«Спокойный день в Стране чудес» («A Quiet Day in Wonderland») – так называется завораживающий цикл работ талантливой фотохудожницы. Никита Гилл, словно по мановению волшебной палочки, переносит зрителей в фантазийный мир, где полностью стирается грань между реальностью и вымыслом.
Перед зрителем один день в Стране чудес: от предрассветной туманной дымки до прощальных лучей заходящего солнца. Время течет плавно, подобно водам неспешной реки. Никита Гилл мастерски сочетает навыки фотографа и графического редактора, в результате мы видим настоящие фотошедевры, овеянные шлейфом загадочности, но не претящие искусственностью фотошопа.
Для работ характерна гармоничная цветовая гамма с доминирующими оттенками синего. Атмосфера уединенности, покоя, тишины – все это удалось передать художнице превосходно. Особую романтику пейзажу придают огромные кучевые облака, отражающиеся в зеркале водной глади. Одинокие фигуры, улетающие ввысь воздушные фонарики… Автор увлекает зрителя в путешествие, предлагает окунуться в сказку.
Рассказывая о своем творчестве, Никита Гилл говорит, что любит придумывать целую историю вокруг ничем не примечательных, на первый взгляд, вещей. Так что простой и понятный мир вдруг превращается в таинственный и полный чудес.
Этот парень не знает, что такое гравитация!
Это невероятно,но факт,что все это не склеено!
Ландшафтный дизайнер Майкл Граб утверждает, что главное - найти баланс. Его проект называется Gravity Glue. Просто представьте: все это держится на силе притяжения.
© Copyright: Екатерина Комарова 2, 2014
Свидетельство о публикации №114120802321




© Copyright: Екатерина Комарова 2, 2014
Свидетельство о публикации №114120703097
Искусство Setowski вызывало интерес лучших польских галерей, а также иностранных международных экспертов-искусствоведов. Выставки во Франции, Германии и Швейцарии были очень успешными.
Букет с лилией
[604x476]
В глубокой древности на Руси возник культ предков. Он строился на убеждении, что жизнь человека продолжается и после физической смерти, но в несколько ином качестве. Важность тех проблем, которые были связаны со смертью сородича, подтверждают физические усилия, которые затрачивало древнерусское общество на сооружение курганов – памятников предкам.
Восточные славяне делили умерших на две категории: «чистых» покойников, умерших естественной смертью, которые получили название «родителей», и «нечистых», погибших неестественной смертью. К последней категории относились самоубийцы, опойцы, колдуны. Отношение к тем и другим было различным. «Нечистые» покойники вызывали суеверный страх, им приписывались опасные, вредоносные свойства. «Родителей» почитали как добрых покровителей семьи. Судьба потомков ставилась в прямую зависимость от благосклонности «дедов». Считалось, что предки постоянно осуществляют нравственную опеку над живущими.
Почитание умерших предков было на Руси повсеместно. Им устраивались обильные поминки, чествовали их в особые дни года. Элементом культа предков была вера в домовых. Нередко «домовой» мыслился как умерший предок. Да и по сей день «домового» называют «хозяином», что восходит к очень глубокой древности. С этим же тесно связано представление о потустороннем мире. В сознании древних русичей он находился в границах пространственно-временного бытия. Жизнь за «гробом» представлялась как бы продолжением или параллелью земному существованию.
Русичи имели представление и о рае, который назывался «ирий» или «вырий». Он мыслился как «вечное блаженное бытие умерших людей», как «прекрасный сад на видимом небе или где-то в неведомых, теплых странах (землях), из которого к людям каждую весну прилетают птицы». Подтверждение тому мы встречаем в «Поучении» Владимира Мономаха: «И тому подивимся, как птицы небесные из ирья идут...».
«Отправляя» человека в ирий, русские снабжали его всем тем, что необходимо в земной жизни: клали в гроб одежду, обувь, утварь. Несмотря на то, что обычай сожжения покойников в славянстве был повсеместно, как о том говорит Нестор, описывая погребальные обряды радимичей, вятичей, кривичей, северян («И если кто умирал, то устраивали по нем тризну, а затем делали большую колоду и возлагали на эту колоду мертвеца и сжигали, а после, собрав кости, вкладывали их в небольшой сосуд и ставили на столбах при дорогах»), тем не менее данные археологии свидетельствуют и о широком распространении в те времена на Руси обычая погребения в земле.
Здесь следует отметить то, что правильному соблюдению погребального обряда уделялось особое внимание, т.к. это охраняло разделение живых и мертвых. Предметы, служившие покойнику, оставлялись его сородичами на рубеже, на границе селения. Это объясняется тем, что смерть отождествлялась с границей, она располагалась на границе мира живых и мира мертвых. Ее боялись, остерегаясь действия злых сил.
Если погребальные обряды нарушались, то души умерших начинали навещать живых. Отсюда многочисленные предания, легенды, сказки, поверья в оборотней и т. д. Мир живых от этого вторжения защищался. Восточные славяне всегда стремились оградить себя от смерти. Вот как об этом пишет А.Н. Афанасьев: «На Руси, кто прикасался к трупу покойника, тот не должен сеять, потому что семена, брошенные его рукою, омертвеют и не принесут плода; если умрет кто-нибудь во время посева, то в некоторых деревнях до тех пор не решаются сеять, пока не совершатся похороны... С другой стороны, т.к. зерно, семя есть символ жизни, то по выносе мертвого лавку, где он лежал, и всю избу посыпают рожью. Тогда же запирают и завязывают ворота, чтобы отстранить губительные удары смерти и закрыть ей вход в знакомое жилье. Горшок, из которого омывали покойника, солому, которая была под ним постлана, и гребень, которым расчесывали ему голову, везут из дому и оставляют на рубеже с другим селением или кидают в реку, веря, что таким образом смерть удаляется за пределы родового (сельского) владения или спускается вниз по воде. Все присутствующие при погребении обязаны, по возврате домой, посмотреть в квашню или приложить свои руки к очагу, чтобы очиститься от зловредного влияния смерти.
http://cs405516.vk.me/v405516257/26c0/WfQLGRKAkjE.jpg
[604x456]
На море на Окиане, На острове на Буяне, Сидит птица Юстрида, Она хвалится, выхваляется, Что все видала, Всего много едала. Видала царя в Москве, Короля в Литве, Старца в кельи, Дитя в колыбели; И того не едала, Чего в море не достало. (Смерть)
Древо древоданское, Листья лихоханские, Цветы ангельские, Когти дьявольские. (Роза-шиповник)
Ни небо, ни земля, Видом светла, Садятся на ней Тенообразные птицы. Два созирают, Два сожидают, Один повелевает. (Бумага и писец)
Без крыл летит, Без ног бежит, Без огня горит, Без ран болит. (Буйный ветер, туча грозная, солнце ясное, сердце страстное)
Стоит град на восток Широкими дверьми, Около его много воинства, У каждого воина по копью. Идет род Адамля, Отнял у них все имение. Вышнему слава, земному также! (Улей, пчелы, жало, воск, мед)
Живая живулечка, Сидит на живом стулечке, Живое мясцо теребит. (Грудной младенец)
Белый лебедь, На блюде не был, Ножом не рушен, А всяк его кушал. (Груди)
Маленький крошка Сквозь землю прошел, Красну шапочку нашел. (Мак)
Летел пан, На воду пал, Воды не взмутил. (Перо)
Взгляну я в окошко, Раскину рогожку, Посею горошку, Положу хлеба краюшку. Всякий видит, Да не всякий чует. Кому светло, Кому темно, А мне голубо. (Небо, месяц, звезды)
Бегут бегунчики, Ревут ревунчики, Не дышат, Не пышат, По сухому берегу бежат.
Похороны)
Под дубком, дубком, Под карандышком, Свилось клубком, Да не камышком. (Кочан капусты)
Во белом городе, Во темном подвале, Стоят в одной бочке: Царево вино, Царицын мед, Розно, не смешано. (Белок с желтком)
Шла свинья из болота, Вся исколота. (Наперсток)
Под лесом, лесом Колесы висят. Девиц красят, Молодцов пленят. (Серьги)
Под полом, полом Ходит барыня с колом. (Мышь)
Скручен, связан, По избе пляшет. (Веник)
Летит зверек Чрез божий домок, Сам с собой говорит: «Вот моя силка горит». (Пчела и восковая свеча)
Без окон, без дверей Полна храмина людей. (Огурец)
Махотка маленька, Кашка сладенька. (Орехи)
Сивая кобыла По торгу ходила, К нам пришла, По рукам пошла. (Сито)
От поясницы до ног Семьдесят пять дорог. (Понева)
Четыре брата на свете: Два меньшие впереди, Два большие позади, Спешат, бегут, Друг друга не догонят. (Колесы)
Еду, еду, Следа нету; Режу, режу, Крови нету. (Лодка)
Две сестры страдают, В каморку зазирают, Взойти не смеют. (Притолоки)
Мать толста, Дочь красна, Сын храбер, Под небеса ушел. (Печь, огонь, дым)
Около прорубки Стоят белые голубки. (Зубы)
Стоит крепко, Висит слабко, Около их гладко, У всех есть снасть, Им же есть сласть. (Орехи, скорлупа, зубы)
Стучит, гремит, вертится, Никого не боится, Считает свой век, Сам не человек. (Часы)
Двое стоят, Двое лежат, Пятый ходит, Шестой водит. (Дверь с притолоками)
Загадаю я загадку, Брошу за грядку, В год пущу, Годовик рощу. (Хлеб)
Дедушка лыс На небо глядит, Внучек чернобрыс По лысине хлыст. (Ток)
Шла свинья из овину, Размыкавши сено по рылу. (Вилы)
Размых, размых Малу махнушку, Пущу белу голышку. (Варьги)
Четыре четырки, Две растопырки, Седьмой вертун, Два стеклышка в нем. (Корова)
Сам наг, Рубашка в пазушке; Сам бел, Детки красны. (Свеча)
Черен, да не ворон, Рогат, да не бык, Шесть ног без копыт, Идет—земли не дерет. (Жук)
Раскинуты тенетки, Прилетели лебедки, Трут, мнут, Раздвинут, воткнут. (Красны)
Без рук, без ног Не мал клочок Кверху ползет. (Пары водяные)
Стоит Ерофейка, Подпоясан коротенько. (Веник)
Над кислой рекой Колокольчики звонки. (Рукомойник)
Из окна в окно Золото бревно. (Солнце)
Старик метет по горнице, Метлы летят по околице. (Паутина)
Прилетели на хоромы Три вороны; Одна говорит: Мне в зиме добро, Другая — мне в лете добро, А третья—мне всегда добро. (Лошадь, корова, лодка)
Под клетом, под наметом, Стоит бочка с вороньим салом. (Котёл с водой)
Один до двенадцати родил, А двенадцать семь породило, Из семерых четыре выросло. (Год)
Стоит ивина Вся в сучьях. (Мутовина)
Идет ни мужик, ни баба, Несет ни сгибень, ни пирог. (Книга)
Маленький да гнутенький Весь дом стережет. (Замок)
Английский фотограф Mandy Disher создает удивительно красивые и нежные работы. Она использует ретушь, которая позволяет сделать снимки похожими на картины, написанные акварелью. В 2010 году Мэнди была награждена как победитель в категории "Растение" в конкурсе International Garden Photographer of the Year.
[показать]
Читать далее
Никита Веприков - украинский 3D иллюстратор, работающий в стиле фэнтези. Невиданные миры, неведомые существа... И поразительная детализация!
[показать]
http://rndnet.ru/part-photop/illyustracii-nikity-veprikova
[504x700]
[525x700]
[508x700]
Всемирно известный ювелирный дизайнер Стивен Вебстер представил изысканную коллекцию колец «Семь смертных грехов». Про свою идею создания таких колец, дизайнер прокомментировал так:
«В контексте 21-го века, сама идея семи смертных грехов не может не быть восхитительной, при этом уже давно не карается смертной казнью. И все знают, что каждый из грехов из себя представляет, но не все знают о каждом из наказаний в аду от старого дьявола, и что каждый грех характеризуется определенным цветом. Пришло время вернуться к оригинальной идее греха, но на этот раз с точки зрения ювелирных изделий…».
Каждое из семи коктейльных колец, выполненных вручную, рассказывает об одной из старейших и самых мрачных догм христианского учения и представляет собой стилизованное изображение древних пороков: гордости, жадности, зависти, гнева, похоти, обжорства и лени.
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
|