В большом полукружии горных пород,
Где, тёмные ноги разув,
В лазурную чашу сияющих вод
Спускается сонный Гурзуф.

Николай Заболоцкий. «Гурзуф»

Середина осени — прекрасное время для посещения небольших приморских городков. Пока почтенные Ялта с Севастополем продолжают бурлить, будто не замечая, что курортный сезон уже месяц как закончился, крохотный на их фоне Гурзуф впадает в зимнюю спячку. Квёлый ручеек туристов отворачивается от стынущих пляжей и гор, устремляясь под своды музеев и дворцов, и путаные гурзуфские улицы пустеют: разъезжаются ватаги полуголых бесцеремонных отпускников, за ними пропадают торгующие пластмассовыми китайскими сувенирами крикливые продавцы, наконец исчезают нахрапистые зазывалы на морские экскурсии, владельцы ручных обезьянок и прочие жулики. Побережье успокаивается и до весны окутывается тишиной и покоем — именно таким когда-то был весь Крым, до того как стал всесоюзной здравницей.

В Гурзуф мы попали случайно: ехали в Ялту, увидели указатель, решили свернуть. Так иногда бывает: свернёшь куда-нибудь невзначай, а там — прекрасно. Именно так у нас и получилось с Гурзуфом — этот маленький городок нам так понравился, что до Ялты в тот вечер мы так и не добрались...
Бросив машину на одной из местных всхолмлённых улочек, мы отправились на знакомство с городом. Так как на тот момент мои знания о Гурзуфе ограничивались фактом, что он существует, — мы просто брели куда глаза глядят.
Первое впечатление от города оказалось крайне противоречивым: центральная площадь, известная среди местных как «Пятачок», встретила нас типичным крымским безвкусным самостроем и огороженным фонтаном, почему-то заставленным ящиками с цветами.
После увиденного сразу захотелось убежать из Гурзуфа куда угодно, лишь бы никогда больше сюда не возвращаться. Но мы всё же нашли в себе силы и прошли дальше.