчас не лечится. Единственное, что в силах предложить нынешние врачи – морфий. Он успокаивает, притупляет боль, дает надежду, но совсем не лечит. Раньше он помогал. Но, чем дальше, тем хуже. Судя по тем невыносимым крикам, которые мама издает по ночам. Морфий совсем не действует. Боли стали сильнее, крепче, безжалостнее.

Мне страшно. Я совсем не могу ей помочь.

Достаю из портфеля письмо и плюхаюсь на кровать.

Странно, но вся моя радость, куда-то улетучилась. Оставив грубый осадок из боли, обиды и равнодушия.

Кидаю желтоватый конверт на тумбочку рядом с кроватью и волочусь в ванную.
Раздеваюсь.

Тонкая струйка чуть теплой воды, омывает мое тело с головы до ног, как будто смывая все плохое и ненужное. Дурные мысли уходят сами собой и я, вновь чувствую в себе желание поскорее прочесть долгожданное письмо. Эйфория в моей душе достигает своего пика. И я, закутавшись в папин халат, лечу в свою комнату. Запрыгиваю на кровать и немедля разрываю конверт.

Кроме письма, написанного аккуратным изящным почерком, я замечаю фотографию. На фоне потертой временем деревянной стены, освещенные яркими лучами солнца, стоят двое юношей. Один высок, широкоплеч, прекрасно сложен. Сосредоточенный и серьезный взгляд. Темные, почти черные, волосы. Даже на фотографии видно, какие необычно красивые у него глаза. Не голубые, а будто синие. Такие яркие. Необыкновенные. У его рубашки завернуты рукава и поэтому, не нужно заострять внимание на фото, что бы заметить его сильные, мускулистые руки. Думаю, это Брент – старший брат Джоша. Ему, должно быть, сейчас двадцать четыре. Джош много писал о нем.

Рядом стоит он. Такой прекрасный, красивый… В последний раз он присылал свое фото, примерно лет шесть назад. Я отправляла свое. Нам было по одиннадцать лет. Как же он изменился за это время. Этот милый мальчик с ярчайшей ,заражающий позитивом улыбкой, возмужал и стал настоящим мужчиной.
Джош стоит опершись спиной о деревянную стену дома. Он на целую голову ниже брата, но лишь немного уступает в мускулатуре. Едва улыбается краешком губ и ,конечно ,глазами. Такое ощущение, что он хочет рассмеяться или улыбнуться своей самой фирменной улыбкой, но кто-то, по ту сторону камеры, кричит:»Ты должен быть серьезным, парень!»

Хм… Улыбаюсь и кончиками пальцев провозу по Джошу на фотографии.

Большие карие глаза, такие же, как и на той детской фотографии. Добрые, приветливые, родные. Светло-русые волосы, слегка взъерошены. Возможно, постарался ветер, но ничуть не удивлюсь, если окажется, что это дело рук Брента. Джош писал, как старший брат любит подшучивать над ним. Яркие лучи солнца, озорно играют на мускулистых руках Джоша. На нем черная футболка с коротким рукавом и широкие темно-зеленые брюки. Возможно рабочая одежда. У родителей Джоша большая ферма и он с братом, с самого раннего детства работает на ровне со взрослыми.

Не отрывая взгляда от фото, ложу его на тумбочку, рядом с кровать. Еще какое-то время смотрю на него. Затем раскрываю белоснежный листок и читаю:

«Прости. Я умоляю, Дина! Если можешь, то прости меня!
Это все из-за меня. Эта задержка писем, вечные досмотры почты.
Из-за меня пострадало все Поселение, но мне плевать на них.
Ты, скорее всего, теперь ненавидишь меня. Но я не мог написать раньше.
Я пытался бежать. Забрался в машину везущую почту к парому. И это мне удалось.

До порта добрались без проблем. А там досмотр и я просто не успел спрятаться.
Меня поймали и отправили обратно в Поселение 38-0, но не домой, а в полицейский участок.
Отец отказался вносить залог. Сказал, что поделом мне. Я пробыл за решеткой две недели.

И все это время думал о тебе. Как же я смог подвести тебя? Нужно всего лишь вытерпеть эти два года и я мог бы устроится на паром, а там и придумать, как добраться к тебе.
Прости, я не должен был делать этого. Мне очень стыдно. Ты, наверное, переживала.

И безумно злилась. Я бы и сам злился…

-Сегодня я шла домой,через парк.И на тропинке, между деревьев ,нашла клевый,навороченный телефончик.
-И?...
-И... вернула его владельцу!
-Наташа,ты че дура?
-Вот и я сейчас так думаю.

Я до сих пор не посмотрела 8 и 9 серии 10 сезона "Сверхъестественного".Как? Почему? Святой Люцифеееееееееррррр!!! Да простят меня Винчестеры и все круги ада! Я исправлю эту оплошность в эти выходные. Вы еще будете мной гордиться.

А для нашего президента, хочется поставить песню группы Сплин - "Гни свою линию."

Глава 1

-Именно в этот день, ровно шестьдесят четыре года назад, на нашу, некогда большую и многонациональную страну, была сброшена первая бомба. Которая уничтожила одну из самых процветающих областей нашей страны и стерла с лица земли вторую столицу нашей родины. Так началась самая страшная война в истории человечества. Война атомного и ядерного оружия…

Варвара Анатольевна, как всегда пунктуально и непредвзято, излагает факты Новейшей истории. Она всегда преподносит информацию так, будто в прошлом она вовсе не касалась ее семьи. Будто не заставляла страдать и корчится от боли, ее близких. Так и подобает, вести себя настоящему историку. Она никогда не называет вещи своими именами. Дипломатично обходит неровности и сглаживает углы. Но мы то знаем, кто на самом деле развязал эту войну.

Немолодая женщина, но очень подвижная и светлая. Про таких говорят, что: возраст их совсем не портит. И правда, глаза ее совсем молоды. Как у моей старшей сестры Тони. Озорные и полные ребячества. Хм… мне никогда не стать такой беззаботной и счастливой. Жадно глотающей каждое мгновение жизни. Радующейся новому дню или просто улыбке незнакомого человека.

Я сижу за последней партой. Одна. Изредка поглядываю в окно.

Темно. Сыро. Одиноко…

Будто нет больше места, солнцу ,в нашем убитом радиацией городе.

Я до сих пор поражена: как мы смогли сохранить классический вид хомо сапиенс? Почему у нас до сих пор не выросли хвосты? Или кроличьи уши? Или по три головы, например?

В редкие дни, сквозь тугой туман, все же, пробиваются робкие лучики солнца. И тогда наш поселок преображается. Взрослых отпускают с работы, а нас освобождают от школы. И тогда, мы проводим время на улице, насыщая свои организмы витамином «Д». Но таких дней, в году, можно пересчитать по пальцам. Правда и зим совсем не стало. В детстве, мама рассказывала мне, да и из уроков по географии, мне известно, что раньше на просторах нашей страны существовало три времени года. Каждое из них, было окрашено в свой цвет. Цвет зимы – белый. Всегда считала его безупречным. А еще, я немного знаю про снег. Это множества снежинок, каждая имеет свою неповторимую форму. Он, должно быть, чудесный! И очень холодный.

Но это ничего. Когда наступает весна, улицы всех поселков нашей родины, окрашиваются в белые цвета. Выпускники надевают белые одежды. Для девочек, это белоснежные хлопчатые платья и туфли на низком каблуке, для мальчиков белоснежные брюки  из хлопка и рубашка, того же цвета. Выпускники обязаны носить эти наряды целый месяц, перед окончанием школы. Существует целый ритуал. Каждый раз, идя в школу и возвращаясь из нее, выпускники встают в колонну и проходят этот путь держась за руки с одноклассником противоположного пола. Обычно, этот маршрут прост. Главное пройти через центральную площадь. По традиции, там собираются люди и приветствуют подросшее поколение, аплодисментами. Я и сама там часто бывала. Мне казалось это зрелище очень красивым и вдохновляющим. Ну, а в этом году я и сама окажусь в белоснежной колонне. Пока не знаю с кем. Может с Ромой или Сережкой. Хм… Они клевые парни. Отличные друзья, но…

Ха! Странно, чем я старше, тем больше начинаю представлять себя вместе с тем или иным человеком. Но, на мою беду и огорчение, мне не хочется быть ни с одним из них. И как только в нашем поселке люди находят друг друга? Как влюбляться, если знаешь их всех с пеленок?

Возможно, было бы проще, имей я право и возможности, путешествовать по другим городам, а точнее поселкам. К слову, теперь нет городов, областей и сел. Нет обширных территорий и ресурсов, о которых нынешнему поколения известно, лишь из уроков по географии и истории. Все до Уральского хребта, покрыла пустыня. После, скудная растительность, едва способная прокормить тамошнее население. Нашему поселку повезло больше. Мы, практически, живем в густом лесу. Кажется, раньше здесь была Сибирь. Именно поэтому, наш поселок является, чуть ли не самым большим и богатейшим, в стране. Золото и другие полезные ископаемые, древесина, нефть, газ. Но, только в том количестве, которое способно согреть и снабдить необходимым, внутри страны. Теперь и речи не идет добывать, что-либо на продажу. Да и продавать некому. Европа, теперь однообразная, огромная, ничем не привлекательная пустыня. Некогда прекрасная, теплая, радостная Австралия, промерзла от вечной мерзлоты нового климата. Китай – единственно, нормально живущая страна. Разумеется, «нормально живущая», по нынешним меркам. У них есть вода, еда, топливо. Все необходимое. Но и добраться туда не легко, хоть и близко. На границы, даже муха не пролетит, не то, что человек. Но мы туда и не рвемся, у нас тоже есть  все необходимое. Даже телевидение. Правда, работает всего два часа в сутки. Но и этого с головой

Да! Я в этом убеждена! Он потрясающий... герой моего романа! Странно, вот пишу о нем. Описываю внешность,эмоции,чувства полностью выдуманного персонажа и влюбляюсь в него. Бред! Конечно, по-другому это и не назовешь.Но разве это не счастье - любить то, чем занимаешься? Обожать плоды своего трудолюбия? А если по правде,то они все замечательные. Все герои моего нового,а точнее, единственного серьезного произведения, на которое я возлагаю большие надежды, все они мои любимцы. Плоды моей буйной и бурной фантазии. Не идеальные, но такие живые.

Мама,так уверенна в том,что я непременно вернусь обратно.Что мне там будет лучше.Больше перспектив и комфортнее в жизненном плане.Но я не хочу бездарно потратить свою жизнь,так ничего и не попытавшись сделать.Того о чем так долго мечтала.Того к чему так долго стремилась.И вот теперь,когда все начало более или менее получаться - я не отступлю. Нет! Я не вернусь домой!

http://ficbook.net/readfic/2659544 

Пит Мелларк,тот еще секси-шмекси. Но кто бы мог подумать,что в качестве нового президента Панема,он будет настолько хорош.Этот парень так и пышет сексуальностью.Он,как оголенный провод,который хочется потрогать не смотря на то,что шансы выжить,после таких необдуманных действий,сведены к нулю.

1.
[500x488]

Моя маленькая победа.Удалила свой твиттер.Теперь "яяяяя свободеееен,словно птица в небесах..."!