«В отношении мужского речевого поведения можно также отметить, что у взрослых мужчин часто наблюдается неспособность выразить и описать свои собственные эмоциональные состояния, в частности, теплоту, заботу, печаль или боль. Мужчины чётко выражают лишь одну эмоцию – гнев». (с) А. Кирилина.
"В давние времена жил король. Однажды он заболел какой-то непонятной болезнью. Это была ужасная болезнь, от нее тело короля постепенно таяло. Ни врачи, ни лекарства не помогали. И тогда король решил издать новый закон, по которому казнь ждала каждого, кто его увидит. Закон принес пользу: хотя у короля растаял нос, не стало кистей рук, затем исчезли ноги — до колен, никто не сомневался, что король по-прежнему жив и здоров. А болезнь шла своим чередом, и король, который таял, как свеча, и не мог уже двигаться, решил наконец обратиться за помощью, но было слишком поздно — у него уже пропал рот. И вот король исчез. Но ни один из преданных ему министров не выразил сомнения в том, что король существует. Рассказывают даже, что этот исчезнувший король, поскольку он уже не мог творить зло, долгие годы слыл мудрым правителем и пользовался любовью народа."
Кобо Абэ, "Чужое лицо"
Да, я жалкое инфантильное ничтожество, убожество, к 20ти с лишним годам не добившееся в жизни ни-че-го. Но что теперь с этим поделать? Всё получилось так, как получилось.
"Раз я живу, значит, это кому нибудь нужно", "Если ты приносишь пользу хотя бы одному человеку - ты живешь не зря", "Каждый человек имеет право на существование" - дерьмо собачье это всё. У моего существования нет ни цели, ни оправданий. Но что теперь делать, раз я уже родилась, раз я уже есть?
Когда меня не станет, мир станет чуточку лучше. Но пока что ему придется меня потерпеть. Мне это и самой не в кайф, но какие еще есть варианты? Убейте меня, если сможете - я сопротивляться не буду. Не сможете - придется меня терпеть.
Однажды друг спросил меня,почему при всей своей лютой ненависти к себе я слежу за собой и стараюсь хорошо выглядеть. Тогда я не смогла ответить ничего существенного, хотя некоторые мысли имелись, передать их словами было затруднительно. И вот, совершенно случайно я встретила цитату, которая может полностью ответить на этот вопрос.
" Лицо — это в конечном счете его выражение. А выражение… как бы это лучше сказать… В общем, это своего рода уравнение, выражающее отношения с другими людьми. Это тропинка, связывающая с ними. И если тропинка преграждена обвалом, то люди, даже пробравшись кое-как по ней, скорее всего, пройдут мимо вашего дома, приняв его за необитаемую развалюху."
При обнаружении мертвого тела одна из важнейших задач криминалиста — точно определить время смерти. Исследованиями в этом направлении занимаются специализированные научные центры, где изучают процессы декомпозиции человеческих тел. Самый известный из них — Антропологический исследовательский центр Университета Теннесси в Ноксвилле. Именно здесь в 1981 году открылась первая ферма трупов, где под открытым воздухом изучают разложение тел в разных метеорологических и биохимических обстоятельствах. Ноксвилльская ферма — это огороженный лесной массив размером в несколько футбольных полей. На его территории разлагаются трупы, за которыми ведется ежедневное наблюдение. Трупы намеренно содержатся в разных условиях — на поверхности и под землей, на солнце и в тени, в автомобилях, пластиковых мешках, мини-бассейнах, под воздействием насекомых — чтобы криминалист умел установить время смерти вне зависимости от обстоятельств преступления.
Сколько ни пытаюсь проанализировать свою жизнь, и понять, на каком этапе была допущена ошибка, и как следовало поступать, чтобы не допустить ее, всё всегда сводится к одному: - Нужно было убить себя в любой день, в любую минуту, как только возникала об этом мысль - а мысли возникали каждый день, постоянно, начиная с четырех лет - а может быть и раньше, просто я этого не помню. Самоубийство в детстве не допустило бы будущих разочарований. Самоубийство при первых разочарованиях не допустило бы последующих. И так по накатанной. До сегодняшнего дня. И когда-нибудь настанет день, когда я буду вспоминать сегодняшний вечер - разбитая, изгнанная, лишенная даже тех крупиц счастья, которые мне пока что удалось сохранить - буду вспоминать, и проклинать себя за надежду на лучшее, за пустую и никчемную веру в себя.
Ворарефилия (также ворофилия, вор(е), vore, vorarephilia от лат. vorare — «пожирать» и др.-греч. φιλία — «люблю») — является видом фетишизма, при котором человек получает удовольствие от фантазий быть съеденным или съесть другого человека. Предпочтения различаются, но в основном делятся на тех, кто предпочитает поглощение целиком, заживо («soft vore») и предварительно разжёванным («hard vore»), соответственно. Практикуется в Интернете, отыгрывается в ролевых играх. Обычно vore не является каннибализмом, так как не выходит за рамки фантазий или вообще не направлено на смерть жертвы.
Акт ворофилии формируется при взаимодействии двух существ или ролей: «pred» (от англ. predator — хищник) — фурря-хищника, который занимается поглощением, и «prey» (англ. добыча) — фурря-жертвы, который, как правило, является животным из более низкого звена в пищевой цепочки; также выделяют сторону наблюдателя. Отношения хищник-жертва имеют некоторое сходство с доминированием и подчинением, что задаёт отношениям особые правила и является дополнительным источником наслаждения для любителей таких отношений. Некотрые фурри могут находить притягательными пасть животных и процесс поглощения; у ворофила же эмоциональная реакция на эти фантазии почти всегда эротичного характера: от нежного и слабого, до резкого и сильного. Можно выделить следующие переживания и желания, которые подспудно могут реализоваться в воро:
Макрофилия/микрофилия. В тех воро, где жертва и хищник неравны размером, имеет место взгляд на мир по-иному, например глазами существа меньшего размера, а именно восприятие, ощущение, любопытство, появление новых возможностей взаимодействия с большим существом, переживание трудностей при взаимодействии с ним.
Доминирование/подчинение. Большой зверь очень силён для маленьких зверят и имеет неограниченную власть над ними: от его милости зависит навредит ли он или поможет, сделав приятно.
Исследование новых возможностей взаимодействия. Большой зверь может облизать маленького, что окажет приятные и тёплые ощущения по всему маленькому телу зверька. Если проглоченный зверёк скользит по пищеводу, то представляет целую гамму необычных ощущений, неописуемых одной строчкой. Хищник тоже останется довольным своей сытостью.
Эндосоматофилия — означает полное поглощение и заточение внутри живого существа другого живого существа. В данном случае получают своё удовлетворение стремления ощутить целостность с другим организмом или быть окружённым другим живым организмом. Иногда под этим понятием подразумеваются любители эндоскопии-видео, где маленькая видеокамера на специальном проводе погружается человеку или другому животному в желудок.
Жертва по размеру может быть меньше хищника, а может быть того же размера, в этом случае происходит эффект растягивания как в мультфильмах.
Странный символ, бывший для меня загадкой с самого детства, оказался всего лишь крохотной (см на см) иллюстрацией из книги. Теперь ответ известен, но неясности в этом символе меньше не стало.
Небольшая предыстория моего мира. Несколько лет назад началась Третья Мировая война. К счастью, обошлось без ядерной катастрофы, однако, устройство мира изменилось навсегда. Главной управляющей силой мира стали города, в которых была наиболее развитая инфраструктура - столицы самых продвинутых стран. Эти города разрослись до гигантских размеров, и многие из них получили статус практически равный статусу отдельных стран. Такие города стали называться анклавами.
Эта история произошла в анклаве Нью-Йорк. Меня зовут Азис Моисеев, мне двадцать пять лет. Десять лет назад я эмигрировал из анклава Москва вместе со своими родителями. Семь лет назад я поступил в полицейскую академию, где был одним из лучших студентов. Мне обещали блестящее будущие, я и сам верил в широкие перспективы после выпуска. Однако по окончании учебы во мне что-то сломалось. Я не могу озвучить причину моей депрессии, но она есть, и серьезная. Я запил, и, как мне казалось, навсегда порвал с полицией. Два года я работал в частной охранной фирме. Жил в убогой съемной квартирке на гроши. Денег было очень мало - настолько мало, что я не мог позволит себе вылечить серьезную глазную болезнь, и был вынужден постоянно носить специальные линзы, чтобы видеть хоть что-то. Два долгих года я жил как последняя свинья, в нищете и голоде, и только алкоголь помогал мне проживать день за днем.
В полицейской академии у меня была подруга, Акияма Мио из анклава Токио. Мы были друзья не разлей вода все пять лет, но на выпускном случилось кое-что, из-за чего нам пришлось прекратить общение. И вот, однажды через моих работодателей со мной связались агенты спецслужб. Я был очень удивлен - что им может понадобиться от меня? Чего они от меня хотят? Я всего лишь жалкий охранник, я ничего не вижу и ничего не знаю, я ничем не могу помочь. Однако, то, что они рассказали, очень заинтересовало меня. Это касалось Мио. Они знали, что мы с ней были близки, и знали, что я был самым талантливым студентом на своем курсе - именно поэтому они и обратились ко мне.
Оказалось, что Мио после выпуска продолжила работу в полиции, но после несчастного случая с ее напарником ушла в разведку. Ее группа была направлена на расследование некоторого инцидента, и бесследно пропала. Каким-то образом это было связано с недавним происшествием в больнице скорой помощи, где внезапно взбесились роботы-медтехники, а так же с терактом в отеле в третьем районе. Спецслужбы начали расследование этих происшествий, и пропажи группы агентов. Я мало что понял, но всё же согласился сотрудничать. Я был переведен в более элитное подразделение охранной фирмы, и стал работать на различных правительственных объектах. Мне удавалось доставать и сливать кое-какую малозначительную информацию, и все это время дело никак не двигалось.
Наконец, в один прекрасный день мне сообщили - на днях из анклава Москва прибывает расследовательская группа, которая займется непосредственно поисками. Моя задача заключалась в их сопровождении и охране в течение всего расследования. Может быть - с волнением думал я - нам удастся отыскать Мио, и я узнаю, каким же образом она оказалась замешана во всей этой истории.
Итак, день настал. Я стоял у того самого отеля, где месяц назад был совершен теракт. Со мной был мой табельный Глок-19 и фляжка с вискарем. Я ждал...
Эта песня хороша в любую погоду, и в любое время суток. В мрачной обстановке она подчеркнет темные тона жизни, доведя отчаяние до абсурда. Радостным летним днем она не даст забыться счастьем, напомнив о боли и потерях.