[201x200]

Ажурный узор спицами

Ажурный узор спицами №68

[показать]

Ажурный узор спицами №98

ГРАД, ОБРЕЧЕННЫЙ…ВЫЖИТЬ

Луганск. Луганчане. Вместе в горе и в радости. И только смерть разлучит нас. Да простится мне эта перефразировка известной формулы. Но сегодня, после нескольких месяцев без воды и электричества, под обстрелами и бомбежками, мне кажется, что оставшиеся в моем городе стали не просто земляками. Родственниками. Братьями и сестрами. Вне зависимости от возраста, национальности, вероисповедания, положения в обществе до войны. Луганчане. Луганск.

На фото - спецпроект Луганск в объективе: Николай Сидоров

О медиках, творящих чудеса и спасающих посеченных осколками и пулями людей, уже рассказал в газете «ХХI век» («Наших раненых мы не оставим в бою?«). О коммунальниках, спасателях, работниках исполкомов, транспортниках, даст Бог, успею дописать отдельную статью. Сегодня о луганчанах. Моих братьях и сестрах по общей беде.

Что отобрать для рассказа? Эпическое мозаичное полотно трескается от близких взрывов и сыпется на горячий асфальт. Журналист нагнулся и подобрал несколько цветных осколков. Некоторые были в грязи. С других капала кровь. Третьи сверкали подобно драгоценным камням. Кто-то может бы выбрал другие. Не спорю. Мне понравились эти. «Осколки». Фрагменты блокадной жизни осажденного ЛУГАНСКГРАДА.

Луганск. Луганчане. Вместе в горе и в радости. И только смерть разлучит нас. Да простится мне эта перефразировка известной формулы. Но сегодня, после нескольких месяцев без воды и электричества, под обстрелами и бомбежками, мне кажется, что оставшиеся в моем городе стали не просто земляками. Родственниками. Братьями и сестрами. Вне зависимости от возраста, национальности, вероисповедания, положения в обществе до войны. Луганчане. Луганск.

О медиках, творящих чудеса и спасающих посеченных осколками и пулями людей, уже рассказал в газете «ХХI век» («Наших раненых мы не оставим в бою?«). О коммунальниках, спасателях, работниках исполкомов, транспортниках, даст Бог, успею дописать отдельную статью. Сегодня о луганчанах. Моих братьях и сестрах по общей беде.

Что отобрать для рассказа? Эпическое мозаичное полотно трескается от близких взрывов и сыпется на горячий асфальт. Журналист нагнулся и подобрал несколько цветных осколков. Некоторые были в грязи. С других капала кровь. Третьи сверкали подобно драгоценным камням. Кто-то может бы выбрал другие. Не спорю. Мне понравились эти. «Осколки». Фрагменты блокадной жизни осажденного ЛУГАНСКГРАДА.

1-й «осколок» – «ГАВРОШ» из Малой Вергунки

Жаркий июльский полдень. На остановке возле СШ№39 пилю на дрова срубленное снарядом дерево. Гружу на свою инвалидную коляску. Время от времени отдыхаю, опираясь на костыль. Курить хочется… И тут, прям как в сказке, тормозит рядом велосипедист. Худенький паренек лет двенадцати черный от загара и пыли. Достает пачку дамских, тонких как спички сигарет и протягивает мне две штуки: