УЮТНЫХ И ДУШЕВНЫХ ВЫХОДНЫХ, ДРУЗЬЯ!!!
ilyaevteev
|

|

[показать]| У шумного причала Жил-был один старик. Он с самого начала К соседям не привык. Всегда он возмущался На ругань за стеной. Стонал и раздражался С больною головой. Взмолился вдруг однажды Он к Богу до небес: - О, Боже, ну когда же Сему придёт конец ?! Мудрец ему явился В пространстве из огня: - Чему же ты молился? Что хочешь от меня? - Хочу я, что б соседки Умолкли навсегда, Чтоб криков из-за стенки Не слышал никогда! | Мудрец лишь бровь приподнял, Махнул движеньем рук: И наш старик вдруг понял, Что потерял свой слух. - Зачем, мудрец великий, Ты сделал так со мной ? Я не хотел лишь крики Те слышать за стеной! Верни мне слух, как прежде, Немыми сделай их! Мудрец в земной одежде Сказал: - Зачем, старик ? Не виноваты люди Те вовсе пред тобой, Тем более соседи За крепкою стеной. Не виноваты люди: В тебе причина та! Когда себя осудишь- Пройдёт и глухота! |
|
|
[500x40]
Никогда не забуду ( он был или не был, Этот вечер ):
пожаром зари Сожжено и раздвинуто бледное небо,
И на желтой заре - фонари.
Я сидел у окна в переполненном зале.
Где-то пели смычки о любви.
Я послал тебе черную розу в бокале
Золотого, как небо, аи.
Ты взглянула. Я встретил смущенно и дерзко
Взор надменный и отдал поклон.
Обратясь к кавалеру, намеренно резко
Ты сказала: "И этот влюблен".
И сейчас же в ответ что-то грянули струны,
Исступленно запели смычки...
Но была ты со мной всем презрением юным,
Чуть заметным дрожаньем руки...
Ты рванулась движеньем испуганной птицы,
Ты прошла, словно сон мой легка...
И вздохнули духи, задремали ресницы,
Зашептались тревожно шелка.
Но из глуби зеркал
ты мне взоры бросала
И, бросая, кричала: "Лови!..."
А монисто бренчало,
цыганка плясала
И визжала заре о любви.
АЛЕКСАНДР БЛОК 1910
«Мои мечты и чувства в сотый раз
Идут к тебе дорогой пилигримов.»
В. Шекспир
Мимо ристалищ, капищ,
Мимо храмов и баров,
Мимо шикарных кладбищ,
Мимо больших базаров,
Мира и горя мимо,
Мимо Мекки и Рима,
Синим солнцем палимы,
Идут по земле пилигримы.
Увечны они, горбаты,
Го́лодны, полуодеты,
Глаза их полны заката,
Сердца их полны рассвета.
За ними поют пустыни,
Вспыхивают зарницы,
Звёзды встают над ними,
И хрипло кричат им птицы,
Что мир останется прежним,
Да, останется прежним,
Ослепительно снежным
И сомнительно нежным,
Мир останется лживым,
Мир останется вечным,
Может быть, постижимым,
Но всё-таки бесконечным.
И, значит, не будет толка
От веры в себя да в Бога. ...
И, значит, остались только
Иллюзия и дорога.
И быть над землей закатам,
И быть над землей рассветам.
Удобрить её солдатам.
Одобрить её поэтам.
|
|
|

| |
|
|

|
