Верь мне, кот

«Но хозяина больше нет, значит, надо идти мне. Как это некстати…» - подумал кот. Он с трудом поднялся, размял замерзшее тело и полез в отдушину, на улицу, пробивая головой путь сквозь наметенный сугроб...

«Вот, пожалуй, и все... – думал кот, стараясь сохранить остатки тепла, свернувшись в клубок. – Сейчас надо уснуть, а просыпаться уже не придется…»

Он так и не оставил свой дом после того, как в нем не стало хозяина. Пока держалось тепло, он проникал в пустой дом через окно с разбитым стеклом. Бродил по комнатам с разбросанными по полу вещами, которые еще хранили запах хозяина.

Потом пришли морозы, и кот перебрался в подвал, где была оборудована «кочегарка» - стояла железная печь с водяным котлом, который обогревал дом, гоняя по трубам горячую воду.

Теперь печь бездействовала, вода из системы отопления слита. Был запас дров, аккуратно сложенный в небольшую поленницу, но топить печь кот не умел.

Небольшую отдушину в подвал хозяин не закрыл. Не успел. Через нее кот и пробирался сюда. Здесь было теплей, чем на улице и в доме, не так сильно задувал ветер.

До глубокой осени кот кормился мышами, но снежный покров скрыл их места обитания. Редко удавалось выследить и поймать мышь, неразумно пробравшуюся в дом или в подвал. Силы кота убывали с каждым днем, наконец, сегодня он решил оставить бесполезную борьбу за жизнь.

Метель не спеша заметала единственный выход из подвала, еще час-другой, и кот будет отрезан от мира навсегда. Но его это не волновало, он уже принял решение.

Коту снился сон… Летний теплый вечер. Хозяин сидит на крыльце дома, единственного жилого дома во всей деревне. Кот присел рядом, и оба, щурясь, смотрят на закатное солнышко. Хорошо. Покойно. Они вдвоем и никого им больше не надо…

Сон прервал шум двигателя. Кот недовольно поднял голову, прислушался. Так и есть – невдалеке через село проходила дорога, по которой изредка проезжали машины, вот и сейчас запоздалый водитель пытался проскочить через бывшее село, надеясь на авось.

Не вышло – машина обиженно взревела, пытаясь вырваться из глубокой, заснеженной колеи, но осознав тщетность своих усилий, успокоилась, заработала тихо, едва слышно.

«Застрял, – понял кот. – Надолго. Что бы сделал хозяин в таком случае? Пошел бы к проезжим, предложил помощь. Привел бы незадачливых путешественников в дом, отогрел бы, напоил горячим чаем...

Но хозяина больше нет, значит, надо идти мне. Как это некстати…»

Он с трудом поднялся, вздрагивая от холода, размял замерзшее тело и полез в отдушину, на улицу, пробивая головой путь сквозь наметенный сугроб.

источник фото: sun9-29.userapi.com
*****
Снежный заряд ударил внезапно. Дворники «Форда» не успевали сметать снег с лобового стекла, видимость – метров десять, не более. А до родного села, где ждут его родители – километров двадцать.

Егор съехал на обочину, включил «аварийку» и достал мобильный телефон. Трубку взял отец:

- Ты где? – голос спокойный, но Егор знал, что отец волнуется, а уж мать наверняка стоит рядом и прислушивается к каждому слову.

- У поворота на Ольховку, батя. Десятка два километров еще по грейдеру, но завьюжило. Думаю, через Ольховку срезать, напрямую. Как думаешь, проскочу? Дорога там еще есть?

- Ездят мужики по той дороге, - чувствовалось, что отец сомневается. – Только Ольховка уже нежилая, последнего жителя еще в сентябре похоронили. Смотри сам, если дорога накатана – проскочишь, а нет – то лучше не торопясь, по грейдеру.

- Добро, - решил Егор. – Сначала посмотрю.

Он выбрался из машины, прошел несколько метров до поворота. Дорога припорошена снегом, но вполне проезжая. До нежилой Ольховки – километров пять, от нее – столько же до родного Зарубино.

Приняв решение, он вернулся в машину. На всякий случай еще раз позвонил отцу:

- Батя, еду через Ольховку, скоро буду. Ждите.

- Не рисковал бы, сынок, – засомневался отец. – Не дай Бог проселок перемело – встанешь.

Он встал на окраине Ольховки, встал крепко и надолго. Полуразвалившихся домов бывшего села за стеной снега не было видно. «Форд», прочно сев на брюхо, напрасно вращал колесами - ни вперед, ни назад.

Егор обошел машину, убедился в бесполезности попыток сдвинуться с места и чертыхнулся, коря себя за самонадеянность. Теперь – только трактором вытягивать, да где ж его взять?

Он принялся, было, названивать отцу, но связи не было – вымершее село находилось в низине, полоски антенны на мобильном не высвечивались.

«Дело – дрянь, придется загорать до утра», - понял Егор и вновь полез в машину. Бензина должно хватить часа на три-четыре работы двигателя, а дальше?

Он сидел, тупо глядя на заметенное снегом лобовое стекло. Сколько прошло времени – час, два? Закончится бензин – придется жечь костер, благо дерева от разрушенных построек вокруг в достатке.

Скоро метель должна закончиться, утром посветлу можно будет пешком дойти до Зарубино, там у бати есть трактор, поможет.

Печка в машине работала исправно, снег, что налипал на стекло, Егор время от Читать далее...

Я тебя не брошу

Яся смотрела на несмышленыша, не знающего уличной жизни, и раздумывала – как ей поступить? Еще одна неделя пребывания на холоде могла серьезно подорвать ее и без того простуженный организм...

«Время пришло, пора возвращаться в приют», – кошка Яся чувствовала приближение морозов. Каждое последующее утро становилось холодней предыдущего, солнце почти не грело и не могло высушить трехцветную шубку, за которой она тщательно ухаживала.

Да и сколько того солнца? В последние дни его все меньше и меньше, зато моросящий дождь стал частым гостем в городе.

Серые тучи, не в силах удержать влагу, выплескивали ее на дороги, тротуары и газоны. Она стекала ручейками с крыш домов и разбивалась мелкими брызгами. Влага проникала всюду, даже в подвал, где Яся устроила себе гнездышко.

Подвал пятиэтажного дома, в котором ютилась кошка, смотрел своими узкими окнами на старый, запущенный парк, где до последнего времени в изобилии водилась дичь, которой хватало для прокорма Ясе и другим хвостатым собратьям из окрестностей.

Даже домашние коты и кошки, не знающие голода, не отказывали себе в удовольствии поохотиться в старом парке, чтобы не забыть природных навыков. Но в последние дни они не желали мочить свои шубки под дождем, предпочитая греться в квартирах на теплых лежанках.

Только бездомыши, волею судеб оказавшиеся без хозяев, невзирая на погоду, старались накопить подкожный жирок в преддверии суровой зимы.

Ох, уж эта зима - первый враг и безжалостный убийца котов и кошек, не считая злющих псов и людей с черной душой и пустыми глазами…

Яся молоденькой кошечкой попала в приют, где ее подлечили и стерилизовали добрые люди. Там она пережила в тепле, относительной сытости, а главное – в безопасности свою первую зиму.

Добрую и ласковую Ясю работницы приюта часто выпускали из клетки – погулять, пообщаться с собратьями, успокоить нервных котеек и приласкать одиноких котят.

Уже и хозяйка ей нашлась, которая со дня на день должна была забрать ее в дом, но запахи первой листвы, молоденькой травки и воли за стенами приюта были настолько сильны, что в мае кошечка улизнула, воспользовавшись невнимательностью своих благодетелей.

Осенью – вернулась в единственное знакомое ей место, где ее точно приютят, подлечат и дадут пережить зиму. Весной – повторила прошлогодний трюк и вновь очутилась на воле. И вот снова осень, пора возвращаться.

К тому же, она чувствовала недомогание, а травка, которой можно было подлечиться, уже завяла и не имела той живительной, побеждающей болезнь силы.

Дождь прекратился, скоро выглянет солнышко. Если взобраться на спинку старой, полусгнившей парковой скамейки, то можно погреться, подсушить влажную шубку, привести себя в порядок и отправиться в приют. Добрые женщины не откажут в помощи одинокой кошке, ласковой, с добрыми и умными глазами.

Дождавшись, когда солнце заиграет на капельках дождинок в зарослях увядающей травы, она выбралась наружу и прищурилась от яркого света. Пора прощаться с временным пристанищем, впрочем, постоянного у нее никогда не было и вряд ли будет…

Что-то зашуршало в кроне дерева, почти лишившегося листвы, брызнули холодные капли, не успевшие испариться под слабым теплом солнца. Яся прижала уши и прикрыла глаза – неприятно принимать неожиданный холодный душ, придется потом потратить лишние полчаса на тщательную чистку шубки.

Что-то мягкое шлепнулось в двух шагах от нее, коротко вякнув. Яся открыла глаза и увидела на ковре опавших листьев котенка месяцев трех от роду. Тот лежал на животе, раскинув в стороны лапы, оторопело распахнув глаза.

- Ты кто? – прошептала Яся, от неожиданности у нее пропал голос.

- Я Кузя, – так же шепотом ответил котенок.

- Откуда ты взялся, Кузя? – Яся уже пришла в себя и мяукала в полный голос.

- Я упал, – пискнул котенок, не пытаясь подняться. – Хотел поймать птичку, она на ветке сидела. Совсем рядом с моей лоджией...

- Поймал? – улыбнулась над незадачливым охотником Яся.

- Нет, – котенок осторожно сел. – Улетела...

- У тебя ничего не болит?

- Нет. Я пока летел, за ветки цеплялся. Даже напугаться не успел.

- И долго ты летел? – Ясе все больше нравился этот простодушный малыш.

- Во-о-он из того окошка, – котенок задрал голову, указывая на приоткрытое окно застекленной лоджии на третьем этаже.

- Теперь жди, когда за тобой придут хозяева. Они же придут за тобой? А мне надо идти, у меня хозяев нет, и никто за мной не придет.

- За мной тоже... – всхлипнул котенок. - Моя хозяйка уехала на неделю. Сказала мне, что ее подруга будет приходить утром и вечером, играть со мной и кормить меня. Она пришла только вчера утром, насыпала мне в миску корм, а сама покурила на лоджии и забыла закрыть окно. Ни вчера вечером, ни сегодня утром ее не было. Я хотел кушать, вышел на лоджию. Птичка совсем рядом была, ну я и…

- Все с тобой понятно, Кузя, – вздохнула Яся. – Я собираюсь идти в приют для кошек, пойдешь со мной? Там и для тебя место найдется.

- А как же моя хозяйка? – Читать далее...

Будем жить!

В сентябре Васька притащил котенка, как две капли похожего на себя. Демонстративно вылизал его при хозяевах, познакомил с Мартой и даже вечером привел с собой на лавочку...

- Вечер добрый, соседи, Бог в помощь! – насмешливый голос Виктора вынудил стариков разогнуться, оглядеться.

- И впрямь вечер, дед, скоро табун придет, давай-ка будем заканчивать.

Ирина Сергеевна и Тимофей Ильич оглядели сделанное – хорошо поработали, приличный кусок огорода пропололи за пару часов, завтра с утра по холодку можно будет и закончить.

- Иди, я тут покурю с соседом.

Старик забрал у супруги тяпку, почистил обе от налипшей земли и только потом прислонил их к плетню. Подошел к соседу, молча пожал тому руку.

- И на что вам столько картошки? Соток шесть будет? Не много ли на двоих? – Виктор, мужик лет сорока, попыхивал сигаретой. – Я вон на семью сотки три сажаю, хватает на зиму, по весне еще и гниль выгребаю из погреба.

- Так ты и скотину не держишь, – резонно заметил старик. – Куры да пес на привязи – вот и вся твоя живность.

- Нам хватает, – отмахнулся Виктор. – На что такие запасы? Не хватит, так в магазине можно прикупить. Кто сейчас такие огороды держит? Только старики, да и те – по привычке...

- По привычке, это ты правильно сказал, – согласился Тимофей Ильич. – Только привычку эту мы у родителей переняли. А тем пришлось хлебнуть лиха и в войну, и после, только на себя надеяться приходилось.

Непонятно мне – где вы свои привычки нашли? В телевизоре, что ль? А зарплата - когда ее хватало? Так что, пока есть силы и возможность – работай, не ленись, запас, он ведь карман не тянет. Не тебе, так другим пригодится.

- А что мне про других-то думать? – вскинул брови Виктор. – Обо мне кто думает? Сейчас всяк сам по себе – индивию… индивидую, тьфу! Ин-ди-ви-ду-а-лизьм!

- Ну, ну, – усмехнулся старик и, затушив сигарету, двинулся с огорода.

Негромко засмеялся в усы, когда услышал за спиной возмущенный голос соседа:

- Кулак ты, дядь Тимофей! Как есть – кулачина!

Во дворе супруга уже гремела подойником, ласково разговаривая с коровой Мартой. Та зашла под навес, угощалась свежей кошениной и благодарно посматривала на хозяйку, пока та обмывала и массировала ей вымя.

Тимофей Ильич, разувшись, вошел на веранду дома.

- Васька, проспишь все на свете! Корова-то уже на дворе! – бросил он домашнему коту, развалившемуся поперек входа. – Тебе ж на ночную смену заступать, как же ты без парного молочка?

Кот поднял голову и уставился на хозяина:

- Как на дворе? – читалось в его изумленном взгляде. – Ты шутишь, хозяин?

Он вскочил и, даже не зевнув, не потянувшись со сна, кинулся за дверь под добродушный смех хозяина.

Пулей пролетев по двору, он запрыгнул в ясли и уселся перед мордой коровы - та даже жевать перестала.

- Мар-р-рта, Мар-р-рточка! – мурлыкал Васька, потираясь о нос рогатой подружки. – Что ж ты молчком зашла, даже не мыкнула? Я б тебя встретил, мы ж друзья, я тебя еще маленькой телочкой помню.

Марта шумно вздыхала, ласково тычась мордой в хвостатого друга и одаривала его томным взглядом влажных глаз.

- Иди уже, Васенька, иди, отведай парного от Марты, – хозяйка плеснула в чистую миску свежего молочка. – Она весь день на душистых лугах паслась и молочко дает тоже душистое, вкусное.

Васька с удовольствием напился молочка, умылся и вновь полез общаться с Мартой. Заступать на ночную смену, как выразился Тимофей Ильич, еще рано. Сейчас хозяин с хозяйкой отужинают, и все обитатели дома, включая Ваську, соберутся на лавочке, за калиткой – традиция…

Вечерняя прохлада снимала усталость с натруженных за день тел. Вот-вот появятся первые звезды, и можно будет отправляться на покой, а пока – два пожилых человека и кот, примостившийся между ними, неторопливо беседовали.

- Проходит жизнь-то, Тимоша, - вздыхала Ирина Сергеевна. – Всю жизнь пашем, а добра так и не скопили. То – детям помогали, теперь – внукам…

- Чего тебе не хватает? Для кого его копить будешь? – возражал ей супруг. – Здоровы, и слава Богу. Радуйся, что забот много, хуже – когда их нет.

- А и то верно, – легко соглашалась Ирина Сергеевна. - Витька, небось, опять кулаком обозвал?

- Да ты ж его знаешь! – усмехался Тимофей Ильич. – Все ему не так, все не эдак! Лишний раз нагнуться лень, не то, чтобы сотку земли обработать. А ведь ему еще сорока нет, в деревне вырос, и силой Бог не обидел...

- Мр-р-р! – вставлял свои пять копеек Васька.

Хозяин и хозяйка поочередно наглаживали его.

- Наши дети – такие же, – вздохнула Ирина Сергеевна. – Уехали в город, заселились в квартиры. Отработают восемь часов, а все остальное время ругают все подряд - считают, что все их обделили: и на работе, и государство, и родители. А они – никому, ничего не должны!

Что же случилось-то с ними? Ведь мы с тобой их с детства к труду приучали, и росли они работящими, к чужой беде отзывчивыми?

- Так они и сейчас те же, – убежденно произнес Тимофей Ильич. – Просто жизнь пошла такая, что забывать стали – чем Читать далее...

Дом для маленького тигра

В густой листве блеснули два зеленых глаза. «Маленький тигр, - понял Сильный. - Они избегают людей и собак, почему он не ушел?» Он раздвинул ветви дерева и понял – маленький тигр не может уйти потому, что у него большая рана на задней лапке...

Ливень закончился так же внезапно, как и начинался. Люди стойбища – женщины, старики и дети, осторожно покинули пещеру и испуганно проводили глазами сизую тучу, которая разбрасывала небесный огонь уже вдали от стойбища.

Огонь очага был потушен первыми потоками дождя. Это плохо. Огонь – главная ценность племени, без него не приготовить пищи, не согреться, не отпугнуть диких зверей...

Хорошо, что в племени есть хранительница – старая Маа, она всегда ответственно относится к своей обязанности, чем заслужила место в пещере и кусок мяса, если охотники возвращались с добычей.

Вот и сегодня, заранее почуяв приближение грозы, она нагребла на плоский камень горку горячих углей и перенесла их в пещеру.

В отдалении послышался лай собак, значит, возвращаются охотники. Они уже близко. Люди стойбища замерли, обратившись к опушке леса – если охотники принесут добычу, то сегодня все будут сыты.

Такое случалось не каждый день, часто им приходилось довольствоваться кореньями и плодами, которые собирали женщины и дети, но разве они могли утолить голод? Племени нужно мясо! Свежее, прожаренное на огне и углях, оно дает сытость, греет тело изнутри и наполняет его силой.

Наконец, показались охотники, облаченные в одежды из звериных шкур, промокшие под ливневым дождем. Первым идет Зоркий, следом за ним – Быстрый, и последним, в сопровождении собаки – Сильный. На плечах у Сильного туша добытого зверя.

Возгласы радости разнеслись по стойбищу, женщины суетливо несли из пещеры к очагу охапки сухих дров, дети с радостным визгом бежали к охотникам.

Старая Маа торжественно вынесла плоский камень с живыми, мигающими красными глазами, углями. Поторопилась Маа, непростительно поторопилась. Оскользнувшись на мокрой земле, она выпустила из рук свою ношу, и угли с шипением упали в лужу...

Враз стихли радостные крики, все с ужасом смотрели на Маа, которая не делала попыток подняться с земли. И только Сильный, сбросив с плеч ношу, подошел к ней, помог подняться и повел в пещеру. Это была его мать.

Путь им преградил Старый Кун – глава племени. Он раскинул в стороны свои когда-то могучие руки и твердо произнес:

- Маа нет места в пещере, пока она не вернет то, что не сохранила! Пусть идет и принесет нам огонь, или никогда больше не получит места в пещере и еду!

- Маа не сможет найти и принести огонь. Ее ноги плохо ходят, а глаза – плохо видят. Она не сможет спастись от клыков и когтей зверей, – возразил Сильный. - Я найду и принесу огонь вместо нее.

Старый Кун подумал и решил:

- Иди. Но пока тебя не будет – Маа не получит еды.

- Моя женщина и мои дети поделятся с ней, – сказал Сильный. – Я не буду ждать утра и отправлюсь сейчас же. Со мной пойдет Лохматый.

Старый Кун не хотел остаться без лучшего охотника и лучшего пса, но мудро рассудил, что вдвоем у них больше шансов вернуться с огнем, а без огня племя будет бедствовать и каждый из них может стать легкой добычей ночных хищников.

Сильный вскинул на плечо копье с кремневым наконечником, прихватил мешок из толстой шкуры, свистнул псу и двинулся в сторону реки. Лохматый бежал впереди, изредка оглядываясь на спутника.

Когда солнце уже клонилось к закату, они остановились у берега реки. Сильный осторожно втянул носом воздух, пытаясь уловить среди множества запахов запах горелого дерева...

Есть! С той стороны, куда ушла дождевая туча, тянуло дымком. Значит, там небесный огонь ударил в дерево и воспламенил его. Надо двигаться вдоль реки, если огонь пойдет навстречу, то можно будет найти спасение в воде.

К тому же, после весеннего половодья, река обнажила широкую полосу песка, которая отделяла ее от густой чащи леса. Путь опасный, у реки часто встречаются хищные звери, которые не прочь поживиться человечиной, но ведь он не один, к тому же у зверей нет копья!

Путники шли до тех пор, пока тьма не окружила их. Сильный готов был идти и дальше – он прекрасно видел в темноте, да и мысль о том, что его мать, женщина и дети сегодня поели не досыта, не давала ему покоя.

Сам он мог обходиться без еды и сна много дней, ведь он – мужчина, он единственный в племени носит имя – Сильный. Но благоразумие победило. Выбрав дерево с густыми, толстыми ветвями, он устроил меж ними удобное ложе из шкур, что снял с себя, поднял туда Лохматого и вскарабкался сам.

Лохматый вел себя беспокойно – то поскуливая смотрел на листву дерева, то злобно рыча – вниз. Прислушавшись, Сильный различил прерывистое дыхание какого-то существа, совсем рядом. В густой листве блеснули два зеленых глаза…

«Маленький тигр, - понял Сильный. - Они избегают людей и собак, почему он не ушел?»

Он раздвинул ветви дерева и понял – маленький тигр не может уйти потому, что у него большая рана на задней лапке. И дышит Читать далее...

Взгляд в себя

Кот поднял голову, узнал посетителя, мяукнул. Затем поднялся и подошел, подмигивая глазами: «Вот, попал на старости лет, – мурлыкал он. – Теперь не вырваться, теперь до конца здесь…

«Как быстро прошла жизнь!» - размышлял старик, идя по дорожке. Постукивая тростью о бетонный тротуар, он не торопясь шел к старому строительному вагончику. Крыша вагончика была разрушена и провалилась внутрь, стены покосились...

Похоже, что он обветшал еще в те времена, когда рабочие привезли его на место строительства новых домов. Дома уже отстроены, заселены, а вагончик так и стоит на том месте, забытый, а вернее – намеренно оставленный строителями. Не нужна им больше эта рухлядь.

Зато он оказался нужен семейству бездомных кошек, вернее, кошке и ее котятам, которые поселились под ним. Был еще кот, судя по виду – старый.

Густые заросли чертополоха, окружавшие вагончик, служили им надежной защитой от непрошенных гостей и бродячих собак, а сохранившийся настил пола укрывал от осадков.

В руке, свободной от трости, старик держал полиэтиленовый пакет с остатками завтрака – пара ложек творожку и несколько кружочков колбаски, недорогой – ливерной. Подойдя к вагончику, он негромко позвал:

- Выходите, бродяги, время завтракать.

На его голос из зарослей чертополоха высыпала троица котят, их мама, и только потом – кот. По обыкновению, он подошел к старику и присел рядом – он будет кушать последним, если ему что-либо останется.

Разложив угощение на доске, старик присел на старый деревянный табурет и вместе с котом принялся наблюдать за суетливой возней хвостатого семейства, с энтузиазмом поглощавшего нехитрую снедь.

Чем больше узнавал старик кота, тем больше убеждался, что тем движут не только инстинкты, но и разум. И еще его удивлял взгляд старого кота – тот смотрел будто бы не на окружающий его мир, а внутрь себя, словно настоящее и будущее его не интересует – он весь в прошлом, там, где остались его лучшие дни. В этом они с котом были похожи...

источник фото: cs.pikabu.ru
Старик приходил сюда второй месяц, с тех пор, как переселился в один из этих домов. До этого он жил в центре, в большой квартире. Но после того, как остался один, согласился с дочерью, что будет лучше, если она с семьей переедет к нему.

Так будет удобно ей, зятю и внукам – с окраины города, где они жили в однокомнатной квартире, очень неудобно добираться до центра. Да и деду не придется скучать в одиночестве.

Через некоторое время совместного проживания, дочь стала заводить разговоры о том, что неплохо бы было детям иметь раздельные комнаты, а ему жить в тишине и покое. И можно устроить так, чтобы всем было хорошо, если бы он согласился переехать в однокомнатную – на окраину.

Грустно и обидно было старику покидать свою квартиру, где знаком был каждый гвоздик, где прожил с женой счастливые годы, поднял детей. Понял он, что не сбудутся его мечты о счастливой старости в окружении заботливых детей и любящих внуков.

Но, по-родительски оправдывая корыстные замыслы дочери, он соглашался с ее доводами и, чтобы она не чувствовала себя виноватой, делал вид, что абсолютно с ней согласен...

Второй месяц единственным его развлечением, не считая редких походов за продуктами, стало посещение кошачьего семейства. Все друзья, старые знакомые и добрые соседи остались там.

Изредка названивали, но без живого общения нити, связывающие их, истончалась и однажды непременно порвутся. Останутся лишь воспоминания – веселые и грустные, добрые и не очень, которые никому, кроме него, не интересны...

Однажды его посетил младший внук - десятилетний крепыш. Соскучившись по деду, он самостоятельно добрался до него на автобусе. Они весело провели пару часов, внук с аппетитом съел тарелку овсянки, чего дома с ним никогда не случалось, напился чаю, а потом вместе с дедом посетил хвостатое семейство.

Уже прощаясь, внук спросил, застенчиво взглянув на него:

- Дед, а что значит – «лох?»

- Где ты это слышал? – поинтересовался дед.

- Папа так про тебя говорил, – простодушно признался внук.

- Мама, наверное, обиделась на него за такие слова?

- Нет. Они просто посмеялись…

Старик вздохнул и взглянул на сидящего рядом кота. Кот наблюдал, как котята и кошка подбирают последние крошки. Сам он так и не съел ни кусочка.

- Вот так, бродяга, – невесело усмехнулся старик. – Себе ничего - все детям, а потом они тебя «лохом» назовут. Хотя, может быть, у вас все по-доброму, по-человечески, в отличие от нас... Ты дождись меня, я тебе творожок принесу, остался еще…

Вернувшись с порцией творога для кота, он увидел возле вагончика двух молоденьких девушек, они о чем-то оживленно переговаривались. Увидев старика, они обратились к нему:

- Дедушка, это ведь Вы кормите здешних кошек? Сколько их тут?

- Зачем это вам? – поинтересовался старик.

- Мы волонтеры из приюта, – признались девушки. – Хотим забрать их, вылечить, если потребуется, стерилизовать и пристроить, если получится. Во всяком случае, им у нас будет лучше – сытнее Читать далее...

Юниоры

Таранец резко дал по тормозам и остановился, предупреждающе раскинув в стороны руки! В трех-четырех метрах от них, посредине трассы, сидела кошка, испуганно вытаращив глаза, а по бокам к ней жались два котенка...

- Слушайте сюда, наездники!

Тренер мотоклуба похлопал по плечам Юрку и Лешку, гонщиков и главную свою надежду на предстоящих отборочных соревнованиях по мотокроссу:

- Соперники ваши звезд с неба не хватают, да вы их уже давно знаете. Для юношей будет четыре заезда по четыре участника, победители заездов встречаются в финале. Два первых места обеспечивают участие в чемпионате России.

Вот такой будет регламент. Аппараты у вас в порядке, сами живы-здоровы, трасса вам знакома. Не вижу причин, чтобы вы уступили соперникам.

- Таранец участвует? – спросил Леха.

- А как ты думаешь? – усмехнулся тренер. – Чтоб Сашка Таранец, да упустил свой шанс? Но у нас преимущество хозяев, а он тут – гость. Хотя, время на знакомство с трассой будет у всех приезжих клубов.

Тренер помолчал, обдумывая мысль, затем продолжил:

- В федерации принято решение – со следующего года в классе 125 кубиков поднимают возрастной ценз с семнадцати лет до двадцати трех. А там такие орлы, что вам ничего не светит, честно говорю. Так что, ребятки, это ваш единственный шанс отобраться на Всероссийский старт. В следующем году уже не получится. Все, отдыхайте!

Юра и Леша дружили с детства, вместе в десятилетнем возрасте пришли в мотоклуб, вместе осваивали технику, ремонтировали, отлаживали, участвовали в гонках.

Пропахшие бензином и моторным маслом, они не признавали других развлечений, которые отвлекали бы их от любимого дела, кроме школы, конечно.

Соперники на трассе - в жизни были неразлучны. Даже влюбились одновременно в одну и ту же девчонку...

Катька по прозвищу «Ураган» - старше их всего на год, гонщица из их клуба. Абсолютно бесстрашная, рыжая пигалица появилась в клубе годом позже, но успехами к настоящему времени превзошла и Юру, и Лешу.

К семнадцати годам она превратилась в красавицу с золотыми волосами, которые непокорно выбивались из-под шлема, и соперницам в гонках оставалось лишь наблюдать, как там, впереди, вспыхивал костер ее волос, не оставляя им шансов на победу.

В этот раз Катьке не повезло. Решив окончательно добить своих друзей шикарным видом, она впервые в жизни надела туфли на высоченных каблуках. Ее ноги, привыкшие к кроссовкам и мотоботам, были удивлены не меньше Леши и Юры и предательски подвернулись на ровном месте. Друзья едва успели подхватить ее под руки, не давая упасть. Но – растяжение связок вычеркнуло ее из числа участников отборочного турнира.

- Сейчас открою! – перекрикивая звонок, Катя ковыляла к двери, опираясь на трость. На пороге стояли Леша и Юра. - А, это вы… Проходите.

- Да-а-а, - с серьезным видом рассуждал Леша, развалившись в кресле. – Гонщик из тебя, как из пустой тыквы – глушитель. С такой ногой не то, что на трассу, даже замуж не выйдешь!

- Подпорчен товар, – согласно кивал головой Юра. – Разве только со скидкой, на распродаже…

- Я вам устрою – со скидкой! – визжала Катя, охаживая тростью широкие спины невоспитанных друзей. – Я вам покажу – распродажу!

Катя, тем не менее, развеселилась, мальчишки – как она их называла, умели поднять ей настроение. Притворно охая, они потирали ушибленные места. Разговор зашел о предстоящих соревнованиях.

- Таранец выступает? – поинтересовалась Катя.

- Прислал заявку, – вздохнули ребята. – Он хоть и действующий чемпион России, но будет отбираться, как все.

- Тогда, мальчишки, вам ничего не светит. Сашка – зверь! Настоящий чемпион, он своего не упустит.

- Посмотрим, – хмыкнули ребята. – Мы в разных заездах. Если все нормально сложится – встретимся только в финале. А там всякое может случиться.

- За мной заезжайте. Посмотрю, как будете гоняться.

- Родители отпустят? Тогда ясен пень! – улыбнулись друзья. – Будешь нас вдохновлять, как дама сердца благородных рыцарей…

День соревнований выдался солнечным. Зрители заняли небольшую трибуну и близлежащие пригорки вблизи старта-финиша. Пока гонялись младшие – на мотоциклах с объемом двигателя до 65 кубиков, ребята постарше проверяли свою технику, посматривая на соперников.

- Смотри – вот он, чемпион! – Лешка ткнул Юру в бок и показал взглядом на одного из них.

Невысокий коренастый парень со шрамом на лице. Слегка прихрамывает на левую ногу – память о давней неудаче в гонке. Оглядев соперников, он подошел к ребятам и, улыбнувшись, подал руку одному, потом другому:

- Александр, – представился он. Голос его был негромкий, с хрипотцой. Услышав в ответ их имена, кивнул головой: - Встречались раньше?

- В прошлом году, на вашей базе, – ответил Юра. – Если б у Лехи топливный фильтр не засорился – неизвестно, кто бы был чемпионом!

- Помню, – серьезно кивнул головой Таранец. – Отлично шел! Удачи, мужики! Надеюсь, встретимся в финале.

И пошел готовиться к старту.

- Вроде, нормальный парень, – рассуждал Лешка. – Не задается, Читать далее...

Все при деле

Какие уж тут стрессы? Кошки бродили по офису, навещая особо полюбившихся работников, и строили им глазки. В комнату психологической разгрузки они возвращались, чтобы перекусить и подремать...

Несколько лет назад молодой талантливый инженер Глеб Матюшин, устав разрываться между основной работой и «левыми» подработками, зарегистрировал собственную фирму.

Начал с малого – проектирование инженерных сетей, штат – четыре человека, все молодые ребята, недавние выпускники ВУЗов.

Благодаря таланту руководителя и трудолюбию подчиненных, дела пошли неплохо. Заказчики оставались довольны качеством и сроками выполнения работ – ребята готовы были трудиться сутками, подражая Глебу. К тому же, зарплата у молодых людей была более, чем приличная.

До поры фирма ютилась в двух арендованных комнатах офиса. Штат рос, места для всех не хватало. Пришло время подыскать что-то более приличное.

Наконец, нашлось отдельное здание вблизи центральной магистрали города, в уютном дворе, небольшое, но полностью приспособленное к работе. Стоимость аренды Глеба устроила. Переезд занял один день, места хватило всем с избытком.

В первый же день в кабинет Глеба вошла пожилая женщина.

- Вы здесь главный начальник? – поинтересовалась она.

- Как бы – да! – ответил Глеб, отвлекаясь от бумаг. – Чем могу быть полезен?

- Меня Марией Федоровной зовут, – представилась женщина. – Я в этом офисе до вчерашнего дня уборщицей работала, вот и подумала – может, и вам пригожусь?

Глеб вспомнил, что уже видел эту женщину раньше, когда посещал это здание. Идеальная чистота в офисе несомненно была ее заслугой.

- Я не против, Мария Федоровна, - улыбнулся Глеб. – Пора приучать моих охламонов к порядку на рабочем месте. А то они в азарте дела не замечают, что творят. Вокруг столов – мятая бумага, карандаши стригут на пол – безобразие!

- Ничего, я их быстро приучу к порядку, – пообещала Мария Федоровна. – Ты, Глебушка, распорядись, чтоб мне вернули ключи от подвала – у меня там все для уборки хранится…

Уже через неделю Глеб понял, как ему повезло с работницей - расторопной, ворчливой и непреклонной.

Возражать ей, в силу разницы в возрасте, ребята не смели. Как строгая мама, она ежедневно обходила все рабочие места, наводя порядок и требуя того же от других. Неаккуратного Витьку Ефимова могла даже взять за вихры и развернуть носом к заваленной мусором корзине:

- Это что ж ты творишь, варнак? Утрамбовал так, что не вытрясти! Лень вынести? Это ж дело двух минут!

- Тетя Маша! – ныл Витька. – Сейчас закончу три-Д модель и все уберу! Работа срочная!

- А он еще яблочные огрызки в ящик стола кидает, – шутя ябедничали коллеги. – Говорит – некогда за порядком следить, работа мол, важнее!

- Ах, негодник! – возмущалась Мария Федоровна. – Опять без обеда? На яблоках решил прожить? Столовая - вот она, через дорогу. Ведь заработаешь себе язву со своей три-Д!

И Витька покорно шел и вытряхивал корзину в мусорный контейнер, безропотно принимал от тети Маши стакан горячего сладкого чая и пару пирожков. Торопливо заглотив их и запив чаем под ее бдительным присмотром, он вновь погружался в дебри компьютерной программы.

Молодые работники относились к Марии Федоровне как к матери – строгой и заботливой. Авторитет ее был даже выше, чем у Глеба – с тем еще можно было поспорить, с тетей Машей такой номер не проходил.

В один из рабочих дней Мария Федоровна, по обыкновению, прошла в кабинет Глеба, смахнула с мебели невидимую пыль, украдкой поглядывая на него. Затем, решившись, заговорила:

- Глебушка, найди пяток минут, загляни ко мне в подвал – помощь твоя нужна.

Глеб взглянул на часы – до прихода очередного заказчика еще оставалось время.

- Идемте, Мария Федоровна. Покажете свое хозяйство.

Смотреть особо было нечего. Небольшой коридор, две двери – направо и налево. За одной из них хранилось хозяйство Марии Федоровны: рабочий инструмент, ведра, моющие и дезинфицирующие средства и прочий инвентарь. А за другой…

В полутемной комнате с подвальным окном стояли пара старых столов, несколько пустых картонных коробок, в углу – ящик с песком. На полу – вытертый коврик, у стены – еще один.

- Выходите, не бойтесь, – ласково произнесла Мария Федоровна.

И тут же из картонной коробки выглянула любопытная усатая мордочка, из другой – еще одна. Из-за стола вышел, задрав хвост, большой рыжий кот. Настороженно поглядывая на нового человека, он подошел к хозяйке и обвил хвостом ее ноги.

- Это – Вася. Он тут хозяин, – представила кота тетя Маша.

- А я тогда кто? – улыбнулся Глеб. – Сколько их тут – трое?

- Если бы... – вздохнула Мария Федоровна. – Вон в тех коробках - две мамаши с котятами, и еще Тишка-приблудыш где-то прячется. Настрадался, бедненький, боится всех... Все они – побаиваются людей, натерпелись от них. Твой предшественник их не привечал, вот и научились прятаться.

Глеб прошел к коробкам, заглянул внутрь. В двух лежали кошечки, испуганно прикрывая лапками котят. Еще из одной на него огромными Читать далее...

По краешку

Дикий визг кота иглами пронзил мозг Бориса, Черныш вцепился когтями в руку незнакомца, полыхнуло пламя, стакан упал, выплеснув содержимое на коврик. Незнакомец с воплями метнулся к двери так быстро, что с него слетела шляпа, обнажая витые рожки по обе стороны головы...

Борис оскальзывался на подтаявшем снегу, редкие прохожие сторонились, пропуская его – неряшливо одетого мужчину лет сорока, с недельной щетиной, несвежим лицом и мутными глазами.

Голова работала с трудом, тошнота подкатывала к горлу, и еще этот запах… Словно кто-то чиркнул спичкой перед его носом, а та – шипит, испуская дым, и никак не может разгореться.

Вот и дверь в знакомый магазин. На пороге сидит кот, пушистый, черного окраса. Люди заходят и выходят из магазина, но кот смотрит только на него, внимательно, не мигая.

источник фото: superwalls.top
Борис наклонился, погладил кота:

- Откуда ты взялся такой? Жди меня, Черныш. Сейчас возьму чего, покормлю тебя...

Покупка Бориса не отличалась оригинальностью – две бутылки водки и упаковка сосисок. Уже неделю он не изменял себе, но сегодня к покупкам добавились несколько пакетиков влажного корма – для кота.

Борис сунул их в карман зимней куртки, выдавил один перед носом кота на ступеньку лестницы, упаковку выбросил в урну и двинулся в гостиницу...

Кот, не притронувшись к угощению, увязался за ним. Незаметно для Бориса и работников гостиницы, он проскользнул в двери, пересек фойе и метнулся вверх по лестнице – на шестой этаж.

Борис вышел из лифта на своем этаже – кот уже ждал его у дверей комнаты с номером 666.

За время его отсутствия в номере успели навести порядок и проветрить. Не снимая верхней одежды, Борис свинтил пробку с одной из бутылок, плеснул в пустой стакан и, пересиливая тошноту, влил в себя содержимое…

*****

- Ты не осуждай меня, Черныш…

Борис сидел за столом. Напротив – тот самый черный кот, который шел за ним от магазина.

- Ну, сорвался. Впервые за десять лет. Так получилось... Ты ешь, ешь, захочешь – еще угощу.

На столе перед котом стояло чайное блюдце, наполненное кормом из пакетика.

- Ты знаешь, кто я? Я сварщик высочайшей квалификации в знаменитой фирме - газопровод тянем! Ехал с вахты домой, а тут – погода нелетная, будь она неладна, застрял в гостинице! И черт меня дернул взять водки – думал, вечерок скоротаю. Вот и коротаю уже неделю...

Борис плеснул в стакан остатки первой бутылки, опрокинул содержимое в рот и занюхал сосиской.

- Я ведь десять лет – ни капли. Доктор тогда сказал, выбирай, мол. Или счастливая жизнь с семьей, с любимой женой, с детьми, или с водкой – но недолго.

Нельзя мне пить – предрасположенность у меня к этому. Вот я и выбрал жизнь! Десять лет счастливой жизни, Черныш. Но сейчас вот, чего-то… Не надо было начинать, теперь не остановлюсь…

Борис уронил голову на стол, щекой на очистки сосисок и крошки хлеба. Мыслей не было, только ощущение взлета на гребень огромной волны, потом – падение вниз в ожидании следующей волны.

Опять этот запах жженых спичек! И недовольное урчание кота, который перебрался к нему, прижавшись к ногам.

Борис открыл глаза, глянул под стол, пытаясь отыскать кота, но увидел… Козлиные ноги, покрытые черной шерстью с раздвоенными копытами!..

*****
- А ты молодец, хорошо держишься!

Незнакомец, если можно его так назвать, с одобрением поглядывал на Бориса. Лицо его, выбритое до синевы, выражало благожелательность, но черные, холодные глаза смотрели из-под широкой тульи шляпы, как два ствола заряженного ружья:

- Некоторые поднимают визг, как дети. Один даже из окна сиганул! И что, спасло его это? А ты ведешь себя прилично, не боишься.

- А чего тебя бояться? – Борису и впрямь было не страшно, хотя он уже понял, с кем ведет беседу. – Не нравится мне только, что ты копытами своими пол тут топчешь. И пахнет от тебя, как от спичечной фабрики.

- Какими копытами? – удивился посетитель и продемонстрировал ноги, обутые в шикарные туфли. – А насчет запаха – все относительно. Мне вот тоже не нравится зловоние духов и туалетной воды. Ничего - терплю.

- Выпьешь со мной, раз уж пришел в гости? - неожиданно для себя предложил Борис.

- Я? К тебе в гости? – изумился посетитель. – Ты, вероятно, забыл, какие цифры начертаны на дверях этого номера? Так что, еще неизвестно – кто к кому пришел в гости и, к тому же, привел кота!

Честно признаюсь – я их терпеть не могу, особенно этого, и тому есть веские причины! А насчет выпить, это я могу, только – не в коня корм. А вот тебя угощу с удовольствием! Кстати, как ты его назвал, Черныш? Выставь это хвостатое недоразумение за дверь!

Кот вздыбил шерсть, распушил хвост, глаза его сверкнули изумрудным огнем, и утробное урчание перешло в шипение.

- Выставь сам, попробуй, – предложил Борис.

Посетитель на мгновение утратил ироничный тон, лицо его исказила злоба, но только на мгновение:

- К сожалению, я не могу этого сделать, в силу некоторых причин… – Он распечатал вторую бутылку, плеснул в стакан и поставил Читать далее...

Одинокий пастух

Едва заслышав волшебные звуки, котенок бросал игру, бежал к открытому окну на первом этаже и, усевшись на лавочку, превращался в слух. Бабушки называли его меломаном и уступали край лавочки, удивляясь любви котика к музыке...

Впервые он услышал эти чудные, неземные звуки, когда был еще слепым котенком. Он с упоением лакомился молочком мамы, и вдруг его ушей коснулось дыхание ангела – так ему показалось.

В холодном, сыром подвале будто стало теплее, он даже отстранился от соска мамы, пытаясь различить каждый оттенок чудесной мелодии, дыхание души – а она несомненно присутствовала в музыке.

Часто потом, кутаясь в мамину шубку, слыша ее нежное мурчанье и ощущая ее шершавый язычок, в его ушастой голове звучала эта мелодия...

Потом он подрос, и мама стала выводить его на улицу, знакомить с двором, где жили такие же бездомные коты и кошки.

Домашние жили в квартирах и посматривали на бездомных собратьев свысока, но малыш в то время не видел разницы, он с удовольствием играл как с бездомными котятами, так и с домашними – если тем позволяли хозяева.

Но едва заслышав волшебные звуки, он бросал игру, бежал к открытому окну на первом этаже и, усевшись на лавочку, превращался в слух.

Бабушки, занимавшие лавочку, узнавали его, трепали по голове, называли меломаном и уступали край лавочки, удивляясь любви котика к музыке. А он уже любил не только музыку, но и ту, кто эту музыку творил…

источник фото: murchim.ru
Тоненькая, светловолосая девушка, сложив губки розовым бантиком и прикрыв глаза, подносила чудный инструмент к губам, и из окна во двор изливалась неземная мелодия, трогая душу переливами.

Бабушки прекращали разговоры, замирали и впитывали мелодию, которая растапливала лед очерствевших душ и остывших сердец, вновь заставляя их сопереживать, радоваться и грустить о давно ушедшем.

Они утирали внезапно навернувшиеся слезы, забывали о распрях и спорах, прощали друг другу нечаянную грубость…

Иногда она играла вечером, когда двор пустел, в окнах домов загорались огни и в вечерней тишине двора мелодия звучала особенно чувственно. Та самая мелодия, которую котенок услышал впервые еще там, в подвале.

В такие вечера к нему подсаживался молодой парень и так же, как и котенок, не отводил взгляда от окна. Он поглаживал его по мягкой шерстке и рассказывал в полголоса:

- Знаешь, как называется этот инструмент, на котором она играет? - и сам же отвечал: - Это флейта! А ты знаешь, как ее зовут? Ее зовут Светлана!

И в его устах это звучало, как имя недосягаемого божества...

- Мы с ней учились десять лет в параллельных классах, и я еще в первом классе влюбился в нее. А она даже ни разу не взглянула на меня... Конечно! Кто она, и кто я? Она – талант, каких на свете, может, и нет больше, а таких красивых девчонок – точно нет!

А я – шпана, хулиган местный, по которому тюрьма плачет… Слышал, наверное, местные бабушки так про меня говорят. А ты знаешь, как называется эта мелодия, которую я люблю больше всего, и ты, я вижу – тоже? Она называется «Одинокий пастух».

Котенок внимательно слушал паренька и старался все уместить в свою маленькую ушастую голову: «Флейта. Светлана. Одинокий пастух».

Внезапно в открытом проеме окна появилась она - Светлана! Из темноты двора был виден только ее профиль.

- Андрей! – позвала она. – Ты здесь?

- Да. Я здесь, Света, – тихо ответил парень.

- А котенок?

- И котенок тоже. Мы слушали твою музыку. Мы ее очень любим, – и, понизив голос до шепота, добавил: - И тебя…

- Я знаю, Андрей, – тоже шепотом произнесла девушка. – Я это давно знаю. Все последние вечера я играла для вас – для тебя и для котенка. Сегодня в последний раз.

Завтра я уезжаю, буду учиться в консерватории… Спасибо тебе, Андрей, я всегда чувствовала твое отношение ко мне. Прощай и береги котенка…

Окно бесшумно закрылось, в комнате погас свет. Там, за стеклом, в темной комнате, уткнувшись в подушку плакала девушка.

Не горько, нет – слезы были чистыми, как ее грусть об ушедших светлых днях, и, хотя впереди еще много счастливых, солнечных лет, да что там - вся жизнь впереди! Но жаль было расставаться с этим вот кусочком жизни, в котором ее любили искренне, беззаветно, не за что-то, а за то, что она есть!

Андрей с котенком на коленях еще долго сидел на лавочке и с горечью понимал, что сегодня вечером, вот именно сейчас неслышными шагами от него уходит детство. Навсегда…

*****
Минуло полтора десятка лет. Жизнь не баловала Андрея счастливыми сюрпризами. Все, чего он добился, давалось ему кровавыми мозолями на руках, бессонными ночами, в которые он вглядывался покрасневшими от усталости глазами дальнобойщика.

Тысячи и тысячи километров исколесил он по родной стране и ближнему зарубежью, и всегда под рукой была кассета, потом – компакт-диск, а в последние годы – заветный флеш-накопитель с записью любимой композиции – «Одинокий пастух»...

Радостью наполнялось его сердце, когда, завершая долгую поездку, он узнавал родные места, видел окраины Читать далее...

Алабай. Часть 3

Несколько лет прошли незаметно. Соня работала, занималась сыном и отмахивалась от робких попыток Лиды уговорить ее наладить личную жизнь.

- Мне и так хорошо!

- Ничего хорошего, Сонечка! Ты молодая, красивая женщина! Как же без любви?

- А есть она, любовь эта самая? Я вот думала, что есть. А оказалось – пшик, да и только! Я ведь Олега очень любила. Уверена была, что это на всю жизнь. А что вышло?

- Денис получился. Разве этого мало?

- Да… Нет… Не знаю я! Ребенок – это прекрасно, но есть же еще что-то. То самое, что должно быть между мужем и женой.

- А что должно быть, Соня?

- Доверие. Все остальное вторично. И постель, и бытовые трудности. Если доверия нет – ничего не будет. Вот вы своему мужу доверяли?

- Даже слишком. Ты же все знаешь. Но пока он был жив, я была счастлива. Остальное… Я сама виновата. Нельзя жить с головой в облаках. Иногда нужно спускаться на грешную землю. Если бы не свекровь моя, не Инга… Я не знаю, что сейчас со мной было бы. Оказалась бы, наверное, опять в той коммуналке. Кстати, дом все-таки признали аварийным. Будут расселять.

- Вот и замечательно! Только…

- Что, Сонечка?

- Вы теперь уйдете от нас?

- С ума сошла?! Куда?

- Ну как же… Теперь у вас появится источник дохода и вам не будет нужды…

- Соня! Пока ты меня не прогонишь – я с вами!

- Я прогоню? Я?! Да вы мне семью вернули! Как же я могу? Лидочка Сергеевна, не бросайте нас, а?

- Куда я от вас денусь, Соня? – Лидия Сергеевна обнимала Соню, и все успокаивались на время.

Именно Лидия нашла в сети объявление от приюта, в котором говорилось о Тамерлане.

- Смотри, Соня! Какая собака страшная! Огромная как дом! Кто же возьмет такую? Она же взрослая уже! Опасная, наверное. Морда такая недружелюбная... Хотя, нет… Грустная больше…

Соня, которая разбирала бумаги, сидя за столиком в гостиной, подошла к Лидии и заглянула через плечо. На экране ноутбука был пес как две капли воды похожий на Герду. Только крупнее.

- Что это?

- Да вот, реклама приюта выскочила, и я нажала нечаянно. Там такой котенок милый был на картинке. Я хотела Денису показать.

- Контакты приюта есть?

- Сейчас найдем. Соня! – Лидия Сергеевна ахнула. – Ты же не собираешься…

- Именно! Я хочу съездить и забрать этого пса.

- Но так нельзя! У нас ребенок! А собака может быть опасной.

- Я тоже была опасной, Лидочка Сергеевна. Но вы меня не бросили, так? Обещаю, я не стану его брать, если увижу, что он действительно опасен.

- А как ты это поймешь?

- Забыли? Я все-таки замужем за кинологом была. А муж мой работу свою очень высоко ценил. Спасибо ему за это. Я многому научилась. И папа тоже разбирался в собаках. В общем, я не совсем дилетант, смею надеяться. Посмотрим.

Ирлан к имени своему новому привыкал долго. А еще дольше осторожничал, пытаясь понять, куда же он попал. Его не били, вкусно кормили, лечили и никуда не возили, надев ненавистный «строгий» ошейник. Это было странно. Грустная молодая женщина, которая забрала его из приюта, приходила утром и вечером, много говорила, но довольно долго не касалась его.

- Я не знаю, можно ли тебя гладить. Ты такой суровый. Когда разрешишь – я попробую.

В конце концов Ирлан не выдержал первым. Он подошел к ней как-то вечером, ткнулся лобастой башкой в ладонь, и Соня легонько провела пальцами по изуродованной шрамами морде. Раз, другой, третий…

- Спасибо…

Так началась их осторожная дружба. Она была очень хрупкой, почти невесомой поначалу. Человек и собака присматривались друг к другу, ожидая чего-то и не совсем понимая, чего ждут.

С Денисом Ирлан общий язык нашел куда быстрее. Соня как-то вышла на крыльцо утром, собираясь ехать на работу и испуганно охнула. Ее сын стоял в вольере и гладил алабая.

- Хороший! Ирлан, Ирланчик! Ты очень хороший! Дай лапу!

Лидия Сергеевна выглянула во двор и чуть не кинулась к вольеру, но Соня успела ее перехватить и зажала ей рот ладонью.

- Тихо! Смотрите!

Собака медленно подняла лапу и Денис, ухватившись за нее обеими руками, попытался потрясти ее.

- Ух, ты! Какая тяжелая!

Звонкий смех разнесся по двору и обе женщины облегченно выдохнули.

- Как он вольер открыл?

- Ключ стащил, поросенок! – Соня покачала головой. – Потом всыплю! Ключ перепрятать, а Денису сладкого сегодня не давать. Вечером приеду – поговорим.

Денис наказание воспринял с пониманием.

- Мам, а он умный.

- Да уж! Умнее некоторых мальчишек! Это уж точно!

- Не сердись! Он так на нас смотрит, что мне его жалко. Разве его никто никогда не любил?

- Почему ты так думаешь?

- Мне кажется, что ему этого очень хочется, но он не знает, как это, когда любят…

Спустя год Соня впервые решилась взять Ирлана с собой на рыбалку. Страсть к этому времяпрепровождению привил ей отец. Он был страстным рыболовом, и Соня не уступала ему. До сих пор самыми лучшими воспоминаниями о времени с отцом были именно предрассветные минуты на берегу реки, когда солнце только потягивается, просыпаясь, тоненько звенит мошкара Читать далее...

Алабай. Часть 2

К тому времени отец уже знал, что болеет. Но Соне не говорил. И Ольге Ивановне ставить в известность дочь о своих проблемах запретил категорически.

- Не надо! У нее жизнь бьет ключом. Появился кто-то, похоже. Не хочу, чтобы она переживала. Пусть радуется, пока это возможно. А я еще побарахтаюсь.

А Соня, и правда, влюбилась. В кинолога, который занимался с Гердой.

Это был немногословный, немного даже угрюмый парень, отлично знавший свое дело. Герда в его руках быстро превратилась из озорного щенка в умную красавицу, которая четко знала как, когда и зачем ей нужно что-то делать.

- Умница она у вас! – говорил тренер Герды, Олег, по окончании занятия.

Соня кивала, соглашаясь, забирала собаку и ломала голову как объясниться с этим застенчивым парнем.

Повод нашелся быстрее, чем она его придумала. Герда поймала вора. Причем сделала это таким странным способом, что удивился даже Олег.

- Странно! Собаки вообще-то так не поступают. Не пойму, что на нее нашло!

Воришка, который забрался во двор дома Ильи, был настолько обескуражен произошедшим, что просто сидел молча на бортике бассейна, куда загнала его Герда, и даже не пытался вытащить из воды ноги. Собака же смирно сидела рядом, изредка трогая лапой голову воришки и поглядывая с гордостью на хозяина.

- Уберите ее! Пожалуйста! Пусть меня заберут уже, а? Вы же вызвали полицию?

Соне стало даже немного жаль этого незадачливого грабителя.

- Ты зачем во двор полез? Знал же, что здесь собака!

- Я думал, что она в вольере. Вы ее не выпускаете в это время.

Соня с Ильей переглянулись. Вот как! За ними следили, оказывается!

- Посиди пока тут, дружочек. – Илья поманил за собой дочь и Олега. – Герда, охраняй!

Совет, который они держали в беседке рядом с бассейном, был коротким и продуктивным.

- Что делать с ним? Пацан ведь совсем. Ума ему то, что мы его отправим туда куда следует, точно не добавит. – Илья хмурился, глядя как Герда не дает встать воришке. – Нет, ты посмотри, что она творит! Вот так же из бассейна его не выпускала. Как только пытался вылезти, лапой его и с головой под воду. Камеры записали. А охрана, балбесы такие, вместо того, чтобы достать пацана, ржали как кони. Кино, говорят, смотрели! Забавное! Я им устрою кино!

- Папка, не горячись. Лучше скажи, что ты предлагаешь?

- А поговорить с ним. Мало ли, что за человек. Может совсем непуть, а может ничего еще.

Парнишка оказался не совсем потерянным. Жил он в соседнем поселке вместе с матерью и двумя сестрами.

- Зачем в дом полез?

- Посмотреть хотел. Вы не думайте! Я воровать не хотел ничего! Просто интересно стало. У вас там такая штука стоит – квадроцикл. Я, когда помладше был, видел, как вы ездили на озеро. Так хотелось прокатиться! А еще у вас машина красивая. Та, на которой дочка ваша ездит.

- Зависть, друг мой, поганая штука.

- А кто вам сказал, что я завидую? – парнишка взвился над скамейкой, на которой сидел и Герда тут же подала голос, усадив его обратно. – И у меня все будет! Просто я молодой еще! Мамка говорит, что если учиться хорошо, то можно много денег заработать. Только я ей не верю. Это все не от большого ума берется.

- А от чего? – Соня переглянулась с отцом.

- От хитрости! От умения дела делать. Вот у вас какое образование?

- Юридическое, друг мой. Долгое, нудное и весьма обширное такое образование. И именно поэтому у меня сейчас есть то, что ты видишь.

- А разве вы не бизнесом занимаетесь?

- И им тоже. Но по образованию я – юрист.

- Долго учиться надо? – парнишка принял из рук Сони кружку с горячим чаем и блаженно вздохнул.

- Долго.

- Ладно.

Очень серьезно кивнув, непрошенный гость принялся пить чай.

Юристом Юра не стал, так как, поразмыслив, решил, что хочет занимать чем-то другим. А пока думал, чем именно, стал правой рукой и помощником для Ольги Ивановны. И скоро под его присмотром оказался и дом, и гараж, и все, что касалось ухода за Гердой. Платил Илья ему хорошо и очень скоро Юра похвастался Соне, что отложил уже приличную сумму на учебу сестрам.

- Они у меня умные! Не то, что я! Машка хочет ветеринаром стать, а Дашка – людей лечить. Пусть учатся. А я помогу.

Соне, правда, было не до его откровений. Она на тот момент только-только вышла замуж и узнала все-таки, что отец болен.

- Почему не сказал мне? – она ревела как маленькая и отталкивала от себя руки отца. – Я тебе чужая, да? Чужая? Как ты мог! Все знали и только я ни сном, ни духом! Папа! Почему ты так со мной?

Илья, понимая, что эта истерика временная, дал дочери успокоиться немного. А потом прижал к себе.

- Не плачь, девочка моя! Я еще здесь. С тобой. Так давай не будем портить то время, что нам отмерено. Я пока барахтаюсь, Сонька. И бросать тебя вовсе не собираюсь.

- Не смей, папка! Как я без тебя… Бабушка Оля ушла, а теперь ты куда-то собрался! Вы что?! Как я одна тут?

- Ты не одна. У тебя теперь Олег есть.

Да, Олег у нее был. Соня этому обстоятельству была очень рада. Они долго спорили с Читать далее...

Алабай

- Вот этот пес.

Сотрудник приюта кивнул на вольер и вздохнул:

– Все равно ведь не возьмете.

- Какой он огромный! – Соня прищурилась. – А почему не возьму? Вообще-то я за собакой сюда приехала. Проблемный?

- Да как вам сказать… Уже несколько желающих «усыновить» его – вернули.

- Причина?

- Не сошлись характерами.

- Проблемный, значит.

Соня внимательно посмотрела на грустного алабая, сидевшего в вольере. Странно, конечно. Судя по виду, по цвету шерсти и еще некоторым признакам – это был в свое время очень дорогой щенок. Так почему же он оказался в приюте? Агрессивен? Глуп? Болен?

- Со здоровьем есть проблемы?

- Не без этого. И вы должны понимать, что это дорогая в содержании собака. Я бы сказал – очень.

- Я понимаю.

- Если не секрет, зачем он вам? Вы ведь именно за ним приехали?

- Да. Он очень похож на одного моего друга.

Парень, который потянулся было к замку вольера, усмехнулся.

- Такой же туповатый был?

- А кто вам сказал, что алабаи туповатые?

- Никто. Насмотрелся вот на него. Все собаки как собаки. Умные. Едят как положено, на прогулку выходят. Ладно, почти все. Я не беру тех, которые больные или только что от хозяина. А этот? У него постоянного хозяина давно нет, а все в тоске и печали. Не слушается совершенно. Сколько раз я замечал, как он от миски просто отворачивался. Вы бы видели этого пса, когда впервые его сюда привезли. Вот где мощь была! А сейчас даже половины не осталось. Как дедок на завалинке. Попробуйте, позовите его. Даже не шелохнется.

Говорливый парень все-таки открыл вольер и предостерегающе протянул руку к Соне.

- Не надо! Он странный. Честно вам скажу – я его побаиваюсь.

- Почему?

- Он в боях участвовал… - нехотя признался парень и пожал плечами. – Неудивительно. Такая мощная собака! Некоторые даже не стесняясь говорят, что хотят забрать его именно для этого.

- Плохо. Он агрессивен?

- Я бы не сказал. Ни разу не был замечен в таком. Но это же не значит, что агрессия не может вылезти в любую минуту. Повидавшая многое собака. Не удивлюсь, если проблемы будут. Знаете, вы уж извините меня за прямоту, но у вас машина хорошая, заметная.

- И?

- А на стекле наклейка, что ребенок в машине. У вас дети есть?

- Есть. Сын.

- Тогда не берите этого пса. Не надо. Давайте я помогу вам другую собаку найти. У нас большой приют и выбор есть.

- Почему вы так меня отговариваете? Боитесь?

- Да. Если что-то случится с вами или вашим ребенком, я себе потом не прощу. Нельзя таких красивых девушек скармливать таким чудовищам.

- Да не чудовище он! Смотрите. – Соня мягко отстранила парня с дороги и вошла в вольер.

Алабай даже не шевельнулся. Только глазами повел. Хвост у него был купирован, но Соня и так видела, что он не дрогнул. Плохо. Значит она была права. Собака давно потеряла интерес к людям. Обижали, это очевидно.

- Привет.

Голос мягче, но не слишком. Командная нотка чуть звучит, как учил когда-то отец.

- Пойдешь со мной? Я за тобой приехала. Обещаю, что в моем доме тебя обижать никто не будет. Ты мне очень нужен. Я живу за городом и у меня большой дом с участком. И его сейчас никто не охраняет. А мне страшно. Неделю назад к нам залезли воры. Хорошо, что дома никого не было. Ведь вообще-то в это время мой сын, Денис, возвращается с занятий с няней. Если бы они были дома… Понимаешь, мне даже подумать страшно, что могло бы случиться. Воры эти не взяли толком ничего. Так, по мелочи. И поэтому, мне очень страшно. Я боюсь, что они могут вернуться. Ты мне очень нужен. У меня есть сигнализация и все такое, но мой папа говорил, что собака – лучшая охрана. Вернее и надежнее не бывает. Как думаешь, прав был?

Пес прислушивался к тому, что говорила Соня. Хвост его все так же молчал, морда не сдвинулась ни на миллиметр, но Соня готова была поклясться, что ее услышали и поняли. А теперь размышляют – надо ли поддаться на ее уговоры.

- Я понимаю, что ты от людей ничего хорошего давно не видел. И это очень плохо. Но поверь, люди все разные. Я обещаю тебе, что никогда тебя не обижу. Если с твоей стороны не будет беды в мой адрес – у тебя будет дом и семья. Понимаешь? Не хозяева. А семья. Ну что? Пойдешь со мной? Или здесь останешься?

Сотрудник приюта, который наблюдал за всей этой беседой, хотел было что-то сказать, но Соня плавно повела рукой. Не сейчас.

Собака все еще лежала неподвижно. Пес внимательно смотрел на Соню, но не делал ни малейшей попытки сдвинуться с места.

И тогда Соня решилась. Она медленно опустилась на пол, сложив руки ладонями вверх на коленях. И застыла.

- Вы…

- Дайте мне полчаса.

В полчаса она не уложилась.

Ноги давно затекли, начинало темнеть, а Соня все сидела в вольере, чуть клацая зубами от холода. В конце концов она не выдержала и чихнула.

- Ну вот. Разболеюсь и выгонят меня с работы. Ты долго еще мне голову морочить будешь? Идем мы домой или ты остаешься?

Она спохватилась, что заговорила с собакой как с сыном, но было уже поздно. Впервые за все время, как Читать далее...

Маленький человек

Он проснулся от того, что кто-то дышит ему в лицо. Открыв глаза, он при свете уличных фонарей, светивших в окно, увидел малюсенького котёнка, который прижался к его лицу и тихонечко сопел…

Человек был маленьким буквально. То есть, невысокого роста. И очень худым. С глазами, которые, казалось, жили своей жизнью на лице, всегда хранящем суровое выражение. А характеру он был спокойного, если не сказать, флегматичного.

Что, впрочем, ему нисколько не помогало. Увольняли его постоянно. И именно потому, что он был молчуном. Переживал всё про себя. Никогда не возмущался, не скандалил и никому не жаловался. А поэтому, если надо было кого-нибудь убрать, то убирали именно его.

Дома он страшно переживал. А когда устраивался на очередную работу, то старался ни к кому не привязываться, зная, что, скорее всего, скоро придётся расставаться.

В общем, он привык быть козлом отпущения. И, наверное, именно поэтому жил один. Вечно угнетённое состояние и сумрачный вид женщин не привлекали. А иногда он пил. Не то чтобы сильно, но вполне ощутимо.

Он брал за свой счёт несколько выходных и устраивал себе праздник. С выпивкой. И тогда ему казалось, что жизнь прекрасна и все вокруг его любят, а потом…

Потом он опять возвращался на работу. И товарищи видели всё то же угрюмое выражение лица.

И вот, в один из таких импровизированных праздников, он шел домой, спотыкаясь и покачиваясь. Стараясь не выпустить из рук несколько пакетов с закуской и выпивкой.

Шел дождь. Не ливень, но вполне себе заметный. Так что, земля превратилась в жижу с лужами, а трава стала скользкой и холодной. Наверное, поэтому, когда он упал, и пакеты разлетелись вокруг, он быстро пришел в себя. Потому что уткнулся лицом прямо в густой пучок мокрой травы.

Отплёвываясь и чертыхаясь, он попытался подняться, но опять растянулся. Потому что руки разъехались. И правая рука наткнулась на что-то живое.

Он повернул голову и с удивлением увидел малюсенького, серого котёнка, которого не разглядел сперва в мокрой склизкой и серой траве. Малыш пытался мяукнуть, но у него не получалось…

И тогда маленький человек встал и, стараясь не упасть снова, собрал пакеты и опустил в один из них котика. Придя домой он первым делом вытащил котёнка и, вытерев его стареньким махровым полотенцем, положил на кровать. А сам пошел купаться и готовить есть. Потом он слегка злоупотребил спиртным, после чего, забыв о малыше, свалился на кровать ночью.

источник фото: elot.ru
Он проснулся от того, что кто-то дышит ему в лицо. Открыв глаза, он при свете уличных фонарей, светивших в окно, увидел малюсенького котёнка, который прижался к его лицу и тихонечко сопел. Осторожно обняв его, он прижал малыша и заснул.

Утром его заняли проблемы и заботы. Магазин, ветеринар. Везде он старался не дышать ни на кого и ему было стыдно.

Когда он вышел на работу, все обратили внимание на то, что он изменился. Лицо его больше не было угрюмым, наоборот. Он постоянно чему-то улыбался. И некоторые стали донимать его, интересуясь, не познакомился ли он с какой-нибудь дамой.

Он отмахивался и отшучивался. А в обед вышел кормить кошек, которые в изобилии бродили вокруг цеха, в котором он работал. Начальник, увидев, как он выходит с едой на улицу, решил посмотреть, не выбрасывает ли он пакеты мимо мусорных баков.

Заметив, как маленький тщедушный человек кормит худых и облезлых кошек, он рассвирепел. Бросившись к собравшимся пушистикам, он стал распихивать их ногами и кричать, что уволит мужчину, если тот немедленно не прекратит это безобразие.

Рабочие, услышав крики, все высыпали вслед за начальником. И наткнулись на очень неприглядную сцену. Когда их начальник, размахивая руками, с перекошенным от злобы лицом, пинал кошек ногами и орал на маленького мужчину, а тот…

Сперва оцепенев и широко раскрыв глаза, смотрел на начальника, но когда, опустив глаза, он увидел ноги, пинающие тех, кого он кормил… Худой маленький мужчина, никогда никому в жизни не возражавший, вдруг заревел.

Причем, таким диким голосом, что начальник споткнулся и, зацепившись за что-то ногой, рухнул на землю. После чего встал и решил продолжить экзекуцию, но…

В эту секунду маленький мужчина подскочил к нему и влепил ему правой рукой звонкую пощёчину. Потом сжал свои маленькие кулачки и бросился в бой. Ребята со смены сумели его оттащить от начальника, который даже и не подумал защищаться. Он так и стоял, раскрыв рот и потирая левую щёку, горевшую от пощёчины.

Маленький мужчина решил уйти домой и больше не приходить. В конце концов, ему не привыкать менять одно место на другое, но…

На следующий день ему позвонили из приёмной генерального директора и попросили прийти в отдел кадров. Мужчина пришел, думая, что сейчас ему дадут расчёт, но ошибся.

Начальник отдела кадров мягко его пожурил и объяснил, что они совсем не против. Можно даже сказать – за. И совсем не надо было устраивать скандал, а можно всё было решить мирно.

После чего ему предложили вернуться на рабочее место с Читать далее...

Я тоже братика хочу!

Оля слышала, как Молли несколько раз гавкнула. Так собака обычно просилась домой. Не увидев Молли на площадке, она подумала, что Саша открыл той дверь, только непонятно, почему не оставил дверь открытой для неё...

За девять месяцев беременности с женщиной происходят разные случаи, которые потом вспоминаются с улыбкой, даже если они не были такими весёлыми. А уж о происходящем на родах слагаются целые легенды...

Не менее захватывающие приключения происходят и с нашими четвероногими мамашами.

Трёхлетняя Молли породы колли впервые готовилась стать счастливой мамой. Вместе с ней к этому радостному событию готовились Саша и Оля, хозяева Молли, и их семилетний сын Ваня...

*****
Когда три года назад Саша предложил супруге и сыну взять собаку, маленький Ваня обрадовался, а вот супруга высказала вполне логичные сомнения:

– Саш, Ванька ещё маленький, у меня с ним забот хватает. Сам знаешь, бабушки-дедушки далеко, они нам не помощники, а тут собака, да ещё щенок. Знаешь, сколько с ним проблем, – сказала Оля.

– Оленька, я тебе клятвенно обещаю, что все заботы по уходу и воспитанию собаки возьму на себя, – просительно глядя на жену, ответил Саша.

И супруга ему поверила, а он - сдержал своё обещание. Единственное, что иногда приходилось делать Ольге, это убирать за щенком, и то только тогда, когда Саша приходил с работы позже неё, и иногда выгуливать.

Молли выросла воспитанной красавицей. К трём годам она побывала на нескольких выставках, заняла призовые места и получила известность как перспективная для разведения.

В клубе Саше предложили подумать о вязке собаки, они даже нашли достойного кобеля.

После этого разговора, вечером, Саша присел рядом с супругой на диван, обнял и поцеловал в ушко.

– Ты у меня такая красивая. Как же я тебя люблю, – шепнул он.

Оля, прекрасно знавшая своего мужа, насторожилась, и, повернувшись к нему лицом, спросила:

– Саш, ты чего задумал?

– Понимаешь, в клубе предложили повязать Молли. Ты же знаешь, она у нас одна из лучших, вот они и считают, что от неё получатся прекрасные щенки, – тихо проговорил Саша, и, затаив дыхание, замер.

– Саш, ты с ума сошёл? Ваньке в первый класс идти, у меня дел по горло, а тут щенки, – возмутилась красавица-жена.

– Оль, я тебе клятвенно обещаю, что все заботы о беременной собаке возьму на себя, – заверил Саша.

– Ох, чует моё сердце, хватанём мы лихо с этим делом, – вздохнула Оля, но отказать мужу не смогла.

*****
Согласие получено, дело сделано. Молли успешно забеременела, и Пахомовым предстояло прожить два месяца, соблюдая все рекомендации по уходу за собакой “в положении”.

Жили они на пятом этаже кирпичной пятиэтажки старой постройки. Соседи, до этого благосклонно относившиеся к воспитанной и ласковой Молли, узнав, что она ждёт щенков, просто залюбили её. Двое из них даже зашли к Паховым и изъявили желание купить щенка.

До родов оставалось две недели. Вечером Саша с Ваней занимались сборкой какого-то сложного конструктора. Молли в очередной раз запросилась в туалет. Оля остановила Сашу и сказала, что сама выведет собаку.

Нагулявшись, они пошли домой. На первом этаже Оля отстегнула поводок, и Молли потрусила по ступенькам.

На третьем этаже Олю остановила Наташа, с которой они давно подружились. Минуту поболтав, она продолжила подъём.

Оля слышала, как Молли несколько раз гавкнула. Так собака обычно просилась домой. Поднявшись и не увидев Молли на площадке, она подумала, что Саша открыл той дверь, только непонятно, почему не оставил дверь открытой для неё.

Она зашла в квартиру, Саша встретил её и спросил:

– А где Молька?

– Так она ж домой пошла, – испугавшись, ответила Оля.

Они выбежали на площадку. В это время из соседней квартиры вышел сосед Павел Петрович:

– Кого-то потеряли, ребят?

– Мольку, – воскликнули они в один голос.

– Да как же так, – расстроился сосед.

Тут на четвёртом этаже открылась дверь, и Анна Фёдоровна крикнула:

– Саааша, Мольку заберите, она тут в гости зашла.

Все трое спустились на этаж. Молли, весело помахивая хвостом, стала подниматься домой.

– У меня дверь была открыта, немного проветрить решила, а то запах какой-то появился. Ну, я сквозняк и устроила, и на балкон открыла дверь, и в подъезд, а тут она загавкала, я вышла посмотреть, а она в гости зашла, – улыбаясь, объясняла соседка.

Облегчённо вздохнув, Оля с Сашей засмеялись. Дома муж стал подкалывать жену, как она беременную собаку потеряла.

На самом деле оба сильно испугались, и шутками старались унять волнение.

*****
Приближался день родов. Оля поинтересовалась у мужа о количестве щенков, которых может принести Молли. Тот ответил, что у собаки первые роды, так что не больше шести, наверное.

Они отвели для Молли уголок, огородив его кусками фанеры. Так у них в доме появился импровизированный роддом, а главным акушером назначили Сашу.

Ранним утром субботы Молли стала беспокойно ходить по квартире. Проснувшись, Саша понял, что началось...

На Читать далее...

Не пара

Когда они повернули домой, щенок бежал, не отставая. Путь лежал через автодорогу. Ребята попробовали его напугать и отправить обратно, но тот просто садился на попу и не собирался убегать...

Денис и Света поженились два года назад. Многие удивлялись этой паре, не понимая, как красивая, статная и обеспеченная девушка выбрала такого неприметного парня.

Единственная любимая дочь и родителей привела в шок, когда представила им Дениса и объявила, что выходит за него замуж.

Перед Ольгой Сергеевной и Павлом Михайловичем стоял худенький русоволосый парень с серыми глазами и в простенькой одежде.

Не было в нём ни мужской брутальности, ни шика денди, ни учёной загадочности, ни интеллигентной степенности.

Что она в нём нашла?! Все, и родители, и подружки, и знакомые, сходились во мнении, что он ей не пара.

И только Света знала, что её Денис - самый лучший.

Они познакомились на какой-то замороченной художественной выставке молодых авторов, куда Света с подружками пошли только для того, чтобы отметиться и доказать родителям, что они проводят время с пользой для души.

Денис пришёл на выставку из-за Лёшки. Его друг и одноклассник в двадцать пять лет увлёкся живописью, записался на какие-то курсы, и вот теперь активно рисовал.

В выставочном зале, где люди размеренно двигались с задумчивыми лицами от картины к картине, Денис услышал звонкий смех, на который обернулись многие, увидел потрясающую девчонку и пропал...

А девчонка, слегка смутившись за взрыв смеха, посмотрела на парня, и… шагнула ему навстречу.

– Светлана, – представилась она и протянула руку.

– Эээ… Денис, – ответил парень, не ожидавший такого поворота.

– Пока без меня, – обернулась девушка к подружкам и, взяв парня под локоток, потянула его к какой-то картине.

– Что ты видишь здесь? – спросила она, указывая на полотно без сюжета, просто заполненное мазками разных цветов.

– Краски разных цветов, – ответил парень.

Это был тест. Света рассмеялась и, потянувшись к уху Дениса, прошептала:

– Вот и я то же самое вижу.

Так они и познакомились...

*****
А через три месяца сыграли свадьбу. Родители, выдержав несколько серьёзных разговоров и шумных разборок, смирились с выбором дочери. Они подарили молодым квартиру, где Денис и Света счастливо жили уже два года.

Близился день рождения Светы, ей исполнялось двадцать пять. С детьми пара не спешила, а вот собаку Света хотела. Денис знал, что ей нравятся лабрадоры. Несколько месяцев он откладывал от зарплаты, чтобы купить любимой жене породистого щенка.

Когда Денис вошёл в квартиру со щенком на руках, Света обцеловала и его, и щенка. Шоколадную девочку назвали Сильвой.

Как-то вечером пара прогуливалась с четырёхмесячной малышкой. Вдруг к ним подбежал маленький щенок и стал заигрывать с Сильвой. Та обрадовалась напарнику по играм и встретила его, радостно виляя хвостом.

– Ой, ты откуда такой? Потерялся? – воскликнула Света.

– Да не похоже, что он домашний. Грязный, без ошейника, и худенький очень, – внимательно посмотрев на щенка, констатировал Денис.

А щенок так и бежал с ними рядом, поигрывая с Сильвой.

Когда они повернули домой, он бежал, не отставая. Путь лежал через автодорогу. Ребята испугались за щенка. Сначала они попробовали его напугать и отправить обратно, но тот просто садился на попу и не собирался убегать.

Тогда Света взяла его на руки, и так они перешли дорогу вчетвером. За несколько секунд, что Света несла щенка, она ощутила, как он дрожит, прощупала его тоненькие рёбрышки. Слёзы сами потекли из глаз девушки.

На другой стороне дороги она сказала Денису:

– Как думаешь, двоих осилим?

– Вооот оно чтооо, – нарочито строго протянул Денис, и добавил с улыбкой: – Свет, бардака прибавится…

– Ага, но это ж всего на год, потом они вырастут, станут умными, – уже понимая, что муж согласен, хихикнула Света.

*****
Вымытый и накормленный щенок оказался кобельком. А вот с кличкой возникла пауза. Ребята хотели присмотреться к его внешности, поведению, и тогда уже решить.

На следующий день к Свете в гости приехала мама, которая всё ещё ворчала по поводу выбора дочерью спутника жизни, но уже не вслух, про себя.

Стильную ухоженную женщину встретили звонким лаем два щенка.

– Свееетааа, – манерно хватаясь за сердце, возопила мама.

Дочь, привыкшая к маминам капризам, улыбнулась, чмокнула в щёчку и сказала:

– Мамусь, давай, проходи, я блинов напекла. Денька скоро с работы придёт, будем чаи гонять.

– Ох, не думала я, дочь, что будешь ты блины печь, и радоваться этому, – заворчала мама, незаметно с удовольствием принюхиваясь к манящему блинному аромату.

Вскоре пришёл Денис. Встретив мужа поцелуем, Света шепнула ему на ушко: «Мама». Тот кивнул головой и подготовился к встрече с тёщей.

– Не понимаю я вас, дети! Ну, ладно, Сильва. Породистая, красавица, дорогая, но это что за чунька беспородная? – указала она пальчиком на подобранного щенка.

– О, точно, будет Чуней, ура! – воскликнула Света, – А то мы уже Читать далее...

Жизнь-то продолжается

Собака повернулась, и, хромая, медленно потрусила не к калитке, а к ступенькам крыльца. Задняя лапа пса висела безжизненной плетью и мешала бегу...

Полину жизнь не била, она лупила её наотмашь, испытывая на прочность. Под её ударами женщина то гнулась, склоняясь к земле, как ива на ветру, то гордо выпрямлялась, когда наступало затишье, но не ломалась...

В девять лет она потеряла мать, в одиннадцать новая жена папы отправила её к бабушке в деревню, да так там и оставила, переоформив все документы.

В четырнадцать умерла бабушка, и остался у неё только дед из близких, тех, кому она была дорога и кем любима.

Полина была бесконечно благодарна старикам за то, что за эти три года они, как могли, научили её и житейской мудрости, и умению противостоять невзгодам.

Она часто вспоминала тихие слова деда:

- Ты, Поля, живи по совести и справедливости. Не держи зла на людей, а с трудностями учись сама справляться. Впереди у тебя долгая жизнь, и не всегда я буду рядом.

Так он напуствовал её, когда Полина собралась на учёбу в город. После девятого класса, который она закончила с хорошими оценками, она решила выучиться на зоотехника.

В селе, где она жила, создали две фермы: животноводческую и птицеводческую. На первой содержали коров, вторая специализировалась на перепелах.

К жизни в городе ей было не привыкать, но душа её тянулась в деревню. Отсюда и выбор будущей профессии. Всё шло хорошо, она без проблем поступила, и учёба давалась ей легко.

В шестнадцать Полина влюбилась, а в восемнадцать, успешно окончив колледж, вернулась к деду, но не одна, а с уже небольшим животиком. Так закончилась для неё первая любовь, которая кружила голову и заставляла сердце то замирать, то выскакивать из груди...

Дед не стал осуждать внучку, виня себя в том, что вот об этом, о разочарованиях первых влюблённостей так и не предупредил её.

А Полина гордая. Она не стала плакать, досаждать красивому, но избалованному мальчишке, тихо доучилась и вернулась туда, где всё честнее и справедливее.

*****
Повезло ей с директором птицеводческой фермы. Шумная, активная женщина, Валентина Егоровна по-доброму отнеслась к Полине. Поговорила она об интересном положении внучки и с дедом, которого уважали в селе.

Через пять месяцев родился Вадим, Вадик, Вадюшка. Полина души не чаяла в своём зеленоглазом мальчишке. А как дед помогал ей с малышом: оказалось, что он и пеленать умеет, и подмыть, и соску дать.

Так они и жили. И вроде всё наладилось. Улыбка не сходила с лица Полины...

А когда Вадиму исполнилось девять, тихо ушёл из жизни дед. Просто лёг спать и не проснулся. Мальчишка сильно горевал по деду, который многому его научил. Печалилась и Полина, но - жизнь продолжается...

После восьмого класса Вадик решил помочь матери, и на летних каникулах пошёл работать в поле. Мучавшийся с похмелья тракторист, подвозивший ребят в поле, не справился с управлением, и прицеп перевернулся.

Слава Богу, никто не погиб, но Вадиму не повезло. Он порвал сухожилия на левой руке, и она перестала нормально работать. Мальчику сделали операцию, но на полное восстановление функционала конечности потребуется много времени...

Полина видела, как сын переживает временную, она была твёрдо в этом уверена, инвалидность. Мальчишка мечтал о военном училище, и теперь, как он считал, всё пошло прахом.

Вадим часто засиживался на крыльце, или уходил в сад, на любимую скамейку деда, игнорируя друзей, которые звали его поиграть или на рыбалку.

Наверное, дед нашёл бы, как встряхнуть пацана, у Полины получалось плохо. Мешала чисто женская жалость. Она вроде и говорила правильные слова, а в глазах её нет-нет, да появлялась предательская слезинка.

Единственное, что Вадим выполнял неукоснительно, это специальные упражнения для восстановления подвижности руки. И это радовало Полину, которая понимала, что сын всё-таки не потерял надежду.

*****
Октябрь радовал последними солнечными деньками. Полина пришла с работы и увидела Вадима на скамейке деда. Он молча смотрел куда-то вглубь сада и что-то шептал одними губами.

Вздохнув, мать подошла к сыну и присела рядом.

– Как в школе?

– Всё норм, мам, – очнулся от своих мыслей Вадим.

– Пойдём в дом, будем ужинать, – позвала она сына.

– Пойдём, – согласился сын.

На середине пути к ним вышел пёс.

– Ой, откуда он? Наверное, забыла калитку плотно прикрыть, вот и пробрался. Не знаешь, чей? – спросила Полина у Вадима.

– Нееет, – ответил тот.

– Заблудился, бедолага, – пожалела пса Полина и решила проводить его до калитки.

Собака повернулась, и, хромая, медленно потрусила не к калитке, а к ступенькам крыльца. Задняя лапа пса висела безжизненной плетью и мешала бегу.

– Вот ты ж, – вздохнула Полина.

Они дошли до крыльца и присели. Пёс сел рядом с ними. Мать и сын смотрели на приблудившуюся собаку и каждый думал о своём.

– Ну, и что делать будем? – задала сама себе вопрос мать.

– Если хочет, пусть остаётся, – сказал Вадим.

– Ну, и ладно, Читать далее...

Противостояние

Первой досталось Жульке. Она подбежала к бригадиру и, завиляв хвостом, крутанулась вокруг себя. Хмурый дядька пнул собачку ногой и крикнул: “Пшла отсюда, блохастая!”

Уютный южный городок открыл двери курортного сезона. И потянулись к морю отдыхающие, и не только. Появилась в нём и заезжая бригада строителей-ремонтников.

Трое молодых парней во главе с бригадиром. Дело своё они знали, но было в их поведении кое-что, что вызывало и у заказчика, и у ближайших соседей неприятные чувства.

Не раз они замечали, как весёлые и приятные в общении люди со злостью и пренебрежением на лицах шугали местных дворняжек...

Три собаки, жившие на улице, отличались беззлобным дружелюбным нравом. Более того, дядя Жора, местный дворник, научил их простым трюкам.

Две девочки и мальчик, Муся, Жуля и Тузик, как он их называл, умели стоять на задних лапах, подавать голос. Вроде, ничего такого мудреного, но делали они всё это вместе, втроём, что приводило в восторг детей, дядю Жору и всех жителей улицы.

Когда появилась бригада строителей, собачки встретили их вилянием хвостов. Они любили курортников, среди которых попадались такие же добряки, как дядя Жора. Подкармливали дворняжек, гладили, играли с ними.

Первой досталось Жульке. Она подбежала к бригадиру, и, завиляв хвостом, крутанулась вокруг себя. Невысокий дядька с тяжёлым взглядом пнул собачку ногой и крикнул:

– Пшла отсюда, блохастая!

источник фото: get.pxhere.com
Тузик залаял на обидчика. А тот поднял с земли камешек и швырнул его в собаку, попав по лапе. Взвизгнув от боли, Тузик отбежал подальше. С ним вместе ретировались и Жуля с Мусей.

Хозяин гостиницы, которую ремонтировали строители, покачал головой и укоризненно сказал бригадиру:

– Негоже, мил человек, собак обижать. Они ж тебе ничего плохого не сделали, они ж безобидные, вон, хвостиком вам виляли.

– А мне плевать, пусть не вертятся под ногами, – ответил бригадир.

Как-то вечером бригада собралась в небольшом летнем кафе, работавшем на этой же улице. Крутились возле кафе и наши собачки. Уборщица заведения выносила им мясные обрезки, вот они и ждали её.

Строители гуляли. Стол ломился от еды и выпивки. Уже хорошо набравшись, бригадир вышел в туалет, а возвращаясь, заметил мирно лежавших в дальнем уголке двора собак.

Мстительный мужик не мог простить дворняжкам неприятный выговор, да ещё при его работниках. Он решил покуражиться над животными.

Взяв со стола солёный огурец, он ласковым голосом подманил Муську. Она протянула мордочку, чтобы понюхать то, что держал в руках человек.

Бригадир схватил её за шкирку и, смеясь, стал тыкать в морду огурцом, приговаривая:

– Ты у меня вегетарианкой станешь, это модно.

Парни, тоже уже захмелевшие, смеялись, глядя на то, что делает их начальник. Наконец, Муська вырвалась из пьяных рук бригадира, и собаки убежали.

Издевательства мужика заметила уборщица. Она подошла к нему и от всей души хлестанула по спине мокрой тряпкой:

– Справился, поганец?! Ещё раз тронешь собак, шваброй отхожу!

И так началось великое противостояние. Дворняжки, быстро сообразив, что от этих заезжих ничего хорошего не дождешься, старались обходить их стороной.

Бригадир же, затаив обиду, специально выискивал их, и, то бросал в них гальку (специально на пляже набирал), то обливал водой.

В очередной раз погуляв в кафе, молодые парни разбрелись по городку в поисках приключений. Подвыпивший бригадир возвращался в гостиницу.

В темноте он заметил силуэт собаки. Зло усмехнувшись, он достал из кармана гальку, зажал её в кулаке, стал приближаться к собаке.

С пьяных глаз он не сразу понял, что та ведёт себя странно: не убегает, не прячется. Сделав ещё шаг, мужик остолбенел. Перед ним стояли три собаки и тихонько рычали.

Среди них он узнал только Тузика, два других пса были значительно крупнее…

Матёрый лохматый кобель с горящими глазами медленно шагнул к мужику. Тот разжал кулак, галька громко шлёпнулась об асфальт.

Тут, на счастье подлого мужичонки, в переулке появился дядя Жора.

– Серый, ну-ка не балуй, – громко сказал дядя Жора, обращаясь к матёрому псу.

Тот повернул голову к дворнику, пару раз вильнул хвостом, что-то рыкнул псам, и они ретировались, растаяв в темноте.

– Спасибо! – поблагодарил его враз протрезвевший бригадир.

– Злой ты человек, Михал Петрович. Собак вот не любишь. Да ладно бы не любил, ты ж обидеть стараешься. Иди уже домой, да оглядывайся. В следующий раз меня может рядом не оказаться...

Когда бригадир скрылся в дверях гостиницы, дядя Жора тихо свистнул. На его зов из темноты нарисовались три пса.

– Ну, что, Тузик, нажаловался вожаку? А и правильно, а то ишь, руки распускает, слюнями брызгает. Хомо сапиенс, понимаешь ли. У нас тут все сапиенсы, и хомо, и канисы...

Придя домой, дядя Жора рассказывал жене:

– Помнишь я тебе про бригадира строителей, что у Захарова гостиницу ремонтируют, рассказывал? Представляешь, иду щас домой, а бригадира того Серый прижучил.

Жена охнула:

– Не Читать далее...

Маркиза и Лев

Сердце Надежды затрепетало. Отдать Маркизу, ее любимую кошку??? Нет, сына она тоже горячо любила, но почему она должна выбирать? Маркиза как будто почувствовала, что от ее поведения зависит дальнейшая судьба. Она даже не глянула в сторону мальчика…

Маркиза была очень интеллигентной кошкой. Ярко-рыжая, с белыми кисточками на ушах и белоснежной «манишкой», с роскошным пушистым хвостом, которому бы любая лиса позавидовала.

Маркиза держала осанку и шествовала с достоинством, приподняв голову. Она даже кушала, как благовоспитанная дама – аккуратно и не торопясь.

Надежда взяла ее у знакомых маленьким котенком и любила всей душой. Девушка жила одна, и ей очень нужна была такая теплая компания.

Они любили проводить вместе летние вечера на веранде маленького домика Надежды: хозяйка пила чай и рассказывала, как прошел день, а Маркиза сидела рядом в живописной позе и внимательно слушала.

Но вскоре у Надежды появился друг – молодой парень Иван. Теперь он пил с ней чай на веранде, иногда оставался ночевать. На Маркизу он не обращал никакого внимания, даже не восхищался ее грацией, как другие гости Надежды.

Кошке Иван не очень нравился, но она решила, что он здесь временно. И оказалась права...

Надежда узнала, что ждет ребенка. Когда она сообщила эту новость Ивану, тот сдавленно пробормотал:

- Мы же пока не планировали…

Весь вечер будущий папаша сидел подавленный, ночевать не остался, и после этого не приходил. Надежда стала грустной. Она подолгу задумчиво сидела в кресле, глядя в окно.

Маркиза терпеливо лежала рядом, не беспокоя хозяйку. Нежная рука Нади машинально ласкала кошкину спинку, но ее мысли были далеко.

- Ну и пусть, мы сами его вырастим! Правда, Маркиза? – решительно тряхнула головой хозяйка.

Кошка радостно замурлыкала в ответ. Она чувствовала, что с Надеждой что-то происходит, и в их доме назревают значительные перемены. Но кошка надеялась, что они – к лучшему…

*****

Мальчик родился ранней весной. Природа просыпалась от зимнего сна, на деревьях набухали почки, и на свет появилась новая жизнь.

Надя лежала в палате роддома, преисполненная нежностью и нетерпением – ей хотелось поскорее взять на руки сына. Но младенца все еще не приносили.

- Не беспокойся, ничего страшного, просто он родился слабеньким, и врачи хотят за ним понаблюдать. Я его видела, за ним хорошо ухаживают, – успокаивала Надю акушерка.

Но молодая мать сердцем чувствовала неладное. В роддоме ее навещала только соседка, в отсутствие Надежды она присматривала за Маркизой. Приходила и рассказывала, что кошка скучает, но терпеливо ждет.

Прошло несколько дней, и в палату пришел врач. Лицо у него было сосредоточенное, и сердце девушки бешено заколотилось.

- К сожалению, я вынужден вам сообщить не очень хорошие новости. У вашего сына двигательные нарушения. Они излечимы, но потребуется длительная терапия...

Вы должны будете уделять много внимания его лечению. Предупреждаю, если вы не отнесетесь к этому со всей ответственностью, ребенок может никогда не научиться ходить! – сообщил врач.

Ей наконец дали на руки мальчика. Надежда держала сына и всматривалась в его крохотное личико. Что теперь будет?

Девушка вспомнила, как назвала своего котенка Маркизой, и из него выросла настоящая аристократка. Она решила дать сыну имя Лев – чтобы он отважно боролся с болезнью.

*****

Дома Лев быстро переименовался в Левочку. Но Надя считала, что сути это не меняет. Соседка, которая как-то забежала навестить молодую мать, посоветовала:

- Надя, ты отдай кошку в добрые руки. У тебя ребенок больной, некогда с ней возиться. Да и знаешь, животные на всякое способны из ревности. Вдруг навредит малышу, а он такой слабенький, много ли ему надо…

Сердце Надежды затрепетало. Отдать Маркизу, ее любимую кошку??? Нет, сына она тоже горячо любила, но почему она должна выбирать?

- Маркиза, смотри, кто у нас есть. Это наш ребеночек, Левочка, - девушка поставила кошку в колыбель рядом с малышом.

Она решила посмотреть, как ее любимица отреагирует на младенца. Но Маркиза как будто почувствовала, что от ее поведения зависит дальнейшая судьба. Она даже не глянула в сторону мальчика.

«Ребенок? Какой ребенок? Не вижу я никакого ребенка. Пойду-ка я по своим делам…» - было написано на кошачьей мордочке.

Она выпрыгнула из колыбели и гордо удалилась. Она никогда не влезала в кроватку Левочки, хотя и любила поспать на мягком и теплом. Надежда успокоилась.

- В таких случаях, как с вашим сыном, очень помогает иппотерапия. Это своеобразная лечебная физкультура, но в качестве инструмента реабилитации здесь выступает лошадь.

Ребенок получает энергетику живого организма, массаж, массу эмоциональных ощущений. Очень помогает развитию двигательных функций, - посоветовал врач во время очередного визита.

Но оказалось, что иппотерапия стоит очень дорого. Надежде это было не по карману. Она страдала от мысли, что не в состоянии обеспечить это лечение своему малышу. Но ничего не могла поделать – Читать далее...

Задание на лето

— Кыш! — крикнула она тощему серому котёнку, который вдруг мяукнул со двора. Только она начала произносить заклинание! И конечно, опять ничего не получилось.

Третий день она пыталась вызвать дождь! Но хоть началась осень, на небе нагло сияло солнце, и никаких облаков собираться не собиралось. Афина сначала сердилась, потом расстроилась. Потом надулась.

Она очень гордилась своим именем. Главным образом потому, что больше гордиться было нечем. Ей недавно исполнилось пятнадцать, то есть в следующем году уже надо будет проходить обряд посвящения, и ей обязательно надо выучить несколько чудес, особенно из тех, что задали на лето. Очень полезно для портфолио. Но лето закончилось, скоро уже идти в класс, но…

Она уже могла летать на метле… Хотя, честно сказать, это умеет любая ведьма к её годам. Могла сделать приворотное зелье, хотя не факт, что оно работает. Лечить простуду… Нет, простуда не считается. Ещё она могла читать мысли, хотя получалось не всегда. И не всегда правильно…

Афина перелистывала журнал заданий и свою тетрадь отчётов, которая не продвинулась за первые пять страниц. Что там по списку? Дождь не получился. Телепортация? Она ужасно боялась — ей почему-то казалось, что она может переместиться по частям. Разжечь костёр заклинанием — только маленькие искры, которые никак не хотели кушать предложенную бумажку. Она всё время боялась большого огня, чтобы не повредить свой милый домик. Наводить порядок по мановению волшебной палочки — не получалось никогда! Грязная посуда оставалась грязной… Изгнание злых духов и демонов? Ну и где она их возьмёт? Не вызывать же злых духов, чтобы потом их изгонять?! Все заклинания она знала наизусть, но ничего не работало!

Афина грустно вздохнула, положила журнал и посмотрела на себя в зеркало. Вполне нормальная ведьма, всё как полагается. Огненно-рыжие волосы, зелёные глаза, платье и шляпа фиолетового бархата. Что не так? Почему у неё ничего не выходит?

Вечер был грустный; даже мороженого не хотелось. Ничто не могло исправить настроения. Может быть погулять? Но стоило ей дойти до речки, как дождь всё-таки пошёл. А она не взяла зонтик! И Афина побежала домой, промокая всё больше с каждой минутой.

Однако, на крыльце её ждал сюрприз — маленький листок. Нет, не с дерева, а явно из книги. И похоже из старинной. Она наклонилась, чтобы поднять эту мокрую страничку, но тут словно из ниоткуда появился чёрный кот, который прыгнул из темноты прямо ей под ноги и лапой выбил страничку из её руки. Листок подхватило ветром и унесло — прямо в грязь.

— Кыш! Терпеть не могу котов! — возмутилась Афина. Это тоже было одной из её проблем. Полагалось завести домашнее животное или несколько, а она их не любила. Надо заботиться, кормить, чистить, убирать… Бр-р-р! Времени и так не хватает! На что, правда, не хватает, Афина так и не могла объяснить.

И потому она решительно вышла из под навеса своего крыльца в дождь, чтобы подобрать страничку. Кот попытался снова напасть, он зашипел и нацелился ударить её когтями, но она решительно шуганула его и ушла с добычей в дом.

Растопив камин, юная ведьма села рядом с огнём и аккуратно, пользуясь сухим полотенцем словно промокашкой, подсушила страницу. На смазанной картинке виднелся как раз кот и даже чёрный. Текст рассказывал о том, как на время превратиться в животное. Страничка давала рецепт снадобья, и он был таким простым, что Афина подумала — ну наконец-то! Что-то можно будет проверить и записать в своё резюме ведьмы!

Что там по списку? Сухое молоко дикой козы, закат-трава, толчёные сухие лягушачьи лапки, водяные орехи… и куча всякого другого — но практически всё, что уже есть в наборе любой уважающей себя ведьмы. Только вот надо немного шерсти животного, в которого хочешь превратиться. Кого, например? Почему бы не в кошку?

И Афина занялась подготовкой. Она тщательно подобрала все ингредиенты, следуя инструкции, и вскоре на огне весело булькал синий бульон, в который осталось добавить только последнее.

— Кс-кс-кс! — позвала Афина, открывая дверь и выставляя под навес тарелочку с куриными потрошками. — Кс-кс-кс!

Но все коты попрятались от дождя.

Ночь стояла на редкость тёплая, дождь был тихий, и Афина села у открытых дверей на коврике. И не заметила, как задремала. Проснулась от того, что что-то мокрое коснулось её руки. Она испуганно отшатнулась, но вдруг увидела, что это серый котёнок. Хорошо поужинав, он теперь пытался пристроиться на коврике рядом с юной ведьмой, чтобы в тепле поспать.

Афина сначала хотела прогнать, потом вдруг спохватилась. Это же то, что надо! И погладила котёнка между ушей и по мокрой спине. Малыш замурлыкал от удовольствия. И когда она подняла свою ладонь, то увидела на ней достаточно волосков. Афина улыбнулась.

— Брысь! — сказала она котёнку и выгнала его на улицу.

А сама аккуратно стряхнула волоски с ладони в снадобье. Потом прочитала указания ещё раз и накапала на ложечку ровно столько капель, чтобы стать кошкой на несколько минут. Вздохнула, слизнула Читать далее...

Верный

Версия о том, что кот выброшен безжалостными хозяевами, закрепилась в моей голове. Но откуда он знает, где похоронен его дедушка? А может, вообще никого не осталось?

Моя жена умерла полгода назад, подарив мне девять лет счастливой жизни. Ее болезнь не дала нам возможности родить детей и отобрала то короткое счастье, которое у нас было...

Друзей у меня немного, родственников тоже почти нет. Пустоту в душе я заполняю работой. Благо, что она мне интересна.

Многие не любят кладбищ: на кого-то они наводят хандру, а на кого-то страх. А мне нравится бывать здесь.

Могилка супруги находится в отдалении от дороги, но не далеко. Я часто сижу и разговариваю с ней. Иногда мне кажется, что она меня слышит и понимает.

Здесь мне легче. Говорят, что это изводит меня. Не знаю…

Я не бываю там каждую неделю, но я жду намеченного выходного, чтобы вновь навестить ее.

Однажды теплым сентябрьским воскресеньем я привычно отправился на кладбище. Рядом с могилой супруги я увидел свежее захоронение.

На песчаном холмике стоял деревянный крест с табличкой и фотографией дедушки. К ограде привалились пестрые венки цветов. Я сел на скамейку и посмотрел на фото супруги.

Вдруг позади я услышал шелест бумажных цветов на венке и шевеление. Я вздрогнул и оглянулся. Из-под венков вылез кот. Обычный полосатый кот, вполне справный.

Он подошел ко мне, потерся о ногу. Я погладил его по спине, кот прогнулся за моей рукой, отвечая на ласку.

─ Привет, - сказал я. – Ты кто? Что тут делаешь?

Я удивился такой встрече. Кот вел себя спокойно, посидел рядом, заглянул в мой пакет. Ничего не обнаружив, вернулся к своим венкам и свернулся калачиком на пригретом солнышком холмике.

Я смотрел на кота и думал, как он здесь оказался. Картину можно было назвать мистической.

Я не суеверный и довольно скептический человек, но, глядя, как зверек спит на могильном холме, меня посетила мысль о переселении душ...

Потом я решил, что кот, скорее всего, живет в сторожке на кладбище. Вход недалеко. А сейчас он просто гуляет, охотится и радуется последним теплым лучам.

Я снова вернулся к своим мыслям, но взгляд мой неизменно возвращался на кота. Тот не собирался никуда уходить. Я поднялся со скамьи, коснулся фото жены и сказал коту: «Пока!»

Тот приоткрыл глаза и снова закрыл их. Я направился к выходу.

*****

Прошло недели две. Я забыл об этой встрече до того момента, как снова собрался навестить супругу. Подойдя к могиле, я с удивлением увидел за соседней оградой того же кота. Он спокойно умывался, доедая что-то с газетки.

Впервые за эти полгода удивление доминировало во мне над остальными эмоциями. Впервые я не ринулся к памятнику, а заговорил с еще одной живой душой на погосте, кроме меня:

─ Привет, кот! Ты живешь здесь? – спросил я, оглядываясь вокруг.

Кто-то принес ему еду. Он что, живет прямо здесь? На этой могиле? Я задавал вопросы сам себе и коту, но не получал ответа.

Кот подошел ко мне, как к старому знакомому, и обвил мою ногу хвостом. Я попытался взять его на руки, но тот выскользнул полосатой лентой и вернулся к венкам.

Я заметил, что он похудел, а шкурка потеряла прежний лоск. Но бездомным пока не выглядел.

─ Это твой хозяин? – догадался я. – Он умер, а тебя выгнали? Тебе больше негде жить?

Я строил догадки, но ни одну из них кот не мог подтвердить или опровергнуть. Он, щурясь, подошел ко мне, снова потерся о ноги.

─ Пойдешь жить ко мне? Я один живу, я тебя не выгоню, – предложил я. Но кот снова отвернулся и спрятался в венках.

Версия о том, что кот выброшен безжалостными хозяевами, закрепилась в моей голове. Но откуда он знает, где похоронен его дедушка?

А может, вообще никого не осталось? Может, они с этим дедушкой были вдвоем. Дедушка умер, и коту больше пойти некуда...

Я встал с места и быстро направился к машине. Доехал до ближайшего магазина, купил кошачьего корма и поехал назад. Вернувшись, кота я не застал.

Тогда я сел на скамейку и взглянул на фото жены:

─ Наверное, он тоже лишился смысла… как и я…

Она улыбалась с фотографии, глядя мне в глаза. Слеза заволокла мне взгляд и упала на гробницу тяжелой горошиной.

Я ни разу не плакал за все это время. Не потому, что это не по-мужски, а потому что не получалось. Но то ли кот разжалобил меня, то ли самому себя жалко стало…

Я смахнул слезу, встал и поискал кота глазами. Позвал его, но он не приходил. Тогда я высыпал корм около оградки и пошел к машине.

Теперь я никогда не ходил на кладбище с пустыми руками. Кроме помина по усопшим, я нес еду живым. Кот неизменно ждал на холмике и мурлыканьем благодарил за корм.

Каждый раз я предлагал ему поехать со мной. Один раз я даже понес его к машине, но кот вырвался, расцарапав меня, и вернулся на свой пост верности...

*****

Пришел ноябрь. Уже выпал и снова растаял первый снег. Я часто думал о том, что кот не переживет эту зиму. Где он прячется в эти холода? Может, все-таки греется в сторожке? Я очень хотел в это Читать далее...