

В этом году исполняется 225 лет со дня рождения великого русского поэта А.С. Пушкина. После смерти его стали называть «солнцем русской поэзии» (Владимир Одоевский), «нашим все» (Аполлон Григорьев), «невольником чести» и «нашей славой» (Михаил Лермонтов). Были и другие эпитеты, подчеркивающие значимость поэта для России. Но каждый второй, пишущий о Пушкине, называет его также «пророком», а его произведения «пророчествами».
Пушкинисты утверждают, что впервые эпитет «пророк» применительно к Пушкину использовал П.В. Анненков в своей работе «Материалы к биографии Пушкина» (1855). Пророчества Пушкина касаются судьбы России, судьбы мира, а также судьбы самого поэта. По поводу своей собственной судьбы А.С. Пушкин в стихотворении «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…» написал за полгода до своей гибели пророческие строки:
Нет, весь я не умру – душа в заветной лире // Мой прах переживет и тленья убежит…
Сегодня исследователи и почитатели творчества Пушкина пытаются найти в произведениях Александра Сергеевича какие-то предсказания, казавшиеся в начале XIX века непостижимыми и фантастическими. В интернете мы обнаруживаем публикации с такими сенсационными заголовками: «Как Пушкин предсказал появление нейросетей», «Предсказания Пушкина сбываются (в отношении науки)», «Космическая математика А.С. Пушкина» и т.п.
Доходит до того, что некоторые А.С. Пушкина называют «вторым Нострадамусом». Приписывают ему увлечение мистикой, оккультизмом, нумерологией и даже каббалистикой. Одним словом, говорят о погружении в некое «тайное знание», доступное только «посвященным» (намек на причастность Пушкина к масонству). Конечно, это перегибы и даже откровенное игнорирование того факта, что Пушкин был (особенно во второй половине своей жизни) православным христианином, который постигал тайны мироздания через Священное Писание (Библию), Святое Предание (творения святых отцов), изучение родной истории с помощью летописей, трудов Н.М. Карамзина (многотомная «История государства Российского»), М.В. Ломоносова («Краткий Российский летописец с родословием») и др. Очевидно, что если эти всеобщие законы бытия выявлены и описаны (а именно этим и занимался Пушкин), то в каждый период истории они себя проявляют.
Пушкин потому и классик, что озвучиваемые им истины универсальны – для всяких времен и народов. Да, Пушкин работал в разных жанрах – поэмы, оды, драмы, сказки, рассказа, повести, романа, обычного стихотворения. Но все его произведения имеют признаки притчи.
В интернете, в том числе в социальных сетях, появился ряд материалов, в которых высказывается предположение, что Пушкин предвидел наступление в России капитализма и даже описывал первые признаки его появления на русской земле. В этой связи можно отметить обширную статью Владимира Кантора «Русская литература: желание и боязнь капитализма (Пушкин и Гоголь)». Также заслуживает внимания публикация Владимира Зуева «Это фатальное свойство капитализма убьет всех! Закодированное пророчество А.С. Пушкина». В социальных сетях завязалась дискуссия по вопросу: «Обличает ли А. С. Пушкин в своем творчестве подлость капитализма, приближаясь в своем искусстве к соц. реализму?».
Нет ли натяжки в подобного рода версиях, действительно ли Пушкин предсказывал наступление капитализма на русской земле? Вопрос непростой. В советское время над этим размышлял доктор экономических наук Андрей Владимирович Аникин. В 1989 году он опубликовал книгу «Муза и мамона. Социально-экономические мотивы у Пушкина». В ней он достаточно подробно анализирует все экономические высказывания Пушкина – и в поэзии, и в статьях. «В своей публицистике 30-х годов, –

![]() |
Плоды: зеленые, пупырчатые, до 4 кг и выше, в диаметре — до 30 см. |
![]() |
Произрастание: Новая Гвинея, острова Океании, Вест-Индия. |
Внешне плод хлебного дерева напоминает дуриан, но не такой колючий и, главное, не вонючий. А вкус и вовсе похож на картошку. Почему тогда хлеб? Потому что плоды калорийны, питательны и доступны: с одного дерева можно снимать до 200 «булок» в год. А еще они хранятся — правда, своеобразно.
Помимо простого варианта — превратить плоды в сухари, которые способны храниться до нескольких лет, — есть и сложный. Так, полинезийцы консервируют свежие плоды. Их чистят, режут, плотно заворачивают в листья геликонии или банана, а потом зарывают в землю, где те в результате брожения благополучно превращаются в массу, напоминающую тесто. Этот полуфабрикат остается съедобным несколько лет. Перед подачей на стол «тесто» заворачивают в листья и жарят на кокосовом масле. Плоды также можно тушить, варить или есть сырыми. И да, из них еще делают блинчики, предварительно растерев сушеные плоды в муку.
Интересный факт
Опыляют хлебное дерево вовсе не насекомые, а летучие мыши. А еще его плоды послужили созданию новой народности, хоть и маленькой. Это европеоидно-полинезийские потомки экипажа знаменитого судна «Баунти», члены которого в конце XVIII века после голода на Ямайке пустились в плавание за саженцами

|

Казалось, что об Александре Сергеевиче, 225 лет со дня рождения которого мы отмечаем в этом году, мы знаем всё – каждый его шаг, каждую его строчку. Ан нет...
«Родители Пушкина не любили своего сына. Третьестепенными французскими поэтами Пушкины восхищались, а в своей семье просмотрели гения», – с грустью писала в своей книге «Жизнь Пушкина» одна из его лучших биографов Ариадна Тыркова-Вильямс. Просмотрели гения и многие другие его современники.
Пушкин никогда не имел в Петербурге своего собственного дома, снимал квартиры. В доме на Мойке, 12, который принадлежал княгине Волконской, он поселился в сентябре 1836 года. Это, наверное, самое красивое место в Петербурге – совсем рядом Дворцовая площадь с Зимним дворцом и Александровской колонной. Мойка в этом месте изгибается изящной дугой, образуя неповторимой красоты панораму особняков на закованной в гранит набережной. Увы, жить в этом чудесном месте Александру Сергеевичу пришлось недолго. В этом же доме он, смертельно раненый на дуэли, и умер. Здание неоднократно перестраивали, а в советские времена в нем устроили коммунальные квартиры. Музей, посвященный поэту, там появился только в 1927 году.
«В музей Пушкина на Мойке, – рассказала заведующая мемориальным музеем-квартирой поэта Галина Седова, – сегодня приходит очень много молодых людей. Дом на Мойке, как был лидером по посещаемости среди мемориальных квартир, так и остается».
В это сегодня трудно поверить, но после смерти поэта о нем в России мало вспоминали, его собрание сочинений плохо расходилось, а горячие головы, утверждали, что Пушкин, поэт-аристократ вообще более не нужен. Его даже призывали «сбросить с корабля современности».
Прошли годы и в наши дни мы все более отчетливо понимаем, что и на самом деле Пушкин действительно – «это наше все».
Об этом и рассказывает его Музей-квартира на Мойке. В нем собрано более 200 тысяч экспонатов, в том числе и совершенно уникальные. Во многих комнатах музея обстановка не воссоздана, а лишь имитирована. Так могли выглядеть жилые помещения того времени. Но зато некоторые вещи Пушкина и его жены сохранились в оригинале. Так, в кабинете поэта хранятся его трости и трубка, доставшийся по наследству от предка-арапа ларец, письменный стол, его любимое вольтеровское кресло. Выставлены пистолеты, которыми могли пользоваться во время смертельной дуэли.
Историки утверждают, что у Пушкина было в общей сложности около 30 дуэлей. Поэт всегда носил тяжелую железную палку… «Для того, чтобы рука была тверже; если придется стреляться, чтобы не дрогнула», – объяснял он. Однако к смертельным поединкам жизнерадостный Александр Сергеевич относился легкомысленно. Как-то поэт стрелялся с неким подполковником Старовым. Старов выстрелил первым и дал промах. Пушкин выстрелил в поле, снял шляпу и шутливо произнес:
Подполковник Старов,
Слава Богу, здоров!
Часто дуэли происходили из-за всяких пустяков. Но на них сам вспыльчивый поэт никого не убил. Убили его. И он хорошо знал, кто его убьет, – верил в предсказание гадалки, возвестившей ему смерть в возрасте 37 лет от «белого человека». Так и произошло. Его убийца Дантес был блондином...
В одной из витрин выставлены перстни Пушкина. Известно, что у поэта было 7 перстней. Своим талисманом поэт считал золотое кольцо-печатку с сердоликом, на котором была вырезана восточная надпись, подаренное ему в Одессе графиней Елизаветой Воронцовой. Его он воспел в своих нескольких знаменитых стихотворениях. Этим перстнем Пушкин запечатывал письма. По свидетельству Анненкова, «Пушкин по своей склонности к суеверию, соединял даже талант свой с участью перстня


|
|
|