[648x486]
[700x525]
Как исцелить раненого внутреннего ребенка
В каждом из нас живет маленький ребенок. Это девочка или мальчик, у каждого внутреннего малыша свой возраст. Своя боль. Своя рана.
Почти каждый внутренний ребенок был ранен. Чаще всего – родителями. Как это ни грустно, но именно они причиняют нам боль. Наказаниями, бойкотами, угрозами. Именно они говорят нам:
Чаще всего они говорят это в сердцах. Во время ссоры, спора, в трудной ситуации. Но нам хватает и одного раза. Одного удара словом, чтобы ходить с этой раной всю жизнь. Ведь раны на сердце очень трудно залатать. А даже если и залатаешь, то шрам будет напоминать о пережитой боли.
Раненые дети вырастают и начинают самостоятельную жизнь. Но они только выглядят взрослыми.
Если копнуть поглубже, то можно увидеть, что этому суровому дяденьке на самом деле четыре года. И мама запретила ему плакать, как девчонка. Поэтому всю свою боль он скрывает под каменным лицом.
А вот этой разодетой (или раздетой?) дамочке не больше трех. И она до сих пор слышит гневный голос мамы, которая пророчила ей, такой страшненькой, одинокие годы.
Этот супер-успешный бизнесмен работает день и ночь, чтобы доказать отцу, что он чего-то стоит.
Эта сильная и успешная стервозная мадам пытается защититься от всей той боли, которую ей причинил отчим, не подпуская к себе мужчин.
Наши внутренние раненые дети прячутся внутри нас. Они ждут удобного момента, чтобы подать голос. Чтобы оградить нас от того, что нас снова ранит. Чтобы помочь нам избежать боли. Чтобы сохранить мнимое равновесие вокруг.
Но от боли не спрятаться. Мы становимся родителями. И когда наши дети подходят к определенному возрасту, начинается веселье. Нас плющит и таращит без повода. Мы не можем находиться рядом. Мы ведем себя так, что потом за это стыдно. Именно в этом возрасте наши внутренние дети получили травму.
И у каждого этот возраст свой. Кому-то сложно в первый год жизни ребенка. Кому-то – в три года. Кому-то в десять….
Моя критическая точка – от года до полутора. Сейчас я прохожу этот возраст снова со своим младшим сыном. Уже проще и легче. Но все равно – еще аукается. Ведь именно в год мама отдала меня в ясли. И видимо, на тот момент для меня это было слишком. Хотя наверное, это для любого ребенка слишком. Слишком рано. Слишком больно. Слишком тяжело.
Только в те времена (как и сегодня) детская психика мало кого заботила. Нам с мамой нужно было на что-то жить. А значит, маме нужно было работать. Это был единственный вариант. И не самый плохой. По сравнению с абортом или детдомом, например.
Головой я это понимаю. И сейчас, и четыре года назад, когда впервые столкнулась со своим кризисом вместе со старшим сыном. А сердцем я только учусь это принимать.
Как исцелить своего раненого малыша?
1. Найти выгоды в своем обиженном положении и отказаться от них.
Можно очень долго холить и лелеять свои раны и шрамы. Это дает ряд преимуществ. Можно не взрослеть. Можно не устраивать свою жизнь «назло маме». Можно бесконечно что-то доказывать – и так вроде появляется цель в жизни.
И очень часто мы именно этим и занимаемся. Мы постоянно вспоминаем, как несправедливо к нам относились родители. Как нас обижали или унижали. Это бесконечная жвачка для ума, которой можно развлекаться всю жизнь.
Если бы не одно но. Пока мы жуем свои обиды и
Он очень вкусный, поэтому готовить его одно удовольствие.
[700x524]
[287x287]
[700x525]
[700x468]
[700x526]