Адмирал Колчак — известный полярный исследователь для одних и безжалостный диктатор для других.

Славный потомок турецкоподданного

Семья Колчаков вела свою родословную от пленного турецкого офицера, который в дальнейшем перешёл на русскую службу, и к началу 20 века была вполне петербургской семьёй. Отец будущего адмирала, Василий Иванович Колчак, был награждён офицерским Георгиевским крестом за мужество и храбрость при обороне Малахова кургана в Севастополе во время Крымской войны. Затем дослужился до звания генерал-майора и много-много лет был связан с Обуховским оружейным заводом, где отвечал за приёмку снарядов и орудий.

Будущий адмирал родился 16 ноября (по новому стилю) 1874 года. Был крещён в Свято-Троицкой церкви «Кулича и Пасхи». А его ранние детские годы прошли в доме № 6 на Поварском переулке, в квартире на четвёртом этаже.

Участники полярной экспедиции на борту шхуны, 1901. Источник: журнал «Дилетант»

После окончания третьего класса 6-й классической гимназии, располагавшейся на улице Зодчего Росси, Александр Колчак начал свою военную карьеру в Морском кадетском корпусе на Васильевском острове. В 1895 году лейтенант Колчак на броненосном крейсере «Рюрик» ушёл в плаванье из Кронштадта во Владивосток. Затем он служил вахтенным начальником на броненосцах «Полтава» и «Петропавловск». В декабре 1899 года Александр Васильевич был откомандирован в распоряжение Академии наук. Ему, соратнику адмирала Степана Осиповича Макарова по строительству ледоколов для полярных морей, предстояло пройти научную подготовку для участия в арктической экспедиции барона Эдуарда Васильевича Толля на шхуне «Заря».

106 лет назад, 15 января 1917 года,
родился великий актёр Евгений Алексеевич Лебедев.
КАКАЯ всё-таки удача, что среди замечательных актёров, с которыми за прожитые годы довелось мне много общаться (не только в качестве зрителя либо журналиста), был и Евгений Алексеевич Лебедев. В последний раз, помню, встретились накануне его 80-летия... В тот вечер он на сцене БДТ был Фомой Опискиным. Только что отгремели аплодисменты, артист пришёл в свою гримуборную, устало опустился в кресло...
***
– ЗНАЧИТ, Евгений Алексеевич, вот-вот восемьдесят стукнет?
– Да, серьёзная цифра: «восьмидесятилетний Лебедев» – это, знаете, что-то вроде новой роли. И правда, ощущение – как перед премьерой. Наверное, только в детстве так волновался, когда на день рождения подарка ждал...
–  Что же вам тогда дарили?
– Разное. Например, «Сказки» Пушкина. Или сапожки – хромовые, «со скрипом»... А когда стал актёром, скоро понял, что самый лучший подарок – хорошая роль.
– Ну, уж у вас-то хороших ролей всегда хватало!..
– Да,  хорошими ролями не обижен.  Причём в каждой – часть моей биографии.
– Как это? И даже Фома Опискин – про вас?
– И Фома. Ведь в любом человеке есть и добро, и зло, важно –  ч т о  в их единоборстве побеждает... И Бессеменов из «Мещан», которого много лет играл, – тоже про меня: ведь все мы  –  бессеменовы,  все  хотим,  чтобы наши дети были лучше нас... И Артуро Уи – сколько в этой  роли  было  моей  боли!.. Постигая суть этого персонажа, в частности, изучал «Майн кампф» и, помню, поражался: как же много там от Сталина! Потом сравнивал сталинские и гитлеровские снимки – и ещё раз был потрясён схожестью: Сталин с ребёнком и цветами – Гитлер с ребёнком и цветами, Сталин в саду с лопатой – Гитлер в саду с лопатой. И так далее. Причём гитлеровские мысли об искусстве оказались куда интереснее сталинских. Вот и помог Брехт высказать про своё, наболевшее. Могло ли мне тогда, почти сорок лет назад, даже в самом страшном сне привидеться, что фашисты когда-нибудь появятся в моей родной стране, что будут открыто устраивать сборища, со страниц своих газетёнок и даже порой с телеэкрана декларировать свои гнусные идеи... Ах, как бы хотел сыграть сейчас эту роль снова! Как пронзительно-актуально прозвучали бы теперь слова Брехта, которые я в финале, уже сбросив маску своего героя, обращал к залу: «Хоть человечество и было радо, // отправить этих выродков налево, // торжествовать пока ещё не надо: // ещё плодоносить способно чрево, // которое вынашивало гада...» Ну а мой Холстомер из «Истории лошади», поставленной по повести Льва Николаевича Толстого, которого играл подряд два десятка лет (сейчас – только в концертах), по главной своей сути для меня вообще автобиографичен. Помните песню Холстомера?

Кир Булычёв - один из самых популярных советских фантастов. Его цикл детских книг о девочке из будущего Алисе Селезнёвой знаком каждому. Однако он написал и множество фантастики для взрослых, научных трудов и стихов. Книги Булычёва экранизированы более двадцати раз - больше, чем у любого другого российского фантаста.

После смерти писателя была учреждена Мемориальная премия им. Кира Булычева. Вручается с 2004 года за высокий литературный уровень и человечность, проявленную в произведении. Сама премия представляет собой миниатюрную бронзовую пишущую машинку - символ труда писателя.

Вот этот рассказик бродит по сети... Но это реально случилось с моим прекрасным другом, одним из самых светлых людей на свете, с Женькой... CAZADOR, 1998 г.

Доктор Женя

Приёмный покой больницы. Дежурство. Глухая зимняя ночь после суматошного дня. Три часа пополуночи.
Хорошо подогретые друзья привезли разухабистого и столь же «теплого» братка, прямо с шумной вечеринки. Круто-о-ой, весь в цепях и наколках браток, привыкший чтобы его красиво «обслуживали», жалуется на животик. Ведет себя безобразно: куражится, хамит, матерится, харкает на пол, закидывает ноги прямо на стол. Через полчаса медсестра на грани слезной истерики, я на грани буйного помешательства. Звоним хирургам. Дежурит Доктор Женя.
Досье Доктора Жени:
Доктор Женя, 29 лет, хирург, разведен. Рост 180 см, вес 120 кг.
Телосложение: ОЧЕНЬ крепкое.
Стрижка: «под ноль».
Глаза: голубые, взгляд тяжелый, но добрый.
Увлечения: тяжелая атлетика, пишет стихи, песни, играет на гитаре, голос приятный, слух абсолютный.
Характер: спокойный, уравновешенный, надежный товарищ, добрейшей души человек.
Далее со слов Доктора Жени:
«Пришел с экстренного грыжесечения. Замучился в доску. Добрел в дежурантскую, свалился на кушетку и моментально отключился. Разбудил оглушительный треск телефона во тьме. Вскочил «на прямые ноги». «Хирурга - в приемное, срочно!!!» Нашарив в темноте стетоскоп, повесил его на шею и на «автопилоте» отправился в смотровую».
Распахивается дверь и Доктор Женя влетает в приемное. Останавливается напротив «клиента» и хриплым со сна басом вопрошает:
- Что беспокоит?
«Браток» как-то сдувается в объёме, меняется в лице и, даже, вроде бы, становится ниже ростом. Улыбочка сползает с его пунцового лика:
- Да ничего, доктор, извините, уже все прошло.
Доктор Женя издает вопросительный рык. «Браток» застегивает кожан, приобретает совершенно приличный вид и бочком-бочком, по стеночке пробирается к выходу:
- Извините за беспокойство, до свидания!
Брателла исчезает за дверями, с улицы доносится рев стартующего «бумера». Все в недоумении глядят друг на друга, потом на Доктора Женю. Потом персонал хватается за животы и начинает дружно гоготать, тыча пальцами в еще не совсем проснувшегося Доктора Женю.
Доктор Женя: в истерзанном хирургическом костюме с брызгами крови, с помятой мордой и красными глазами. На бычьей шее, спускаясь на мощную грудь, висит толстая, в палец, цепь с образом Николая Чудотворца и…
…КИПЯТИЛЬНИК!!! 

© Copyright: Крона Йо, 2009
Проза.ру, свидетельство о публикации №2902180056
http://www.proza.ru/2009/02/18/56 

P.S. Ну, нравятся мне такие рассказики!

В детстве бабушка любила повторять мне одну фразу:
«Запомни, внученька, золото и украшения, которые хранятся в семье, можно продавать только в случае крайней необходимости. И никакого обмена на тряпки или модные вещи – это исключено!»

Один доллар восемьдесят семь центов. Это было все. Из них шестьдесят центов монетками по одному центу. За каждую из этих монеток пришлось торговаться с бакалейщиком, зеленщиком, мясником так, что даже уши горели от безмолвного неодобрения, которое вызывала подобная бережливость. Делла пересчитала три раза. Один доллар восемьдесят семь центов. А завтра Рождество.

Единственное, что тут можно было сделать, это хлопнуться на старенькую кушетку и зареветь. Именно так Делла и поступила. Откуда напрашивается философский вывод, что жизнь состоит из слез, вздохов и улыбок, причём вздохи преобладают.

Старик Гендлин жил у самой станции, в полувросшем в землю маленьком домишке , притулившемся к давно не работавшей железнодорожной будке. Казалось, что сама Малаховка начинается с Гендлина и его домика. Все местные старожилы его знали, с ним почтительно раскланивались и точно помнили, что когда они только появились в Малаховке, Гендлин уже был не молод и жил там давным-давно.

ПРО ФЕДОТА-СТРЕЛЬЦА УДАЛОГО МОЛОДЦА


ПОТЕШНИК:

Верьте аль не верьте, а жил на белом свете

Федот-стрелец, удалой молодец.

Был Федот - ни красавец, ни урод,

Ни румян, ни бледен, ни богат, ни беден,

ни в парше, ни в парче, а так - вообче.

Служба у Федота - рыбалка да охота.

Царю - дичь да рыба, Федоту - спасибо.

Как-то раз дают ему приказ:

Чуть свет поутру явиться ко двору.

У Федьки от страха намокла рубаха,

В висках застучало, в пузе заурчало,

Тут, как говорится, и сказке начало...

Гостей во дворце - как семян в огурце.

Один из Швеции, другой из Греции,

Третий с Гавай... И всем - жрать подавай!

Одному - омаров, другому - кальмаров,

Третьему - сардин, а добытчик - один!

Царь на вид - сморчок, башка с кулачок,

А злобности в ём - агромадный объём.

Смотрит на Федьку, как язвенник на редьку.

ЦАРЬ:

К нам на утренний рассол прибыл аглицкий посол,

А у нас в дому закуски - полгорбушки и мосол.

Снаряжайся, братец, в путь да съестного нам добудь -

Глухаря иль куропатку. Аль ишо кого-нибудь.

Не смогёшь - кого винить? - я должон тебя казнить.

Гусударственное дело... Ты улавливаешь нить?..

ФЕДОТ:

Нешто я - да не пойму, при моем-то при уму?

Чай, не лаптем щи хлебаю - сображаю, что к чему.

Получается, на мне вся политика в стране:

Не добуду куропатку - беспременно быть войне.

Чтобы аглицкий посол с голодухи не был зол,

Головы не пожалею, обеспечу разносол!..

Уверен, немногие из вас знали, что 3 февраля отмечался Всемирный день борьбы с ненормативной лексикой. Сегодня в России ею никого не удивишь. Услышать мат можно в кафе, в крупной компании, в школе и даже в детском саду. Несмотря на запреты, он стал нормой для соцсетей, а на экранах его лишь маскируют.

Как глубоко проник мат в нашу культуру, кто может впечатлить виртуозным загибом, откуда берутся матерные слова и почему мат не исчезает, рассказал лингвист, доктор филологический наук, профессор, заведующий лабораторией лингвистической конфликтологии и современных коммуникативных практик НИУ ВШЭ Максим Кронгауз.

 

По поверьям древних, Аспид - это чудовищный крылатый змей, который имеет птичий нос и два хобота, крылья у него пестры и горят-переливаются, словно самоцветные камни. По некоторым сказаниям, впрочем, монстр непроглядно черен. Отсюда выражение «аспидно-черный цвет». В какие края повадится летать Аспид, те места опустошит. Живет он в каменных горах, а по другим сказаниям - на мрачном, суровом, лесистом севере, и на землю никогда не садится: только на камень. Его невозможно убить стрелой, можно только сжечь... Аспид напоминает и Змея Горыныча из русских сказок, и василиска - чудовищного змия, убивающего одним взглядом, и Ехидну - деву змееголовую, которая, по античному преданию, родила от Геракла Артоксая, Липоксая и Колоксая - трех родоначальников скифских племен, а значит, отчасти и прапредков славян.

Cобрались славянские вожди и стали думать, как беду избыть. Решили выставить могучее войско, но волхв-обаянник, которого пригласили на совет, только головой покачал: - Что огненной змее кожаные или деревянные щиты? Они только против стрел хороши, а гореть будут, как дрова. Нет, тут нужно что-то похитрее придумать. Дайте мне три дня и три ночи, а если не найду решения, принесите меня в жертву Чернобогу. Не иначе, Аспида на нас он наслал, может, умилостивит его моя смерть. Виктор Корольков Думал обаянник три дня и три ночи, испрашивал совета у богов. Молчали боги. Никто не верил, что возможно спастись от Аспида! Жрецы на черном капище уже вострить ножи начали, кровь во имя Чернобога пролить. Но вот приходит обаянник к вождям и говорит: - Созовите всех кузнецов и отдайте им приказ выковать десять медных труб и сто железных клещей. И дайте мне в подмогу самых сильных силачей и умелых трубачей. Открыли мне добрые боги три тайны и указали, как от Аспида спастись.

А. ПУШКИН. ПЕСНЬ О ВЕЩЕМ ОЛЕГЕ

...Ковши круговые, заленясь, шипят
На тризне плачевной Олега:
Князь Игорь и Ольга на холме сидят;
Дружина пирует у брега;
Бойцы поминают минувшие дни
И битвы, где вместе рубились они. 

 

Издревле радуницами назывался праздник весеннего обновления природы.
Точно так же именовались божества, олицетворяющие почитание усопших, - хранительницы душ умерших людей. Радуницам и их подопечным приносили жертвы из обильных пиршеств и возлияний на погребальных курганах, чтобы еще не отлетевшая душа покойного могла насладиться эрелищем того уважения, которое ей оказывают живые.

Имя академика Павлова знает каждый человек в мире. Но не все себе представляют, каким в обычной жизни был этот человек. Опираясь на воспоминания современников, мы создали живой образ ученого. Путь великого физиолога не был усеян розами. Но он никогда не жаловался и не рассчитывал ни на чью помощь. Кажется, самой главной его целью было — деятельно, полнокровно и полезно прожить каждый божий день, каждую минуту! Железная воля, здравый ум, энергия и вечное стремление к цели, «постоянно достигаемой, но недостижимой». Вот что такое Павлов.

Скрипку Вите мы купили совершенно случайно. Я шла по броканту и увидела потрясающую вещь. Я не искусствовед и не специалист, но вся моя жизнь среди музыкантов, среди которых немало скрипачей. И эта скрипка меня потрясла своей идеальностью. Она была абсолютно неуместна на этом сельском старьевом рынке, у нее был чехол, но смычок был неродной. Но это уже было неважно. За скрипку просили дорого. Но для 17 века это было почти бесплатно. Муж заплатил, не глядя. Дома мы поняли, что настроить ее невозможно, нужно ремонтировать. Мастера мне подсказали в университете.

— А давай наперегонки до горки? — предложил он ей, предвкушая победу.
— Не-а, — отказалась она. — Воспитательница сказала не бегать. Попадет потом.
— Струсила? Сдаешься? — подначил он ее и засмеялся обидно.
— Вот еще, — фыркнула она и рванула с места к горке.
Потом они сидели в группе, наказанные, под присмотром нянечки, смотрели в окно, как гуляют другие, и дулись друг на друга и на воспитательницу.
— Говорила тебе — попадет, — бурчала она.
— Я бы тебя перегнал обязательно, — дулся он. — Ты нечестно побежала. Я не приготовился…

— Сеня! Сеня!!

— Что?

— Иди сюда!

— Зачем?

— Если я тебя зову, так надо!

— А где ты?

— Сеня! Не делай мне нервы! Ты живешь в таком аппартаменте, что ты уже меня не можешь найти? Так я, Сеня, на кухне, а точнее в холодильнике!

— Манечка, ты что там застряла?

— Сеня, сейчас ты у меня тут застрянешь! Я кому говорю: иди сюда! Он шутит! У него проснулся юмор! Я тебе его быстро усыплю!

— Что ты меня зовешь, когда я занят? Я читаю!

— Сеня, если ты думаешь, что ты умный, так нет! Это ты закопал колбасу в холодильнике?

Роман Викторович потушил свет в комнате и, зевая во весь рот, прошаркал к кровати. Присев на ее край, он протянул руку и вытащил из ящика прикроватной тумбочки упаковку с лекарством, которое ему прописал доктор. Выдавив в ладонь две таблетки, он тут же закинул их в рот и, не разжевывая, проглотил.
- Надеюсь, что сегодня это не повторится, - шепнул он себе под нос и, натянув одеяло до самого носа, закрыл глаза, медленно погружаясь в сон.

***
- Хорошо, что ты пришла.
Он протянул ей руку и помог подняться на край скалы, с которой открывался такой волшебный и живописный вид, что от него захватывало дух, а колени сами собой начинали подрагивать.
- Мы же договорились, что встретимся здесь, - улыбнулась она той самой улыбкой, на которую он мог смотреть вечно. - А я тебя никогда не обманывала, в отличие от...
- Ну ладно тебе, не начинай.
Он обхватил ее за талию и прижал к себе.
- А я и не начинаю, - игриво подмигнула она. - Я на самом деле рада тебя видеть.
- Если бы ты была рада, то нам не пришлось бы искать место для встреч. Думаешь, так просто было оказаться здесь?
- Но мы же как-то оказались?
- Не уверен, что это надолго. Однажды нас прогонят и отсюда, тогда нам придется искать новое место, а это не так уж и просто.

Он присел на край скалы и, свесив ноги вниз, жестом пригласил ее сесть рядом.
- Помнишь, в десятом классе мы пошли в поход?
- Конечно, - кивнула она, присаживаясь рядом с ним, - мы тогда тоже сидели с тобой на холме и смотрели вниз. Ты еще тогда впервые признался мне в любви.
- Да, это было так давно, а сейчас вспоминаю, и вроде бы это было вчера. Сколько лет уже прошло?
- Лет двадцать.
- Двадцать?
- Да, если не больше.
- Двадцать лет... - хмыкнул он. - Для кого-то целая жизнь, а для других - одно мгновение.

Этот рассказ Сергея Довлатова был опубликован в журнале «Костер» в 1976 году и после этого не переиздавался.

На окраине Парижа в самом конце грязноватой улицы Матюрен-Сен-Жак есть унылый пятиэтажный дом. Под чердаком его снимал мансарду высокий кудрявый юноша с азиатскими глазами. Утром он с потертым бюваром торопился в канцелярию герцога Орлеанского, где служил младшим делопроизводителем. Локти его тесного сюртука и колени панталон блестели. Юноша замазывал предательски лоснящиеся места чернилами. Чернил в канцелярии герцога Орлеанского хватало с избытком. Питался он скверно, луком и разбавленным вином (во Франции плохое вино дешевле керосина). Юноша ненавидел лук и был равнодушен к вину.

Книга «Прямая речь» — это собрание цитат Леонида Филатова, выдержек из его интервью, его размышления о самом себе, об актерской профессии, о людях и происходящем вокруг. Мы выбрали из нее несколько высказываний.

Одаренные люди, как правило, независтливы. Полуодаренным уже знаком вкус зависти.

Звездой был Крючков. Он умер в больнице, когда и я там лежал. И могу засвидетельствовать: этот великий артист остался до последней минуты достойным своей всенародной славы. Перед смертью он созвал нянечек, сестер, докторов, пел песни, рассказывал анекдоты, а потом попросил всех уйти. И тихо умер, никого не обременяя и не закатывая истерик. Так уходят настоящие звезды, которые и людьми бывают настоящими.

В свои 76 лет гинеколог Йосиф Зильберман нагло наслаждается жизнью. Он воплощение той самой Одессы, необыкновенной, остроумной, дерзкой и талантливой, которая существует не только в фольклоре и литературе.

Одecca — этo нe мope, нe Юмopинa и дaжe нe Пpивoз. Гopoд cтaл лeгeндoй блaгoдapя гeниям. Пapy дecяткoв тaкиx мы знaeм из yчeбникoв. С ocтaльными вcтpeчaeмcя кaждый дeнь. B yтpeннeй мapшpyткe, нa pынкe, в пoликлиникe, вo двope ecть Они. Нeпoвтopимыe и caмoдocтaтoчныe. Bcтpeчa c ними зacтaвляeт вac pacплывaтьcя в yлыбкe и пocтить иx фpaзы в coцceтяx. Чeм бoльшe иx в любoм гopoдe, тeм oн яpчe и caмoбытнee. Одecce в этoм cмыcлe кpyпнo пoвeзлo.