Жил один король. Однажды он предложил награду за лучшую картину покоя.
Многие художники попытались нарисовать такую картину.
Король посмотрел все работы, но среди них были лишь две, которые по-настоящему ему понравились. Из них предстояло выбрать достойнейшую.
На одной картине было изображено тихое озеро. Оно, как зеркало, отражало возвышающиеся вокруг него горы, голубое небо с белыми облаками. Каждый, кто смотрел на эту картину, думал, что она и является совершенной картиной покоя.
Вторая картина изображала горы. Но они были неровные и голые. Сверху было изображено разбушевавшееся небо, шел дождь, сверкала молния. По горной стене падал пенящийся водопад.
Все это вовсе не выглядело мирно. Однако, взглянув на водопад, король увидел за ним крошечный кустик, растущий из расщелины в скале. На нем птица свила гнездо. Там, в окружении стремительно падающей бушующей воды, она ожидала птенцов.
Именно эту картину и выбрал король.
Он сказал:
- Покой не означает место, где тихо и мирно, где нет шума и беспокойства, где нет напряженной работы. Покой – это то, когда все это есть, однако вы сохраняете мир и покой в своем сердце.
Как-то раз созвало Безумие к себе на чай друзей. Все пришли, было весело, пели, плясали, а после торта Безумие предложило сыграть в прятки:
- Я считаю до ста, а вы прячетесь. Первый найденный будет снова считать до ста.
Все согласились, кроме Страха и Лени.
- Один, два, три… – начало считать Безумие.
Паника спряталась первой, куда попало.
Радость забегала по саду.
Грусть заплакала, думая о бренности жизни.
Зависть цеплялась за Ликование и спряталась за высокими скалами.
А Безумие всё считало.
Отчаяние отчаивалось, так как Безумие досчитало уже до девяносто девяти.
- Сто! – взвизгнуло Безумие. – Я вас ищу!
Первым нашли Любопытство, оно выглядывало в надежде увидеть, кого найдут первым.
Висящим на заборе Безумие нашло Сомнение, оно висело на заборе в нерешительности, по какую сторону забора всё же лучше спрятаться.
Всех нашли, и Любопытство вдруг спросило:
– А где же Любовь?
Все стали искать. Безумие в поисках забрело далеко-далеко и вдруг оказалось в прекрасном благоухающем розовом саду.
В кустах что-то зашуршало. Безумие раздвинуло розовые ветви и услышало вскрик.
Это была Любовь, шипы роз прокололи ей глаза. Безумие металось, ломая руки, извинялось, просило на коленях прощения, вплоть до того, что пообещало Любви оставаться навсегда с ней.
Любовь простила и согласилась. И с тех пор ходят слепая Любовь и Безумие вместе...
Делаем музыкальную открытку.
Хотите научиться делать такую музыкальную открытку?
Тогда скопируйте код из окошка снизу и вставьте свои значения.
|
|
Стыд. Бывают в жизни поступки...
Бывают в жизни такие поступки, которые не забываются с годами, и как не загоняй их в глубины памяти, жгут стыдом, словно все только что произошло.
Ехали мы в командировку. Ехали с моим начальником отдела на совещание. Были оба достаточно молоды и самоуверенны. Ехать было неудобно – долгий маршрут в четверо суток, да еще и поезд не скорый. Командировка была подготовлена заранее, а посему и места нам взяли нижние, чтобы не прыгать вверх – вниз. Но как это повелось на таких не скоростных поездах пассажиры входили – уходили и конечно же пришлось постоянно уступать места – то мамочке с дитем, то беременной женщине.. отдыха не получалось и легкая командировка уже начала напрягать. И только мы остались на своих местах и думали, что уже так и доедем оставшиеся полтора дня, как внезапно срывают стоп кран и проводник вводит нам в купе двух человек очень преклонного возраста.
И что нас бес попутал, чего ради именно на этих стариках мы решили отыграться, но не сговариваясь мы решили, что нижних мест более не уступим. Пожилая чета потоптались, затем как – то неловко примостились на краешке полки, и женщина стала разувать мужа. Это еще более покоробило меня – мужчина был в состоянии сделать это сам. Сапоги были сняты, в купе был такой запах, что нас пулей снесло в коридор. Старики, виновато глянув на нас стали сообща устраивать мужчину на верхней полке. Он залез и моментально уснул. Женщина, взглянув на вторую верхнюю полку поняла, что ей туда не залезть. Я уже открыла рот, чтобы все же уступить свое место, но мой начальник остановил меня и перекинул свои вещички наверх. Женщина аж расплакалась от благодарности. Мой шеф вышел курить, а женщина стала укладываться спать и перед сном рассказала мне свою горькую историю.
Муж ее воевал, весь израненный, но в связи с какими – то проблемами он не пользуется никакими льготами. Они ездили на место захоронения их сыновей. Оба больны, не очень – то богаты, если не сказать большего. Они уже трое суток добираются на перекладных и третьи сутки без сна…
Ты извини меня дочка, сказала она напоследок, я поймала твой взгляд.. Да он мог снять сам сапоги, но я настолько его люблю, а он настолько вымотан… когда будешь старой и будет у тебя твой любимый такой же уставший – ты вспомнишь меня и поймешь, мы более сильные, дочка, хрупкие они мужчины, не осуждай меня.
Она тяжело заснула. А я сидела и плакала от боли за этих стариков, от ненависти к себе, не уступившей места, и от светлой щемящей радости и благодарения Богу, что есть они – вот такие любящие друг друга в старости, щадящие друг друга и старающиеся не причинять беспокойства окружающим. Люди гордые и достойные. И на фоне их человечности еще более низким казался наш поступок – молодых и сильных телом, но таких, оказывается, слабых душой.
До изобретения такого обыденного и простого для нашей повседневной жизни измерительного прибора как термометр о тепловом состоянии люди могли судить только по своим непосредственным ощущениям: тепло или прохладно, горячо или холодно.
История термодинамики началась, когда в 1592 году Галилео Галилей создал первый прибор для наблюдений за изменениями температуры, назвав его термоскопом. Термоскоп представлял собой небольшой стеклянный шарик с припаянной стеклянной трубкой. Шарик нагревали, а конец трубки опускали в воду. Когда шарик охлаждался, давление в нем уменьшалось, и вода в трубке под действием атмосферного давления поднималась на определенную высоту вверх. При потеплении уровень воды в трубки опускался вниз. Недостатком прибора было то, что по нему можно было судить только об относительной степени нагрева или охлаждения тела, так как шкалы у него еще не было.
Позднее флорентийские ученые усовершенствовали термоскоп Галилея, добавив к нему шкалу из бусин и откачав из шарика воздух.
В 17 веке воздушный термоскоп был преобразован в спиртовой флорентийским ученым Торричелли. Прибор был перевернут шариком вниз, сосуд с водой удалили, а в трубку налили спирт. Действие прибора основывалось на расширении спирта при нагревании, — теперь показания не зависели от атмосферного давления. Это был один из первых жидкостных термометров.
|
|
|
|
|
|
Формулы общеизвестные. На авторство не претендую.
Вверху слева
Вверху центра
Вверху справа
Внизу слева
Внизу центра
Внизу справа
Серия сообщений "• формулы, коды":
Часть 1 - Расположение музыки на картинке
Часть 2 - Создание бродилочки (2)
Часть 3 - Создание бродилочки (1)
...
Часть 42 - Теги, работающие на ЛиРу
Часть 43 - Цветные окошки для кодов
Часть 44 - Формула разрезной рамочки
[700x525]