Про злого хана Улузуна (сказка)
В одной юрте жили сестра с братом. Девушка была красавицей. Узнал про нее злой старый хан Улузун и решил взять к себе пятой женой. Брат сказал хану, что он не позволит увезти свою сестру из юрты. Хан рассвирепел и решил дать смельчаку три задачи. Если юноша ошибется — голову долой.
Первая задача — узнать, сколько лет живет заяц. А как спросить у зайца — юноша не знал. В юрту пришел опечаленный. Сестра обо всем расспросила его, а сама рукой махнула:
— Это дело легкое. Вон в долине растет земляника. Беги туда, ложись и слушай.
Юноша лег среди ягод. Вскоре пришел заяц, посмотрел и от радости передними лапками захлопал:
— Шестьдесят три года прожил, а такой ягоды не видел!..
Юноша пришел с ответом. Хан посмотрел в большую книгу: зайцу, в самом деле, шестьдесят три года! Удивился хан, дал вторую задачу — узнать возраст дедушки-медведя.
Юноша почернел от горя, — никогда с дедушкой-медведем не разговаривал, боялся его. Пришел юноша в свою юрту, а сестра ему говорит:
— Это мы тоже узнаем.
Дала ему три шапки и сказала:
— Иди в долину, садись у горы, одну шапку надень себе на голову, другую — на правое колено, третью — на левое…
Юноша сделал, как сестра советовала. Сидит и покачивается.
Вот идет дедушка-медведь. Смотрит — перед ним трехголовый человек!
Дедушка встает на задние лапы, от удивления головой покачивает:
— Семьдесят восемь лет прожил, а трехголового человека не видел! Это, наверно, непобедимый силач!..
Юноша пришел к хану и дал ответ. Хан в книгу посмотрел — ответ правильный. Видать, этот парень умный. На таких задачах его погубить невозможно.
И хан сказал:
— Завтра придешь обучать верховой езде моего вороного жеребца с девятью ушами.
Юноша загоревал: никто не ездил на жеребце с девятью ушами. Убьет его дикий конь. Сестра опять успокоила брата:
— Я сделала три железных кнута, — сказала она. — Этими кнутами ты научишь покорности вороного жеребца с девятью ушами.
Утром юноша пришел на ханское стойбище, поймал вороного жеребца с девятью ушами и давай хлестать железным кнутом. Когда кнут исхлестался, юноша увидел, что конь присмирел, седло на него накинул и сам в седло вскочил.
Конь взвился на дыбы, хотел наездника сбросить, но юноша стал хлестать вторым железным кнутом.
Конь взлягивает, через камни прыгает, а от седока никак не может освободиться. Силы конь теряет.
Когда второй кнут исхлестался, юноша взмахнул третьим. Вороной жеребец заметил новый железный кнут и вскрикнул человеческим голосом:
— Ой, больно мне!..
И тут юноша увидел под собой вместо вороного жеребца самого злого хана Улузуна.
Узнав своего противника, юноша засмеялся и сильнее прежнего взмахнул железным кнутом.
- КОНЕЦ -
Охотник и змей (сказка)
 [показать]Однажды семь охотников вышли на охоту. Шестерым во всём удача: зверь бежит - зверя на бегу подстреливают, птица летит - птицу на лету подбивают. А седьмой охотник точно слепой по тайге бродит. Нет ему удачи.Долго ходили охотники по тайге, устали, сделали привал. Поели они, стали спать укладываться. Да прежде чем лечь, сложили у дерева свои ножи и луки. Только у седьмого охотника лук сломан, а нож потерян. Утром проснулся он раньше всех и видит: окружил их кольцом огромный змей. Стал охотник потихоньку будить товарищей. Разбудил всех. Со страху не знают охотники, что делать. А змей отвёл голову от хвоста, будто пройти охотникам даёт, и опять замер. «Бежим все вместе! Всех сразу не съест», - решили охотники и вшестером вышли из кольца. Змей и глазом не моргнул, словно не видит их. Схватили охотники свои луки, ножи и бежать. О седьмом товарище и не подумали. А он стоит, с места сойти не может, будто держит его змей. Смотрел змей, смотрел на охотника, потом на спину свою покосился и опять на охотника взглянул. «А ведь он хочет, чтобы я к нему на спину сел», - подумал охотник и сел змею на спину. Тут змей расправился, голову поднял и подполз к старому кедру с дуплом. «Погляжу-ка, что там», - подумал охотник. Пошарил рукой в дупле и нашёл свой охотничий нож. Взял охотник свой нож и подумал: «Не такой уж я неудачливый. Теперь мне и змей не страшен. Хотя он мне плохого не сделал». Повернулся к змею, а тот скосил один глаз и будто говорит охотнику: «Садись на спину». Сел охотник к нему на спину. Пополз змей через болота, через реки, через горы и приполз к старому лесу. Добрался змей до дерева, что стояло в стороне, выгнул спину и подсадил охотника на ветку. Потом отполз подальше, голову поднял и зашипел. [показать]И в ответ ему тоже раздалось шипенье - это другой змей из лесу показался. Приближаются змеи друг к другу. Подняли головы от земли, вверх потянулись, зашипели и схватились. Весь день и всю ночь бились. Под утро слышит охотник: стал его змей тише шипеть, слабеть стал. Соскочил юноша с дерева, подобрался к другому змею и острым ножом его ударил. С одного раза надвое перерубил. Тут спасённый змей подполз к нему, голову приподнял и прямо в глаза охотнику посмотрел. И сразу будто силы прибавилось охотнику, и глаз у него стал будто зорче, и рука твёрже. А змей свистнул тихонько на прощание и в глубь леса пополз. Вернулся охотник домой и стал самым искусным зверобоем, потому что мудрый змей за добро отплатил ему добром. |
- КОНЕЦ -
Меткая стрела (сказка)
[330x520]Мээл-батор всю свою долгую жизнь состязался в борьбе со многими удалыми и сильными баторами, но никогда его спина не касалась земли — никто не мог его побороть. Родной народ батора гордился его силой, умом и смекалкой. По соседству жил другой богатырь, молодой, но хвастливый и завистливый батор Ээлэн. Нападать на чужие земли, отбивать чужой скот было первым занятием этого батора.
Прослышав о силе и славе Мээл-батора, хвастливый Ээлэн решил сразиться с соседом. Для этого он собрал триста воинов и двинулся с ними на родину батора Мээл. Прибыв с войском на границу, Ээлэн-батор через посыльного известил старого батора:
— Ты когда-то, говорят, побил моего отца. Поэтому я пришел к тебе с войною. Молодой щенок всегда зубаст — молодой батор всегда силен. Попробуй устоять против меня. Жду ответа до следующего солнца, после этого сразу наступаю…
Мээл-батор спокойно, как и подобает его годам и опыту, принял дерзкий вызов и, в свою очередь, прислал ответ через посыльного:
— Если хочешь мериться силами, — попробуем.
Получив ответ, Ээлэн-батор сердито пробурчал:
— Ага, значит, ты не жалеешь свои гнилые желтые кости, — и поставил в широкой степи Шамша много войлочных юрт и стал ждать рассвета.
В ту же ночь Мээл-батор двинулся в поход против врага. Самое удивительное было в том, что старый батор шел на битву без войска. Он взял с собой только один любимый костяной лук и одну хорошо оперенную стрелу с железным наконечником. А также взял с собой одного лучшего охотника-следопыта. Вот и все войско опытного Мээл-батора!
Старый батор и его разведчик долго шли по широкой степи Шамша, прислушиваясь к ночным шорохам травы. Наконец они увидели множество огней. Сколько их было, трудно подсчитать, как нельзя подсчитать большой табун лошадей, сбившийся в кучу среди степи. Это горели костры, разведенные воинами Ээлэн-батора.
— Много войска привел батор чужой земли. Справимся ли? — спросил охотник-следопыт, с тревогой поглядывая на желтые огни костров, которых не подсчитать самому опытному табунщику или чабану. [показать]
— Попробуем, — загадочно улыбнулся славный батор, — хорошие собаки-овчарки не считают, сколько волков напало на отару овец, а хватают за горло вожака волчьей стаи, которая после того разбегается… Слушай старого батора — иди в широкую степь Шамша, где горят костры воинов чужой земли. Там, среди многих юрт, найди самую большую, самую богатую украшенную юрту. В ней, думаю, отдыхает сам Ээлэн-батор. Скажи ему, что я прошу у него на трубку табаку, так как, торопясь в поход, забыл дома кисет. А сам в это время примечай, каков из себя чужой батор, сколько вершков его тело в длину и ширину, в каком месте своей юрты он постоянно сидит, поедая жирную баранину. Потом найдешь меня на той, северной, горе и расскажешь, что видел. Иди, мой друг, смело…
Вскоре разведчик был среди многих войлочных юрт. И он увидел самую высокую, богато убранную, остроконечную, из белого войлока юрту. Когда он подошел к юрте, то услышал могучий голос, доносившийся из-за белого войлока. Разведчик смерил глазами размеры юрты. Высота ее была больше восьми шагов, ширина — больше шестнадцати.
Стража пропустила разведчика в юрту, так как он был без оружия и хорошо объяснил, зачем пришел к чужому батору.
Ээлэн-батор сидел на белых войлоках прямо под дымоходом, упершись плечами в скаты юрты. По обеим сторонам великана в двух больших котлах кипел желтый чай. У каждого котла работало четверо слуг. Они подавали батору чай чашку за чашкой, которые он осушал до дна одним могучим глотком.
Разведчик поздоровался, сказал:
— Наш батор просил у тебя для знакомства табаку. Торопясь в поход, он забыл свой кисет дома.
— Значит, решил старый верблюд воевать, — усмехнулся Ээлэн-батор, — ну, что ж, передай ему мой табак: пусть еще раз покурит перед смертью, пока у него не почернел живот.
И великан отсыпал из своего кисета крепкий красный табак.
Разведчик вернулся к своему батору, который поджидал его на северной горе, и подробно рассказал обо всем, что видел.
Не забыл передать и хвастливые слова батора чужой земли.
— Вот он какой, — спокойно улыбнулся Мээл-батор. — Ну, что же, посмотрим, чей живот вперед почернеет…
И он обратился к разведчику-следопыту:
Медведь и Чалбача (сказка)
Жил охотник по имени Чалбача. Однажды пошел он за ягодами и увидел в тайге медведя. Говорит ему медведь:
— Здорово, Чалбача, куда путь держишь?
— Здорово, медведь, ягоды ищу. Не знаешь ли, где много ягод?
— Конечно, знаю. Ведь я хозяин этой тайги. Давай померяемся силами, и, кто сильней из нас, тот эти ягоды есть будет.
[300x474]Растерялся Чалбача, а потом говорит:
— Хорошо, давай померяемся силами. Вот два дерева растут. Одно ты ударишь, другое я ударю. Если деревья свалятся, — значит, силы наши равные. Если только у тебя свалится, — значит, ты сильнее. Если от моего удара дерево упадет, — значит, я сильнее. Встретимся здесь завтра с восходом солнца. Кто сильнее, того и ягоды.
Медведь согласился:
— Ладно, дерево свалить — пустяк!
После этого медведь пошел ягоды искать, а Чалбача отправился домой. Пришел домой и стал ждать ночи. Когда стемнело, взял Чалбача пилу и пошел в лес. Там он подпилил одно дерево так, что оно чуть держится. Пилу спрятал в траве, сел и стал ждать медведя. С восходом солнца пришел медведь. Чалбача говорит ему:
— Ну, давай деревья валить!
— Давай.
Подошли они к деревьям, Чалбача и говорит:
— То, которое с левой стороны, ты ударишь, которое с правой — я ударю.
Медведь на задние лапы встал и со всего маху по дереву ударил. Дерево покачнулось, даже корни затрещали, но выправилось и снова стоит.
Чалбача говорит:
— Ну, теперь посмотри, как я ударю. Хватил он со всего маху по подпиленному дереву, дерево покачнулось и свалилось.
— Ну, кто сильней — я или ты? — спрашивает Чалбача.
— Оказывается, ты сильней, — говорит медведь. — Больше уж не буду я с тобой спорить. Пойдем ко мне в гости.
Пришли они в дом медведя. Медведь говорит:
— Я костер разведу, а ты с этим котлом за водой сходи.
Около медвежьего дома стоял большущий котел. Чалбача еле-еле поднял его и понес к реке. Донес — из сил выбился. Поставил на берегу и стал вокруг котла яму копать.
Увидел это медведь, бежит к нему и кричит:
— Что ты делаешь, зачем яму копаешь?
— Хочу этим котелком всю воду из реки вычерпать и сразу всю тебе принести.
Испугался медведь:
— Если реку высушишь, я без воды останусь.
Взял он сам котел, воды зачерпнул и домой понес. Чалбача за медведем идет, посмеивается. А медведь, как пришел в свой дом, тотчас дверь на большой крюк запер и думает: «Что за силища у этого человека: деревья ломает, реку вычерпать может».
Так и не впустил медведь Чалбачу к себе в дом. А тот и рад, что от медведя хитростью отделался.
- КОНЕЦ -
Медведь и бурундук (сказка)
Проспал всю зиму медведь в берлоге. Потом, когда стало согревать землю солнце, медведь вылез из берлоги, пошел по тайге. Был он голодным, ведь всю зиму ничего не ел, только лапу сосал.
Идет он по тайге, пищу ищет. Шел, шел, ничего не мог найти. Видит — пенек стоит. Схватил этот пень передними лапами, обнял и давай выворачивать. Нет сил у медведя и ничего он не может сделать, ослабел за зиму.
Выскочил из-под пня бурундучок и спрашивает медведя:
— Почему ты такой сердитый? Что случилось У тебя?
— Голоден я. Нет ли какой пищи у тебя?
— Есть! — говорит бурундук. — Только достать ее надо. Я ее с осени припас.
Потом ушел бурундук в свой чум. Оттуда он принес сладких ягод, корней и кедровых орехов.
— Ешь, дедушка! — угощает своими запасами бурундук медведя.
Медведь набросился на еду и тотчас все съел. Потом он погладил лапой спину бурундука и похвалил его.
— Маленький ты зверек, а накормил меня, старика.
У бурундука образовались на спине пять полосок.
С тех пор у всех бурундуков стало на спине пять черных полосок.
- КОНЕЦ -
Лисица и росомаха (сказка)
Задумала старая росомаха со своим стариком новые места для жилья поискать.
Слух шел, что за рекой и лес гуще, и пищи больше.
Вот и решили они свой чум и все свое добро через реку переправить и там поселиться.
А лодки для перевоза у них не было. Пошел муж росомахи в лес бересту драть, чтобы лодку сшить. А старуха свое добро в мешки сложила и села на берегу его поджидать.
Смотрит она: плывет по реке лодочка, а в ней лисица. Причалила лодочка, прыгнула лисица на берег.
— Здравствуй, бабушка! — говорит она росомахе.
— Здорово, лисонька!
— Что ты тут делаешь?
— Да вот своего старика поджидаю. Пошел он в лес бересту драть, надо лодку сшить. За реку кочевать хотим.
Посмотрела лисица на большие мешки с добром, оглянулась кругом и говорит:
— Пока твой старик бересту дерет, давай я начну ваше добро за реку переправлять. Вещи перевезу, а потом и за тобой приеду.
Обрадовалась росомаха, схватила мешки и потащила в лодку. До краев поклажи набралось. Хочет росомаха сама на мешки сверху сесть.
— Погоди, бабушка, — говорит лисица, — лодка полная, тебе не поместиться. Этак и потонуть можно. Сначала я вещи перевезу, а потом и тебя.
Оттолкнулась лисица веслом от берега, лодка и поплыла по течению.
— Ты куда же? — кричит росомаха.
— Меня, бабушка, река несет. Никак не удержаться.
— Эй, лиса, ты к тому берегу правь!
— Не бойся, бабушка, приплыву, куда надо.
Смеется лисица и все дальше и дальше со старухиным добром уплывает. Поняла тогда росомаха, что обманула ее хитрая лиса. Села она на камешек у воды и заплакала.
Летел мимо дятел. Услыхал он, что росомаха плачет, и говорит ей:
— Кто тебя, бабушка, обидел?
— Да лиса меня обокрала. Все мое имущество увезла… Что мне за это от старика будет!
— Не плачь, бабушка, — говорит дятел, — мы лису перехитрим.
Вспорхнул дятел и полетел напрямик через лес. Обогнул он большой мыс, сел на кустик и ждет, когда лисица до него доплывет.
Видит: вдали лодка показалась. В лодке мешки лежат, а на мешках лисица сидит. Поравнялась лодка с кустом, дятел и просит:
— Лисичка, лисичка, возьми меня к себе в лодку.
— А откуда ты? Куда путь держишь? — спрашивает лисица.
— Я в тайгу летал, крыло лечил. Теперь обратно в свой чум тороплюсь, да с больным крылом лететь трудно. Подвези!
— У меня в лодке места мало, — говорит лисица. — Куда я тебя дену?
— А я тут вот в уголке пристроюсь. Я маленький, мне много места не надо.
Спрятался дятел за мешками, его и не видно.
Плывут они дальше. Лиса на корме сидит, весло держит и лодку между камнями ведет. А дятел уткнулся носом в дно лодки да и долбит его незаметно. Тюк да тюк! Тюк да тюк!
Тонкая береста и прорвалась. Стала в лодку вода набираться.
— Что это, никак, лодка течет, — спрашивает лиса в испуге.
— И верно, течет, — отвечает дятел, — должно быть, где-нибудь на бересте шов разошелся.
— Надо к берегу пристать, лодку починить, — говорит лиса.
Стала она к берегу править. Причалила лодка к камешку. Выскочила лисица и говорит дятлу:
— Ты вытаскивай мешки из лодки, а потом и лодку на берег тащи. Надо ее вверх дном перевернуть и дырку найти. А я пока в лес пойду, еловой смолы поищу. Заделаем дырку и дальше поедем.
Только лисица в лесу скрылась, дятел сломил с кустика прутик, заткнул им дырку в бересте, сел в лодку и поплыл обратно к росомахе.
Бежит лиса из лесу, смолу несет. А лодка уж далеко по реке отплыла.
Так и ахнула лиса.
— Дятел! Негодный! Вернись сейчас же! Слышишь?
— Нет, лисица, не вернусь, — отвечает дятел.
— Да ведь ты утонешь! В лодке дырка!
— А я ее прутиком заткнул.
— Вернись назад, разбойник!
А дятел смеется и плывет дальше.
Приплывает он к месту, где чум росомахи стоял. Слышит: бранит старик старуху и вместе с ней плачет.
Выскочил дятел из лодки, бежит к старикам.
— Не плачь, бабушка!
Лисица и птичка (сказка)
Жила птичка, ее гнездо находилось высоко на дереве. Однажды к птичке пришла лисица и, чтобы полакомиться чем-либо, стала просить яйцо, при этом запугивала ее.
— Если ты не дашь мне своих яиц, то я к тебе взберусь на дерево, а если не смогу взобраться, то дерево срублю.
Птичка испугалась и отдала все свои яйца лисице. Лисица яйца птички съела и отправилась в свою нору. Птичка осталась и плачет по своим яичкам. Приходит к птичке рябчик и спрашивает ее:
— О чем ты плачешь?.. Скажи-ка мне.
Птичка рассказала рябчику, что лисица съела у нее яйца.
— А зачем ты их давала ей? — говорит рябчик птичке.
— Ну как же я не отдам, когда она мне сказала: «Если ты их не отдашь мне, я взберусь к тебе на дерево, а если не смогу взобраться, то срублю дерево».
Рябчик спросил птичку:
— С каких пор лисица стала лазальщиком и древорубом? Она все врала тебе, если она вторично к тебе явится, то ты не давай яиц. Когда захочет взобраться к тебе или рубить дерево, ты скажи ей: «Когда ты научилась лазать по деревьям и срубать их?» Она ничего не сможет тебе сделать, потому что ни влезать на дерево, ни рубить его не умеет.
И рябчик улетел. Птичка осталась одна…
Лисица снова пришла к ней, стала требовать яиц, запугивая ее:
— Не дашь яиц, взберусь на дерево, если не смогу взобраться — срублю его.
Птичка сказала ей:
— С каких пор ты стала лазальщиком и лесорубом? Ты все это лжешь мне! Рябчик говорил, что ты ничего этого не можешь делать.
Лисица рассердилась и отправилась искать рябчика. Когда она нашла, то увидела в снегу рябчикову ямку, начала тихонько подкрадываться, поймала его и в зубах поволокла в свою нору.
Рябчик и говорит лисице:
— Погоди меня есть, давай сначала поразговариваем.
Вот рябчик и спрашивает лисицу:
— Ты знаешь, лисица, как мычат коровы? Лисица, не разевая рта, сказала:
— М-м-м.
Рябчик опять задает вопрос:
— А как блеют бараны? Лисица, разинув рот, сказала:
— Бя-а-а.
В это время рябчик вылетел из ее рта. Он обманул лисицу.
- КОНЕЦ -
Лисица и налим (сказка)
Лисица увидела на берегу речки налима. Налим лежал у камня и не шевелился. Лисица сказала:
— Налим, ты, говорят, не умеешь бегать? Ты лежишь или спишь?
— Нет, лисица, бегать я умею не хуже тебя, — ответил налим.
— Ты, однако, хвастаешься. Давай побежим к вершине речки, ты увидишь тогда, что я опережу тебя.
Налим согласился. Лисица сказала:
— Когда мы побежим, я буду на каждом мысу останавливаться и окликать тебя, а ты мне отвечай, чтобы мне знать, где ты остался.
— Хорошо, — сказал налим. — Бежим!
Договорились и побежали. Лисица побежала берегом, а налим — речкой около переката. Шум кругом по тайге слышен.
Лисица хотела налима перехитрить. Она знала, что речка эта очень извилиста, но не ведала того, что от устья до вершины живут в ней только одни налимы. Чтобы опередить налима, она оставила извилистый берег и побежала прямо через мысы. Схитрить хотела.
Налим немного проплыл вверх по речке и попросил сообщить скорее вверх своим соседям о споре с лисицей. Велел передать всем налимам, чтобы они на оклик лисицы «Налим, ты где?» — отвечали: «Я здесь».
Лисица бежала еще где-то далеко, а налимы уже сговорились между собой и лежали на своих местах, поджидали ее. Лисица всех зверей обманывала: росомаху, волка обманула, — теперь думала: «Налима обману!»
Лисица выбежала на мыс и крикнула:
— Налим, где ты?
— Тут! — ответил налим, лежавший выше по речке.
Лисица побежала по тайге напрямик. Выбежала на мыс.
— Налим, ты где?
— Я здесь!
Опять оказался налим впереди. Лисица побежала еще быстрее. Но где бы ни вышла она на речку, с какого бы мыса ни окликнула: «Налим, ты где?» — везде слышит голос налима впереди себя.
Лисица не сдавалась. Она еще короче выбрала путь и изо всех сил побежала к вершине речки. А речка все шумит. Стала подбегать и думает: «Теперь-то я буду впереди».
— Налим, где ты? — крикнула лисица. А налим отвечает ей, лежа на боку:
— Здесь я!
С тех пор лисицу прозвали хвастуньей, а речку Налимьей.
Всех лисица обманет, зверя любого обманет, ну, а налима ей не обмануть.
- КОНЕЦ -
Лиса и рысь (сказка)
Идет лиса по бережку, а навстречу ей рысь.
— Здравствуй, лиса! — говорит рысь.
— Здравствуй, рысь!
— Ой, какая у тебя шкура красивая! Что ты делаешь, чтобы такой красивой быть?
— Ничего особенного. Ты тоже можешь так делать.
— Как же? Научи.
— Научу, научу, — отвечает лиса. И смеется про себя. — Вон видишь наледь. Беги туда и ляг. Пролежишь день и ночь и красавицей станешь.
Обрадовалась рысь. Легла на наледь. Лежит, мерзнет.
— Ой, лиса, лиса, я замерзла, — говорит рысь.
— Лежи, лежи! Лучше станешь. Кожа твоя сделается толще, а шерсть пушистее.
— Ой, лиса, лиса! Не могу больше…
— Терпи, терпи!
Не утерпела рысь. Вскочила на ноги. Хочет бежать, оторваться не может. Хвост примерз. Рванулась рысь изо всех сил. Оторвала хвост. Так без хвоста и убежала.
С тех пор и пошли все рыси бесхвостые.
- КОНЕЦ -
Лесной воробей и серая мышь (сказка)
Лесной воробей — это тот самый воробей, у которого на головке красное пятно. Серая мышь — это та самая мышь, у которой на грудке, над передними лапками, косточка широкая выпирает. Живут они в тайге, по соседству друг с другом. Часто встречаются, но никогда не здороваются. Делают вид, будто бы они совсем незнакомы.
А ведь когда-то друзьями были, да еще какими! Вы этого не знаете, ребята? Ну, я расскажу вам, почему они дружбу водить перестали.
Летом однажды встретился лесной воробей с серой мышью. Встретились у ручейка. Приходили воду поглядеть, себя помыть. Вымылись, напились, стали сушить на солнышке свои шубки.
— Скоро зима, — говорит лесной воробей. — У тебя, серая мышь, на зиму все заготовлено? Пищи у тебя много? А то приходи ко мне. У меня на зиму запасец большой, на двоих хватит.
— Ты ко мне зимой приходи, — отвечает серая мышь, — я всего наготовила. Я тебя угощать стану. Вдвоем веселее зимой жить.
— Давай лучше так, сначала ты ко мне на половину зимы гостить, а на другую половину зимы я к тебе приду угощаться.
Разговорились они, похвастались друг перед другом своими запасами и решили зимовать вдвоем.
— Будем друг другу сказки всю зиму рассказывать, — говорит серая мышь.
— Будем, будем, — отвечает лесной воробей, большой любитель сказок.
— А после сказок вкусно кушать станем, — говорит серая мышь, большая любительница хорошо покушать.
Много приятных слов друг другу наговорили лесной воробей и серая мышь. А когда пришла зима, погасло солнце и холодная ночь опустилась в тайгу, стали они жить вместе.
Серая мышь хотела похвалиться своими запасами и уговорила лесного воробья кушать сначала вкусную пищу из ее кладовой. Лесной воробей согласился.
В мышиной кладовой оказались лакомые припасы. Сушеные грибочки сдобные, ягоды вяленые и сушеные, корешки сладкие и кислые, кедровые орешки масляные, травинки душистые.
Первую половину зимы прожили припеваючи. Сказками забавлялись. Песни пели. Плясали на снегу. Пировали каждый день и говорили друг другу приветливые слова.
Прошла половина зимы. Кончились запасы в мышиной кладовой. Перекочевали друзья в кладовую лесного воробья. Стал хозяин свою кладовую отпирать. Запахло чем-то свежим, смолистым, вкусным. У серой мыши слюнки потекли.
«Вкусно пахнет, — подумала серая мышь, — видно, у лесного воробья запасец на зиму не хуже моего. Хорошо, что я с ним дружбу завела».
Открыл лесной воробей свою кладовую, достает оттуда крошки сосновой коры вместе со смолой.
— Кушай, милая гостья, угощайся!
Попробовала серая мышь воробьиного лакомства. Крошечку пожевала и головой завертела. Смола у нее в зубах завязла. Стала серая мышь отплевываться, стала хозяина бранить:
— Обманщик ты, мошенник! Чем ты меня кормишь? Кто эту дрянь кушать может?
— Да что ты обижаешься? Зачем ты меня срамишь? — уговаривал серую мышь хозяин. — Это лучшая моя пища. Гляди-ка!
Стал лесной воробей клювиком сосновую смолу откалывать по кусочку и вместе с корой глотать. Глотает и говорит:
— Эх, и сладко! Эх, и сдобно! Вот это пища! Зимой вкуснее быть не может. Попробуй ты, уважаемая гостья, попробуй! Ты сначала вкус не поняла.
Попробовала серая мышь еще раз угоститься, выплюнула смолу в снег, совсем рассердилась и закричала на всю тайгу:
— Короед несчастный! Мой запас помог прикончить, а меня мерзлой смолой кормить хочешь! Разве это пища? Ведь мне ползимы голодать теперь придется. Плут ты, обманщик ты, злодей!
— Обманом я не занимаюсь. Плутом никогда не был, — стал сердиться и лесной воробей. — Что сам себе готовил на зиму, тем и тебя кормить хотел. И нечего тебе хвастаться! У тебя была еда хорошая, моя пища не хуже. Вот, смотри, — говорил лесной воробей, смолу клювиком щипал и кушал.
Серая мышь обозлилась, накинулась на воробья драться и прокусила ему головку до крови.
Лесной Воробей обороняться стал, переломил серой мыши кость — ключицу надвое. Кость у серой мыши потом срослась, но
Кто ты? (сказка)
[300x488]Сказывают, жил в лесу славный охотник. Не было для него тайн в родных лесах: знал он всех птиц, всех зверей, какие только водились. И вот однажды повстречал он на охоте диво: на макушке сосны сидела птица величиной с овцу. Удивился охотник и, недолго думая, выстрелил в нее. Птица была так тяжела, что падая, переломала сучья.
«Много я охотился в жизни, но такого чудища не видал», — думал охотник. Взвалил он на плечи и понес домой небывалую добычу. Повстречался с ним шаман.
— Э-э, мэрген (стрелок), на беду тебе досталась эта птица: быть беде! Не к тебе беда придет, а навалится она на улус, на весь народ. И придет беда, слышь, от сердца и печени этой птицы.
Испугался охотник, потому что был он честным человеком и не хотел родному улусу зла.
— Но может беда и мимо пройти, если исполнишь, что я тебе велю, — продолжал шаман. — Станешь ты варить мясо этой птицы — вари. Станешь ты есть мясо этой птицы — ешь, ничего не будет. Только смотри, не ешь ты ее сердца и печени, а свари ты их в отдельном котле. Я приду — и уж я знаю, что с ними делать.
Пришел охотник домой и лег спать. У него были два сына и дочь. Играли они в это время на дворе, и, услыхав запах вареного мяса, забежали в дом. Мать ничего не знала о наказе шамана. Отрезала она кусочек от сердца и дала одному мальчику, отрезала кусочек от печени — дала другому. Вышли мальчики на двор, и что же: один из них плюнул серебром, а другой — чистым золотом. Плюют ребята, надивиться не могут.
Приходит шаман. Идет он, торопится — и прямо в дом. Встречает гостя охотникова жена, подает ему сердце и печень добытой птицы. Так велит обычай: самое лучшее — гостю. Смотрит шаман на блюдо, облизывается, рукава засучивает, за нож берется.
— А ты, дочь моя, никому не отрезала отсюда? — спрашивает он жену охотника.
— Попробовать, только попробовать, — ответила женщина. — Ребята забегали.
Ахнул, позеленел шаман:
— Горе тебе, глупая баба! — закричал он. — Ты наделила своих детей страшной язвой. И горе всему улусу: весь народ умрет теперь. Что ты наделала, что ты наделала, глупая баба!
Ужаснулась охотникова жена, оглохла и онемела от этих слов шамана. А тот трясется весь, скривился, сгорбатился и продолжает:
— Имеешь ты если уши, слушай: убьешь ты, мать, своих детей, вынешь их сердца и печень и отдашь мне, — а я — видят духи! — приму все на себя, отведу от улуса заразу, спасу народ.
Проснулся в это время охотник и понял, что случилось.
Зарыдали они оба с женой, повалились в ноги шаману.
— Страшные слова говоришь ты, шаман-батюшка! Убей лучше нас, оставь только невинных наших деточек.
Еще пуще затрясся шаман, округлились от злобы его глаза, топнул он ногой и закричал:
— Сюда их сейчас же! Слышите? Слышала все это охотникова дочь. Жалко ей стало братишек, выбежала она на двор и говорит мальчикам:
— У нас шаман. Он страшно рассердился на вас, что вы попробовали сердце и печень птицы, велит он убить вас сейчас же.
Поняли мальчики, что им грозит, и говорят сестренке:
— Подкати-ка к нам старую кадушечку, что под рогожей в сарае стоит, подкати ее к нам поскорее.
Побежала сестренка в сарай и выкатывает оттуда кадушечку. Поплевали в нее братья — наполнилась она золотом да серебром. Зарыли ее мальчики в землю и говорят девочке:
— Запомни это место, милая наша сестренка, будет вам плохо, голод ли придет, обноситесь ли, берите из кадки золота и серебра, сколько надо. А мы уйдем сейчас отсюда. Подрастем, найдем шамана и отомстим ему. [показать]
Обняли мальчики сестренку и побежали что есть духу, даром что были босиком.
А шаман, не дождавшись детей, вышел за ними сам. Искал, искал во дворе — нет мальчиков.
Вернулся в дом.
— Это девчонка ваша предупредила мальчишек, и те убежали. Сейчас убейте ее!
Услыхала девочка слова шамана, испугалась страшно и бросилась вслед за братьями в лес.
А в лесу и змее трудно проползти: такой он был густой. Искала сестренка своих браьев, бродила по тайге — даже следов не нашла. Приуныла, запечалилась девочка и уж совсем выбивалась из сил, как увидела в овраге землянку. Зашла туда, а там — никого. Чудно ей показалось:
Кто дал эвенкам солнце (сказка)
Давно это было. В тайге было. Жили эвенки в тайге. Жили да жили, промышляли зверей. Приедут эвенки из рода туруягир к чальчигирцам — праздник большой бывает. Приедут эвенки из рода малюкчэн к киндыгирцам — праздник большой бывает. Над очагом в чуме крюк висит, на крючке котел висит. В котле мясо кабарги ли, сохатого ли, кабана ли варится. Любит эвенк охотиться. Мороз ли, вьюга ли, а он все по сопкам ходит. На деревья глядит — белку ищет. На снег глядит — следы росомахи ли, рыси ли, колонка ли видит.
Собрались однажды эвенки на ночевку, стог сделали. Ерник наломали, сошки да ружья и луки к лабазу поставили. Жарили глухарей и разговаривали.
Вдруг смотрят эвенки и диву даются. Поднимается ягель, а из-под ягеля олень выходит.
У оленя грива золотая, а рога серебряные. И сидит на том олене великий батырь-богатырь Куладай Мэргэн.
Эвенки жуют глухариное мясо и диву даются.
— Как так? — Деды наши жили, отцы жили, такого не видали.
А Куладай Мэргэн ловко на олене сидит. Лук в руках держит, за поясом стрелы. Унты бисером расшиты, а одежды позолоченные из ровдуги сшиты.
Обращается Куладай Мэргэн к эвенкам:
— Зверей вы бьете во впадинах гор, а жилы ваши сохнут.
— Правда, — говорят эвенки.
— Оленей плодите, но стада ваши маленькие.
— Верно, — отвечают старики.
— Холодно вам, пурга завывает, дети болеют, темно кругом. Но есть на свете солнце. Тот, кто поверит, что есть солнце, тот светлой жизнью жить будет, хорошо жить будет.
Приехали на стойбище эвенки. Рассказали своим сородичам, что диво видели.
— Какое такое солнце? Почему чудесный олень был? Почему чудесный батырь-богатырь был?
— Сон, — говорят, — был, мы спали. Во сне все видели. Так жили да жили. Семьдесят лет, и еще семьдесят лет, и еще семьдесят лет. Плохо жили. Весною — темно, летом — темно, осенью — темно, зимою — темно.
Про того оленя забыли, про того батыря-богатыря позабыли.
В роду чальчигир Чакулай родился. Тот Чакулай богатырем был. Сильный был, верткий, храбрый был. Быстрее оленя бегал, коз на бегу стрелял.
Подошел Чакулай к лабазу и говорит:
— Верю, что солнце есть, света хочу: тяжело дышать стало эвенку, жилы сохнут, совсем темно стало.
И показался опять златогривый олень, рога серебряные. И сидит на нем Куладай Мэргэн, весь стрелами обвешан.
Подошел Чакулай к батырю-богатырю, поздоровался и заговорил с ним.
Говорит Куладай Мэргэн:
— Знаю я, Чакулай, что ты славу у чальчигирцев имеешь. Эвенки всех родов тебя знают. Все о силе и храбрости говорят. Ты теперь веришь, что есть солнце. Сплети ты коробочку из волос эвенков, тогда ко мне приходи. Добывать солнце будем.
Исчез опять Куладай Мэргэн. Идет Чакулай, видит: пожар в тайге, лисята горят. Схватил он лисят и спас.
— И мы тебе поможем, — говорят.
Идет Чакулай, торопится.
Смотрит: волчата горят. Спас он волчат.
— И мы тебе поможем, — говорят.
Подходят к озеру большому — карась лежит на песке, задыхается.
Толкнул он карася в озеро.
— И я тебя спасу, — говорит.
Стал Чакулай волоса собирать да коробочку плести. Долго плел, семьдесят лет плел, сделал коробочку.
Идет к лабазу. По дороге гора, неба достигающая.
— Как пройду гору? — говорит Чакулай. Прибежали лисята, превратились в оленей.
Сел на них Чакулай. Дальше поехал. Едет да едет. Лес непроходимый. Колодник, камни большие. Идти невозможно.
Прибежали волчата, превратились в орлов и понесли на крыльях Чакулая. Опустили его на широкой поляне.
Идет он дальше. Озеро большое. Берега не видать.
— Как перейду? — говорит Чакулай.
Вышел карась и перевел Чакулая через озеро.
Перешел он озеро, лабаз стоит.
Как старый Тока эвенков помирил (сказка)
Жили три бедных эвенка пастуха. Жили дружно: в гости ездили друг к другу, в беде выручали друг друга.
Каждый эвенк имел по десять оленей. На каждом олене ставил свою тамгу. Пасли они оленей в разных долинах. Сойдутся, и каждый своих оленей хвалит.
Однажды ночью кто-то оленей эвенков согнал в одну долину и тамгу на всех поставил одинаковую.
Встали утром пастухи, и никто своих оленей узнать не может.
Заспорили эвенки:
— Это мои олени!
— Нет, это мои олени!
Спорили долго, а оленей поделить так и не могли.
Пришли в чум своих отцов. Отцы сошлись, спорили и тоже оленей поделить не могли. Пришли эвенки в чум к своим братьям. Сошлись братья, спорили, спорили и тоже оленей разделить не могли.
Так ходили эвенки из чума в чум, никто не мог разделить их оленей.
Тогда решили они отыскать самого умного в тайге и его спросить. Долго шли и дорогой все спорили:
— Мои олени!
— Нет, мои олени!
Пришли в далекое стойбище, спросили:
— Где самого умного сыскать? Им ответили:
— Шаман Алка — самый умный, силу имеет немалую…
— Не поможет нам шаман Алка, — ответили эвенки. — Сила его темная, худая…
Пошли дальше. Видят: огромное стадо оленей пастухи пасут, стараются. Спросили эвенки:
— Кто хозяин этого стада?
— Мы — хозяева, — ответили пастухи дружно.
Удивились эвенки:
— А тамгу чью ставите на оленях?
— Тамга на всех одинаковая, — ответил старый пастух Тока.
— Как одинаковая? — еще больше удивились эвенки.
Пастухи ушли к стаду. Старый пастух Тока сказал:
— Говорите, эвенки, о своей беде. Помогать будем.
Рассказали эвенки. Выслушал их пастух Тока, трубку из зубов вынул, и видят они через синее облачко дыма, как смеется Тока.
— Я думал, у вас беда большая случилась, оттого так далеко шли…
Эвенки удивленно переглянулись:
— Как разделим оленей: тамга у всех одинаковая?
А пастух Тока спрашивает:
— Дружно ли вы, эвенки, жили? А?
Отвечают:
— Дружно!
— Тогда зачем же оленей пасти врозь, пусть у них будет одна тамга, один хозяин.
Эвенки зашумели, обступили пастуха Току:
— Кто, кто хозяином оленей будет? Кого назовешь из нас? Тебя, старого, слушать будем!
Опять Тока трубку из зубов вынул, облако дыма пустил и говорит:
— Ваше стадо, — вы и хозяева. Обрадовались эвенки, каждый думает: «Как я разбогател: было у меня десять оленей, стало тридцать».
Попрощались они с пастухом Токой и довольные ушли. Идут и говорят:
— Однако, старый Тока самый умный в тайге, другого искать, не найдем.
С того времени помирились эвенки, оленей пасут сообща, тамгу ставят одну.
- КОНЕЦ -
Как перевелись черные гуси (сказка)
Леса поблекли. Закружились сухие листья, травы повяли, птицы притихли. Стая гусей на юг улетала.
Впереди черный гусь летел. Он считал себя самым лучшим гусем на земле. Стая послушно за ним спешила.
Черный гусь голову наклонил, на землю посмотрел; мелькали горы, поля, озера, реки. Черный гусь гордо загоготал:
— Смотрите, каков я!
Стая тоже загоготала. Черный гусь стал похваляться:
— Да, я — лучшая птица на свете! Нет меня смелее, нет быстролетнее. Находятся птицы, которые орла хвалят. Ну, что такое орел? Верно, птица эта суровая, гордая. Однако что эта птица ест? Что? Своих же братьев птиц, мышей поганых, сов вонючих! Нет у орла сердца, в крови клюв у него! Или лебедь! Уж очень уважают его люди: и красив-то он, и ласков-то он, и все любуются им. Какая же это птица, коль служит она людям для забавы? Или утка! Птица ладная, но ведь хозяин озера сделал ее обжорой, отяжелела она, жиром заплыла.
Перебрал черный гусь всех птиц, лучше себя искал, не нашел. Еще громче загоготал. Когда гусиный гогот утих, шум на небе стал слышен. Черный гусь сказал:
— Хозяин неба сердится, дождь будет…
Шум опять послышался, черный гусь оглянулся. Вслед неслась стая белых птиц. Черный гусь засмеялся:
— Пусть догоняют. Я еще не встречал той птицы, которая бы меня догнать могла.
Черный гусь летел быстро, гуси за ним летели, торопились, отстать боялись. Шум слышался близко. Опять оглянулся черный гусь, белые птицы были недалеко. Черный гусь сильнее замахал крыльями, в струнку вытянулся. Гуси совсем заторопились, слабые отставать стали, теряться. Черный гусь хохотал, похвалялся:
— Даже ветер отстает! Нет на свете птицы быстрее меня.
Вдруг будто ураган пронесся над стаей, свист и грохот потряс небо из конца в конец: пронеслась стая огромных белых птиц.
Испугались гуси, камнем попадали вниз.
Черный гусь не заметил, как и сам очутился в грязи, в камышах у Зеленого озера. Над озером плыл пух, летели перья. Волоча переломанные крылья, черный гусь подполз к болотной кочке, притих. Стая смотрела вслед белым птицам-великанам…
Лежит черный гусь возле кочки, слышит слова злые, обидные. Как горячие капли те слова жгут его гусиное сердце. Белоснежная гусыня, поправляя клювом растрепанные перья, шепчет в ухо соседке:
_ Трус наш вожак, однако, трусливее зайца!
Соседка тихо плачет:
— Жалкий он, общипанный гусак… Взгляни на меня, потеряла я свои красивые перья. Улетела бы я с серебристыми великанами…
Как стемнело, гуси заснули. Только сторожевой гусь не спал: стоял на одной ноге, вытягивал шею, чутко прислушивался к ночным шорохам.
Не спал и черный гусь, он думал:
«Как же так? Ведь мне верили, меня любили, меня хвалили. А вот встретились эти белые великаны, и все от меня отшатнулись…»
Из глаз его падали слезы.
На рассвете сторожевой гусь загоготал.
Все гуси с земли взлетели. Лишь черный гусь сидел неподвижно.
Гуси долго кружились над озером, но, куда лететь, никто не знал.
Стая спустилась вновь к озеру. Черного гуся не нашли.
Гуси спрятали головы под крылья, собрались умирать…
— Нет! — раздался смелый голос.
Все гуси встрепенулись, смотрят: поднялся белогрудый гусь, изогнув по-лебединому шею, на кочку высокую взобрался:
— Белые птицы могут спорить с молнией, побеждать бурю! Почему мы, гуси, должны умирать? У каждого свои крылья, свое счастье, своя дорога в синем небе! Вперед, гуси! На юг!
Гуси весело загоготали. Перед отлетом отыскался и черный гусь.
Около болотной кочки лежал он мертвый. Ветер разносил его чёрные перья и пух.
С той поры и перевелись на земле черные гуси.
- КОНЕЦ -
Как медведь оленеводом был (сказка)
[423x560]Паслось как-то на луговине стадо оленей. Напал на стадо тигр. Отбил нескольких оленей и погнал в тайгу. Одного разорвал, а другие от страха убежали. К стаду уже и дороги найти не могли. И стали они сами по себе пастись.
Повстречал этих оленей медведь.
Был медведь уже старый,
охотился плохо; сколько ел — не знаю, а бока у него ввалились и шерсть клочьями взъерошилась.
Увидал медведь оленей и подумал про себя: "Вот удача мне привалила! Заберу я оленей. Оленеводом стану, как люди бывают. Олени приплод давать будут. Мяса мне на всю жизнь хватит. А пасти оленей — велика ли хитрость!"
Обрадовался медведь. Согнал оленей в одно место, к своей берлоге поближе. Сам сел возле, довольный, к оленям присматривается — которого на первый случай зарезать.
Видят олени — не трогает их медведь, стали пастись. Стали мох искать: ходят, головы к земле наклоняют. Смотрит медведь, понять не может — что такое олени делают? Будто слушают что-то... Струхнул медведь, испугался: может, олени слушают, не идет ли хозяин?
Подошел медведь к одному оленю, спрашивает:
— Ты что слушаешь?
Молчит олень, не отвечает. У другого медведь спросил, и тот посмотрел на медведя и тоже промолчал. Смешно оленям: захотел медведь оленеводом стать, а сам не знает, что олени едят!
Бегал, бегал медведь от одного оленя к другому, запыхался даже. Говорит сам себе:
— А тяжелая это работа!
Пока олени весь мох не съели, около той берлоги паслись. Мох съели — стали дальше отходить. Опять медведя страх взял: этак могут олени и совсем уйти. Не знал медведь, что человек за оленями кочует. Стал медведь своих оленей назад загонять. Пока одного к берлоге своей загонит, другой убежит мох искать — из виду скроется.
Совсем выбился медведь из сил, не может оленей обратно повернуть. Пришлось ему за оленями идти. Идет медведь, оглядывается — жалко ему теплую берлогу, старую берлогу жаль. Но и оленей потерять не хочется. Вздыхает, да идет, от берлоги все дальше и дальше...
— Ох, — говорит он, — трудное это дело — оленей пасти! Кабы знал, ни за что бы не взялся!
Далеко медведь от берлоги откочевал. Тут попались ему навстречу волк с лисой.
— Здравствуй! — говорят. — Что ты делаешь тут?
— Да вот, — говорит медведь, — оленеводом стал.
Лиса хвостом завиляла, головой закивала.
— Давно пора, — говорит. — Мы с соседом-волком давно оленями обзавелись. Сейчас хорошо живем, оленье мясо едим.
— Только замучился я с оленями, — говорит медведь.
— Это с непривычки, — отвечает лиса. — Бедный ты, бедный, сосед! С непривычки очень трудно. Не знаю, как ты зимой будешь пасти своих оленей...
Призадумался медведь; это верно — как же ему зимой-то с оленями быть? Ведь зимой его на спячку потянет, а коли он уснет — уйдут олени. Где их тогда искать?
Говорит он лисе и волку:
— Помогите мне оленей упасти!
[показать]А лиса хитрая была. Для виду призадумалась, а у самой одна дума — как бы медведя одурачить. Говорит она медведю:
— Ох, не знаю я, как с тобой быть! Не справимся мы. Очень трудно. Но друг другу помогать надо. Давай твоих оленей. Весной придешь — обратно возьмешь.
Погнали лиса с волком оленей в тайгу.
А медведь пустился плясать, радуется. Говорит себе: "Вот обманул я этих дураков! Всю зиму будут они за рогами гоняться. А я весной и летом буду сыт: все мясо мне достанется!" Побежал медведь в берлогу. На зиму залег.
Отогнали лиса с волком стадо подальше в лес. Перерезал волк оленей. Целую зиму два обманщика были сыты.
Лежит медведь в берлоге, лапу сосет. Во сне оленей видит: ходят жирные-прежирные, сало с них на землю каплет. "Ох и поем я мяска весной" — думает медведь. Чем сильней у него с голодухи в животе бурчит, тем жирней ему олени снятся.
Вот весна пришла. Солнышко снег растопило. Ручьи по земле побежали, стали деревья почки набирать. Очнулся медведь от своей спячки, из берлоги вылез. Идет по тайге, от слабости шатается: бока у него ввалились, шерсть колтуном свалялась.
Приходит косолапый к лисе с волком. А те за
Как люди из темноты вышли (сказка)
Давным-давно в одной земле всегда ночь была. До того темная, что даже звезд на небе не было. А жили там одни белые люди. Не жили — мучались. И был у них один богатырь. Приснился ему сон: будто идет он по дороге. Встречается ему человек-великан, спрашивает его:
— Ты куда идешь?
— Счастья людям искать.
— А где оно? — спрашивает человек-великан.
— Не знаю.
— А я знаю.
— Скажи, дорогой, — просит его богатырь.
— Счастье там, где солнце светит, — отвечает ему человек-великан.
— А как ту землю найти?
— Иди прямо. Там стена будет. Она солнце от ночи загораживает. Кто сломает ту стену — из темноты на свет выйдет. А сломать ее только богатырь может… — тут он и проснулся.
Долго про сон думал. Жене рассказал. Решил в эту землю сходить. Взял с собой быка, важенку и теленка. Теленка у чума за куст привязал и поехал. Долго ли, скоро ли ехал, только на середине дороги остановился и за дерево важенку привязал. На учаге поскакал. А кругом темнота — ни зги не видать. Олень идет да идет. Вдруг остановился, в стену уперся. Слез богатырь с оленя, пощупал, постучал в стену. Из камня, видать, толстая. Попробовал руками свалить — не поддается, крепкая. Плечом нажал — задрожала. Разбежался и всей силой ударил. Стена качнулась, но устояла. Еще силы добавил, нажал. Стена опять устояла. Только проход небольшой выдавил. Видит, за стеной солнце светит. Обрадовался, учага-быка тут привязал. Сам из темноты на свет вылез. Жарко стало. Парку снял, раздетым пошел. Место ровное, цветы везде по земле рассыпаны, озера блестят. В озерах утки и рыба плавает. Думает: «На еду одну убью». Прицелился из лука. Утку убил, к поняге привязал. Дальше пошел. Маленький ручеек ему попался. Смотрит, на мели карась застрял, глубокое место найти не может, обессилел. Он его в руки взял. Думает: «Добавка к утке будет», — и к поняге привязал. Долго шел, устал, есть захотел. У небольшой лужицы присел. Понягу снял, смотрит, а от утки с карасем одни кости остались. Черви съели. Погоревал, что есть нечего, кости утки и карася в лужу бросил, спать лег.
Долго ли, много ли спал, только, когда проснулся, увидел, что в луже вместо утиных костей живая утка ныряет, а вместо рыбьих — множество карасей плавает. «Вот, — думает, — диво! А ну, я воды попробую…» Попил воды. Сразу сытым и полным стал. «А как дальше? Что буду есть?!» Хотел утку поймать, она улетела. У него волосы на голове до пояса были. Оторвал один волос. Сделал из него пять петель и в воду опустил. Трех карасей поймал, за понягу привязал. Думает: «Хорошо под солнцем жить. Надо обратно за народом идти. Из темноты на свет его вывести».
Обратно пошел. Есть захочет, карася немного откусит. Сразу сытым станет. Так до учага дошел. Сел на него и в темноту поехал. Дорогу не видит. Зато учаг знает. К важенке его привел. Он важенку отвязал, на нее сел. Важенка к теленку привела. А тут и чум. Собрал он всех людей. Про светлую землю им рассказал. И захотели все они темноту бросить, к солнцу идти. За богатырем пошли. Стену ту миром сломали. К солнцу вышли.
С тех пор живут они на земле, где солнце светит. Живут, не страдают, горя не знают.
- КОНЕЦ -
Как карась плоским стал (сказка)
Жили два приятеля — медведь и карась. Медведь по чаще бродил, орехи и ягоды ел, на солнышке грелся. А карась в речке плавал, за мелкими рыбешками гонялся.
Часто виделись приятели, подолгу беседовали. Вот как-то раз пришел медведь на берег, а карась его уже ждет, на самом припеке плавает.
— Здравствуй, дедушка!
— Здравствуй, карасик!
— Ну, как живешь?
— Ничего. Только жарко сегодня очень. Шуба-то у меня знаешь какая теплая, а солнце так и печет.
— Так ты лезь ко мне в воду. У меня тут прохладно. Сегодня здесь и птицы, и мышки водяные, и выдры — все купались.
А медведь и морду-то мыть не любил, не то что купаться. Обидным ему показалось, что карась его в воду приглашает.
— Как же я к тебе полезу? Я под водой и дышать не умею. Ты на земле жить не можешь, а я в воде не могу. Каждому свое.
А карасю захотелось подразнить медведя.
— Что ты, дедушка! Я и под водой и на земле жить могу. Видишь, сколько времени у меня нос из воды высунут.
Рассердился медведь. А карась все смеется.
— Хочешь, — говорит, — проверим, кто из нас крепче. Ты попробуй в воду нырнуть, а я тем временем на берег выпрыгну. Кто дольше вытерпит, тот и выиграл.
Не захотел упрямый медведь уступить приятелю. Согласился.
Карась — прыг! — хвостом вильнул, выскочил на берег и в травку лег.
— Ну, — говорит, — а теперь ты в воду полезай!
Страшно медведю стало, а делать нечего. Сунул он в воду кончик носа.
— Нет, нет, — кричит карась, — ты с головой полезай!
Сунул медведь голову в реку — чуть не захлебнулся. Не может он без воздуха быть. А карась кричит:
— Глубже, глубже! Ныряй! А то у тебя на затылке шерсть-то совсем сухая. Этак не считается!
Расхрабрился медведь и в третий раз в воду кинулся, да едва жив остался. И в нос, и в уши вода набралась. Чихает медведь, фыркает, головой крутит, лапами отмахивается.
— Уволь, уволь, — кричит. — Не могу я в твоей речке жить!
А карась издевается:
— Видишь, а я и в речке, и на земле могу. Лежу на травке — и терплю. Значит, я крепче тебя.
Рассердился медведь, размахнулся, да как ударит карася лапой. Был карась круглый и толстый, а тут сразу тонкий и плоский стал.
— Вот таким теперь и живи, — сказал медведь и в лес ушел.
С тех пор и пошли плоские караси…
- КОНЕЦ -
Как журавли стали небесными оленями (сказка)
Было это давно, очень давно. И когда это было, не упомнишь. Собрались у Большого озера все болотные птицы. Собрались и заспорили. Каждая хвалит себя:
— Я лучше всех птиц на земле, — кричит болотный кулик, — быстрее меня ни одна птица не летает!
— Глупый! — отвечает ему утка-нырок, — скажи, кто лучше меня ныряет?
Из-за большой кочки вышел журавль:
— Жалкие вы птицы, взгляните на мои длинные ноги и вы скажете, что журавль — самая лучшая птица!
Услышал это Лесной хозяин и сделал так, что утка стала обжорой, заплыла жиром и отяжелела, болотный кулик сжался — стал маленькой, незаметной птицей, а у журавля высохли ноги, как палки, и не стали гнуться. Потому журавль-самка и высиживает птенцов на высокой кочке, в другом месте сидеть не может: прямые и длинные ноги некуда девать. Все болотные птицы присмирели. Лишь журавль остался недоволен, рассердился на Лесного хозяина и пошел к нему за правдой. В это время Лесного хозяина со всех сторон окружили пташки-пичужки. Они просили Лесного хозяина:
— Помоги! Зимой холодно, а на юг лететь нам тяжело: малы у нас крылышки, устаем мы, падаем, умираем.
И как только показался длинноногий журавль, Лесной хозяин рассмеялся:
— Вот вам, пташки, хороший небесный олень, он будет возить вас на юг…
С той поры, как только поднимутся в небо журавли, чтоб лететь в теплые страны, их окружают пташки. Они торопятся занять получше места. Так каждую осень журавли отвозят на юг пташек, а весной привозят их к нам обратно.
- КОНЕЦ -
Как был наказан медведь (сказка)
Раньше медведь никому житья не давал. Большой и сильный, он то громко рявкнет, не на шутку напугает кого-нибудь, то нечаянно, неуклюжий, придавит насмерть маленьких зверюшек и птиц, то сломает деревья и разорит гнезда, сделанные обитателями леса с превеликим трудом и упорством. Многих обижал и не давал им покоя.
Попытались как-то звери унять хозяина тайги. Ну, куда там, и слушать их не стал. «Не учите меня, — ответил он, — я сам знаю… Что хочу, то и делаю…»
Стояла середина октября. Саянская осень сняла с деревьев пожелтевшие листья и шумом холодного ветра призывала всех готовиться к зиме. Впереди — нелегкая пора года.
И вот звери задумались: как быть дальше с медведем? Если он так же будет вести себя, то добра от него не жди, будет худо. Со всей тайги дружно собрались на свой суглан (собрание) звери, птицы, заполнили поляну, сели на деревья, камни, пни, и было их видимо-невидимо. Собрались решать, что делать с грубияном.
Устроили суд над медведем. Судьей избрали сохатого. Много обид высказали большие и маленькие звери — каждый из них говорил, и стоял такой шум, что, казалось, поднялся ураган небывалый. Медведь такого в жизни не видел — он сжался, стал каким-то маленьким и жалким. Вынесли приговор — наказать медведя, чтобы он был в заточении всю зиму.
С тех пор косолапый зимой не ходит по тайге, а ложится в спячку в наказание за свою грубость.
И намного он присмирел.
Звери сказали:
— Надо жить мирно
- КОНЕЦ -
Изюбр и сохатый (сказка)
Торопливо шагал по Саянам сентябрь. Дни стали короче, ночи — длиннее и холоднее.
Сохатый слышит: всю ночь изюбр громко кричит, издает призывные звуки, мешает спать. Животные и звери тоже, как и люди, дают друг другу о себе знать, зовут, встречаются, беседуют между собой, нежатся и ласкаются. «Подожди, — думает сохатый, — завтра встречусь и поговорю с тобой».
На другой день утром сохатый пошел на водопой и тут встретился с изюбром. Говорит:
— Ты чего, друг, всю ночь кричишь?
— А как же, зову к себе подругу, потерялась она где-то, — отвечает изюбр. Постоял он немного и решил объяснить сохатому: «Думаешь, выдаю себя своим криком? Э-э, нет. Как бы я ни кричал, У меня есть жир в ногах, в них — моя сила. Никакой зверь не догонит… А ты чего стоишь? У тебя, посмотрю, нос такой раздутый, губа толстенная, опущенная…»
Сохатый решил не давать себя в обиду:
— Как бы я нос ни раздул и губы ни опустил, в них — моя сила. Я слышу запах врага за сотни шагов и могу бежать без остановки через весь горный перевал…
Сохатый и изюбр разошлись. Каждый из них говорил о том, чем он жив: у одного могучие ноги, а у другого — крепкий нюх и легкое дыхание.
- КОНЕЦ -