Упросился я у родителей поехать с другом в деревню, собственно деревню я знал, как вся родня из деревни.
Собрали нас, дали два ведра с хлебом. Тут у меня культурный шок, буханки хлеба в ведрах. Объяснили, что завоз хлеба там редко бывает, а в ведрах, чтобы дольше не черствел, типа хлебниц.
Приехали, собственно это не совсем деревня, а пару домов на полустанке. Хата. В хате русская печь, с русской печью я и раньше был знаком, когда родители меня от горя прятали, отдавая родственникам в деревню, но здесь я узнал, что такое пища в русской печи. Она не жаренная, не варенная, она печеная. Бабка достала чугунок с пшенной кашей, сверху радужная корочка, каша, просто каша, но я ей объелся, было реально вкусно, это как пекаренная картошка, которую мы пекли в золе.
Огород у бабки был огромен, целое футбольное поле, в принципе с такого огорода можно было держать корову, там ничего не росло, только трава.
Там же я и научился косить траву.

"С пятки на носок, с пятки на носок", носок правда у меня частенько землю рыл, но уже небольшой покос я мог сделать.
В Шонихе не было ни речек, ни озер, но там были песчанные карьеры, куда по весне заполнялась вода и стояла все лето, то бишь такие мелкие и теплые озера, практически рукотворные бассейны. Купаться там было одно удовольствие, теплая вода, дно по колено, коряг нет, утонуть невозможно.
У местных спели плот.
[700x474]
Но, удовольствие только на день, слишком тяжелый, да и зачем он нужен, если озеро можно было пешком перейти.
Тогда меня реально напугал местный поп, он заходил к нашей бабке типа на чай. Мы жили в стране не пуганной религией, и попов видели только в кино и то не часто. Когда я увидел это чудо, в яркий солнечный день мне стало плохо. Идет человек весь в черном, это лето и жара, высокий черный тюрбан на голове, ряса черная до пят, борода до пупка, крест золотой от брюха до брюха, и сцуко посох в руке...Короче, до вечера я отсиживался в кустах, мне по фиг было, что он с бабкой сделает, лучше я в милицию утром сообщу.
Обошлось.
Деревенские девки мне не понравились, очень много мата, для меня городского это был культурный шок, особенно , когда ты воспитывался в пролетарской семье и тебе 10 лет отроду.