Ученик лекаря (сказка)

[224x314]Давно это случилось. В те времена, когда ни тебя, ни твоего отца, ни твоего деда ещё не свете не было. Правил тогда Болгарией царь Борис. Жил он в городе Плиске, в большом дворце. И, как у всякого царя, служил у него придворный лекарь. Об этом-то лекаре мы и рассказ поведём. Звали лекаря Вазили, сказывали, что родом он из греков. Был тот лекарь учён и искусен в своём деле. Любую болезнь умел распознавать и на всякую хворь мог изготовить целебное снадобье. Кто его учил искусству врачевания, мы не знаем. А сам он никого за всю жизнь ничему не научил. Жил один, как сыч в дупле, от всех хранил свои тайный Даже слуги не держал, чтобы тот не подсмотрел, как он составляет лекарства, чтобы не подобрал хоть крохи его премудрости. Похож он был на сундук с сокровищем, запертый на крепкий замок. Но и к этому замку сыскался ключ.
Пришёл однажды к лекарю глухонемой парень, стал жалобно мычать да показывать руками, что за кусок хлеба готов служить ему верой и правдой. Был лекарь Вазили ещё и скуп вдобавок. Взял он парня в услужение. Вот как рассудил: жалованья ему платить не надо, да к тому же если что подглядит, так не услышит, если что поймёт, так никому не расскажет.
Лекарь не знал, а мы знаем — и вы узнайте. Жил раньше тот парень по имени Радомир в бедном рыбачьем селении у моря. Глаза у него были зоркие, уши чуткие, язык острый. И умом не обделён.
С самого малолетства хотелось Радомиру побольше узнать и увидеть. Подрос он и ушёл из родного селения. А когда пришёл в Плиску и услышал про лекаря Вазили, сразу решил:
«Это дело по мне! Если я не сумею перехитрить старую лису, не вырву у него тайн врачевания, значит, я ничего и не стою».
Вот он и прикинулся глухонемым, да так ловко, что вся премудрость Вазили не помогла ему распознать обман.
Семь долгих лет прослужил Радомир у лекаря Вазили. Растирал ему травы, сушил коренья, делал настойки из цветов. А когда подметал пол да мыл колбы, затверживал мудрёные названия порошков и целебных напитков, что бормотал себе под нос учёный лекарь. Ночами читал в своей каморке толстые книги в кожаных переплётах.
Ещё семь долгих лет миновало. Стал Вазили брать его с собой к больным. Доверил ему кровь пускать, пиявки ставить, примочки прикладывать. Научился Радомир болезни распознавать, узнал, какая от чего проистекает и как её лечить. Так и постиг все тайны врачевания, добыл сокровища из-под запертого замка. А цепкая молодая память и светлый ум ещё приумножили эти сокровища.
За все четырнадцать лет Радомир ни слова не произнёс, ни разу не выдал, что живой звук от мёртвой тишины отличает.
А тем временем подросла у царя Бориса дочка Марина. Резвая девочка на глазах у всех красавицей стала — белее снега, румянее розы, яснее солнца на безоблачном небе.
Царь Борис в ней души не чаял. От дуновения ветерка её оберегал, всякое желание наперёд угадывал, чтобы быстрее исполнить. Да и все во дворце её любили, не только за красу, но и за добрый нрав.
Однажды гуляла царевна Марина с подружками в саду на лужайке. Задумали они играть в прятки. Царевна спряталась в густом кустарнике, да так, что никто её найти не мог. Ждала, ждала Марина, чтобы её отыскали, и сама не заметила, как сон её сморил. Короток был сон царевны, солнце лишь на муравьиный шаг успело тень передвинуть. Да беде недолго случиться! Проснулась — словно её подменили. Голова кружится, всё тело ломит.
С того дня начала худеть и бледнеть царевна Марина. Алые розы на щеках увяли, ясные глаза потускнели. То жар, то холод её томят, а пуще всего голова болит.
Лекарь Вазили все лекарства перепробовал. Ни одно не помогло. Царевне всё хуже да хуже. Уже и с постели не поднимается, лежит, закрыв глаза, и стонет.
Царь Борис от горя обезумел. Лекарь Вазили не знает, как быть. А наш Радомир давно разгадал загадку недуга, да боится себя с головой выдать. Ведь одним сказанным словом разрушишь то, что четырнадцать лет возводил!
Принялся Вазили готовить новое снадобье. Настой десяти трав смешал, девять редких камней в ступе пестом в тонкий порошок истолок, туда же бросил. А потом задумался… Что дальше делать?
Тут Радомир и решился. Подошёл к своему хозяину, знаками показывает. Положил ладонь себе на темя, ушей коснулся. Потом снял крышечку с сосуда, где Вазилево варево варилось, заглянул туда и пальцы растопырил.
Блеснули радостью глаза у царского лекаря: понял он, что хотел сказать слуга. И тут же злобно брови нахмурил: понял лекарь и то, что слуга все его тайны врачевания постиг.
«Ну,

Сливы за мусор (сказка)

[показать]Всем хорош Хитрый Петр - и умен, и ловок, и собой пригож. Только вот жены у него нет. Решил Хитрый Петр жениться. Да только где найти жену себе под стать - и красивую, и работящую?
Думал-думал Хитрый Петр и придумал вот что. Росло у него в саду сливовое дерево с невиданными сливами - не то с большое яблоко, не то с маленький кулак. Набрал удалец полную тележку слив и в базарный день выкатил ее на рыночную площадь.
- Эй, сюда, молодицы! Подходите, пригожие девушки! Сливы! Сливы! Продаю сливы без денег!
Набежали люди: как это торгуют без денег? А Хитрый Петр объясняет:
- Берите, хозяйки, сливы, и ни единой стотинки с вас не возьму. Только продаю я сливы за мусор - сколько мусора, столько и слив.
Всполошился народ, побежал по домам. Хозяйки пыль столбом подняли - мусор в корзинки да мешки собирают, дочек на площадь посылают.

[430x203]

Вот уж площадь заполняется: одна в ведрах мусор из дому несет, другая корзинку за собой волочит, третья кряхтит, тележку с мусором перед собой катит. Конечно, некоторые несли и в лукошке - не у всех дома мусору было в достатке. Но слив всем хватило, Хитрый Петр только успевал отвешивать, да пошучивать:
- Какой у тебя, девица, мусор отборный да крупный!
Все! Кончились сливы. Начал народ расходиться, а Петр что-то опечаленный стоит - понимает, что не удалась его затея. Вдруг видит он - идет через площадь девушка, несет что-то в платочке и плачет-заливается. [230x179]
- Кто это? - спрашивает Петр.
- А это сиротка Даниела, - ему с усмешкой другие хозяйки отвечают, - у нее-то, у бедняжки, своего мусора никогда не бывает, это уж она у соседки заняла пригоршню. Видать, не полакомиться ей сливами вдоволь…
- Эй, Даниела, - закричал тут Хитрый Петр, - пойдешь ли ты за меня замуж?
Вытерла слезы Даниела, и увидели все, как сияет ее прекрасное лицо.
Тут и свадьбу сыграли, и стали они жить-поживать. Хитрый Петр, конечно, свои шутки не забросил - недаром про него вся Болгария истории рассказывает, - но перестал проделками людей обижать. Говорят - это от Даниелиного сливового варенья. Больно уж оно сладкое да вкусное.

- КОНЕЦ -

Мальчик, щенок, котенок и лягушонок (сказка)

[показать]У одной женщины был сын-школьник. Каждое утро, когда мальчик уходил в школу, мать давала ему денежку и говорила:
- Возьми, сынок, денежку, купи себе белую булочку. Как-то раз мальчик шел по дороге, и вот видит он, что трое озорников бьют палками маленького щенка.
- Эй вы! - закричал мальчик. - За что щенка бьете?
- Не твое дело! Иди своей дорогой, а то и тебя отколотим.
Щенок жалобно завизжал. Мальчик опять крикнул озорникам:
- Слушайте, отдайте мне щенка! Я вам за него дам денежку, а вы на нее булку купите.
- Ладно, - говорит один мальчишка, - давай денежку.
Отдал мальчик свою денежку и взял щенка. В тот день он остался без булки. Вернулся мальчик домой, мать увидела щенка, нахмурилась, но сказать ничего не сказала.
На другой день мать опять дала сыну денежку и проводила его в школу. Перешел мальчик через мост, видит - те же озорники мучают котенка: навязали ему на шею камень и собираются бросить его в реку. Котенок мяукает - ни дать ни взять дитя плачет.
Пожалел мальчик котенка и кричит озорникам:
- Стойте, не бросайте его в воду! Продайте мне, я вам за него денежку дам.
- Давай денежку! - крикнул старший мальчишка и подал ему котенка.
Мальчик отвязал камень, положил котенка в свою сумку, пошел в школу и опять проголодал до вечера. Вернулся он домой. Мать его увидела котенка, еще пуще нахмурилась, но опять ничего не сказала сыну.
И на третий день мальчик отдал свою денежку озорникам - выкупил у них лягушонка: он тайком от лягушки-матери выскочил из глубокого омута, вот его и поймали. Вечером пришел мальчик домой и пустил лягушонка на рогожку, где лежали щенок и котенок. Тут мать рассердилась не на шутку:
- Это еще что? Зачем ты приносишь в дом всякую дрянь? Кто их будет кормить? Или не знаешь, что нам самим есть нечего?
- Не сердись, мать, - говорит мальчик, - всякая тварь жить хочет.
- Выкинь их вон из дома, не хочу я их держать у себя!
- Ладно, мать, только и я уйду вместе с ними.
- Ступай куда хочешь! - кричит мать в сердцах.
Захлопнула мать ворота за сыном, думала - постоит-постоит, да и придет домой с повинной. А мальчик и взаправду ушел.
Побрел мальчик по большой дороге, а щенок, котенок и лягушонок за ним бегут. Шли-шли, подошли к большому городу. Сели передохнуть. Сидит мальчик, тяжело вздыхает.
- Что с тобой, братец? - спрашивает лягушонок. - Чего вздыхаешь?
- Тяжко у меня на сердце. Ведь хлеба-то у нас нет. Что будем делать?
- Заработаем, - говорит лягушонок.
- А как заработать?
- Я тебя научу как. Я стану песни петь - голос-то у меня звонкий, - а щенок с котенком будут плясать. Позабавим ребятишек, они нам денежек накидают. Вот мы и купим хлеба... Пойдем попробуем.
[230x269]Встали они и опять тронулись в путь. Вошли в город да прямиком на школьный двор. Лягушонок песни поет, а щенок с котенком в пляс пустились. И так лихо они отплясывали, что школьники наглядеться не могли. Накидали мальчику денежек полную шапку. Обрадовался мальчик. Себе купил каравай хлеба, лягушонку целую коробочку мух, щенку - кусок мяса, котенку - рыбку. Наелись все досыта, вышли из города и переночевали в копне сена. Наутро отправились они в другой город и там тоже пели да плясали, вот и заработали себе на хлеб.
Так они все шли да шли - из города в город, из села в село. Много сел и городов обошли. Много дней и годов миновало. Голос у лягушонка стал еще звонче, шея у щенка потолстела, хвост у котенка вырос длинный, а у мальчика над верхней губой пушок появился. Теперь уж он был не мальчик, а молодец молодцом.
И вот как-то раз лягушонок говорит:
- Знаешь что, братец, надоело мне бродить по белу свету да песни петь.
- А чего тебе хочется? - спрашивает молодец.
- Хочу вернуться в наш глубокий омут, к матери. Соскучился я по ней.
- И я по своей матери стосковался, - говорит молодец. - Давайте вернемся домой.
А лягушонок ему на это:
- Приведешь меня к моей матери, она мне обрадуется великой радостью и захочет тебя наградить деньгами. Ты, братец, денег не бери, а попроси у нее серебряную коробочку - мать ее всегда под языком носит.
И вот отправились наши путники в обратный путь. Дошли до глубокого омута.

Клад царя Константина (сказка)

[245x236]Как-то пас юноша стадо овец на краю луга, у опушки леса. Вдруг поднялся ветер, нагнал тучи. Сразу небо потемнело, будто в осенний вечер. Хотел юноша овец домой погнать, да овцы сбились в кучу, дрожат, а идти никуда не идут. Тут грянул гром, блеснула молния и подожгла прошлогодний стог сена, что неподалёку стоял. Охватило стог пламенем, высоко взметнулись языки огня. А из стога свист и шипение раздаются. «Что за диво?» — думает юноша.
Присмотрелся, видит—в огне мечется змея. То в кольцо совьётся, то распрямится, в одну сторону бросится, в другую…
— Что делать? — сказал себе юноша. — Не спасти — стыд, спасти — страх. Ведь ужалит!
Глянул ещё, как змея корчится в огне, решился и протянул ей конец посоха. Будь что будет!
Змея обвила посох, а юноша быстро посох из горящего сена выдернул. Лежит змея у его ног, шкура на ней опалённая, пузырями вздулась.
— Как же ты, бедняга, жить будешь? — сказал юноша.
Но змея ударилась трижды о землю и сбросила старую шкуру. Засверкала на ней новая кожа, радугой переливается, самоцветными каменьями отсвечивает.
Нагнулся юноша, чтобы получше её рассмотреть. А змея вдруг распрямилась, прянула вверх, словно стрела с тугой тетивы, и коснулась губ юноши раздвоенным жалом, будто поцеловала его.
Юноша в испуге отшатнулся. Но змея сказала:
— Не бойся, я тебе зла не сделаю. Ты меня спас, я тебя отблагодарила.
Удивился юноша: змея говорит, он её понимает. Как такое может быть?
Покачала змея головой, точно прочла его мысли.
— Не удивляйся! Это и есть мой дар тебе. Отныне ты будешь понимать язык зверей и птиц. Может, тебе мой подарок пригодится, а во зло, знаю, ты его не обратишь — сердце у тебя доброе. Ну, а теперь прощай.
— Прощай и ты! Спасибо тебе.
Повернулась змея, чтобы в лес уползти. Подползла к кусту, а за кустом что-то как шарахнется! Ветки затрещали, сухие листья зашуршали.
— Как бы кто мою змею не обидел! — испугался юноша и бросился к кусту.
Никого там нет, только трава примята да вязанка хвороста брошена.
Змея голову подняла и сказала:
— Бойся того, кто тут был!
Юноша спрашивает:
— Кто же тут был?
— Сама не знаю. А только берегись. Он нас видел, наш с тобой разговор слышал.
Сказала так и пропала в зелёной траве.
К вечеру юноша пригнал овец домой. Стал их в хлев загонять. Старая кобыла увидела овец и заржала. А юноша всё понял.
— Хорошо ли паслись? — спрашивает у овец лошадь.
— Б-б-е-едные мы, — овцы отвечают. — Гроза нас напугала.
— А у меня от этой грозы разломило старые кости, — жалуется лошадь. — Если дадут хозяева отдохнуть завтрашний денёк, выздоровею, не дадут — совсем охромею.
Пошёл юноша в дом, сел с отцом ужинать. Отец говорит:
— Завтра с утра боронить поедешь.
Юноша отвечает:
— Нет, не поеду завтра. Пережду денёк.
— Что за споры?! Как я сказал, так и будет!
Делать нечего! Не посмел он отца ослушаться.
Стал юноша поле боронить — кобыла еле ноги передвигает, пройдёт пять шагов, остановится. Ему бы кнут в ход пустить, а он её жалеет. Знает ведь, что не ленится лошадь — трудно ей.
Кое-как взборонил поле. На обратном пути лошадь совсем захромала. Отец разворчался:
— Не уберёг кобылу! Теперь, пожалуй, с неделю даром в стойле простоит.
Ночью долго не мог заснуть юноша. Обидно ему, что отец его несправедливо бранил. И сказать нельзя, никто такому не поверит. Близко к полуночи залаяла их собака.
— Что ты тут делаешь ночью?! — рычит на кого-то. — Убирайся, пока цел! Искусаю ноги, штаны порву… Мои хозяева к тебе по ночам во двор не ходят, и ты не ходи. Ведь чую: недоброе у тебя на уме!
Погрозилась собака, поругалась ещё немного, потом затихла. «Кто же вокруг нашего дома ходит? — думает юноша. — У кого недоброе на уме?»
Утром отец говорит:
— Всю ночь наша пустолайка брехала, не давала спать. Запри её с вечера в хлев.
— Зачем собаку запирать? — отвечает юноша. — Она наш верный сторож.
— Опять отцу перечишь! — разбушевался старик. — Что только с тобой творится!
Сын спорить не стал, а сделал по-своему. Весь день он с отцом поле

Габровские усмешки (шутки)

[399x262]Нет во всей Болгарии людей веселее, чем те, что в городе Габрове живут. Больше всего на свете любят они пошутить. Да не над кем-нибудь, а сами над собой. И мы над теми шутками хохотали, посмейтесь теперь и вы с нами.
* * *
Как-то под вечер приехал габровец в Софию. А от вокзала добираться к родичам ему далеко, на самую окраину. Вот он и взял извозчика.
Едут они — цок, цок по мостовой. Извозчик думает:
«Эх, простак, деревенщина. Сел не сговорившись, поехал не срядившись. Теперь сдеру с него не меньше, чем ползолотого!»
Уже почти доехали. Вдруг габровец кричит: «Стой! Стой!» Соскочил на землю и зажёг спичку.
— Ты что? — спрашивает извозчик.
— Да потерял золотой у тебя в коляске. Хочу поискать.
Тут извозчик как стегнёт коня, только его и видели.
А габровец усмехнулся ему вслед и довольный отправился к родичам. Теперь-то уж совсем близко было!
* * *
Одному габровцу зачем-то понадобился пузырёк. Искал он, искал и нашёл скляночку. Только вот досада — на дне ещё немножко йоду оставалось. Ну, габровец не растерялся. Взял ножичек, порезал палец и залил ранку йодом. Вот теперь хорошо! Пузырёк освободился.
— Ты что, сынок, плачешь?
— Мама монетку дала, а я потерял.
— Ну, не плачь, на тебе другую монетку. Отчего же ты ещё громче плачешь?
— Да-а, если б я ту не потерял, было бы у меня теперь две монетки.
* * *
Приехал в Софию бай Георги. Влез в трамвай с огромным мешком. Кондуктор говорит:
— Билет за тебя две стотинки, за мешок четыре.
Бай Георги развязал мешок и сказал:
— Вылезай, сынок, без мешка ты дешевле обойдёшься.
* * *
Встретились в узком переулке два шофёра на своих машинах. И оба не хотят задний ход дать, чтобы другому дорогу уступить.
«Всё равно я тебя пересижу», — думает один.
Развернул газету и принялся читать.
А второй высунулся из машины и говорит:
— Эй, приятель, когда кончишь газетку, дай и мне почитать.
* * *
Встретились два габровца-приятеля. Один говорит:
— Смотри, какие у меня сынки-близнецы подрастают.
Вынул карточку, показывает. Приятель удивился:
— Да ведь тут только один снят.
— А чего второго снимать?! Он в точности такой же.

- КОНЕЦ -

Волк и сорока (сказка)

[399x248]Летит сорока — чёрные крылья, белые бока. Летит не спеша, всё кругом разглядывает. Смотрит, идёт волк — хвост поджат, голова понурена. Села сорока на дерево и спрашивает:
— Отчего невесел, кум волк?
— Ох, и не спрашивай, — отвечает волк. — Плохое у меня житьё. Никто меня не любит. Что худое в лесу ни случись, все меня винят. А сегодня утром гнались за мной охотники с ружьями, со злыми собаками. Еле я от них удрал. Уйду я из этого леса.
— Что ж, — говорит сорока, — дело твоё. А я тебя на новом месте проведаю. Крылья не лапы, с ними всюду дорога. Только вот скажи, кум, что ты с собой на новое житьё захватишь?
— Как что?! — удивился волк. — Что при мне, то и унесу. Серые бока, что собакам ободрать не терпится, быстрые ноги, чуткие уши, зоркие глаза…
— А куда денутся твои острые зубы да злобный нрав? Здесь останутся или с собой возьмёшь?
— Ну и глупа же ты, сорока! — зарычал волк. — Смеёшься надо мной, что ли? Как волку без острых зубов прожить?! И нрав мой неплох, не на заячий же его менять!
Застрекотала сорока, будто засмеялась:
— Эх, волк, волк! Ведь из нас двоих не я глупа. У кого нрав злой да зубы острые, за тем дурная молва по пятам гонится. Хоть уходи, хоть здесь рыскай — никуда от неё не убежишь.

- КОНЕЦ -

Водяной (сказка)

[показать]Один мальчик очень любил купаться. И даже в половодье, когда река вздулась и поднялась, не послушался он отца с матерью и убежал купаться. Разделся на берегу и прыгнул в воду. Бурный поток подхватил его и понес. Мальчик изо всей мочи боролся с течением, рассекая волны, плыл саженками, да видит - не хватит сил. Стал он кричать, звать на помощь. Услышал его водяной. И хорошо, что услышал - маленький пловец уже захлебнулся и сознание потерял. Когда водяной подоспел к утопающему, тот уже был недвижим, и волны относили его все дальше. По правде говоря, водяной терпеть не мог, когда кто-нибудь из людей живьем попадал к нему на дно. Но маленький пловец понравился ему. Жалко стало ребенка топить, и он решил спасти его.
Водяной взял ребенка на руки и отнес в свой прекрасный дворец на дне реки. Никогда еще в его владения не попадал живой человек, - впервые так случилось. Положил водяной мальчика на кровать. Потом тихонько отошел и спрятался, ожидая, когда его гость проснется.
Проснулся мальчик, посмотрел вокруг и увидел, что лежит на стеклянной кровати посреди стеклянной комнаты. Возле постели - столик, а на нем полно игрушек, и все из хрусталя. Игрушки так заманчиво переливались и были такие красивые, что парнишка потянулся к ним -хотел поиграть. Но в тот же миг вспомнил свой дом и горько заплакал. Водяной тут же подбежал к нему:
- О чем, маленький, плачешь?
- Домой хочу, - всхлипывал мальчик.
- Неужели у тебя дома лучше, чем в моем чертоге? - удивился водяной.
- Лучше! - заплакал мальчик громче. У Понял водяной, что все его утешения , напрасны, и ушел. А парнишка, наплакавшись, заснул. Тогда водяной подкрался к нему и перенес в другую комнату. Проснулся мальчик, посмотрел вокруг и увидел, что лежит он в серебряной комнате - и стены, и пол, и потолок серебряные, у постели серебряный столик с игрушками, и все игрушки из чистого серебра. Этакое богатство! Как завороженный смотрел на них парнишка. Потом взял серебряные игрушки, стал играть. Но забава быстро ему надоела. Вспомнил он, как весело было играть с братцем и сестричкой, и заплакал навзрыд. Прибежал водяной и спрашивает:
- О чем ты плачешь, маленький?
- Хочу к братцу и сестричке, - ответил мальчик и зарыдал еще пуще.
Водяной никак не мог его утешить и ушел. А мальчик заснул. Водяной снова подкрался к нему на цыпочках и перенес в третью комнату. Когда мальчик проснулся, то увидел, что лежит он в золотой горнице на кровати из чистого золота.
Все там было золотое: и столик, и стулья, и игрушки. Мальчику часто рассказывали о волшебных сокровищницах, где хранится золото. Но такое богатство ему и во сне не снилось! Очарованный, взялся было мальчик за игрушки. Но недолго они его забавляли. Вспомнились мать и отец, и мальчик снова заплакал. Прибежал водяной и спрашивает:
- О чем ты плачешь, дитя мое?
- Хочу к отцу и к матери! Удивился водяной - ведь он-то не знал, что такое отец и мать.
- Неужто отец и мать тебе дороже чистого золота? - воскликнул он.
- Дороже, - сказал мальчик. Водяной удалился и собрал весь жемчуг, какой таили в себе глубины его подводного царства. Собрал и высыпал перед мальчиком. Груда жемчуга выросла до самого потолка, и водяной спросил: [показать]
- Да неужели отец и мать дороже тебе такой груды жемчуга?
Зажмурился парнишка, чтобы сияние сокровищ не ослепило его.
- Напрасно ты трудишься! - ответил мальчик. - Все равно не узнать тебе цену моим отцу и матери. Они мне дороже всего на свете!
Понял водяной, что ничем ему не утешить мальчишку, подождал, пока тот уснет, осторожно вынес его сонного из воды и положил на берег. Здесь дожидалась своего хозяина бедная одежонка. Водяной наполнил ее карманы золотом и жемчугом и скрылся.
Проснулся мальчик и увидел, что лежит на берегу у самой воды. И тут же вспомнил про водяного и подводное царство. Сначала мальчик подумал, что все это ему приснилось, но, когда полез в карман и вытащил золото и жемчуг, понял, что был то не сон, а сущая правда. Бросился паренек домой к отцу и матери, к брату и сестрице. Радости их не было конца! Да еще и в доме всего стало вдоволь, - ведь из подводного царства мальчик принес жемчуга да золота.
Мальчик по-прежнему ходил на реку купаться, да только мелководья

Аистиный остров (сказка)

[280x260]Вот что люди сказывают, из рода в род пересказывают.
Жил-был на свете крестьянин по имени Божин. Жил со своей семьёй, не малой и не большой. Он сам да жена, да двое деток — дочка Босилка и сын Силян. Отец с матерью в сыне души не чаяли. Кусок послаще — ему отдают. Сами на заре поднимаются, сына разбудить жалеют. Совсем забаловали. Стал Силян в школу ходить — учителей не слушается, уроков не учит. Ему бы только на речку бегать, рыбу ловить да купаться.
Отец с матерью между собой говорят:
— Крестьянский труд тяжёлый, наработается ещё. Пусть пока порезвится.
Рос-подрастал Силян, вырос красивый, ладный. А толку от него никакого ни в доме, ни в поле. Только и знает, что подбивать других парней на всякие проделки да вечерами, когда люди, наработавшись, спят, песни по селу горланить.
Тут отец с матерью призадумались: что с непутевым сыночком делать.
— Может, женим его? — говорит отец.
— И верно, — обрадовалась мать. — Женится — переменится.
Сосватали ему лучшую девушку в селе, красавицу да рукодельницу, и в поле и в доме работницу.
Хоть и женился Силян, а все равно не переменился. Отец пашет, сеет, молодая жена Неда да Силянова сестра Босилка жнут, по хозяйству управляются, мать стряпает — все при деле. Один Силян с самого утра по ярмарке слоняется с такими же, как сам, друзьями-гуляками.
Год так прошёл. Родила Неда Силяну сыночка. Назвали его Велка. Тут бы Силяну одуматься, да куда там — ещё пуще загулял. А вернётся к ночи — жена плачет, сестра вздыхает, мать уговаривает, отец бранит.
— Совсем житья не стало, — сказал однажды Силян. — Придёшь домой усталый, тут бы отдохнуть, а тебя поедом едят. Уйду от них. Пусть живут как хотят, и я как хочу. И ушёл.
Далековато от их села город был, но Силян ног не пожалел, добрался до города, к постоялому двору направился. Деньги у него в ту пору ещё в кармане звенели. На этот звон и сыскались дружки, налетели, как мухи на мёд. День веселился Силян, второй пировал, а на третий и деньгам и дружбе конец.
А город — не отец с матерью, никто куска хлеба даром не даст. Стал голодать Силян. Где наймётся дров наколоть, где глину на постройку мять. Поменьше заработает — проест, побольше заработает — пропьёт.
Так и бегут дни за днями. Думал Силян, в городе его весёлая, лёгкая жизнь ждёт, а тут вон как дело обернулось.
Пошёл он как-то в город Салоники. Решил свет повидать, на людей посмотреть. А в Салониках в гавани парусники толпятся, от гребных судов с длинными вёслами на воде тесно. Нанялся Силян на корабль матросом, и на следующее же утро корабль отплыл.
Не день, не два нёс их ветер и с каждым днём всё крепчал да крепчал. А посредине моря разыгралась страшная буря. Волны бросали судёнышко из стороны в сторону, играли с ним, словно кошка с мышкой. Корабль то вверх подкидывало, то вниз бросало. Сорвало руль и паруса, мачты изломало. А потом ударило судно о скалу и совсем в щепки разбило.
В тот страшный час все потонули. Одному Силяну удалось спастись. Он за большую доску успел ухватиться, вполз на неё, руками-ногами вцепился.
Долго ли его носило по морю, не знал, не помнил. Дождь его сёк, солнце жгло, думал — совсем пропадёт. А всё-таки утихла буря, вынесло доску на берег и Силяна с ней.
Лежит Силян без сил на твёрдой земле, и всё ему чудится, что под ним волны ходят. Отлежался, встал и побрёл куда глаза глядят, только бы подальше от моря. Прошёл сколько-то, опять перед ним море блещет. Повернул в другую сторону, шёл, шёл и снова к морю вышел.
«Не иначе, я на остров попал, — думает Силян. — Да живёт ли здесь кто? Что-то тут и дымком не пахнет, собаки не лают, петухи не кричат. Вдруг я один-одинёшенек на этой земле среди моря?!»
А уже ночь надвигается. Нашёл Силян небольшую пещерку над ручьём, попил водички, ежевикой, что на склоне росла, чуть голод приглушил и улёгся. Как может спать голодный, холодный человек на чужой земле с камнями под головой, так и Силян спал — всю ночь продрожал, глаз не сомкнул.
Вот когда проняло-то Силяна! Вспомнил он родное село, отца с матерью, ласковую жену с сыночком, добрую сестру. Доведётся ли опять свидеться с ними? Или так и сгинуть ему тут, на чужбине?!
Долго печальные думы думаются, а ночь ещё дольше тянется. Наконец занялась заря.
Взобрался Силян на гору, огляделся кругом. Вот радость! Внизу меж горой и холмом, в долинке, поля

Сказка - быль, да и песня - правда (сказка)

Ходил по свету песенник. И сказочник по свету ходил. Вот как-то встретились они, стали вместе ходить. И так уговорились: один песни поёт, другой сказки сказывает. Кто что заработает, пополам делить.
Пришли в одно село, завернули в шинок, где мужики гуляли. Песенник и начал песни петь. Весёлую запоёт — мужики ногами притопывают, в пляс пускаются. Запоёт печальную — мужики принахмурятся, в чарку слёзы роняют. Кончил песенник петь, мужики хвалят: «Отродясь мы этаких хороших песен не слыхивали», — и надавали медных денежек, кто сколько мог. А сказочника и слушать не стали. [325x280]
Вышли из шинка, песенник и говорит:
— Песня — правда, а сказка — вздор. Через песни ты мой хлеб ешь, а не я твой.
— Погоди, — отвечает сказочник, — больно спешишь. Где правда, где вздор, впереди видно будет.
Идут они по селу, а уже завечерело. Видят — в одной большой избе-пятистенке все окна светятся.
— Вот сюда зайдём! — сказочник говорит.
А там девки да молодые жёнки на беседу собрались. Которые кудели прядут, которые вышивают… Парни около девок крутятся.
Стал сказочник сказки сказывать. Весёлую расскажет—все смеются. Страшную говорит — все и дохнуть боятся, девки друг к дружке жмутся.
Кончит сказочник одну, ещё просят. Допоздна рассказывал. Накормили их досыта, да ещё кто кудели дал, кто пряжи. Вышли из избы, сказочник и говорит:
— Нет, брат, сказка правда, а песня вздор. Это ты через мои сказки хлеб ешь.
Тут они и заспорили. Песенник своё твердит, сказочник — своё. Спорили, спорили и на одном согласились: надо такого человека найти, чтобы их рассудил. Стали судью искать. Ну, им люди и посоветовали, сказали, что за рекой, на пчельнике, живёт старый пасечник, он дольше всех прожил, больше всех знает. Он и решит спор.
Переехали реку, пришли к пасечнику.
— Можешь ты нас рассудить? — спрашивают.
— А какая у вас тяжба?
— Такая и такая… — И всё ему рассказали.
Пасечник и говорит:
— Ну, садитесь, добрые люди. Я вас рассужу. Только вперёд покажите, кто что умеет. Кому первому начинать?
— Начинай ты, — говорит песенник сказочнику.
— Ну что ж, — сказочник отвечает.
Сел поудобней и начал.
Была б у меня хата тёплая да перина мягкая, сидел бы в печи хлеб пушистый, а в жбане был бы квас кислый, наелся бы я, напился да всю бы ночь байки баял, сказки сказывал. Это присказка, а сказка впереди.

Жил мужик ни бедный, ни богатый, и был у него единственный сын, а жена давно померла. Отец один сына растил, берёг да лелеял, ничего для него не жалел. И вырос сынок парням на удивленье, девкам на загляденье.
Дорос до совершенных лет, тут отец и задумал молодца женить. Присмотрел в соседнем селе сыну пару: красивую девушку, статную и не бедную. Поговаривали люди про её семью всякое, да мало кто что скажет, всех не переслушаешь!
Вот поженили их, свадьбу, как положено, сыграли. И повезли молодую в дом к жениху, чтоб хозяйкой там была. Приданое за ней дали хорошее, всё новое, неношеное. Смотрит молодой, примечает — новое-то всё новое, а вот зачем молодая метлу с собой прихватила, да ещё старую, прутья в ней пообломаны, повытерты.
Молодой и думает: «Неужто я своей жёнушке новой метлы не сделаю?! Завтра же с утра навяжу хоть три, хоть десять мётел. Пускай метёт, сколько душе угодно».
Легли они спать. Только задремал молодой муж, чует — жена с постели тихонько поднимается. Он один глаз приоткрыл, А она шасть к запечку, где метла стояла, берёт её да верхом садится.
Тут уж он и второй глаз открыл, глядит в оба. Недоброе, видно, затевает! Она заслонку у печки отслонила, собирается на метле через печь в трубу вылететь.
Вскочил он — да за метлу.
— Стой, ведьма, никуда не полетишь! И ведьмачить не будешь!
Изломал метлу и прутики разбросал. Она схватила от той метлы прутик, хлестнула его и крикнула:
— Я как была ведьмой, ведьмой и останусь! А ты был человеком, а теперь псом побегаешь.
Песенник руками всплеснул:
— Бывает же такое! Вот каково злую бабу в жёны взять!
— Погоди, ещё не то будет! — говорит сказочник. — Ты знай слушай.
— И мне послушать дай, — сказал пасечник.
Так оно и сделалось. Стал

Синяя свита - Налево сшита - Соломенный колпак (сказка)

[показать]Жил-был царь, а у царя была дочь. Вот задумал царь свою дочь замуж отдать. Кликнул он клич:
— Выдам дочь замуж и отдам полцарства тому, кто может от меня схорониться, чтобы я не нашел.
А был тот царь волшебник.
Вот день прошел, другой прошел — нет охотников.
На третий день пришел добрый молодец по прозванию Синяя свита-Налево сшита-Соломенный колпак и говорит:
— Я схоронюсь от тебя, царь.
— Ладно, — отвечает царь-волшебник, — схоронишься, женю тебя на своей дочери и дам полцарства, а нет — мой меч — твоя голова с плеч.
Синяя свита-Налево сшита-Соломенный колпак стоял перед царем добрым молодцем, по двору бежал черным соболем, под ворота лез белым горностаем, по полю бежал серым зайцем и убежал за тридевять земель, в тридевятое царство, и там на заповедном лугу обернулся цветком.
На другой день царь встал раненько, умылся беленько, почитал волшебную книгу и говорит:
— Слуги мои верные, ступайте в тридевятое царство на царский заповедный луг, сорвите там все цветы и принесите сюда.
Принесли ему слуги цветы, царь выбрал один цветок, дунул на него, и стал из цветка добрый молодец.
— Ну, что, Синяя свита-Налево сшита-Соломенный колпак, на первый раз не мог от меня схорониться.
На другой день Синяя свита-Налево сшита-Соломенный колпак стоял перед царем добрым молодцем, по двору бежал черным соболем, под ворота лез белым горностаем, по полю бежал серым зайцем и убежал в тридевяое царство; прибежал к большому болоту, обернулся окунем-рыбой и нырнул в бездонное озеро. А царь взял волшебную книгу, прочитал и говорит: [200x274]
— Ступайте, мои верные слуги, в тридевятое царство, осушите там большое болото, закиньте сети в бездонное озеро и выловите мне рыбу-окуня.
Принесли слуги того окуня царю-волшебнику. Он дунул на него, и стал вместо окуня добрый молодец.
— Ну, вот, Синяя свита-Налево сшита-Соломенный колпак, и другой раз не мог от меня схорониться. Если и третий раз не схоронишься, голову тебе отрублю.
И в третий раз Синяя свита-Налево сшита-Соломенный колпак стоял перед царем добрым молодцем, по двору бежал черным соболем, под ворота лез белым горностаем, по полю бежал серым зайцем и убежал за тридевять земель в самое дальнее царство, добежал до высокого дуба, корни в земле, а макушка в небе. Влез он на тот дуб, обернулся малой иголкой, схоронился под корой, сидит.
Прилетела птица Нагай, села на тот дуб и спрашивает:
— Что за человек тут схоронился?
— Я, Синяя свита-Налево сшита-Соломенный колпак.
— А сюда попал как?
— Хочу на царской дочери жениться. А царь свою дочь отдаст за того, кто может от него схорониться. Два раза он меня находил, коли третий раз найдет, не быть мне живому.
— Я тебе, молодец, помогу, — говорит птица Нагай.
[200x274]И обернула она малую иголку в пушинку, укрыла пушинку себе под крыло и полетела к царю-волшебнику. Когда царь-волшебник лег спать, птица Нагай положила малую пушинку царю за пазуху.
Утром царь встал, волшебную книгу прочитал и дал такой приказ:
— Слуги мои верные, ступайте за тридевять земель в самое дальнее царство. Найдите в этом царстве самый большой дуб. Тот дуб спилите, на дрова поколите, в костры сложите, а костры сожгите, в золе найдите малую иголку и мне ту иглу принесите.
Слуги все сделали, как царь приказал, а иголки не нашли.
Когда царь о том узнал, он вышел на крыльцо и зовет:
— Эй, Синяя свита-Налево сшита-Соломенный колпак, покажись.
— Нет, не покажусь, — отвечала ему из-за пазухи малая пушинка, — ты сперва бояр собирай, дочку под венец наряжай, тогда покажусь.
Делать нечего, царь-волшебник бояр собрал, дочку в карету посадил и кричит:
— Покажись. Все сделал, как ты хотел.
Вдруг

Потерянное слово (сказка)

[399x277]Женился парень. Да взял молодую не из своей деревни, а из дальнего заречного села. Пожили они мало ли, много ли, молодуха и говорит мужу:
— Съездил бы ты, Иванка, мою матушку навестить. Иванке что — запряг лошадь и поехал.
Хорошо его тёща встретила. Картохи на стол поставила, грибочков солёных, пирог с рыбой. А потом налила в миску такое, чего он отродясь не едал. Вроде кислит оно, вроде сластит, не густое, не жидкое, не холодное, не горячее… Вкусное!.. Ел бы да ел! Две миски Иванка выхлебал. И спрашивает тёщу:
— Мамо, а мамо! Это что же вы такое наварили?
— Как что, зятёк дорогой! Кисель это овсяный. Неужто не знаешь?
— Не знаю. У нас в деревне такого никто не варит. А Параска моя умеет его варить?
— Отчего ж не уметь? Умеет.
Ну, погостил ещё немного Иванка у тёщи и домой отправился.
Едет и твердит: «Кисель, кисель, кисель!.»
А навстречу прохожий. Поздоровались они. Только Иванка вымолвил «добрый день», вылетело у него из головы слово. Хоть убей, не вспомнить!
Почесал в затылке и повернул к тёще назад, благо недалеко отъехал.
— Мамо, а мамо! Так как та штука называется, что вы меня угощали?
— Кисель, зятек, овсяный кисель!
Иванка снял шапку и наговорил туда три раза: «Кисель, кисель, кисель!»
Потом надел шапку и сказал:
— Теперь-то уж не забуду!
Полпути проехал, с паном повстречался. Свернул коня прямо в лужу, чтобы пану дорогу дать, шапку по обычаю снял. Да как закричит:
— Ох, батюшки, потерял!
— Что ты потерял? — пан спрашивает.
А Иванка чуть не плачет.
— Такую штуку загубил, что и за деньги не купишь!
Видит пан, человек убивается.
— Ну, так ищи, — говорит, — и я тебе помогу.
Засучили они рукава, стали в луже потерю искать. Пан по-пански ищет — деликатно, осторожно пальцами по воде водит. А Иванка запустил руки в лужу по локоть, по дну шарит. Поднял ил да грязь, с водой перемешал.
— Ты что же делаешь? — укоряет пан. — Разве так найдёшь? Взбаламутил всё, глянь только — не лужа, а кисель.
— А будь здоров, паночек! — закричал Иванка. — Спасибочки! Отыскал ты мою потерю!
Вскочил на телегу и хлестнул коня.
Пан так и остался на дороге с растопыренными руками. Потом покрутил головой и поехал, куда ехал.
А Иванка уже к дому подъезжает. Молодая жена выбежала ему ворота растворить. Он ей с телеги:
— Параска, а Параска, умеешь ты кисель варить?
— Почему ж нет?
Так беги скорей вари! А то я опять забуду, как он зовётся.
Наварила Параска киселя, созвали они гостей, угостили на славу.
С тех пор в той деревне научились кисель варить.

- КОНЕЦ -

Певец (сказка)

[412x237]Любил один мужик петь. Голос противный, на ухо ровно медведь наступил. А как соберутся мужики больше трёх, он уж тут как тут и песню затягивает.
Вот один раз пристроился он так к мужикам, что беседу вели на завалинке. Спел весёлую — никто не смеётся. Завёл жалостную — мужики разбежались. Только один остался, слушает да слёзы утирает.
Смотрит на него певец, ещё пуще заливается. Кончил песню и спрашивает:
— Хорошо я пою?
— До самой души пробрало, — мужик говорит. — В точности так моя коза блеяла, когда её волки драли. Как вспомнил её, бедную, моих деток кормилицу, слеза меня прошибла.
С той поры, когда нашему, певцу песня к горлу подступала, он подальше в поле уходил.

- КОНЕЦ -

Музыка-чародейник (сказка)

[показать]Жил на свете парень, и был он великий мастер на дудочке и на других инструментах играть. За то и прозвали его люди - Музыка. Когда подрос Музыка, смастерил он себе скрипку и пошёл по белу-свету тешить людей. Ходит он по деревням и сёлам, играет на своей скри­почке. Так и жил бы себе Музыка, да на беду в тех местах чертей было видимо-невидимо. И никому от этой нечисти проходу не было. Видят черти, что куда Музыка ни придёт, где на своей скрипочке ни сыграет, там люди в мире живут. Невзлюбили они его за это. Вот как-то раз шёл Музыка лесом, а черти его выследили и наслали на него волков. Вышли волки на дорогу, стоят, зубами лязгают. Остановил­ся Музыка. Нечем ему от волков защититься. Достал он из мешочка свою скрипочку, чтобы напоследок ещё хоть разок поиграть. Как живая заго­ворила скрипка! Волки разинули пасти, стоят, слушают Музыку, а слёзы из волчьих глаз сами собой текут. Вот перестал Музыка играть, опустил свою скри­почку, к смерти приготовился. Вдруг видит: повернули волки в тёмный лес. Головы повесили, хвосты поджали, кто куда разбредаются. Обрадо­вался Музыка и дальше пошёл. Шёл, шёл и дошёл до реки. Сел Музыка на пригорке, достал свою скрипку и заиграл, да так лад­но, так весело, что и небо, и вода, и земля - всё в пляс пустилось. Смотрят черти - Музыка цел, невредим и на скрипке наигрывает. Не понравилось им это. А Музыка спрятал скрипочку и пошёл дальше. Не успел десяти шагов отойти, встречаются ему на дороге два пана. - Послушай, Музыка, - говорят они ему, - сделай милость, поиграй нам на вечеринке. Уж мы тебя и напоим, и накормим, и спать уложим. Подумал Музыка и пошёл с ними. Привели его в богатый дом. Наро­ду там видимо-невидимо, а гости всё прибывают. И кто ни придёт - спер­ва к столу подбежит, обмакнёт палец в миску и потрёт себе глаза. Чудно это Музыке. «Дай, - думает, - и я попробую». Сунул палец в миску и чуть только тронул глаза - такое увидел, что дух захватило: снуют вокруг него черти и ведьмы, и дом-то - не дом, а чёртово пекло! [показать] «Ну, - думает Музыка, - поиграю же я на славу, чтобы вам, чертям, жарко стало!» И начал наигрывать на своей скрипке. Минуты не про­шло - всё вихрем закружилось, а черти - кувырком да вприпрыжку - раз­бежались кто куда. С той поры не трогают черти Музыку, боятся. А он ходит себе по све­ту, добрых людей веселит да тешит.

- КОНЕЦ -

Корочка хлеба (сказка)

[303x252]Всё утро пахал мужик своё поле. А в полдень сел перекусить, что из дому принёс. Картоху варёную с солью да с луковкой съел. Потом за воду с хлебом принялся. Мякиш сжевал, корочку бросил. И опять за работу.
Увидел это паук, обхватил лапками корочку и поволок прочь. Стояла на краю поля берёза, паук с корочкой на вершинку забрался. Сел на ветку, длинную паутинку вниз свесил.
Тут поднялся ветер, закружил паутинку и паучка с ней. Летит паутинка всё выше да выше… И закинуло её на облачко.
Плывёт облачко по небу, мимо солнца проплывает. Паук поднял корочку лапками, солнцу показал.
— Солнце ясное, ты всему живому на земле хозяин. Землю согреваешь, под твоими лучами урожай зреет. Да, видно, ты людям много хлеба даёшь, они его и съесть не могут. Глянь, солнце красное, бросил мужик корку! Свой труд, твой дар ногами затоптал.
Нахмурилось солнце, тучами закрылось. Потом в просвет выглянуло и говорит пауку:
— Ну, раз так, будет в это лето урожай невелик! Чтоб запомнили люди, что хлеб беречь надо.
И опять за тучами скрылось. Как солнце сказало, так оно и вышло.
А ты над этой сказкой подумай. Коли сметлив, сам поймёшь. Коли недогадлив, другие растолкуют.

- КОНЕЦ -

Когда лучше горе горевать, беду бедовать (сказка)

Было это чуть попозже тех дней, когда наши прадеды жили, чуть пораньше, чем мы с вами живём.
Так вот, в те времена жили-были два соседа, два богатых купца. Дома их на одной улице стояли, один супротив другого — дверь в дверь, окошко в окошко глядели. Да не столько оконца гляделись, сколько купеческий сын с купеческой дочкой через улицу переглядывались.
Приметили это купцы-отцы и решили своих детей поженить. Построили им в хорошем месте, над рекой, усадьбу и всякого добра дали. [280x316]
Живите, детки, не горюйте!
Ну, зажили купеческая дочка с купеческим сыном. Друг на друга не нарадуются.
Вот однажды слышат — грюк-грюк! — в ворота.
— Кто бы это в такую позднюю пору, в глухую ночь-полночь к нам пожаловал? — говорит молодая.
— Пойду посмотрю, — отвечает молодой.
Подошёл к воротам, спрашивает:
— Кто там?
— Это я, ваша Доля.
Открыл он ворота — любопытно же на свою Долю посмотреть. Видит, и правда, стоит Доля. Ни молодая, ни старая, а одета по-чудному: с правого бока грязные рваные лохмотья, с левого — пышные одежды золотом шиты.
Говорит ему Доля:
— Бедность и богатство рядом ходят, горе да радость друг друга сменяют. А тебе с, женой на роду написано полжизни мыкаться, полжизни как сыр в масле кататься. Так скажи: когда хочешь беду бедовать? Смолоду или под старость?
И думать нечего, — отвечает купеческий сын, — сейчас хочу жить хорошо, пока молод. А уж в старости всё равно, что будет. Далеко ещё до неё, что вперёд загадывать!
Помолчала Доля. Потом говорит:
— Ты за себя сказал, а ведь я у вас на двоих одна. Иди, с женой посоветуйся.
Пошёл купеческий сын, всё жене рассказал. Жена иначе рассудила:
— Горе да беду не надо откладывать. Лучше смолоду их избыть, пока сила есть. К старости кости покоя запросят.
Подумал муж и согласился. Так и сказал Доле. В ту же ночь загорелась их усадьба, неведомо отчего. Только и успели в чём были из дома выскочить.
— Что ж, — сказали родители, — неужто мы своим детям в беде не поможем?!
Сложились и отстроили новый дом. С первым не сравнять, а всё же жить неплохо.
Да недолго и этот дом простоял. Разлилась в ту весну река небывалым разливом, подмыла берег и снесла дом купеческих детей начисто.
Что делать?! Опять отцам забота. У них уже и денег маловато осталось. Купили они им старый домишко, что от ветхости еле держался.
Трёх дней не прошло, налетела буря, сорвала крышу, занесла невесть куда, а стены по брёвнышку развалила.
Жена говорит мужу:
— Сами мы время беде выбрали. Не будем нашей долей отцов обездоливать. Пойдём куда глаза глядят.
Сняла она с пальца серебряное колечко, пополам разломила. Сняла с шеи платочек, надвое разорвала. Половинку себе, половинку мужу.
— Вот, — говорит, — храни как зеницу ока, чтоб по этим половинкам мы всегда друг друга признать могли. Радость нас свела, а беда, того гляди, разлучит надолго.
И правда, разлучила их беда.
Шли они по дороге, притомились, проголодались. Муж говорит:
— Нет моей силушки дальше идти.
Жена отвечает:
— Ляг на травку, полежи. Я твой сон посторожу.
Заснул муж крепко, ровно на мягкой перине. А жена подумала: «Что ж я так сижу, чего ожидаю? Сбегаю в лес, хоть грибов да ягод пособираю. Всё с голоду не пропадём!»
От кустика к кустику, от дерева к дереву — берёт грибы и ягоды. Сама не заметила, как забрела в глушь лесную, в топь болотную. Хотела назад повернуть, да не знает, в какую сторону. Кричала, аукала — ни ответа, ни привета…
Три дня блуждала, три ночи в лесу ночевала. Потом увидела тропку неприметную, по ней пошла. Привела её тропка на просеку, просека — на широкую тропу, а уж там она на торную дорогу выбралась.
Так и потеряла мужа.
Хлебнула она горюшка полную чашу, ни капельки мимо уст не пролилось. В няньках за кусок хлеба ночи не спала, чужих детей колыхая. Чужие стены белила, не свои полы скребла, бельё по людям стирала. И не год, и не два так пролетели…
Да вот пришла как-то в богатую усадьбу и нанялась там в судомойки. Владел той усадьбой старый пан, что на свете один, как перст, остался. Деток не было, а жена померла.
Смотрит пан — хорошая женщина

Глупый волк (сказка)

[показать]Жил-был глупый волк. Был он таким глупым, что даже не мог себе ни­чего добыть на обед. Пошёл он ко льву попросить помощи. -  Иди на луг. Там пасётся старая-престарая лошадь. Съешь её, - ска­зал лев. Поплёлся волк на луг. -  Здравствуй, лошадь. Лев разрешил съесть тебя! -  Откуда тебе удобнее начать - с головы или с хвоста? - спрашивает лошадь. - Не лучше ли начать с хвоста? А я пока буду пастись и жиреть. Согласился волк, подошёл к лошади сзади, а она как лягнёт его копытом! [показать]-  Какой я глупый, почему не начал есть её с головы! - завыл волк. Во второй раз пошёл волк просить у льва помощи. Послал лев его на луг, где пасся телёнок. Пришёл волк на луг, отыскал телёнка и сказал, что лев разрешил съесть его. А телёнок и говорит: -  Разве наешься ты маленьким телёнком? Лучше садись на меня, я отвезу тебя в деревню. Станешь старшим пастухом - вот тогда наешься досыта! Уселся глупый волк на телёнка, и тот побежал. Когда показалось селение, телёнок громко замычал. Тут выскочили люди - кто с вилами, кто с ухватами - и прогнали волка.

- КОНЕЦ -

Всему свое время (сказка)

[399x121]Жил в нашем селе поп-батюшка. Жадный-прежадный. Всё думал, где бы на чём выгадать. Вот пришла пора урожай собирать, хлеб жать. Земли много, самому не справиться. Нанял он трёх батраков. Чуть свет сажает хозяин батраков завтракать. Батраки едят, поп стоит да думает:
— Это что ж выходит, сейчас поедят, а в обед опять их корми. И то неладно получается: сюда с поля придут — сколько времени у работы украдут! В поле обед везти — лошадей гонять жалко. Пускай уж лучше разом и пообедают.
И велел попадье обед подавать. Батракам что! Поднатужились и съели. А поп ещё надумал.
— Раз так, пускай заодно и повечеряют.
Поставили ужин на стол.
Батраки уже и есть не могут.
— И то хорошо! — хозяин радуется. — Этот ужин завтра с утра подадим. Зато им теперь работать без роздыха весь день до ночи.
А батраки иначе рассудили. Смекнули, что к чему. Поужинали — не поужинали, отвалились от стола.
— Спасибо, батюшка, за хлеб-соль, — говорят. — На сытое брюхо хорошо спится.
Один разувается, другой на лавку рядно стелет, третий на пол кожушок бросил.
— Вы что ж делаете?!
— Как что? Спать собираемся.
— Какой сон после завтрака?
— Так ведь мы поужинали. А после ужина спать положено.
Попу и сказать нечего.
Сам себя перехитрил, сам и расплачивайся.

- КОНЕЦ -

Почему у зайца короткий хвост (сказка)

[показать]Как-то раз решил лев раздать всем зверям хвосты. Приготовил он много разных хвостов, чтобы каждому хватило, развесил их на деревьях и позвал зверей выбирать. Пришли звери за хвостами, а заяц увидел, какой лиса себе хвост примеряет, и захотел такой же - большой и пуши­стый. Да второго такого не было. Стал тогда заяц у лисицы хвост отби­рать. Она и говорит: -  Заяц, я тебя больше, мне и хвост больше. А заяц не соглашается, стал спорить и драться с лисой. Пока они спо­рили да дрались, звери все хвосты разобрали. Лиса и говорит: -  Всё, зайчик, без хвоста ты остался. Заплакал заяц, да пожалел его лев. Взял он хвост, из-за которого спор разгорелся, и откусил от него кончик. Пушистый хвост лисе вернул, а белый кончик подарил зайцу. С тех пор заяц с коротким хвостом бегает.

- КОНЕЦ -

Кот-озорник (сказка)

[показать]Жил-был кот-озорник. Любил он забираться в погреба соседей и по­едать там сметану, масло и молоко. За это хозяин и прогнал кота в лес. Идёт кот-озорник по лесу, мяукает грозно. Встретился ему заяц. «Кот, куда ты идёшь?» - спрашивает заяц. «Иду, чтобы съесть всю лес­ную живность!» - отвечает кот. Заяц испугался и побежал что есть мочи. Встречается ему лиса: «Что случилось, дружок? От кого ты бежишь?» «Там бродит кот, говорит, что съест всех», - отвечает заяц. Побежали они вместе. Встречается им волк: «Куда это вы бежите?» А ему в ответ: «Идёт кот, чтобы съесть всех». Побежали звери уже втроём. Навстречу им медведь: «Куда это вы так спешите?» Они ему хором отвечают: «Спасаемся от страшного, злого ко­та». «Я с вами!» - говорит медведь. Теперь их стало четверо. Бегут они, бегут, совсем выбились из сил. Решили отдохнуть. «Мо­жет быть, сварим обед и позовём в гости кота?» - говорит медведь. Все согласились с предложением задобрить страшного зверя. Медведь по­шёл за едой, волк - за водой, лиса - за дровами. А зайцу велели позвать в гости кота. Приготовили волк, лиса и медведь угощение для кота и попрятались кто куда. Медведь забрался на дерево, волк спрятался под ворохом опав­ших листьев, а лиса притаилась под кучей хвороста. В это время заяц по­звал кота. [показать] Узнав про еду, кот бросился к зайцу. Бедный косой чуть не умер от страха и убежал в лес. А кот почуял запах угощения, попробовал, обжёг­ся и стал шипеть да фыркать. Услышав это, лиса испугалась, решила по­лучше спрятаться - и пошевелилась. Кот подумал, что это шуршит мышь, и, прыгнув на кучу хвороста, вцепился лисе когтями в ухо. В ужасе лиса выскочила из-под ветвей и что есть мочи бросилась прочь от кота. Испу­гался кот, отпрыгнул и угодил прямо волку на голову. Решив, что пришла его смерть, волк кинулся в лес. А кот и сам не заметил, как оказался на де­реве, где сидел медведь, который от страха с шумом рухнул на землю. Ис­пугался и кот. Три дня и три ночи просидел он в страхе на том самом де­реве и лишь потом спустился вниз и стал снова бродить по лесу.

- КОНЕЦ -

Заяц и лев (сказка)

[показать]Жил в одном лесу лев, и не было от него житья остальным зверям. Когда невмоготу стало терпеть бесчинства злого льва, обитатели леса устроили большой совет. Решили они послать ко льву зайца, который обещал перехитрить льва. Пришёл заяц к злому льву и говорит: -  Звери решили бросать жребий, кому твоей добычей становиться. Сегодня не повезло мне. - Долго же ты шёл, - сердито сказал лев. -  Меня послали тебе на обед, - испуганно ответил заяц. - А на завт­рак к тебе должен был прийти мой брат. Но ему по пути встретился дру­гой лев и съел его. Злой лев осведомился, где прячется тот нахальный лев. -  Недалеко отсюда, - ответил заяц. -  Веди меня к нему, - прорычал лев, - я ему покажу, кто здесь хозяин! Пришли они к глубокому колодцу. -  На дне этого колодца живёт тот лев, - говорит заяц. Заглянул лев в колодец, видит: и правда сидит там лев. - Я тебе покажу! - рявкнул злой лев своему отражению и прыгнул в колодец. Просидел он там целый месяц, а когда выбрался, перестал обижать зверей.

- КОНЕЦ -