Авторские золотые разделители и фоны для ваших рамочек!

Народ имеет право знать всю подноготную о тех, кто ведет его на баррикадыНе говорите мне, что держать деньги наличкой – не преступление     

Миллионы долларов, евро и прочей валюты черным налом, найденные при обыске в дому у Ксении («Ксюши») Собчак должны были шокировать общество, и в особенности ту его часть, для которой Собчачка была эталоном и моделью поведения. Честные люди не хранят честно нажитые деньги наличкой под матрасом. Это делают наркодилеры, воры, проститутки, пособники террористов, неплательщики налогов. Такое количество нала уже само по себе криминально в большинстве т.н. «цивилизованных» стран после принятия законов против отмывания денег в 2001 году. Если Ксения Собчак не окажется под судом и следствием – значит, у нас в стране действуют два разных закона. Один для всех, а другой – для крестницы Путина. Первое серьезное испытание для нового-старого президента России – это применить закон по всей его строгости по отношению к подозреваемой, даже если это его крестница. Он долго ее покрывал и защищал, но его долг по отношению к стране должен победить семейные чувства. Следует немедленно обнародовать и налоговую декларацию м-ль Собчак – народ имеет право знать всю подноготную о тех, кто ведет его на баррикады. В кругах московского бомонда ее стали звать «Ксюша Общак», намекая, что нал в ее распоряжении шел на нужды оранжевой фронды. Мы не знаем, так ли это. Дочка покойного мэра Ленинграда-Петербурга, который приватизировал половину города не без интереса для себя и спасся от тюрьмы только благодаря бегству за границу, наверняка может и сама финансировать революции, хотя навряд ли станет. Она выросла в криминальной группировке, которая делала российскую политику коробками из-под ксерокса, полными долларов. Друзья Ксюши и она сама талдычат по всем каналам, что она не нарушала закон, где, мол, хочет, там и хранит свои бабки, хоть в сортире, как Никанор Иванович Босой у Булгакова. Но вопрос о законности или незаконности хранения налички в особо крупных размерах вообще не должен нас занимать. Еврейский анекдот рассказывает о женщине, принесшей селедку к раввину и спросившей, кошерная ли она. «Кошерная, но воняет», - ответил раввин. Мы не знаем, кошерные ли эти деньги, но они смердят. Общественный деятель не может укрываться за фразой «Я не нарушал закон». Юридические доводы оставьте лавочникам в их разборках с другими лавочниками. Нам, обществу, они без нужды, мы судим не по закону, а по совести. Нам, обществу, важно знать, кто и почему финансирует общественного деятеля, чьи интересы он обязался