Я с тобой становлюсь невозможной,
Сумасшедшей, неправильной, хрупкой,
Необычной, неистовой, сложной,
Виноватой, ревнивой, нечуткой,
Я с тобой становлюсь непонятной,
Злой, беспомощной, слабой, ранимой,
На себя непохожей, бестактной,
Беспокойной, несносной... любимой...
Дина Августовская
Самой нежной любви наступает конец,
Бесконечной тоски обрывается пряжа...
Что мне делать с тобой, с собой, наконец,
Как тебя позабыть, дорогая пропажа?
Скоро станешь ты чьей-то любимой женой,
Станут мысли спокойней и волосы глаже.
И от наших пожаров Весны голубой
Не останется в сердце и памяти даже.
Будут годы мелькать, как в степи поезда,
Будут серые дни друг на друга похожи...
Без любви можно тоже прожить иногда,
Если сердце молчит и мечта не тревожит.
Но когда-нибудь ты - совершенно одна -
Будут сумерки в чистом и прибранном доме,
Подойдешь к телефону - смертельно бледна -
И отыщешь затерянный в памяти номер.
И ответит тебе чей-то голос чужой:
"Он уехал давно, нет и адреса даже...
" И тогда ты заплачешь: "Единственный мой!
Как тебя позабыть, дорогая пропажа!"
Александр Вертинский
Говорят, он ушел. Умер.
Так с котами не поступают.
Я по дому бродить буду-
Поищу - не здесь ли хозяин.
Почешу я щеки о мебель,
Навострю о косяк когти.
Человек мой, ну где ты, где ты?
Ты,должно быть, ушел в гости.
Ничего не менялось, вроде,
Те же стулья, горшки с цветами,
Но хозяин уже не ходит,
Не включает свет вечерами.
По другому пахнет в квартире,
И другие шаги за дверью.
И другими руками рыбу
На тарелку кладут зверю.
По другому текут сутки,
По другому скрипит мебель.
Мой хозяин ушел. Жутко.
Без хозяина я не умею.
Я ищу его неустанно -
По шкафам, по коврам, по полкам.
Нет нигде его, очень странно.
Был бы псом - так завыл бы волком...
Разбросал все бумаги в доме,
По ковру разнес наполнитель.
Никого мне не надо, кроме,
Лишь хозяина мне верните.
Пусть придет поскорей обратно,
Я ему покажу дружбу!
Я не буду скакать и мявкать -
Так с котом поступать не нужно.
Отверну от него усищи,
И прижму к голове уши.
...Возвращайся, хозяин, слышишь?
Для меня ты один. Лучший.
Вислава Шимборска (перевод: Анастасии Байздренко)
Куда от самой себя можно мне деться,
Нехватка любви – невеселый вердикт..
Желания тел и потребности сердца
Никак не окончат привычный конфликт.
Мне кутает ночь одиночеством плечи..
Пытаюсь задуть беспокойства свечу…
Я знаю, ты пишешь: «Целую, до встречи»
А думаешь: «Я тебя очень хочу»…
Отвлечься б от боли… хоть чашечкой чая,
В душе от компаний в себе – беспредел...
Я знаю, ты пишешь: «Я очень скучаю…»,
И мысленно правишь на: «Я бы хотел».
Злата Литвинова
непутевая и ненужная. только с небом слащавым дружная.
раньше рифмы плелись натужно так,
что у дома дежурил врач.
а теперь оказалась важною - самой лучшею.
что здесь страшного?
твоё горе теперь бумажное.
а всё теплое глубже прячь.
и ему отдавай при случае. он тебя никогда не мучает,
для него ты в тоннеле – лучиком.
и так было и будет впредь.
просто помни, как раньше горестно – ты любила других по совести,
а ему посвящала повести -
от количества где-то треть.
наслаждайся теперь победами - ты же кормишь его обедами,
так справляйся со всеми бедами,
невозможное по плечу.
….на вопросы о том, что в будущем: представляю себя танцующей,
а его откровенным, любящим.
и детей
создающих
шум…
Виктория Миловидова
Ностальгия по детскому,
преданному,
щенячьему,
вот и всё,
что осталось от прошлого за душой.
Кстати, да -
на душе неоправданно хорошо
от того,
что тебя
не любила
по-настоящему,
от того,
что тебе с этим маяться без меня,
от цветущего мая
до осени желтолиственной,
от того,
что в небесных скрижалях
мне быть единственной
среди прочих,
кому ты
ни разу
не изменял.
Ксения Кольт
На что мы тратим жизнь?! На мелочные ссоры,
На глупые слова, пустые разговоры,
На суету обид, на злобу-вновь и вновь.
На что мы тратим жизнь...
А надо б на любовь.
Сжигаем жизнь до тла всё на пустое что-то-
На нудные дела, ненужные заботы...
В угоду обществу придумываем маски...
На что мы тратим жизнь?!
А надо бы на ласки.
Мы распыляем жизнь на сумрачную скуку,
На "имидж" и "престиж", ненужную науку,
На ложь и хвастовство, на дармовую службу.
На что мы тратим жизнь?...
А нужно бы на дружбу.
Куда-то всё спешим, чего-то добываем.
Чего-то ищем всё-а более теряем;
Всё копим-золото, тряпьё и серебро...
На что мы тратим жизнь?!
А надо б на добро.
Волнуемся, кричим, по пустякам страдаем;
С серьёзностью смешной вещички выбираем.
Но сколько не гадай - всё выберешь не ту.
На что мы тратим жизнь...
А надо б на мечту.
Боимся радости, боимся верить в сказки,
Боимся и мечты, и нежности, и ласки;
Боимся полюбить, чтоб после не тужить...
На что мы тратим жизнь?!
А надо просто жить!
Анастасия Загодина
Приходи, говоришь... А зачем?
Если чувства ко мне — на мели.
Миллион, говоришь, общих тем?
В прошлый раз ни одной не нашли.
В прошлый раз ты сказал невпопад:
«Повстречается твой человек…»
И ты был бы, наверное, рад,
Распрощаться со мною навек.
Обвинить бы тебя, да ты — чист.
Нелюбовь – это вовсе не грех…
Просто в сердце моем эгоист
Раскололся, как грецкий орех.
Приходи, говоришь… А зачем?
Чтобы жалостью горло сдавить?
Я хочу засыпать на плече,
А не в гости к тебе приходить.
Златенция Золотова
Барабанит ли дождь по крыше,
Или снег заметает будни, -
Кто-то любит тебя. Неслышно,
Незаметно, но все же любит.
Нервно курит, не спит ночами
И себя беспощадно губит.
Кто-то любит тебя. Печально,
Безнадежно почти, но любит.
Иногда, если крепко вмажет,
Он другую целует в губы.
Только любит тебя все также,
Или даже сильнее. Любит.
Жить тобою он долго будет
И смирится с судьбой однажды.
Но пока еще любит, любит…
Кто-то любит… А кто, - не важно.
Вячеслав Иванов
Это просто история без героев,
эпизод подслушанных разговоров.
Он мечтал, что когда-то их будет трое,
и она улыбалась — еще не скоро,
он писал за двоих по ночам программы,
потому что парню, конечно, проще,
и при встрече ее молодую маму
называл серьезно «любимой тещей».
Он работал, как проклятый, снял квартиру,
разбирался в шубах, духах, бриллиантах,
и она смеялась: «Уйди, противный!»,
но у жизни тысячи вариантов.
И когда наконец-то купили кольца,
вдруг пришел анализ с пометкой «онко-",
и романтик с верой народовольца
стал ненужным больше больным подонком.
Крест вдовы — печальная перспектива,
молодая жизнь, не судите строго…
Он остался ночью в пустой квартире —
умирать бессмысленно, понемногу,
он был предан больше, чем бренным телом,
он был предан всем, для чего дышалось,
в лунном свете плавилась и блестела
рукоять отравленного кинжала.
Он не верил в Бога, не верил в черта,
он хотел, не мучаясь, просто сдохнуть,
но рентгеном заживо перечеркнут,
перестал делить «хорошо» и «плохо».
И весной — после трех беспощадных химий,
воскресая чьим-то порывом воли,
он вернулся к жизни — худой, как схимник,
обескровлен — только не обездолен.
Он отстроил мир — по следам, крупицам,
по кирпичику — точно, до сотой дюйма,
он сумел от смерти освободиться —
и остаться светлым, простым и юным,
не просил у неба достойной мести —
Бог и так ему предоставил фору,
никогда с подругой, потом — невестой
не случилось лишнего разговора.
У него родился кудрявый мальчик,
через год — его отраженье — дочка.
Потому что быть не могло иначе.
Потому, что быть не могло — и точка.
Через много лет на случайном рынке,
выбирая детям хурму и груши,
он увидел в нищенке над корзинкой
ту, которой однажды он стал не нужен.
Им обоим было слегка за сорок,
только время въелось в нее печатью…
Эпизод подслушанных разговоров,
лучше б было просто не замечать их.
Он смотрел — и ужас больничных пыток,
всех мучений, что разрывали сердце,
в этом взгляде виделся так открыто,
что она искала, куда бы деться,
что она всей черной, пропащей сутью
понимала, что ей за это будет…
Сверху мудро и строго смотрели судьи.
Мимо шли равнодушно и молча люди.
Они больше не встретились — даже взглядом,
никогда друг другу и не приснились.
Берегите тех, кто сегодня рядом. Берегите.
И - оставайтесь с ними.
Кот Басё
Заболею не тобой — душу выстужу,
Провалюсь в немые сны черно-белые,
И у Бога в сотый раз счастье выпрошу,
Да и сердце поменяю на целое.
А то бьется невпопад неприкаянно,
Ну, зачем такое мне, аритмичное?
Заболею не тобой я отчаянно —
Может кто-то и подарит обычное…
Чтобы губы, словно мед, были сладкими,
А не горький хмель твоих — не обещанных,
Может рифмы, хоть тогда, станут гладкими,
А то колются они, да все в трещинах.
И еще — увижу мир разрисованным,
Окна — настежь, и пойму — снова дышится!
Заболевшим буду я, зацелованным —
Может, что не о тебе мной напишется.
Будет добрая она, кареглазая —
Синеглазой ничего не достанется!
Заболеть бы мне такой, чтобы сразу я
От любви ее шальной впал в беспамятство.
И тогда отпустит боль… и, наверное,
Оборвется нить к тебе паутинкою,
И уйдет само собой это нервное:
Отболею я тобой — половинкою.
Это надо же о чем мне мечтается…
Самому смешно — да разве же сбудется?
Сердце мне не поменять, вот и мается,
Да куда ж я без тебя… если любится.
Сказоч-Ник
Он без ножа убивает драконов.
Она остается одна.
Он ловко меняет обоймы патронов.
Скоро пройдет зима…
Он на драконов ведет охоту.
Воин. Отважный. Стальная кровь.
Она свои сны превращает в воду.
Талой слезою. До дна. За любовь...
На этой войне сквозь стальные балконы
доносится тихий звериный стон.
Ему год за годом снятся драконы.
А ей этой ночью приснился он...
Она собирает ему обойму.
И эту зиму, как спичку губя,
она его любит по-птичьему больно...
Последний патрон в рукаве – для себя.
Он, часто устав, припадает к иконам.
Она засыпает, как прежде, одна.
Он без ножа убивает драконов.
Ее убивает без срока война…
Она всех драконов – заманит! подкупит!
по зимнему скользкому дну...
А он ее любит?
Быть может, и любит…
Но больше Он любит войну…
Алена Васильченко
Я не пользуюсь женским оружием,
Хоть его там и тут проповедуют…
Не смогла быть послушной.. а нужно бы…
Не смогла быть покорной.. а следует…
Независимость больно уж пагубна..
Наша жизнь нелогично устроена…
Не смогла быть холодной…а надо бы…
Не смогла быть циничной… а стоило…
Рамки штампов указаны строгие…
Но живу без шаблона нелепого…
Лишена я в характере многого…
Но честна. Мне достаточно этого…
Злата Литвинова
Конечно же, это я,
Снежинки опять ловлю…
Я счастлива! Я твоя!!!
И очень тебя люблю…
Белее намного снег,
Когда на душе светло.
Любимый мой человек,
Мне так с тобой повезло…
А в добрых твоих глазах
Есть всё для того, чтоб жить…
И счастье в твоих руках…
Что делать, легко решить…
У нас на двоих с тобой
Мосты, города, дома…
Но главное, есть любовь
И наша с тобой зима…
Конечно же, это ты,
Снежинки считаешь вслух…
Ты лучше любой мечты,
Любовник, и муж, и друг…
Ты сбылся, мой главный сон…
Пророчество той зимы…
А кто это там влюблён?
Конечно же, это мы!
Ирина Самарина-Лабиринт
Вот сувенир, казалось бы, ничего:
шарик, в котором поместится Рождество,
ёлка, другие страны, дорога, дом,
смех, камбоджийский кофе, кубинский ром.
Хочешь — поставь на полку, но не разбей
этот мой мир, сошедшийся на тебе
клином, удачно выбитым, именным,
и расходящийся из-под моей спины.
Аксолотль
Он умел согревать тебя так, как никто другой.
И не спрашивать кто был до и о ком грустишь.
Он заваривал мятный чай приходя домой,
И без слов понимал, о чем иногда молчишь.
Он умел обнимать душой, через этажи.
Он дарил тебе свет всех звезд и ночной покой.
Он любил тебя тихо без скандалов, истерик, лжи,
Ты смотрела и понимала, что он другой,
Не такой как все те, что оставили красный след,
На избитой и онемевшей твоей душе.
Он другой, от него не увидишь ни слез, ни бед.
Он другой, он надежный, бывает так надо же !
Он был нужным зимою, он прогонял метель.
Он был теплым и нежным, когда все в снегах кругом.
Он конечно был самым лучшим в твоей судьбе...
Да вот только ночами...Ты помнила о другом.
Татьяна Суржко
