[700x393]
Основные фразы на английском языке, которые часто употребляются в телефонном разговоре.
This is ...
С Вами говорит ...
I have to give a phone call.
Мне нужно позвонить.
Please, may I use your phone?
Я могу воспользоваться Вашим телефоном?
Please, may I use your telephone directory?
Можно воспользоваться Вашим телефонным справочником?
Hello, may I speak to Mr. Brown, please?
Алло, я мог бы переговорить с мистером Брауном?
Yes, sir. Hold on, please.
Да, одну минутку.
The line is busy
Линия занята
Who is speaking?
Кто у телефона?
Please hang up and call again
Перезвоните пожалуйста
What is your phone number?
Какой у Вас номер телефона?
I'II call back later
Я позвоню позже
Sorry, wrong number.
Извините, неправильно набранный номер.
Hold on.
Не вешайте трубку.
How does one use this phone?
Как пользоваться этим телефоном?
What's the minimum charge for calls to Moscow, please?
Скажите, пожалуйста, каков минимальный тариф за звонок в Москву?
It's about 6 dollars for a three minute call.
Это Вам будет стоить около 6 долларов за трехминутный разговор.
Иногда нужно иметь перед глазами несколько основных правил, чтобы совершенствовать свое умение разговаривать на английском. Этот прием хорошо действует, и через некоторое время уже можно заметить положительные результаты.
Клемент Кларк Мур
Иллюстрации Таши Тюдор
Перевод с англ. Л.Яхнина:
Святослав Липовецкий: Історичне — ГУЛАГ.
Женщины с Западной Украины в сталинском ГУЛАГе
«Если бы вы могли представить, что такое 25 лет в тюрьме,
особенно для женщины, то посчитали бы гуманнее меня расстрелять».
[450x299]
В исследованиях об УПА есть тема, которую историки часто обходили стороной, но о которой оставили множество воспоминаний очевидцы, а именно — женщины, помогавшие подполью. Ними массово наполняли лагеря ГУЛАГа и они стали здесь феноменом, о котором говорили: «серая масса», оставившая «самые яркие впечатления».
В 1948 году в системе ГУЛАГа создали «спецлагеря» («особлаги»), которые наполнили заключенными 58-й (политической) статьи. О количестве репрессированных украинцев только из Галичины и Волыни узнаем из постановления президиума ЦК КПСС «О политическом и хозяйственном состоянии западных областей Украинской ССР» от 26 мая 1953 года. Документ, в частности, упоминает, что с 1944-го по 1952 год было арестовано свыше 134 тысяч и выслано пожизненно из Украины более 203 тысяч человек.
( Collapse )
Украинки стали заметной группой в женских зонах. Если по политическим статьям в довоенной Польше сидели несколько украинок, то менее чем за десятилетие советские лагеря приняли тысячи девушек. Первыми были студентки университетов и заметные фигуры в ОУН. Осужденные после войны, часто не имели прямого отношения к подполью — сельские девушки с фантастическими сроками заключения (20–25 лет) массово пополняли особлаги.
Повстанец с женщиной в национальном костюме. За обнаружение такого фото, даже без доказательства соучастия в подполье, женщина гарантированно могла получить большой тюремный срок.
Украинки — в своем большинстве крестьянки — а также религиозные, не были подвержены моральному разложению, неуязвимы для всякой лагерной заразы — доносительства, воровства, сожительства с начальством и, наконец, лесбиянства. Их доброта и желание помогать людям были поразительны. Эти простые сельские девушки, никогда не покидавшие своих сёл, как могли, помогали тем, кто был рядом, часто выполняя тяжелую работу за других. Эти простые женщины были так устроены, что не могли полностью влиться и приспособиться к окружающей действительности. Вместе с тем им удавалось изменять свое окружение.
Они знали религиозные обряды, пения, в любых условиях праздновали Рождество и Пасху, проникновенно молились. Как просветлялись их лица, как помогала им вера! Вера укрепляла их дух.
Вера западных украинок не означала всего лишь исполнение религиозных обрядов, которые они в своей массе знали наизусть. Это было живое христианство, которое проявлялось в помощи ближним, высокой морали и сопротивлении злу.
Из воспоминаний:
«В ту ночь я вошла — и меня поразила тишина и чистота. На полу на коленях стояли женщины и молились. Дня за два привезли группу западных украинок, „58-ю“. На коленях стояли все, а украинки пели молитвы. Поют они вообще замечательно, поют без нот „а капелла“, изумительно вторят по слуху на четыре голоса. Нет, этого мне никогда не забыть! Они пели, а мы слушали, даже самые страшные — „беспредельщина“ — притихли, стали на минуту „как все“. Потом столы сдвинули в ряд, накрыли их