Нежные, воздушные с дырочками, ароматные заварные блины

Однажды Валентин Гафт стал свидетелем, как некая женщина, услышав голос Владимира Высоцкого, сказала: «Ах, не люблю этого хулигана...»

После этого Валентин Иосифович написал стихотворение «Хулиган»:

Мамаша, успокойтесь, он не хулиган.
Он не пристанет к Вам на полустанке.
В войну (Малахов помните курган?)
С гранатами такие шли под танки.

Такие строили дороги и мосты,
Каналы рыли, шахты и траншеи.
Всегда в грязи, но души их чисты.
Навеки жилы напряглись на шее.

Что за манера — сразу за наган?!
Что за привычка — сразу на колени?!
Ушел из жизни Маяковский–хулиган,
Ушел из жизни хулиган Есенин.

Чтоб мы не унижались за гроши,
Чтоб мы не жили, мать, по–идиотски,
Ушел из жизни хулиган Шукшин,
Ушел из жизни хулиган Высоцкий.

Мы живы, а они ушли Туда,
Взяв на себя все боли наши, раны.
Горит на небе новая звезда –
Ее зажгли, конечно, хулиганы.

(с)  Валентин Гафт

https://cont.ws/@Papinadochka

Сборник песен В.Высоцкого

Котлеты на кефире: нежность и сочность без лишних усилий

Хотите удивить близких сытным и вкусным обедом, не тратя много времени на кухню? Попробуйте котлеты на кефире! Благодаря этому простому ингредиенту мясная масса приобретает нежную, воздушную текстуру — блюдо буквально тает во рту. Готовится быстро, а результат превосходит ожидания: котлеты получаются гораздо нежнее традиционных вариантов.

Белый танец танцует бабочка в шляпке из фетра,
в шелковом платье на стеклах, скользких от ветра.
Ветки качаются и в дожде капли хрустальные чудо,
Осени дни уплывают туманом и ты далеко отсюда…

Если б, у бабочки крылья покрывал глянец,
она порхала бы ближе к солнцу исполняя танец.
О чем мечтает она? парить улетающей птицей,
продлить свою короткую жизнь, в неё воплотится.

N – art

Салат «Дружба» с плавленым сыром: быстрая и сытная закуска на любой случай

Скумбрия «как лосось» за 4 часа: рецепт с пряным маслом

Простые ингредиенты превращаются в вкусную выпечку, которую хочется готовить снова и снова. Такое печенье отлично подходит к чаю, кофе или стакану молока. Красивый рельеф делает его особенно аппетитным и эффектным на столе.

Такой десерт особенно понравится любителям кофе: он легкий, эффектный и исчезает со стола под "дружное м-м-мычанье" близких... Готовится угощение буквально за считанные минуты, а подаётся в бокалах, креманках или как вкусное дополнение к мороженому и молочным коктейлям.

Оригинальный кофейный десерт, который превращается в воздушный мусс всего лишь за несколько минут. При постоянном взбивании миксером на максимальной мощности кофейная масса быстро увеличивается в объеме до образования стабильной крепкой пены. Аромат взбитого кофе очень насыщенный и приятный, всем кофеманам доставит особое удовольствие!

Устали от сложных рецептов с селёдкой? Хотите быстро приготовить что‑то вкусное к ужину? Попробуйте эту простую намазку — она готовится за считанные минуты и отлично подходит для бутербродов. Благодаря яблоку и яйцам вкус получается сбалансированным, а текстура — нежной и удобной для намазывания.

М-м Тюссо
 
 ·
Её голову уже побрили. Гильотина была готова. И вдруг появился человек, который спас ей жизнь — ценой самой жуткой работы в Париже. Она выживет. И построит целую империю на том, что сделает дальше. Вы знаете её имя. Мадам Тюссо.
Она родилась как Анна Мария Гросхольц в 1761 году во французском городе Страсбург — всего через два месяца после того, как её отец погиб на войне. Овдовевшая мать устроилась домработницей в Берне, в доме тихого и эксцентричного швейцарского врача по имени Филипп Кюртиус, у которого было странное и всё растущее увлечение. Он работал с воском.
Сначала он создавал анатомические модели для студентов-медиков. Потом начал лепить лица умерших. А затем — лица живых. Вскоре Кюртиус создавал восковые портреты герцогов и герцогинь, философов и революционеров — настолько реалистичные, что толпы собирались на его выставках в Париже, просто чтобы стоять перед ними.
Кюртиус относился к маленькой Марии как к дочери. Он обучил её всему, что знал сам. Уже в 16 лет она создала свой первый портрет — восковой бюст Вольтера, самого известного философа Европы. К началу своих двадцатых Мария Гросхольц стала настолько искусной, что сестра короля Людовика XVI, принцесса Елизавета, пригласила её в Версаль в качестве личного преподавателя искусства и доверенного лица.
Мария провела годы во дворце, среди шелков, серебра и нарастающих шёпотов революции.
А затем, в 1789 году, её мир загорелся.
Пала Бастилия. Король был арестован. Улицы Парижа наполнились толпами и кровью. И революционеры, ищущие всех, кто имел связи с королевской семьёй, пришли за ней.
Её бросили в парижскую тюрьму. Её голову побрили. До гильотины оставались считанные дни.
Именно тогда Кюртиус узнал о её аресте. Он поспешил к революционерам и показал им её работы — портреты Вольтера, Руссо, Бенджамина Франклина. Он умолял, доказывая, что она — художник свободы, а не сторонница монархии.
Это сработало.
Марию освободили. Но у новой власти было условие.
Чтобы доказать свою лояльность, она должна была заняться тем, на что почти никто не осмелился бы: создавать посмертные маски всех известных жертв гильотины.
Она начала с людей, которых знала лично.
Она сделала маску короля Людовика XVI, который когда-то принимал её во дворце. Маску Марии-Антуанетты, чьи платья шелестели мимо неё в коридорах Версаля. Маску принцессы Елизаветы — женщины, которую она учила и любила.
Когда радикального журналиста Жан-Поля Марата заколола в его ванне Шарлотта Корде, Марию вызвали так быстро, что, как она позже писала, «его тело ещё было тёплым». Она сняла маску прямо там — в кровавой воде.
Когда Робеспьер, архитектор Террора, был казнён, она сделала и его маску. Его лицо было обезображено — он пытался застрелиться накануне — и она воспроизвела его именно таким, каким увидела.
В своих мемуарах она описывала нечто почти невообразимое. После казней, писала она, она сидела «на ступенях выставки, с окровавленными головами на коленях, снимая слепки их лиц».
Это была самая страшная, опасная и интимная работа, какую только можно представить. И она делала её годами — потому что альтернатива была одна: лезвие.
Когда Кюртиус умер в 1794 году, он оставил ей всю свою коллекцию восковых фигур и два музея. Мария стала единственной владелицей самого необычного свидетельства Французской революции — настоящих лиц тех, кто её создавал и погиб в ней.
В 1802 году она навсегда покинула Париж. Вместе с маленьким сыном и своими фигурами она пересекла Ла-Манш и отправилась в Британию — и больше никогда не увидела своего мужа.
В течение следующих 33 лет она путешествовала по британской провинции в конном фургоне, из города в город, устраивая выставки в пыльных залах и беря по одному шиллингу за вход. Люди, которые никогда не бывали в Париже, внезапно оказывались лицом к лицу с посмертной маской Марии-Антуанетты — всего в нескольких сантиметрах от себя.
В 1835 году, в возрасте 74 лет, Мария Тюссо наконец обосновалась в Лондоне, на Бейкер-стрит, и открыла первый в мире постоянный музей восковых фигур.
Она была матерью-одиночкой, пережившей самую кровавую революцию современности. Она построила свою империю из отрубленных голов и собственного выживания — одна, в стране, язык которой едва знала.
В 1842 году, в возрасте 81 года, она создала свою последнюю работу — автопортрет. Небольшая, проницательная пожилая женщина в белом чепце, спокойно смотрящая на посетителей.
Эта фигура до сих пор стоит у входа в музей Мадам Тюссо в Лондоне.
Она наблюдает за каждым гостем уже почти два столетия.
Мария Тюссо умерла во сне 16 апреля 1850 года в возрасте 88 лет.
И в следующий