Надежда Карманова
Глава 4. Брокер
     Жаль, сэр Гарри, что вы не можете ответить мне на несколько вопросов, занимающих меня последнее время. Вам наверняка приходилось попадать в необычные ситуации и сталкиваться с явлениями, которые невозможно объяснить иначе как происками нечистой силы. Мне интересно, как мужчина, бесстрашный рыцарь, ведёт себя при встрече с непонятным, необъяснимым и потому опасным явлением. Смею предположить, что рыцарь вроде вас обрадуется возможности совершить очередной подвиг. А вот я пребываю в растеряности и не знаю, как мне быть. А посему мне очень пригодился бы ваш совет. Расскажу всё по порядку.
     Маленькая круглая башенка манила меня к себе с того самого момента, как только я её увидела. По вечерам я поднималась в неё и подолгу просто стояла, глядя в чуть помутневшие от времени цветные стёклышки. Кончилось тем, что я принесла в башенку складной икеевский стул, соорудила из картонной коробки некое подобие столика, и удобно устроившись, могла почитать, если позволяло освещение, или просто подумать-помечтать.
     В один из таких вечеров, уже по-ноябрьски прохладных, я засиделась в башенке, укутавшись в плед, и незаметно для себя задремала. Разбудили меня странные звуки с лестницы. Сначала я не придала им значения, поскольку уже привыкла к самостоятельной жизни этого дома. Но звуки становились всё явственнее, послышался лязг железа, потом отчётливый человеческий стон, и всё стихло. Я осторожно спустилась по лестнице, нащупывая в темноте ногами ступеньки, и почти наткнулась на что-то большое и тёмное, похожее на кучу одежды. Она зашевелилась, и сквозь стон сказала:
     - Лиза, это я, Кузнец. Позвоните Брокеру.
     Пока Брокер добирался до нас, Кузнец несколько раз впадал в забытьё, и я, стоя около него на коленях, тормошила его изо всех сил, и просила:
     - Кузнечик, миленький, не умирайте, откройте глаза! Мне одной не затащить вас домой, потерпите! Сейчас приедет Брокер!
     Наконец Брокер приехал, мы с ним вместе затащили Кузнеца в квартиру и уложили на пол. Тут я увидела, что он одет как-то странно: высокие кожаные сапоги, старинный камзол, под ним кружевная сорочка. Вся одежда изорвана и испачкана. В правом боку зияла черная дыра, из которой сочилась кровь. Я испугалась, что он вот-вот умрёт или уже умер, и заплакала в голос. Брокер сказал:
     - Пожалуй, без врача нам не обойтись, - и отошел к свету, набирая номер телефона.
     Я взяла себя в руки, стащила с Кузнеца сапоги, причем один сапог, разбухший от крови, пришлось разрезать. Расшнуровала и сняла камзол, разорвала пропитанную кровью сорочку. Кузнец глухо стонал. Вся его могучая грудь была в кровоподтёках. Совсем свежие рваные раны на боку и на бедре я обработала перекисью водорода - единственное, что я смогла сделать.
     - А ты молодец, не растерялась, - услышала я голос Брокера за спиной, - его надо перенести на кровать. Помоги мне. Сейчас приедет доктор...
     - Доктор уже здесь! Прошу даму удалиться, - произнес маленький кругленький мужчина неопределенного возраста, входя в комнату и на ходу пожимая руку Брокеру.

Надежда Карманова
Глава 3. Квартира
     Хозяин всё рассказывал и рассказывал о квартире, и я понимала, что для него она не просто жилплощадь – это его дом, и он действительно не может оставить его без присмотра.
     - Да вы совсем не слушаете меня, - сказал он наконец с нескрываемой досадой, - вам не нравится? Вы спокойно можете разместить здесь свою мастерскую. Ведь именно этого вы хотели?
     - Я и сейчас этого хочу, но вы ещё ничего не сказали о цене.
     Кузнец слегка коснулся моего локтя, приглашая идти за ним.
     - Как я уже сказал, квартира состоит из двух частей. Первая часть, где мы сейчас находимся – это бывшая мастерская моего покойного отчима, а вторая - собственно квартира. Там живут две мои тётушки, дамы весьма почтенного возраста. Строго говоря, я их внучатый племянник, но они не любят упоминаний о своём возрасте, и слово "внучатый" мы пропускаем. Сейчас они в отъезде, и вряд ли скоро вернутся. Но вы же понимаете, что если в доме никто не живёт - дом умирает. Я не могу этого допустить по многим причинам. Так вот, ваша арендная плата будет состоять в том, что вы здесь просто поживёте. Раз в день проветрите комнаты, польёте цветы, поговорите с кошками, сварите себе кофе. Одним словом, наполните дом звуками и запахами. О деньгах не беспокойтесь, вам нужно будет только оплачивать счета за свет, газ и воду, ну ещё телефон и интернет. Если хотите, мы как вариант можем заключить официальный договор управления.
     - Не хочу. Я с удовольствием буду делать всё, что вы скажете, без всяких договоров!
     - Вот и славно! Завтра мы с друзьями поможем вам перетащить сюда ваше имущество, а то как видите лифта у нас нет, и самой вам не справиться. Давайте начнём осмотр с кухни.
     Он распахнул дверь, и я вздрогнула от неожиданности: в проёме окна в полоборота к нам стояла девушка в длинном терракотовом платье с белым передником, и смотрела на нас огромными ярко-голубыми глазами. Её волосы были убраны под белоснежный шарф, завязанный необычным образом на голове, а из-под шарфа возле нежного розового ушка выбивался золотистый завиток волос. В руках она держала старинную мельницу для кофе с медной ручкой вверху. И вся она была такая милая и юная, так искренне смутилась, увидев нас, что на секунду мне показалось, будто она только что сошла с полотна старинного фламандского мастера, и сама была удивлена этим обстоятельством.
     - Это Мэри – дочь моего близкого друга. Завтра я по пути завезу её к родителям.

     Вот так, мой любезный сэр Гарри, и началось моё пребывание в этом необычном месте. На следующий день Кузнец, как и обещал, перевёз мои вещи, даже помог установить всё оборудование, а вечером того же дня зашёл ко мне попрощаться. Прошло уже много времени, промелькнуло лето, осень осталась позади, а хозяин всё ещё не вернулся, и даже ни разу не дал о себе знать. Первое время по ночам я с опаской прислушивалась к звукам с лестницы – мне всё чудилось, будто там кто-то вздыхает и всхлипывает, но потом я привыкла. А вчера мне показалось, что я провалилась в какую-то временную щель, в которой тонут все отголоски внешнего мира. И знаете, это открытие меня не испугало. Я уже давно живу в нереальном мире. Мне нравится по вечерам стоять в круглой башенке и слушать, как наверху, на самом шпиле крыши, скрипит ржавый флюгер. И при этом воображать себя Дамой Сердца Странствующего Рыцаря со странным именем.

Надежда Карманова
Глава 2. Кузнец
     Похоже, обладатель рыжей бороды был смущён не меньше меня.
     - Можно просто Кузнец. Меня все так зовут.
     - А меня можете называть Елизаветой, - ответила я, произнося подчеркнуто раздельно свое имя. Брокер усмехнулся, наклонился к моему уху и тихо произнес:
      - Смелее, девочка, он не опасен для женщин.
      Сказал и исчез, оставив в воздухе свою ухмылку, как Чеширский кот.
      Выяснилось, дорогой сэр… (кстати, как вас по имени? Ричард? Может быть, Генрих? Или Гарри? решено!)… дорогой сэр Гарри, что Кузнец – путешественник. Ему надо срочно уезжать в экспедицию на несколько месяцев. На сколько именно, он и сам сейчас точно сказать не может. А на его попечении большая квартира и три кошки. Он предлагает перебраться в его обитель (так и сказал "обитель"), пока он в отъезде, а потом он поможет мне найти что-нибудь более подходящие, если мне у него не понравится.
     - А можно взглянуть? – пискнула я, боясь спугнуть удачу.
     - Конечно. Прямо сегодня.
     Я, конечно, надеялась увидеть что-то подходящее, но такого я просто не могла себе представить! Квартира была на шестом этаже без лифта. Есть в Питере такие дома: с улицы всё красиво, иногда даже отреставрировано, большие окна, разные архитектурные "излишества", а со двора – трущоба трущобой. Представьте себе двор-колодец, посредине которого огромный тополь до самой крыши. Кажется, упади дерево, и дом рухнет. В углу невзрачный низкий вход на черную лестницу, узкую и крутую, со стёртыми ступеньками. Это ж сколько раз надо спуститься и подняться по этим ступенькам, чтобы они так стерлись! Мы начали молча подниматься, и я вдруг поняла, что все двери на этой лестнице закрыты наглухо.
     - Что, разве здесь никто не живёт?
     - Почему же, живут. Только ходят через другие двери, выходящие на улицу. А вот здесь жила известная балерина с матерью. Когда она закончила карьеру, ее пригласили в Иваново балетмейстером. Она уехала, вышла там замуж, родила дочку. А ее мать в прошлом году умерла. Вот теперь квартира и стоит закрытой, и там действительно никто не живет. На первом этаже расположилась контора небезызвестного государственного предприятия "Родон". Сейчас рабочий день закончился, и все разошлись по домам.
     Этот рассказ вовсе не прибавил мне смелости. Получалось, что по ночам я буду одна на все шесть этажей, и никаких соседей по лестнице! Жутковато, согласитесь, сэр Гарри.
     - Квартира огромная. Раньше здесь было две квартиры, но потом их объединили, и вот эта прекрасная башенка стала как бы неотъемлемой её частью, - сказал Кузнец, когда мы наконец поднялись на самый верх.
     Я остановилась, пораженная прямо-таки средневековой красотой места: дальше вверх шла небольшая металлическая лестница, с середины расходящаяся на две части. Одна часть вела на площадку с двумя дверьми, а другая делала изящный поворот и поднималась под самую крышу в круглую башенку диаметром не больше двух метров. На её круговом окне были настоящие кованые решётки с настоящими витражами! Фантастическое зрелище довершали лучи заходящего солнца, бьющие в цветные стёкла витражей, и превращающие весь этот интерьер в картинку из волшебной сказки!
     - Под охраной государства, - буркнул Кузнец, поймав мой зачарованный взгляд. – Ваша дверь налево, моя – направо.
     Он открыл ключом левую дверь.
     - Здесь наверное метров пятьдесят? – спросила я, войдя в залитую солнцем и какую-то всю открытую глазу квартиру.
     - Пятьдесят четыре. Небольшая спальня и кухня.
     "Кухней" оказалось обширное помещение замысловатой геометрии: с огромным окном, перегороженное пополам неким подобием длинной и довольно высокой барной стойки со закруглёными углами. Завершала это дикое великолепие люстра под высоким потолком, стилизованная под тележное колесо.
     - Это и есть настоящее колесо от телеги, только слегка облагороженное.
     Мысли мои он читает что ли? – подумала я. Пока я разглядывала люстру-колесо, Кузнец куда-то исчез.
     - Идите сюда, - услышала я и пошла на его голос. – Видите эту дверь? Она ведет на чердак. Там проходят трубы отопления, поэтому зимой здесь достаточно тепло. Могут придти сантехники, если вдруг что-то случится. Вот ключ. – И он подал мне большой старинный кованый ключ. "Как от бабушкиного сундука", - подумала я.

Надежда Карманова
Глава 1. Письмо
       Когда-то я не понимала, зачем люди заводят дневники. Ну, там для памяти что-то записать или, скажем, ежедневные расходы подсчитать на сон грядущий – это ясно. А вот про сердечные тайны, о коих любят писать молоденькие девушки, или философствования (это уже кому за тридцать), так весь этот многоречивый бред всегда втайне рассчитан на читателя. Вроде: "посмотрите, какая я тонкая и глубокая", или "да, я такая – легкомысленная и ветреная, но…". Поэтому все мои жалкие попытки завести дневник заканчивались на первой же странице.
     И вот совершенно неожиданно на меня свалилось одиночество. Точнее сказать, это я в него провалилась. Не то, чтобы мне было так уж скучно с собой наедине, да и моё занятие не терпит суеты (впрочем, суета пару-тройку раз в год случается, причем большая и утомительная, но об этом в следующий раз), но в какой-то момент я вдруг ощутила просто вселенское, космическое одиночество. Как в рассказе Мопассана, прочитанного и не понятого мною давным-давно, ещё в школьные годы: "Сильнее всего ощущаю я одиночество, когда раскрываю сердце другу, потому что непреодолимость преграды становится мне тогда ещё виднее".
      Поэтому я пишу вам письмо, мой воображаемый друг (будем считать, что друг). "Любому писателю нужен читатель" - это во-первых, а во-вторых, в-третьих и пятых, я вольна нарисовать в своем воображении любой образ, да хоть образ рыцаря в ржавых латах, под которыми бьётся горячее сердце (без иронии).
     Итак, мой Рыцарь, как же вас зовут? Впрочем, это неважно. Буду называть вас сэр Лознебморб, вы ведь существуете только в моем воображении, не так ли? А потому не возмутитесь и не рассмеётесь мне в лицо, прочитав это странное имя, так неожиданно всплывшее в мозгу.
     Однако я не представилась. Меня зовут Елизавета. Я – художник-прикладник, занимаюсь разными проектами по оформлению помещений. В основном моя часть работы – всё, что связано со стеклом. Чаще всего это витражи. Несколько раз в году я участвую в выставках, которые посещают случайная любопытствующая публика, потенциальные заказчики и собратья по ремеслу. Я как-нибудь при случае расскажу об этом паноптикуме подробно, если пожелаете. А сейчас про то, как же я докатилась до жизни такой.
     Так случилось, мой дорогой сэр Лознебморб, что мне срочно понадобилась новая мастерская. Хозяин моей прежней мастерской в два раза поднял стоимость аренды, и она стала мне не по карману. Представляете – выставка, разные важные встречи, тусовки, а мне надо искать новое пристанище. Стою я пригорюнившись у стеночки, разглядываю этюды конкурентов, вроде как проникаюсь. А сама только и думаю о том, где взять новую мастерскую. Вот не зря умные люди говорят, что мысль материальна! Подходит ко мне всеобщий знакомец, душа любой компании, матершинник и философ в одном лице господин Брокер. Как его имя на самом деле, никто не помнит. Его все и в глаза, и за глаза называют Брокером. Наверное, потому, что он обладает удивительным талантом сводить нужных друг другу людей. Не бескорыстно, конечно. То да се, как жизнь, как дела, и я, сама не знаю почему, рассказываю ему историю про своего жадного арендодателя. Ни слова не говоря, Брокер исчезает, и через пять минут появляется в обществе здоровенного мужика, по самые брови заросшего рыжей бородой.
     - Знакомься, Лизок (вот гад, опять Лизок! Сколько раз повторять ему, что я не Лизок, не Лизочка, не Элизабет и даже не Элис, как он меня постоянно называет. Я – Е-ли-за-ве-та), - знакомься - Кузнецов. Это тот самый человек, который тебе сейчас нужен. А ты – ему.

Продолжение следует  

     Не так уж давно по историческим меркам, меньше двух недель назад, произошло историческое событие: Бромбензол написал очередную нетленку из области истории Средневековья "Пояс верности". Эта миниатюра сподвигла меня на небольшой опус в стиле фэнтези под тем же названием, который вызвал цепную реакцию в виде фантастической повести Надюши Кармановой "Пояс верности-2". Начиная с сегодняшнего дня повесть будет выкладываться по частям у меня и у неё в блогах на ЛИРУ, а также дублироваться в моём блоге на ЖЖ

 Начало ЗДЕСЬ

[показать]

      Я живу среди бугенвиллей, они тут везде, и цветут круглый год, не зная сезонов. Уже глаз настолько к ним привык, "замылился", что несмотря на всю яркость и разнообразие их цветов, я хожу мимо них не замечая. У меня есть целый фотоальбом со снимками бугенвиллей, посвящённый Оленьке Качановой, и я давно уже их больше не снимаю. Так что посмотрите чужие снимки.

Фаза 215°
Новолуние будет 8-го июля в 11.13 МСК

[показать]

Глава 5. Колдун
       Усадьба королевского колдуна Монилрема была обнесена высоченной каменной стеной и вдобавок окружена глубоким рвом, где в зелёной воде среди ряски извиваясь плавали многочисленные змеи. Нигде не было видно ни мостика через ров, ни ворот в монолитной стене.
     - Наверное колдун не очень надеется на свою колдовскую силу, если настроил вокруг своего жилья таких укреплений, - подумал сэр Лознебморб, и тут же убедился, что он недооценил магические способности колдуна.
     - Входите, сэр рыцарь, милости прошу! - раздался откуда-то сверху громовой голос, крепостные стены растворились в воздухе, рва со змеями как не бывало, а посреди весёлой зелёной лужайки стоял увитый плющом уютный белый домик с красной черепичной крышей.
     Сэр Лознебморб привязал коня к коновязи у крылечка, и пригнувшись вошёл в дом через узкую дверь. За ней оказалась длинная анфилада высоких светлых залов, соединённых широкими проёмами без дверей. Уже ничему не удивляясь, рыцарь решительно пошёл вперёд из зала в зал, не глядя по сторонам. Наконец в последнем зале он увидел большую дубовую дверь в стене. Дверь сама распахнулась и впустила его в полутёмный кабинет, стены которого представляли собой книжные полки, до самого потолка уставленные толстыми фолиантами. В углу кабинета сидел в глубоком кресле сгорбленный старик с длинной седой бородой. На его коленях лежал толстый том в чёрной коленкоровой обложке с надписью золотыми буквами "Карлъ Марксъ. Капиталъ, томъ I". На столе горела лампа под зелёным абажуром.
     - Я вижу, вы затрудняетесь, как ко мне обращаться. Можете называть меня "чернокнижник". У меня семьдесят шестой уровень! - и глаза колдуна гордо сверкнули.
     - Сэр чернокнижник, - сказал рыцарь, - Его Величество король Арутр назначил меня начальником службы безопасности королевства...
     - Знаю! - перебил его колдун, - и знаю о порученном вам деле, и о вашем вчерашнем разговоре с женой кузнеца. Нет, эта глупая баба ничего не знает. Боюсь, что никто ничего не знает о тайной жизни кузнеца, кроме него самого. Но поймать его - безнадёжное дело. Возможно, когда вы разговаривали с женой кузнеца, он стоял у неё за спиной или рядом с ней...
     - Я бы его увидел!
     - Нет, могли и не увидеть. И вы напрасно подумали, что тут дело в нечистой силе. Между нами говоря, никакой нечистой силы вообще нет, это сказки. Дело в том, сэр рыцарь, что наш мир многообразен, он состоит из множества миров, существующих отдельно друг от друга. В каждом из этих миров время течёт по-своему. В одном и том же месте могут жить люди, не видящие друг друга, потому что они живут в разном времени. Они свободно ходят друг сквозь друга, не замечая этого. И ваш кузнец умеет переходить из одного времени в другое, из одного мира в другой. Так что он мог быть на том же месте, где и вы, только в другом столетии.
     - Так получается, что кузнец неуловим?
     - Да, если он сам не захочет встретиться с вами.
     - А что я для этого должен сделать?
     - Этого я не знаю. Это уже ваша забота. Думайте, сэр рыцарь!
     Сэр Лознебморб возвращался в свой замок в глубоких раздумьях: что может заставить кузнеца появиться в этом мире? Что его здесь держит, что привлекает, что ему здесь дорого?

      Я уже писал, что ветки старых смоковниц, растущих на нашей улице, обчекрыжили почти до стволов. И теперь эти красивые деревья похожи на корявые белые скелеты с обломанными костями, намазанными по торцам синей краской. Но зато вокруг дома больше нет ворон! Какое-то время они ещё прилетали по одной-две, садились на провода и каркали. Видимо, переживали ностальгию по утерянным убежищам и гнёздам в пышных кронах.
      Мы с Фёдором выжили ворон окончательно. У меня есть восьмиметровое удилище из стеклопластика (рыбаки знают). Я не рыбак, а удилище использовал как опору радиолюбительской антенны-вертикала (радиолюбители знают). Теперь я привязал к концу удилища белую тряпочку, и как только поблизости появляется ворона, начинаю махать в воздухе этим дивайсом. Наверное ворона думает, что это сокол-сапсан, и на всякий случай срочно сматывается с паническим карканием, вся бледная от испуга. Я таким образом даже обращал в бегство ворон ещё на подлёте к дому. И теперь в районе дома, а практически над всем кварталом, образовалась зона, свободная от полётов ворон. И тишина!

[показать]

Глава 2. Кузнец
       Кузница стояла на пригорке, и была видна издалека. Из трубы валил дым, был слышен стук молота. Сэр Лознебморб подъехал к кузнице на своём верном шайре Алдебаране, тяжело спешился с покачнувшегося коня, и подошёл к двери. Кузнец выскочил ему навстречу, низко кланяясь и с опаской поглядывая на немалые кулаки рыцаря, да ещё в железных перчатках. Хоть его и защищал от побоев королевский указ, но до Бога высоко, до короля далеко. А рыцарь вот он, рядом.
      - Ваша милость, я к вашим услугам!
      - Мне нужен пояс верности для жены. Я уезжаю в Палестину.
    - У меня есть готовый, ваша милость. Только что отковал. Он ещё тёплый!
        Кузнец вынес и подал рыцарю тяжёлое стальное сооружение, всё покрытое торчащими наружу острыми шипами. Один вид этого пояса должен был навсегда отбивать у потенциального любовника жены всякие вожделения. Рыцарь одобрительно осмотрел пояс, осторожно взял его в руки, и у него тут же возникли смутные подозрения.
     - Эй, ты сказал, что только что его выковал, и он тёплый! А он совсем не тёплый! И смотри, он местами даже ржавый!
     Рыцарь внимательно пригляделся к поясу и закричал:
     - Мерзавец! Это же один из моих старых поясов, которые исчезли вместе с моими бывшими жёнами! Вот моя монограмма с буквой "L" внутри бензольного кольца!
     Рыцарь бросил пояс на землю и схватился за меч, висящий у него на боку. Но кузнеца уже и след простыл. Вбежав за ним в кузницу, рыцарь увидел вторую распахнутую дверь, через которую видимо удрал кузнец. И тут взгляд рыцаря упал на полку над верстаком, где лежал второй готовый пояс верности. Повинуясь страшной догадке, рыцарь взял его в руки - на нём была точно такая же монограмма! Это был пояс его второй бывшей и бесследно пропавшей жены! Дело принимало криминальный оборот!

Глава 1. Рыцарь
       Отважный рыцарь Квадратного стола сэр Лознебморб собрался в очередной Крестовый поход - третий на его счету. Перед этим он в очередной (третий) раз женился. Две его предыдущих жены сбежали от него неизвестно куда, пока он храбро сражался с сарацинами. Притом сбежали вместе с поясами верности, которые он на них надел, отправляясь в дальний путь.
       Это была тяжёлая утрата. Пояса обошлись ему в копеечку - сукин сын кузнец заломил такую цену, что у рыцаря зачесалась правая рука в железной перчатке. Но во-первых кузнец в королевстве остался только один, остальные удрали в богатое царство за океаном, где платили больше, а били меньше. Во-вторых, этот подлец добился у короля Арутра звания придворного кузнеца. А придворных специалистов можно было бить только ночью, притом за право на это нужно было предварительно заплатить в королевскую казну высокий налог. У рыцаря же с финансами было туго. Даже родовой замок был уже трижды заложен в ломбард.
       Так что лучше будет, если этого чумазого поганца не трогать. Тем более, что надо заказывать третий пояс.

Продолжение следует

[показать]

[показать]