Наша жизнь – трагедия, это знает каждый, поскольку каждому известен финал этой пьесы. Но что она еще и комедия, понимает не любой из ее участников. Мне повезло: я ощущаю оба эти жанра.
Дед мой по матери был купцом первой гильдии – торговал то ли зерном, то ли лесом, жил в Царицыне, но в одночасье был изгнан из города и разорился. Есть две истории на этот счет. Первая о том, что он за слово «жид» ударил по лицу какого-то важного городского чиновника. А вторая, что дед, жуткий бабник, дружил с губернатором и одновременно ухлестывал за его женой, причем не без успеха. Разорившись, дед продолжал жить очень весело.
О своих корнях, как абсолютное большинство советских людей, я знаю крайне мало – тогда не принято было интересоваться генеалогией. Мы жили как Иваны, не помнящие родства. Хотя это сочетание – Иван, не помнящий деда Абрама – довольно странное.
Папа – инженер-экономист, на всю жизнь испуганный 37-м годом,очень боялся моих гуманитарных замашек, поэтому настоял, чтобы я получил полезную профессию и стал инженером. Мама окончила консерваторию и юридический. Она всю жизнь посвятила семье и, кажется мне, прожила не свою судьбу.
В каждой семье должен быть один приличный и умный человек. У нас это мой старший брат Давид. Он внесен в Книгу рекордов Гиннесса за то, что пробурил самую глубокую в мире скважину на Кольском полуострове. Он отдал этому делу 35 лет жизни и все здоровье. Если к этому добавить, что все это делалось на советском оборудовании, то он совершил подлинный геологический подвиг.
Из стандартных вопросов, которые мне задают журналисты: почему я пишу слово «говно» через «а». Это мой вклад в русский язык.
Бабушка мне часто повторяла: «Гаринька, каждое твое слово – лишнее».
Меня, тихого мальчика из интеллигентной еврейской семьи, все мое детство и юность часто и крепко били сверстники. И я этим людям очень признателен – благодаря этому я вырос здоровым мужиком и знаю, что побои – это не страшно. Потом, когда сел в тюрьму, когда был в лагере и в ссылке, я совершенно спокойно относился к ситуации. Запаха страха, который точно существует, от меня никогда не исходило.
Приятно приплести к своей биографии звучное имя. Так, Петр Рутенберг, один из основателей государства Израиль, а до этого эсер-боевик, был моим двоюродным дедушкой. Именно он организовал исторический разговор с попом Гапоном, которого потом повесили рабочие и о котором написано в каждом учебнике по истории. Говорят, он любил повторять: только не забывайте мое прошлое. В его устах это звучало угрожающе.
Все мое сознательное детство пришлось на послевоенные годы. Это было чрезвычайно голодное время. Я до сих пор помню 4 тарелочки, на которых лежали 4 маленькие порции хлеба – ежедневный паек.
Молодость должна быть бурной. Если это не так, человека просто жаль.
В отношении женщин в юности я был практически всеяден. Это отчетливо видно по стишкам. Главным критерием красоты являлась худоба, а идеалом – Фанера Милосская. В те годы я напоминал себе бычка, который вырвался на свободу из загона. Мне как-то написали записку: Игорь Миронович, у вас действительно было много женщин или это только на бумаге? Могу сказать, это еще и воображение.
Первые любови у меня были все несчастные. В девятом классе влюбился в девочку с красивым именем Стэлла. А она отдала предпочтение студенту педагогического института. Как я его ненавидел! Потом я полюбил однокурсницу. Но на ней женился мой товарищ. Я страдал. Но прошло пять лет, и я понял – какое это счастье, что на ней женился он, а не я!
У нас, старичков, очень плохо с памятью. Особенно когда мы не хотим вспоминать.
Когда я переживал личную трагедию, становился невыносим:жаловался друзьям, курил одну сигарету за другой, крепко выпивал, писал стишки. Эти способы помогают и сейчас. Когда же проверенные способы не действуют, просто терплю, как ежик, на которого наступил слон.
С Татой нас познакомила общая приятельница, и очень быстро все сложилось просто замечательно. Поэтому у нас между де-факто, когда это произошло, и де-юре, когда мы расписались, промежуток всего год. Жена замечательно говорит: де-факто – это твой праздник, а де-юре – мой.
Всегда полагал, что женитьба – это чудовищное ограничение свободы. И не ошибся. Но мы все когда-то лезем в добровольное рабство. Когда желание сильно, мужчина слепнет.
Я нашел причину удачного брака: год рождения моей жены это размер моей обуви, а год рождения мой – это размер обуви Тани. 43 и 36.
На собственную свадьбу я опоздал на 40 минут – за три дня до этого события был в командировке, где у меня украли паспорт. Я решил попросить помощи у начальника отделения милиции, объяснил ему, в чем дело, и получил совет подарить паспортистке коробку конфет, и она сделает все, что нужно. Видимо, коробка была гораздо меньше, чем ожидания дамы, и она выразила свое недовольство вот каким образом – имя мое, фамилия и все сведения были написаны очень маленькими буковками, зато слово «еврей» – очень крупно. Паспорт этот много лет был предметом моей гордости.
Детей я не воспитывал. Я просто Читать далее...

 

Дети — самые чистые создания на этой Земле. Некоторым везет получить счастливое детство в семье, а на чью то судьбу с ранних лет выпадают испытания в виде потерь и обид. Эти стихи заставляют плакать даже самого черствого человека — разговор ребенка с Богом.

/cdn1.kakao.im/wp-content/uploads/2018/09/1-9-300x212.jpg" target="_blank">https://cdn1.kakao.im/wp-content/uploads/2018/09/1-9-300x212.jpg 300w" width="750" />

Здравствуй, Бог! На небе тоже лето?

Скажи, а Ты — учился на отлично?!!

Пишу Тебе, чтоб попросить совета —

Не знаю, как вести себя прилично.

Брат рассмешил сегодня за обедом,

И я на скатерть опрокинул суп…

Почистил кошке зубы «бленд-а-медом»,

А он сказал, что я как пробка туп…

Ты не подумай, он большой и сильный,

И мама говорит, что в папу весь…

Читать далее...

Читать далее...

У меня ужасно болит локоть. Наверное, пора обратиться к врачу. — Зачем тебе тратить лишние деньги? В супермаркете через дорогу стоит отличный диагностический компьютер. По образцу мочи он скажет, что в твоем организме не так, и даст хороший совет. Ты потратишь только 10 секунд и 10 долларов. Это намного дешевле, чем визит к доктору.

И вот Макс принес образец мочи, налил ее в специальный отсек и ждет. Через 10 секунд компьютер выдает распечатку:

«У вас легкий ушиб. Держите руку в теплой воде и избегайте нагрузок. Через две недели боль пройдет».

Весь день Макс думал о том, какая это удивительная технология, и ему стало интересно, можно ли запутать компьютер. Он смешал воду из крана, мочу собаки, жены и дочери, а потом побежал обратно в супермаркет, горя желанием увидеть, какими будут результаты.

Он дал автомату 10 долларов и налил свой «коктейль». Через 10 секунд компьютер напечатал:

«1. Ваша водопроводная вода слишком жесткая. Купите смягчитель воды.

2. У вашей собаки стригущий лишай. Искупайте ее с противогрибковым шампунем.

3. Ваша дочь принимает кокаин. Отведите ее в реабилитационный центр.

4. Ваша жена беременна. Двойняшками. Они не ваши. Наймите адвоката».

И внизу, как обычно: «Спасибо за покупку"

ВЫЙТИ В СВЕТ меня принудили силой! Акушерка все время орала:
- Женщина, не ленитесь, тужьтесь, как следует!
Я сразу невзлюбил эту акушерку, и сопротивлялся, как мог! В животе мне было, как у Бога за пазухой!.. Но потом все же решил выйти, так как не мог слышать, как на мать кричат! Моему появлению все жутко
обрадовались, а акушерка ни с того ни с сего шлепнула меня по заднице, по-видимому, раньше служила в гестапо!.. Белый свет оказался таким серым, что у меня потемнело в глазах! Но обратной дороги уже не было!

ВЫЙТИ ПОГУЛЯТЬ во двор без разрешения, было нельзя, так как там росли одни бандиты, которые взрывали взрывпакеты и ели дички! А я, в отличие от них, рос в очень интеллигентной семье, где папа крайне редко посылал кого-нибудь в жопу! Поэтому, я позже других научился взрывать и меня реже других проносило!

ВЫЙТИ В ЛЮДИ меня заставляла еврейская мама. Как совпадение, она оказалась моей мамой, поэтому детства, как такового, у меня не было! Чтобы выйти в люди, нужно было, естественно, играть на скрипке, ходить в математическую школу и пить гоголь-моголь! Или забыть эти глупости, и когда вырастешь, жениться на дочке стоматолога Гуревича!
Тот, кто видел дочку стоматолога Гуревича, поймет, почему я грыз
математику как сумасшедший и с таким остервенением играл на скрипке, что даже вмешался Комитет по сохранению скрипок и Общество защиты грызунов!

ВЫЙТИ ВОН меня заставляли всю жизнь! Первый раз в детском саду, когда я спросил, почему заведующая Регина Петровна такая жирная, как корова?! Мне было это просто интересно! Но, мою любознательность зарубили на корню в детсадовском углу, в котором я уже знал каждую царапину!.. В школе мне предлагали выйти вон в среднем, раза два в неделю. Причем, незаслуженно! Например, я приносил в школу жабу, чтобы засунуть ее за шиворот дочке стоматолога Гуревича! Это была моя месть за его бор-машину! Или подливал столярного клея на стул «ботанички», и можно было просто ухохотаться, как она вставала вместе
со стулом! Или проверял, есть ли у той же Гуревич сзади под кофточкой пуговички, чтобы понять, носит ли она лифчик?! За это я, как правило, получал по лбу «физикой», «географией» или «русским», в зависимости от того, на каком именно уроке у меня пробуждался интерес к ее пуговичкам!.. Потом мне предложили выйти вон из комсомола. Это было предложение, от которого отказаться было невозможно, потому что на уроке истории я нарисовал основоположнику Ленинизма рога и копыта.
Антисоветчины в этом не было никакой, это нарисовалось как-то
интуитивно и, как-то, само собой!

ВЫЙТИ ЗАМУЖ, в смысле, тьфу ты, жениться меня в девятнадцать заставили обстоятельства! Они были уже, как минимум, на пятом месяце, и тянуть дальше было нельзя, так как стоматолог Гуревич сказал, что в противном случае он меня посадит за совращение малолетних, или вырвет из меня все зубы! Чтобы посадить, он легко возьмет для дочки Симы новые метрики, где ей будет не девятнадцать, а шестнадцать! А взять новые
метрики ему было проще, чем дернуть зуб без наркоза, потому что семья начальника Паспортного стола, слава Богу, не вылезала из кариеса! А, насчет вырвать все зубы, так это он обещал сделать за милую душу... Поэтому, жениться я не сопротивлялся, тем более, что Сима из «страшней атомной войны» давно превратилась в «кровь с молоком» и с ногами от ушей!

ВЫЙТИ ИЗ СЕБЯ меня постоянно заставляла Советская власть плюс одурачивание всей страны! Лучшим местом, чтобы выходить из себя, была кухня. Только на кухне я чувствовал, что я это я! Но подвели стены, у которых оказались уши. Так я попал в черный список...


ВЫЙТИ ИЗ ЧЕРНОГО СПИСКА мне так и не удалось, как и всем остальным, у кого были тонкие стены, и мама была еврейская мама! На всякий случай мы были под колпаком, так как считалось, что мы держим Советской власти фигу в кармане!.. Поэтому, мы четко знали, куда нам никогда нельзя поступить, и кем мы никогда не станем! А на еврея, который подавал на юридический, или на «Международные отношения», смотрели, как на сумасшедшего!

ВЫЙТИ ИЗ ОБЕЗЬЯННИКА мне помог третий этаж! А попасть заставила молодость! В час ночи ее инстинкты заставили меня полезть по водосточной трубе в женское общежитие «Ковровой фабрики». Но на мое еврейское счастье туда же намылились лезть два народных дружинника и один молодой лейтенантик милиции, которые тоже проявляли не детский интерес к коврам!.. По-видимому, они опасались с моей стороны конкуренции, и меня повязали. Но потом отпустили, когда я признался, что лез на третий этаж, а они собирались на второй!

ВЫЙТИ ИЗ ЗАПОЯ мне, слава Богу, никогда не приходилось, так как я туда не входил, потому что мне все детство приводили в пример нашего дядю Гришу из Черновцов, который спился, хотя имел ум, как у Эйнштейна и Эйзенштейна вместе взятых! Помер дядя Гриша в районном медвытрезвителе, чем навел несмываемый позор на всех евреев средней полосы, о которых ходила легенда, что они не пьют, не курят, а только приносят всю зарплату в дом!

ВЫЙТИ ИЗ СОСТАВА СССР мне удалось только в девяностом! Без меня Читать далее...

Марран из Ленинграда

Александр и Лев Шаргородские

Где-то в начале пятидесятых годов гражданка Красная вступила в единоборство с товарищем Сталиным.

Товарищ Сталин об этом не знал.



Гражданка была из тех русских людей, которые любили евреев, даже носатых, даже работавших в торговле, даже с дачами.

Сама Красная жила в полуподвале с видом на ноги проходящих. Даже справедливое осуждение еврея — ведь случается и такое — вызывало в сердце гражданки Красной глубокое возмущение. Она считала, что после того, что произошло, судить евреев вообще нельзя. Ни за что! Они настрадались навсегда.



Генералиссимус придерживался другого мнения.



Красная хотела выделить евреев в касту неприкасаемых — она плохо разбиралась в этнических проблемах индийского общества — она была паспортисткой — и неприкосновенные были для нее святыми.. Любой еврей был для нее святой. Даже с дачей…

Гражданка Красная была последовательницей дочери фараона Марнепта Второго. Купаясь в Ниле в древние времена, дочь нашла в корзине, в тростнике, младенца Моисея — и спасла еврейский народ.



Красная была дочерью пастуха, никогда не видела Нила, купалась в общественной бане в Щербаковском переулке, ела капусту с картошкой в мундире — и спасала евреев.



Паспортистка Красная спасала еврейский народ от генералиссимуса Сталина.

В последний год своей жизни генералиссимус, будучи выдающимся специалистом в национальном вопросе, задумал решить еврейский вопрос — в Сибири началось широкое строительство бараков, и не в чем стало перевозить скот — все вагоны были отобраны для транспортировки евреев, что вызвало очередную волну антисемитизма.



— Опять все евреям, — говорила на коммунальной кухне необъятная Настя.



Коммунальные кухни великого города были недовольны евреями.

Короче, генералиссимус решил уничтожить еврейский народ, паспортистка — спасти…



Мне исполнилось шестнадцать лет. Я должен был получить паспорт. Первым пунктом в паспорте была фамилия, пятым — национальность. Я был евреем.

Гражданка Красная решила записать меня русским.

Это был ее метод.



Во время блокады в разоренной квартире профессора Лурье она нашла изодранную книгу с вырванными страницами. Она читала эту книгу по ночам, и горькие слезы лились в полуподвале — книга была про испанских евреев, про их изгнание. Из этой книги гражданка Красная извлекла одно — чтобы спастись, еврею надо было сменить религию. Стать мараном.



Паспортистка Красная не могла менять религию — трудно менять то, что было отменено. Она меняла национальность и пекла «маранов». По Куйбышевскому району Ленинграда бегало уже семь свежеиспеченных маранов-евреев, записанных русским, узбеком, украинцем, казахом и даже чехословаком. Она не знала, что нет такой нации — она знала, что чехословаков сегодня не убивают…



День, когда она создавала нового марана, был для нее праздником. Она надевала лучшее платье — трофейный костюмчик из Эберсвальде, оренбургский платок, янтарные бусы и душилась самыми популярными в те годы духами «Красная Москва».

Когда сослуживцы интересовались, что это сегодня за праздник, она скромно отвечала: «День рождения». Чей — она не уточняла…

Ничего этого я не знал. Я шел за паспортом по набережной Фонтанки. Был ноябрь, падал мокрый снег, кони на Аничковом мосту погрустнели. Люди скользили и падали, из булочной несло хлебом, инвалид просил на пиво.



Я шел за паспортом, легко и беззаботно, ничуть не задумываясь, надо ли становиться гражданином этой страны, нужна ли она еврею и нужны ли евреи ей.



Я был в возрасте, когда думы светлы, как тополь в сентябре… В конторе было натоплено, на полу таял нанесенный валенками снег, пахло сосисками.



Я вошел в комнату — за столом сидела огромная женщина в оренбургском платке, с янтарным ожерельем вокруг крупной шеи, волосы ее были русые, зачесанные назад, в клубок..

Запах «Красной Москвы» кружил голову.

Она сурово посмотрела на меня.



— Почему ты так долго не приходил за паспортом?

— Было много уроков, — соврал я.

— Держи, — она протянула мне зеленую книжицу. Оттуда глядела моя фотография, изуродованная фотографом. Но вздрогнул я не от этого — в графе национальность стояло «русский».

— Простите, — сказал я, — я — еврей.

— Иди, иди, — подтолкнула она, — у меня много работы.

— Я еврей, — повторил я, — а здесь написано «русский». Вы ошиблись.

— Я лучше знаю, кто ты, — ответила она и открыла дверь, — следущий!



Я захлопнул двери:

— Исправьте, — сказал я. — Пока вы не исправите — я не уйду!

Я сел. Она тоже. Мы смотрели друг на друга.

— Ну какой ты еврей, — наконец произнесла она, — языка своего ты не знаешь, истории не знаешь, религии не нюхал — одно слово, что еврей. Вот скажи, к примеру, кто такие мараны?

Я не знал.

— А хочешь записаться евреем, — сказала она, — держи паспорт и давай к дому!

Я сидел, не вставая.

— Тебе хочется в Сибирь, — сказала она, — с твоими легкими?

— Исправьте, — повторил я, — мне надо готовить математику.

— Чтобы считать вагоны?!

— Какие вагоны? — не понял я.

— Которые вас уже Читать далее...

 

После 12 лет совместной жизни моя жена пожелала, чтобы я пригласил
другую женщину на обед и в кино.
Она сказала мне: "Я люблю тебя, но знаю, что и другая женщина любит
тебя, и хотела бы с тобой провести время".
Другая женщина, которой моя жена просила уделить внимание, была моей мамой.
Она была вдовой уже на протяжении 19 лет. Но так как моя работа и трое
детей требовали от меня всех моих сил, я мог посещать ее только
изредка.
В тот вечер я позвонил ей, чтобы пригласить ее на ужин и в кино.
- Что случилось? Ты в порядке? - сразу спросила она.
Моя мама - из того разряда женщин, которые сразу настраиваются на
плохие новости, если телефон звонит поздно.
- Я подумал, что тебе приятно будет провести со мной время, - ответил я.
Она задумалась на секунду, затем сказала: "Я очень хочу этого".
В пятницу после работы я ехал за ней и слегка нервничал. Когда моя
машина притормозила возле ее дома, я увидел ее стоящей в дверях и
заметил, что она, похоже, тоже немного волновалась.
Она стояла в дверях дома, накинув пальто на плечи. Ее волосы были
закручены в локоны, и она была в платье, которое она купила на
празднование последней годовщины своей свадьбы.
- Я сказала своим друзьям, что мой сын сегодня проведет со мной вечер
в ресторане, и это произвело на них очень сильное впечатление, -
сказала она, садясь в машину.

Читать далее...

Мне было чуть больше сорока, когда я узнала, что на привычный вопрос: «Чем вы сейчас занимаетесь?» можно отвечать: «Осим хаим».
«Наслаждаемся жизнью». Впервые это выражение я услышала здесь, в Израиле. Дословный его перевод: «делаем жизнь».
Городское кафе. Полдень. За соседним столиком сидит пожилая пара. Он и она. Не муж и жена, нет. Скорее старые знакомые или друзья.Они непринужденно болтают, немного флиртуют, пьют кофе. Вдруг раздается телефонный звонок. Кто-то на том конце провода спрашивает его: «Что ты делаешь?» А он: «Осим хаим». -- Наслаждаюсь жизнью.
Не решаю проблемы, не зарабатываю деньги, не ищу ответы на вопросы, не ставлю цели и достигаю их, не худею, в конце концов, нет! Просто наслаждаюсь жизнью.
Эта игра слов меня буквально заколдовала, и я поняла, что тоже хочу научиться этому «осиму».
Первый урок мне преподнес владелец зоомагазина, когда ранним утром я забежала к нему за кормом для собаки. Он уже открыл свою лавочку, но еще не успел проснуться, поэтому медленно раскладывал свой товар. Я по отработанной годами московской привычке стала объяснять, что мне надо быстро и срочно.
На это хозяин лавочки достал из клетки маленького кролика и положил его в мои руки. В этот момент я поняла: так вот ты какой — Осим Хаим!
Время для меня остановилось. Гладить пушистый теплый комочек хотелось часами. И смотреть, смотреть завороженно на неторопливую работу продавца.
Потом было много других уроков, каждый из которых приносил мне счастье.
Например, сегодня я точно знаю, где готовят самый вкусный кофе в Тель-Авиве.
**
Самый вкусный он не из-за вкуса, нет. Просто в этом месте собирается такая яркая публика с такими потрясающими собаками! Наблюдать за этим миром, неторопливо попивая кофе, — это для меня осим хаим.
**
Или. Я никогда не знала, что кормить лошадь — это кайф. Тактильный, душевный. Я с детства боялась к ним подойти. Но в Израиле на конюшне хозяйка прекрасных лошадей с улыбкой предложила мне попробовать перебороть страх, протянув лошади яблоко.
И вот, широко раскрывая огромный рот с отменными зубами, он или она протягивали морду к моей дрожащей руке и очень нежно, только влажными губами и теплым шершавым языком слизывали с ладони яблоко. На этом месте у меня слова заканчивались.
**
Но самый главный урок осим хаим я усвоила два года назад на дороге.
Это произошло в тот самый момент, когда я накрыла дочь своим телом. Мы с Соней ехали домой в машине и услышали вой сирены. Дело было летом 2014 года, шла операция «Нерушимая скала», и мы попали под ракетный обстрел.
Следуя инструкциям, я заглушила машину, достала ребенка из автокресла, уложила ее на дорогу и накрыла собой. Я до сих пор хорошо помню взрывную волну от сбитой ракеты, прокатившуюся по моему телу, и шепот дочери: «Мама, ты сейчас меня раздавишь». Так крепко я ее «накрыла».
После этого случая мир вокруг меня заиграл совершенно иными красками. И я наконец по-настоящему поняла, что означает осим хаим: «Наслаждаться Жизнью Здесь и Cейчас!»
***
Богатство — это не то, в какой ты шубе ходишь, на какой машине ты ездишь и какой крутой телефон у тебя в руках!
**
Богатство — это живые родители, здоровые дети, надежные друзья и крепкое плечо любимого человека!
**
Если вы способны видеть, ходить, говорить, любить и каждое утро вставать с постели — вы сказочно богатый человек!
**
Жалуясь на жизнь, подумайте о тех, кто рано из неё ушел.
**
Жалуясь на мужа, представьте, сколько девушек мечтают выйти замуж.
**
Жалуясь на своих непослушных детей, подумайте о тех, кто каждый день молит Бога об их появлении. Цените то, что имеете.
**
Есть три ловушки, которые воруют радость и мир: сожаление о прошлом, тревога за будущее и неблагодарность за настоящее.
**
На протяжении всей моей жизни, я всегда боюсь потерять людей, которых я люблю. Иногда я задаюсь вопросом, есть ли хоть кто-то, кто так же боится потерять меня?
**
Если вам удастся найти кого-то, с кем вы можете обняться и закрыть глаза на весь мир, вам повезло!
**
Иногда чудеса бывают такими крошечными, что люди их просто не замечают.
**
Люди —странные существа. Гадости делают друг другу, а прощения просят у Бога.
**
Мы рождаемся с криком, умираем со стоном. Остаётся только жить со смехом.
Осим Хаим !!!**

Перебираю клавиши рукой,а память все рисует детство,
Где там была сама собой,
Наивной,искренней и честной!

Где веселились все и вся....
На статус и игрушки не смотрели.
По лужам бегали гурьбой,
ну а потом картошку ели.
С костра.В Золе.Горячею и в шкурке...

Где веселились допозна
И не боясь родительского гнева
Тащили все что попадет домой
Ну а потом....семьей над этим всем сидели.

Перебираю все неспешно я,а на глазах непрошенные слезы,
Как жаль,что детство не вернешь,
И умерли все Кати и Сережи

Да,не вернешь.Ну а потом..
и мысль вдруг осенила -
Ведь детство есть у нас самих
Пока родители все живы...

Мария Лук'янович -Войтенко

Да всем чего-то не хватает… 
То снег зачем-то быстро тает, 
То утро поздно настаёт, 
То тёплых дней недостаёт. 
Всегда чего-то недостаток. 
Но, проживая дней остаток, 
Вдруг вижу — недостатка нет 
Ни в чём… лишь не хватает лет 
На то, чтоб перестать сердиться 
На жизнь и ею насладиться.Лариса Миллер 

Людей в возрасте 70-80-90 лет опрашивают, о чем они больше всего жалеют в конце жизни. И ТОП-4 уже много лет *остается неизменным*.

1. На первом месте сожаление о том, что большая часть жизни была отдана нелюбимой работе.

2. На втором — что так мало времени было уделено близким и любимым людям.

3. Дальше по списку сожаление о том, что так варварски относились к своему телу: неправильно питались, не питали организм и не занимались профилактикой болезней.

4. И замыкает ТОП- горечь от того, что так и не успели посмотреть мир.

*И никто, НИКТО, не сожалеет о том, что у него было недостаточно квартир, машин, айфонов. Никто не сожалеет, что провел мало времени в ночных клубах или пустой болтовне. Все жалеют только об одном: что не хватило смелости жить так, как им хочется.*


Привыкайте счастливыми быть!
Просыпаться с улыбкой лучистой…
И со взглядом, по детскому, чистым,
Привыкайте друг друга любить…

Научитесь плохое не звать,
Предвещая заранее беды…
Вы ведите другие беседы…
Научитесь душой расцветать…

Привыкайте добро замечать
И ценить то, что жизнью даётся…
И за счастьем бежать не придётся…
Будет счастье за вами бежать!

Научитесь подвоха не ждать
От людей незнакомых и близких…
Ведь у всех, у высоких, и низких
Есть желание – счастье познать…

Привыкайте не злиться на зло,
А рискните помочь, разобраться…
Если кто-то вдруг начал кусаться,
Значит, в чём-то ему не везло…

Научитесь прощенья просить
И прощать… Вам судьба улыбнётся.
И весна в вашу душу вернётся!
Привыкайте счастливыми быть…



Автор стихотворения Ирина Самарина.







Людей в возрасте 70-80-90 лет опрашивают, о чем они больше всего жалеют в конце жизни. И ТОП-4 уже много лет *остается неизменным*.

1. На первом месте сожаление о том, что большая часть жизни была отдана нелюбимой работе.

2. На втором — что так мало времени было уделено близким и любимым людям.

3. Дальше по списку сожаление о том, что так варварски относились к своему телу: неправильно питались, не питали организм и не занимались профилактикой болезней.

4. И замыкает ТОП- горечь от того, что так и не успели посмотреть мир.

*И никто, НИКТО, не сожалеет о том, что у него было недостаточно квартир, машин, айфонов. Никто не сожалеет, что провел мало времени в ночных клубах или пустой болтовне. Все жалеют только об одном: что не хватило смелости жить так, как им хочется.*


Привыкайте счастливыми быть!
Просыпаться с улыбкой лучистой…
И со взглядом, по детскому, чистым,
Привыкайте друг друга любить…

Научитесь плохое не звать,
Предвещая заранее беды…
Вы ведите другие беседы…
Научитесь душой расцветать…

Привыкайте добро замечать
И ценить то, что жизнью даётся…
И за счастьем бежать не придётся…
Будет счастье за вами бежать!

Научитесь подвоха не ждать
От людей незнакомых и близких…
Ведь у всех, у высоких, и низких
Есть желание – счастье познать…

Привыкайте не злиться на зло,
А рискните помочь, разобраться…
Если кто-то вдруг начал кусаться,
Значит, в чём-то ему не везло…

Научитесь прощенья просить
И прощать… Вам судьба улыбнётся.
И весна в вашу душу вернётся!
Привыкайте счастливыми быть…



Автор стихотворения Ирина Самарина.







Людей в возрасте 70-80-90 лет опрашивают, о чем они больше всего жалеют в конце жизни. И ТОП-4 уже много лет *остается неизменным*.

1. На первом месте сожаление о том, что большая часть жизни была отдана нелюбимой работе.

2. На втором — что так мало времени было уделено близким и любимым людям.

3. Дальше по списку сожаление о том, что так варварски относились к своему телу: неправильно питались, не питали организм и не занимались профилактикой болезней.

4. И замыкает ТОП- горечь от того, что так и не успели посмотреть мир.

*И никто, НИКТО, не сожалеет о том, что у него было недостаточно квартир, машин, айфонов. Никто не сожалеет, что провел мало времени в ночных клубах или пустой болтовне. Все жалеют только об одном: что не хватило смелости жить так, как им хочется.*


Привыкайте счастливыми быть!
Просыпаться с улыбкой лучистой…
И со взглядом, по детскому, чистым,
Привыкайте друг друга любить…

Научитесь плохое не звать,
Предвещая заранее беды…
Вы ведите другие беседы…
Научитесь душой расцветать…

Привыкайте добро замечать
И ценить то, что жизнью даётся…
И за счастьем бежать не придётся…
Будет счастье за вами бежать!

Научитесь подвоха не ждать
От людей незнакомых и близких…
Ведь у всех, у высоких, и низких
Есть желание – счастье познать…

Привыкайте не злиться на зло,
А рискните помочь, разобраться…
Если кто-то вдруг начал кусаться,
Значит, в чём-то ему не везло…

Научитесь прощенья просить
И прощать… Вам судьба улыбнётся.
И весна в вашу душу вернётся!
Привыкайте счастливыми быть…



Автор стихотворения Ирина Самарина.

 

Всем хорошей записи в книге жизни!.

Пока мы живы, можно все исправить...

Все осознать, раскаяться... Простить.

Врагам не мстить, любимым не лукавить,

Друзей, что оттолкнули, возвратить...

Пока мы живы, можно оглянуться...

Увидеть путь, с которого сошли.

От страшных снов очнувшись, оттолкнуться

от пропасти, к которой подошли.

Пока мы живы.....

Многие ль сумели остановить любимых, что ушли?

Мы их простить при жизни не успели,

А попросить прощенья, - не смогли...

Когда они уходят в тишину,

Туда, откуда точно нет возврата,

Порой хватает несколько минут

Понять – о боже, как мы виноваты!…



И фото – черно-белое кино.

Усталые глаза – знакомым взглядом.

Они уже простили нас давно

За то, что слишком редко были рядом,

За не звонки, не встречи, не тепло.

Не лица перед нами, просто тени…

А сколько было сказано не то!

И не о том, и фразами не теми.

Тугая боль – вины последний штрих –

Скребет, изводит холодом по коже.

За всё, что мы не сделали для них,они прощают.

Мы себя – не можем.....



Прошу Тебя, Господи, дай тому самому человеку, который читает сейчас эти строки, все, о чем он Тебя просит! Дай ему это в полной мере, как умеешь давать только Ты один! И пусть будет счастлив во все дни его, а если невозможно такое, то хотя бы сколько-нибудь. Даруй ему крепкое здоровье и любовь ближних, понимание и сочувствие. Сделай так, чтобы душа его всегда светилась одной лишь любовью ко всему сущему, огради его от сквернословия, от обид и зависти, от войн и смертей, от боли физической и душевной, если же все это неизбежно, не покинь его и тогда дай утешение. Спаси для него все, что дорого ему на земле. Если же поздно просить об этом - не лишай его памяти. Не знаю – верит ли в Тебя, читающий сейчас это, Милостивый и добрый мой Господь! Исполни этo мое желание.

Пусть Ангел Хранитель помогает тебе, когда твои Крылья опускаются вниз.

Мальчишка тормошил на кухне мать.
«Мам, мамочка, пожалуйста, ну хватит!
Там.у соседей варят суп опять.
На нашей кухне ничего не варят!
Я так тебя люблю. Прошу, проснись.
И оглянись… Мам!.. ты же не такая!
И днём и ночью только пьёшь и спишь.
Я так устал, листовки раздавая.
Я заплатил за свет и отопленье.
Теперь всё чаще школу пропускаю.
У меня завтра будет День Рождения.
Что делать? Как нам жить? Даже не знаю.»

Он вышел из квартиры.оглянулся.
Свернув у парка, вдруг услышал стон.
Перед ногами самыми споткнулся
о чей-то новый, дорогой айфон.
«Вот повезло! Продам и будут деньги.
Продуктов вдоволь можно накупить.
На Днюху будет тортик и печеньки.»
А телефон в руках начал звонить.
И высветилось: «вызывает Мама».
Кольнуло что-то больно так в груди.
«Нет…отвечать совсем не в моих планах!
Хоть кто пускай звонит. ты не смотри.»
Но… посмотрел: непринятые: сто.
И девяносто шесть из них от мамы!
За что ей телефон такой? За что?
В кустах паршивой малолетке пьяной?
Хотел уйти, но снова телефон…
«Сходи на стон.» — вдруг совесть попросила.
Там.девушка в крови. встал в горле ком.
Как- будто бы толпа «зверей» избила.
А телефон в руке вновь зазвонил.
«Да. Слушаю!» «Кто говорит со мной?»
«Здесь девушка. Её кто-то избил.
Вся.вся в крови, но стонет.» «Боже мой!!!
Где? Адрес продиктуй, прошу тебя!»
«Парк…Где ещё бассейн на „Уголовой.“
Возьми её за руку за меня!
Молиться буду за тебя, родной!»

Сидел мальчишка рядом. на траве.
А в животе от голода урчало.
«Крепись. В дороге „Скорая“ уже.
А мама мне твоя пообещала:
Молиться за меня. Какая мама!!!
Такие мамы не всегда встречаются.
Сердца которых. как сквозные раны
За деток своих в страхе разрываются.»
Всё обошлось. Успели и спасли.
Ешё чуть- чуть бы. и её не стало.
А день голодный снова позади.
А завтра. Завтра новый день сначала.

Звонок в дверях разрезал тишину.
Мать с темными кругами на глазах:
«Кого там принесло? Я не пойму!»
«Я к Вам. И к сыну Вашему. Всех благ!»
Пакетов кучи! Сыпались на стол:
конфеты и печеньки с мармеладом.
«Ваш сын!.. он дочку спас мою.нашёл.
Вернул мне смысл в жизнь — мою усладу.
Таких как он — сегодня единицы!
Спасибо, за него!.. хочу сказать:
Если б не он, то не было б сестрицы
у сына… а ему сегодня пять!»

И что-то в сердце мамы встрепенулось!
И слёзы градом хлынули из глаз.
Она на двери сына оглянулась:
13 сыну! Праздник же у нас!"
А женщина к груди её прижала.
«Не пейте больше! Очень Вас прошу!
Такое счастье в жизни нам досталось!
С такими-то детьми! Пить не к чему!
Другой продал айфон бы и сбежал.
А ваш не смог. он сделал по-другому.
Он руку моей дочери держал.
Храни вас Бог… Всех благ вашему дому!!»
--------------------------------------------------------—

Воруют! Убивают! Жестко бьют!
Какой же страшный наш суровый век!
И всё же… выбор каждому дают:
Кто он по жизни: зверь иль человек?

Медовик
(«сердечная конфета»)


На суточную порцию:
Семя льна – 1 ст. ложка
Семя кунжута – 1 ст. ложка
Семя мака – 1 ст. ложка
Куркума – Ѕ чайной ложки
Мед – 2 ст. ложки (не больше)



Кунжут слегка поджарить на сухой сковороде,
затем смешать семена льна, кунжута и мака –
и измельчить на кофемолке. В полученный порошок
добавить куркуму – и все смешать с медом.

Получится целебный медовик - и он настоящий
бальзам для сердца. Особенно, если оно уже побаливает
или проявляется в аритмии, тахикардии, брадикардии
и прочих неприятных ощущениях.

Как принимать
хорошо смешивать с кефиром (1 ст. ложку на стакан);
можно принимать в чистом виде – 1-2 ст. ложки,
предварительно выпив стакан негазированной воды
(лучше простой, неминеральной)

Дорогая Берта!
Сегодня мне 83, и я хочу поделиться с тобой одной важной мыслью,
которую узнала за жизнь.
Тебе сейчас 60, и я была бы счастлива, если бы кто-то отправил мне такое письмо
23 года назад…
Сейчас я все чаще читаю – и все реже вытираю пыль.
На даче я часами могу сидеть на крыльце и наслаждаться видом
– мне теперь плевать, что на грядке сорняки.
Я все еще работаю, но никому не советую:
время с семьей намного важнее…

Жизнью надо наслаждаться, а не просто «терпеть» ее.
Удивительно, каким ясным стало мое мышление сейчас, когда уже ничего не исправить…
Я больше не пытаюсь сэкономить во время каждой покупки.
Все самые красивые скатерти, простыни и сервизы я стала использовать каждый день,
а не только по «особому случаю».
Когда иду в магазин за продуктами, одеваю все самое красивое.
Заметила, что когда хорошо выглядишь, гораздо легче расставаться с деньгами.
Я поняла, что не надо ждать «особого случая»,
чтобы воспользоваться самыми любимыми и дорогими духами.
Такое удивительное чувство: благоухать, когда идешь в банк или в поликлинику.
Меня больше не злят все те мелочи, которые так часто портили мне настроение раньше: незаконченные домашние дела, неприветливые кассиры в супермаркете
или протекающий бачок в уборной.
В моей жизни больше никаких «на следующей неделе» или «Когда-нибудь».
Все самое интересное я делаю прямо сейчас.
Каждое утро я спрашиваю себя:
«А что бы я сегодня делала, если бы точно знала, что завтра уже не проснусь?».
Это отрезвляет.
Я теперь чаще звоню детям и стараюсь при каждом удобном случае извиниться за что-то
в разговоре с подругами.
Годы, которые каждому из нас остались – это подарок,
а не что-то, что якобы у тебя еще «есть».
Никто ничего нам не гарантировал, даже завтрашний день.
Возможно, наша жизнь оказалась совсем не той,
о которой мы мечтали в детстве.
Но пока мы здесь, ничто не мешает нам танцевать.

Ничто, кроме нас самих!
Прочитайте это письмо как можно раньше,
пожалуйста!

Хмурым майским днём 1887 года в сумрачных стенах Шлиссельбургской
крепости был казнён Александр Ильич Ульянов– организатор
несостоявшегося покушения на царя Александра III.Уже на следующую ночь
его младший брат Володя, участник нелегального студенческого кружка,
был арестован. Благодаря ходатайству влиятельной сестры матери –
Любови Александровны Ардашевой, в девичестве – Бланк, заключение под
стражу заменили ссылкой. Володя был отправлен в деревню Кокушкино
Лаишевского уезда Казанской губернии, где и поселился в доме
Ардашевых.
Там, в доме своей тётки, юный Ульянов познакомился с другой ссыльной
революционеркой – лишь недавно окончившая институт и арестованная на
Украине, Лея была чуть старше Владимира и приходилась Бланкам какой-то
дальней роднёй. Тягостное время ссылки скрашивалось общением между
юными революционерами. Переполняемые желанием изменить мир к лучшему,
они проводили в разговорах, а чаще – спорах о путях переустройства
общественного строя целые дни. А затем и ночи.
К концу 1888 года по «высочайшему соизволению» Ульянову и ряду других
революционеров разрешили вернуться из ссылки. Володя поехал в Казань,
Лея отправилась домой, на Украину, но вскоре обнаружила, что
беременна. Оставив Екатеринослав, она переехала в маленькое село
Смидовичи, где вышла замуж за пожилого и добродушного Менахема
Рубичёва, который всё понял и всё принял. А ещё через несколько
месяцев у них родился сын. Его назвали Нехемия.
В 1896 году Менахем Рубичёв скончался. Лея осталась одна с Нехемией,
которому едва исполнилось восемь лет. Мальчик рос смышлёным,
приветливым и любознательным. И знал тайну своего рождения. К этому
периоду времени и относится, вероятно, его первая встреча с настоящим
отцом. В 1900 году Ленин вместе с двумя революционными товарищами и
будущими меньшевиками Мартовым и Потресовым нелегально объезжал
российские города и провинции, устанавливая связи с местными
партийными ячейками.
Первая встреча, судя по всему, произошла в Двинске. Ленин увидел Лею
на сходке рабочих и сразу узнал, а потом с изумлением познакомился с
Нехемией. К тому времени будущий вождь мирового пролетариата уже был
женат на Надежде Крупской, ожидавшей его в ссылке в Уфе. Тем не менее
Ленин не отказался от отцовства и даже, наоборот, с энтузиазмом принял
сына.
Очарованный его харизмой, маленький Нехемия с увлечением начинает
штудировать революционную литературу. А три года спустя уже 15-летний
сын с радостью принимает приглашение Ленина и, оставив тусклый мир
местечка, переезжает к нему в Женеву.Юноша поселяется в доме Ленина и
Крупской. Добросердечная Надежда Константиновна, возможно, уже
осознающая, что своих детей у неё не будет, принимает Нехемию как
родного. А тот работает в редакции «Искры» сначала курьером, а потом и
помощником редактора, всё больше вовлекаясь в серьёзную деятельность
взрослых революционеров.
Однако параллельно Нехемия сходится и с находящимися в Швейцарии
сионистами. Его, хорошо знакомого с тяготами еврейской жизни в черте
оседлости, всё больше воодушевляют идеи создания независимого
еврейского государства.
Вот только Ленину новые увлечения сына совершенно не нравятся. Он
категорически не приемлет «подмену идеи классовой борьбы идеей
национального единства».
Напряжение между ними нарастает, достигнув пика, когда Нехемия вопреки
воле Ленина отправляется в Базель на открывшийся там Шестой
сионистский конгресс. Встреча с делегатом из Одессы Евгением
Жаботинским окончательно меняет его взгляды. Следует трагический
разрыв с отцом. «Мне не нужен в доме сионист!» – кричит Ленин.
Надежда Константиновна изо всех сил пытается помирить отца и сына, но
всё тщетно.
С тяжёлым сердцем Нехемия покидает дом в Женеве и, приписав к своему
возрасту два года, уезжает в США. Там, в Чикаго, он становится
активным участником партии «Поалей Цион», сочетающей в своей программе
сионистские и социалистические идеи. Одновременно он меняет свою
фамилию с Рубичёв на Рабин – последняя, безусловно, куда удобнее для
жизни в Америке. Но кто знает, нет ли в выбранном им окончании фамилии
попытки сохранить память о человеке, любовь к которому он продолжает
нести в своём сердце.
Ленин также очень тяжело переживает разрыв с сыном, обвиняя во всём
«сионистов-реакционеров» и «патентованных представителей еврейской
нации». Видимо, именно с этого момента он становится яростным
противником еврейского национального движения.Ленин стирает из своей
жизни всякую память о Нехемии, отошедшем от его идей. В том числе
строго-настрого запрещает Крупской поддерживать с ним связь, да и
вообще упоминать о нём.
Вычеркнув Нехемию из своей жизни, Ленин с головой уходит в революцию.
Наступает 1917 год, и председатель Совнаркома железной рукой строит на
руинах Российской империи новое государство. А хмурым июльским утром
1918 года в Екатеринбурге в подвале Ипатьевского дома казнят Николая
II – сына того, кто тремя десятками лет ранее приказал повесить его
брата.
Жизнь Нехемии тем временем тоже меняется драматическим образом. Он
знает о совершенной отцом революции в Читать далее...

— И все-таки я не понимаю, — восклицает парень с длинными рыжими пейсами. То есть, конечно, он рыжий вообще, но волосы скрыты под серой кепкой с большим козырьком, а пейсы свисают. Впрочем, поди разбери, у кого какого цвета волосы — свет в синагоге довольно тусклый, большинство ламп погашено, а за окном уже фактически ночь. Но молодежи некуда спешить, вот они, родные, и бушуют.
— Чего ты не понимаешь?! — возмущается юный сефард с орлиным носом и орлиным взором.
— Не понимаю, что значит «как самого себя»? Как можно любить другого, как самого себя?
Старый раввин, сидящий во главе стола, вздыхает. Устал он за день. Да и за жизнь, должно быть, устал.
Я тоже стар, но не настолько. И устал не настолько. Я зашел в синагогу у автовокзала одного из городов, расположенных на израильской прибрежной равнине. Помолился — и вдруг слышу, что раввин собирается дать урок минут на двадцать. А у меня автобус только через сорок минут. Почему бы не послушать? Но урока что-то не получается.

— А то и значит, что ты должен смотреть на ближнего, словно на самого себя! — горячится сефард. На то он и сефард, чтобы горячиться.
— Как это — «словно на самого себя»? — недоумевает рыжий пейсоносец.
— Ну-у… — сефард на долю секунды запинается. — Ну, представлять, что ближний — это ты и есть.
— С какой это стати?!
— А с той, — вдруг вступает в дискуссию, словно очнувшись, раввин, — что всегда может оказаться, что он это и есть ты.
— Чего-чего?! — в изумлении произносим мы все трое: ребята — на родном иврите, а я от неожиданности — по-русски.
— Расскажу-ка я вам одну историю, — начинает раввин, и я мысленно потираю руки: значит, урок все-таки будет, правда, с пятиминутным опозданием, но ничего, автовокзал близко.
— Дело было в конце шестидесятых, — рассказывает старик. — Телевидение тогда только появилось и поначалу обещало быть почти исключительно учебным. Религиозные люди еще не успели усмотреть в нем источник зла, и мы, ешибохеры, с удовольствием бегали к редким обладателям «волшебных ящиков» и наслаждались льющейся из них белибердой, безвредной или казавшейся нам безвредной. И вот однажды по единственному израильскому каналу выступает некий пожилой еврей по фамилии Бартов и сообщает, что его сыну предстоит тяжелая операция и понадобится переливание крови. Но вот беда — у сына очень редкая группа крови, и он никак не может найти донора. Поэтому, он, Бартов, обращается… В общем, спасай, кто может!
Ну, разумеется, на следующий же день вся иешива — и ребята, и раввины — дружно пошли сдавать кровь. И — о чудо! У одного из наших парней та самая группа крови! Ну, мы его, конечно, поздравляем, ведь это какая удача выпала — возможность спасти человеческую жизнь! Звоним в больницу, выясняем, что операция состоится ровно через неделю, на второй день Песах. А назавтра парень является на занятия жутко удрученным и рассказывает, что отец ему категорически запретил сдавать кровь для сына этого самого Бартова. Мы все потрясены. Религиозный еврей отказывается спасти жизнь другого человека! Как такое может быть?! Наш однокашник пожимает плечами — отец ничего не объяснил ему. С людьми, пережившими Холокост, зачастую бывает трудно разговаривать — упрутся молча, и все. Я гляжу на часы. Неторопливая манера изложения сама по себе очень приятна, но когда у тебя времени в обрез… Ладно, добегу как-нибудь.
— Тогда наш раввин вызвал к себе юношу и попросил объяснить ему, что вообще происходит, и есть ли шанс как-то повлиять на заупрямившегося родителя. Парнишка почесал затылок и, подумав, сказал: «Знаете, есть вариант. На Пасхальном седере отец, выпив традиционные четыре бокала вина, обычно добавляет еще, причем частенько не вина, а чего-то покрепче… (перед глазами предстает этакая толстобрюшечка, в которой плещется пейсаховка — самодельная виноградная водка, каковой положено, как и любой водке, быть сорокаградусной, но у некоторых умельцев количество градусов, говорят, доходит до семидесяти). Папаша размякнет, и тогда…»
В общем, ровно через неделю раввин наш проводит, поглядывая на часы, седер у себя дома, по-скоренькому проглатывает праздничную трапезу, в резвом темпе исполняет весь ритуальный репетуар от «Дай-дайейну» до «Хад гадья», хватает непочатую бутылку кошерного бренди и рысью — к отцу юного талмид-хахама.
Хозяин дома принял его приветливо, справился о здоровье, пригласил за стол. Но стоило нашему рабби открыть рот насчет несчастного сына несчастного Бартова, из глаз собеседника, словно два штыка высунулись. Однако наш рав не сдается. Вытаскивает бренди, наливает себе и слегка нагруженному уже упрямцу и произносит трехминутный «лехаим» с упоминанием той самой заповеди любви к ближнему, которую вы только что с таким жаром обсуждали. Упрямец выпивает, закусывает и погружается в молчание. Через какое-то время наш раввин вновь прерывает молчание, наливает и произносит речь с упором на великую заповедь. Опять молчание. И когда после третьего пламенного монолога о любви и последующего возлияния раввин жалобно произносит: «Ну…», его оппонент не выдерживает.
— Читать далее...

😂ОБЪЯВЛЕНИЕ: Ищу мужа. Немного о себе: готовить не люблю, сплю до обеда, ругаюсь матом, при необходимости дерусь. В случае развода заберу машину!

😂Жена вернувшемуся под утро мужу: 
- До каких пор ты будешь шляться по бабам? У нас уже трое детей... и ещё ни одного от тебя!

😂Ищу мужчину, друга, собеседника и любовника в одном лице. Если придут все четверо, буду рада!

😂Женщиной быть проще — покапризничала, и все, что надо, у тебя уже есть! Мужчиной сложнее — покапризничал, и у тебя даже нечего пожрать!)))

😂Муж мне говорит с иронией: "Прочитал у тебя на страничке комментарии твоих "женихов"... Я в шоке!" 
А я про себя думаю: "А если бы в личку залез, вообще бы не откачала...")))

😂Вчера моя подруга родила сына. Сегодня рассказывает: экстренно попадаю в роддом, схватки полным ходом, заходит молодой врач мужчина и, улыбаясь, достает мобильный и говорит: "Окей, гугл, как принять роды?" Она в шоке, а он: "Да не бойся, пошутил я!" 
От страха за 2 часа родила.

😂- Ты где была??
- На встрече одноклассников!
- Три дня?!?
- Мы вспоминали.

Читать далее...

сто грамм у нас не вес продукта
а основная суть его...
мне очень отдохнуть хотелось
но сил на отдых больше нет

учтите клятва гоппократа
теряет силу без бабла

я помню школу где не пили
физрук завхоз и трудовик

был худ двумя глазами сразу
смотрел в подзорную трубу

забыли что ребёнок в школе
и стали нового рожать

я мата не употребляю
и значит отсовокупись

диплом мне в жизни пригодился
я им машу над шашлыком

щас замечательное время
а место прямо скажем дрянь

автоправа нам к сожаленью
прав человека не дают