Медведь и бурундук (сказка)

[показать]Проснулся весной медведь, вылез из берлоги, сел на пенёк, потянул­ся и заворчал:«Весна, весна, а есть нечего!» Пошёл медведь добычи поискать. Да не скоро ещё медвежья пища -ягоды и орехи - поспеет. Идёт он по лесу, с боку на бок переваливается. Видит - пень стоит, а под ним кто-то живой копошится. Заревел мед­ведь: «Есть тут кто? Вылезай!» Выскочил из-под пня зверёк-бурундук - он тоже в своей норе всю зи­му спал - огляделся, увидел медведя: «Дедушка медведь, ты чего такой сердитый?» «Это я с голоду! Нет ли у тебя поесть чего-нибудь?» - отве­чает медведь. «Сейчас принесу», - сказал бурундук. Юркнул он в кладовую, где у него запасы с осени хранились, и вы­носит сладкие корешки: «Кушай, дедушка!» - «Спасибо, бурундучок. Маленький ты зверь, а хороший». И погладил медведь бурундука лапой по спине. Ласково погладил, а на жёлтой шкурке бурундука всё равно тёмные полоски от медвежьих когтей появились. Появились, да так и остались. С тех пор у всех бурундуков эти полоски на спинках есть. И когда спрашивают их: «Отчего у вас, бурундуков, шерсть полосатая?», они от­вечают: «А это нас дедушка медведь погладил».

- КОНЕЦ -

Как на свете появились летающие рыбки (сказка)

[показать]

В теплых заливах у берегов Кампучии водятся летающие рыбы. Как же это рыбы стали летать? Послушай-ка старую сказку.
Давным-давно жили на берегу залива два бедных брата-рыбака с женами. У старшего жена была умная и трудолюбивая, а у младшего - глупая да ленивая. Сказала однажды старшему брату его жена:
- Трудимся мы много, а живем бедно. Говорят, в море полно жемчуга. Давай вычерпаем из моря всю воду и наберем жемчужин. Вмиг разбогатеем!
Муж согласился. Наутро они взяли два больших ковша из кокосового ореха, пошли к морю и стали вычерпывать воду из залива. С восхода до заката работали. Вдруг вылез из воды старый краб и спрашивает:
- Вы зачем это вычерпываете воду в нашем заливе?
- Да вот хотим осушить море и собрать со дна все жемчужины, - ответили муж с женою и снова принялись за работу.
А краб нырнул в воду, опустился на дно и поведал обо всем морскому царю - дракону. Выплыл дракон из глубины, увидал, как работают люди, испугался. Коли вычерпают муж с женою всю воду в заливе, то и до океана доберутся. А без воды погибнет его царство! И сказал дракон подданным:
- Живо опускайтесь на дно и принесите наверх по жемчужине!
Принялись сновать морские жители - рыбы, медузы, улитки, крабы. Каждый опустился на дно и вернулся к берегу с крупной жемчужиной. Наполнили муж с женой кокосовые ковши жемчугом и пошли домой.
Узнала жена младшего брата про удачу родственников и говорит мужу:
- Давай и мы припугнем морского дракона - он и нам даст гору жемчуга!
Пошли они к морю, стали черпать воду чашками из тыквы-горлянки. Раз черпнули, другой... Надоело. Ленивая
жена отшвырнула чашку и говорит:
- Работай-ка, муженек, сам а я отдохну!
Муж рассердился:
- Вот еще! Сама начала - сама и доделывай!
Заспорили они, закричали, а потом жена вцепилась мужу в волосы, а он ее начал водой обливать. Шум, гам стоит! Услыхали это морские жители, из воды высунулись, а кто и на берег выполз. Смотрят, хохочут. Крупные рыбы смеются, хвостами по воде бьют. А маленьким плохо видно. Стали они из воды выскакивать, чтобы на мужа с женою поглядеть.
Тут вылез из моря сам дракон. Видит, как жена таскает мужа за волосы, а он ее чашкой по голове колотит. Захохотал тут морской дракон. От хохота его всколыхнулось море, зашатался берег.
Испугались муж с женою, кинулись с берега домой. Жемчуга не добыли, так и остались ни с чем.
А любопытные маленькие рыбки долго еще выскакивали из воды да смотрели, не дерутся ли муж с женою. И часто даже из южных морей сюда приплывали: все охота им узнать, что на берегу делается.
Оттого и вылетают эти рыбки из морской волны. И зовут их летающими.

[520x83]

- КОНЕЦ -

Как мышке жениха искали (сказка)

[показать]Жила на свете одна очень хорошенькая мышка. Настало ей время вы­ходить замуж, и родители решили найти для неё самого сильного на зем­ле мужа. Взглянув на небо, мышь-мать сказала: - Я думаю, что сильнее Ветра на свете никого нет. Мышь-отец не стал спорить с женой. Тогда мышь-мать пропищала нежным голоском: -  Ветер, возьми нашу дочь в жёны. Красивее её ты никого не найдёшь! Ветер обрадовался и согласился жениться на мышке. Но осторожный мышь-отец спросил: - А это правда, что ты самый сильный? - Сильнее меня только Камень. С утра до вечера дую я на него, а с ме­ста так и не сдвинул. - ответил Ветер. Пошли тогда мыши к камню, и мышь-мать пропищала: -  Камень, возьми нашу дочь в жёны. Согласился Камень, но хитрый мышь-отец спросил на всякий случай: -  Правда ли, что сильнее тебя нет никого на свете? - Сильнее меня Буйвол. Каждый день точит он об меня рога, и я ниче­го не могу с ним поделать, - ответил Камень. Отправились тогда мыши в ближнее селение, Буйвола искать. Родители самой красивой мышки нашли Буйвола, и мышь-мать про­пищала: -  Возьми, Буйвол, нашу дочь в жёны! Красивее её никого не найдёшь! Буйвол обрадовался и согласился. Но умный отец спросил: -  Правда ли, что ты самый сильный? -  Сильнее меня Кнут. Я всегда его слушаюсь, - ответил Буйвол. Разыскали мыши Кнут, закричали: - Кнут, сильнее тебя никого нет. Возьми замуж нашу красавицу дочку! -  В углу этого стойла живёт какой-то зверь. Каждую ночь он грызёт меня, и я ничего не могу с ним поделать, - сказал им Кнут. [показать] Мышь-мать и мышь-отец бросились в угол и сразу же нашли неболь­шую норку, где жил молодой красивый мышонок. -  Так вот кто сильнее всех на свете! - обрадовались мыши. - О силь­нейший, женись на нашей дочке! Красивее её на земле никого нет! Довольный мышонок, конечно, согласился жениться на красавице мышке. В тот же день состоялась весёлая свадьба.

- КОНЕЦ -

Как женщина думала мышь перехитрить (сказка)

[показать]Жил на свете дровосек. Однажды рубил он деревья, добрался до старого дерева и, только занёс топор, вдруг слышит, как кто-то жалобно пищит. Опустил он топор, огляделся. Видит: сидит под деревом мышиный король и говорит ему: «Добрый человек, не руби это дерево, здесь мой дом. А я тебе каждый день буду приносить по слитку золота». Согласился дровосек и вернулся домой. Стал мышиный король каждый день по слитку золота приносить. Муж то золото отдавал жене, и принялась она донимать мужа: скажи да скажи, откуда золото. Рассказал дровосек всё по порядку. Раскричалась на него жена: «Дурак ты, дурак. Да ведь всё золото лежит под тем деревом, которое ты не стал рубить. Мышь тебе по кусочку клад выдаёт. Иди, дурак, руби дерево, забери сразу всё богатство». Послушался муж, взял топор, пошёл в лес, срубил дерево, но никакого золота не нашёл и вернулся ни с чем. А мышиный король собрал своих подданных, прокрались они в дом к глупому мужу и его жадной жене и унесли все золотые слитки, которые дали раньше.

- КОНЕЦ -

Живая вода (сказка)

[показать]Давным-давно это было, ещё когда у кедра, ели и сосны иголки каждую осень желтели и к зиме опадали. Пошёл в те времена один человек на охоту. Далеко зашёл. В этих краях никто из охотников никогда не бывал. Увидел он болото. Большое болото, никакому зверю через него не перебежать, никакой птице не перелететь. Охотник подумал: «Интересно, а что там, за болотом?» Так ему это узнать захотелось, что разбежался он и перепрыгнул болото. Смотрит - такая же там земля, такая же трава, такие же деревья. «Незачем было и прыгать!» - подумал охотник и вдруг от удивления рот разинул. Стоят на полянке осёдланные зайцы. А из-под земли, из норок, выходят люди, только совсем маленькие, не выше зайца. Охотник их спрашивает: -  Вы кто? -  Мы вечные люди, - говорят человечки. - Умываемся живой водой, никогда не умираем. А ты кто? -  Я - охотник. Самый старый человечек, с белыми волосами, вышел вперед и сказал: -  Неизвестно откуда появился в нашей стране большой страшный зверь. Не поможешь ли нашей беде? -   Отчего не помочь? - ответил охотник и пошёл искать большого зверя. Пошёл охотник большого страшного зверя искать, вдруг видит - след куницы. Как, думает, такую добычу упустить! Выследил охотник куницу, убил, дальше ищет. Всю страну вечных людей исходил, ни одного большого зверя не увидел. Вернулся к человечкам и говорит: -  Не нашёл вашего большого зверя. А человечки увидели куницу и закричали: -  Он это! Он и есть! Лапы толстые, когти острые! А самый старый человечек сказал: -  Спасибо тебе, охотник. Жди нас в гости, привезём мы вам живой воды. Охотник опять болото перепрыгнул, в свою долину вернулся. Стали ждать гостей, вечных человечков, а те всё не едут и не едут. [показать] Зима наступила. Как-то отправились женщины в лес за хворостом. Вдруг видят: скачут зайцы, много зайцев. Пригляделись женщины - на каждом зайце маленький человечек сидит, в руках кувшинчик держит. Стало женщинам весело, принялись они смеяться. Обиделись вечные люди. Все разом выплеснули воду из кувшинчиков на землю и повернули назад. Так и не получили люди живой воды. Досталась она сосне, кедру да ели. Вот они и стоят круглый год зелёные. Никогда их хвоя не умирает.

- КОНЕЦ -

Дух который меняет людей (сказка)

[показать]Когда-то давно у вождя острова Ревы была дочь редкостной красоты. С других островов приплывали юноши и взрослые мужчины, отчаянно гнали по океанским волнам каноэ, чтобы только увидеть жемчужину острова Ревы и попросить её себе в жёны. Ни от кого не пряталась дочь вождя, была со всеми приветлива, но ни один из женихов не смог добиться согласия красавицы.
Каких только даров не приносили вождю влюблённые островитяне: изящные скульптурки, вырезанные из дерева, диковинных рыб и моллюсков, добытых в прозрачных лагунах, ожерелья из китовых зубов – всё было напрасно. Вождь решил, что его дочь сама выберет себе мужа. Так сильно он любил дочь, что не хотел её принуждать. А может быть, просто отец боялся с ней расстаться! Ведь каждый день видеть, как она улыбается, как сияют её тёмные глаза, яркие, как звёзды над островами, было для него настоящим счастьем. Пришёл к нему как-то свататься странный человек. Вроде и красивый, и говорит складно, и татуировка у него такая необыкновенная, так и переливается, как змеиная кожа на тропическом солнце. Дары принёс богатые, сказал, что он вождь одного из самых далёких островов. «Отдай мне свою дочь, богаче меня только владыка океана, будет моя жена жить лучше любой смертной».
Задумался вождь, подарки разглядывает, а сам гостя оглядывает. Не нравится ему жених, что-то в нём не то. Уж больно глаза холодные да злые, да и заносчив очень.
Отказал вождь незнакомцу, тот так рассердился, что копьё с досады сломал и говорит:
– Не будет она моей женой, так и ничьей не будет.
И больше его никто не видел, только советник вождя Мата-ни-Вануа вздохнул от недоброго предчувствия. Понял он, что не человек это свататься приходил, а Дух-который-меняет-людей. Этот Дух поселился на острове с незапамятных времён. С тех самых, когда животные были близкими родичами людей и могли легко принимать человеческий облик. Мата-ни-Вануа не стал расстраивать вождя и не сказал ему о своей догадке.
Настало время, и дочь вождя сама пришла к отцу и сказала, что нашла себе мужа и теперь будет жить в его хижине. Она выбрала сильного и отважного сына вождя соседнего острова. Он был удачливым рыбаком и лучше всех пел и танцевал на праздниках. Вот только не долго пришлось ей быть счастливой. Не долго пришлось петь и танцевать. Прошло совсем немного времени, и её любимый утонул. Не вернулся с промысла.
А ведь совсем немного времени оставалось до рождения их первенца, и дочь вождя вернулась к отцу, на родной остров. Глаза её уже не сияли так ярко, и улыбка почти не освещала Прекрасное лицо женщины, но всё равно отец был рад её возвращению. И с нетерпением ждал рождения внука.
Но дочь вождя, самая красивая женщина острова, родила не человека, а крошечного змея. И все островитяне решили, что она ведьма. Не может обычная женщина иметь сына-змея. Да и красота её одно несчастье приносит – неспроста, видно, утонул её муж, неспроста всё меньше рыбы добывают они в океане, и всё чаще гаснет огонь в земляных печах.
Испугались жители острова Ревы. Если и дальше ведьма будет жить среди них – не миновать им новых несчастий. «Надо убить ведьму и змея»,– так думали все. Так поступали ещё в те времена, когда люди только-только научились добывать огонь и возвысились над животными. Так надо поступить и теперь.
Но вождь острова Ревы очень любил свою дочь. И приказал построить далеко в горах дом. Доставить много еды, разбить огород и отнести огонь, чтобы можно было готовить пищу в земляной печи.
– Я всегда гордился тобой и был рад, что ты опять вернулась жить ко мне,– сказал дочери вождь,– но я не могу вынести возле себя змея. Если он останется здесь, рассерженные люди убьют и его, и тебя. Я повелел построить дом в горах, там ты можешь жить.
– Я не хочу уходить от тебя, отец,– робко сказала молодая мать.
– Так оставайся со мной. Я велю охотникам убить мальчика-змея или отнести его в лес и оставить там.
– Нет-нет,– закричала дочь.– Он действительно мой сын. Ведь не он виноват в том, что Дух-который-меняет-людей обратил его в змея. Мы уйдём в горы и будем жить в доме, который построили твои слуги.
– Я знал, что ты поступишь именно так,– произнёс вождь грустно.– Возьми своего сына и уходи. Больше мы никогда не увидимся. Если тебе когда-нибудь потребуется моя помощь – зажги костёр, и я пришлю кого-нибудь.

Джэми Фрил и юная леди (сказка)

[показать]В давние времена жил-был в Фаннете со своей матерью парень по имени Джэми Фрил, единственная опора бедной вдовы.
Средь соседей слыл Джэми самым заботливым сыном во все времена. Но только жили от них поблизости ещё и другие соседи, только видывать их он не видывал, и редкому смертному они открывались, разве что перед Майским Днём да в канун Дня Всех Святых.
Говаривали, что местом обитания этого весёлого народца был старый полуразвалившийся замок, что находился в четверти мили от хижины Джэми. Каждый раз в канун Дня Всех Святых окна древнего замка загорались огнями, и прохожие подмечали, что внутри замка снуют маленькие фигурки и слышатся звуки волынок и флейт.
Частенько посматривал издалека Джэми, как пляшут в окнах маленькие тени, слушал чарующую музыку и думал: что же там у них творится внутри? Вот как-то в канун Дня Всех Святых встаёт Джэми, берет свою шапку да и говорит своей матери:
– Пойду-ка я, матушка, в замок, попытаю счастья.
– Что ты! – всполошилась мать.– Не будь таким безрассудным и отчаянным! Ведь погубят они тебя, что ж тогда со мною станется?
– Не бойся, матушка, ничего они мне не сделают. Так просто меня не возьмёшь.
Вот пошёл он, пересёк картофельное поле, тут уж и замок видать: из окон льётся свет, и от того света бурая, ещё не облетевшая с яблонь-дичков листва так и горит золотом.
Постоял Джэми в роще, примыкавшей к старому замку, прислушиваясь к шумному веселью эльфов, к их смеху и пению, и с новой решимостью зашагал вперёд.
Видит – за окном множество человечков, самый крупный из них ростом не выше ребёнка-пятилетки, выплясывают под аккомпанемент флейт и скрипок, бражничают да пируют,
– Милости просим, Джэми Фрил! Милости просим, Джэми! – встречает честное общество нового героя.
– Просим! Просим! – точно эхом прокатилось по залу.
Время летело незаметно, и Джэми веселился от души. Как вдруг говорят ему хозяева:
– Нынче ночью мы полетим в Дублин выкрасть одну юную леди. Не хочешь ли с нами, Джэми Фрил?
– Конечно, хочу! – воскликнул сгоряча парень, так ему не терпелось поучаствовать в приключении. У крыльца их поджидали кони.
Вскочил в седло Джэми Фрил, и взмыла его кобылица под облака. Вот он вместе с эльфами пролетает над материнским домиком, но мчатся они всё вперёд и вперёд, летят над крутыми горами и пологими холмами, чуть ли не всю Ирландию облетели они, пока наконец не добрались до Дублина. Прибытием своим эльфы почтили не какую-нибудь развалюху, а один из прелестнейших домиков на Стивене Грин.
Приземлились эльфы под окошком. Глядит в окошко Джэми Фрил, а там в постели средь роскошных подушек спит красавица. Подхватили её эльфы и потащили с собой, а взамен неё в постельку палку бросили, которая тотчас приняла облик девушки. Посадили юную леди перед одним из всадников и помчались; тот провёз её немного, передал другому, и так всю дорогу.
Вот уж и родной дом недалеко. Тогда Джэми и говорит: [440x229]
– Вы уж каждый по очереди юную леди везли. Дайте и мне её провезти хоть чуть-чуть!
– Конечно, Джэми! – с готовностью отвечают эльфы. – Верно! Теперь твой черёд, бери её!

Прижав к себе драгоценную ношу, ринулся Джэми вниз и прямёхонько к материнским дверям. И тоже – скок вниз к дверям.
А Джэми крепко держит, хоть и не поймёшь уже что, потому как маленький народец во что только юную леди не превращал – то в руках у Джэми оказывалась чёрная собака, лает и куснуть норовит; то ярко светящийся железный прут, слава Богу, что не раскалённый; то вдруг тюк шерсти. Но всё же не отпускает свою ношу Джэми. Ну, эльфы, ничего не добившись, повернули было на попятный, как вдруг один из них, махонький такой, меньше всех, как заверещит:
– Что ж, Джэми Фрил, сумел ты у нас её отнять, да только проку никакого тебе от неё не будет, потому как напущу я на неё глухоту и немоту!
Сказал и будто что на девицу накинул.
Вот удалились эльфы не солоно хлебавши, а Джэми Фрил отодвинул щеколду да и входит в дом.
– Господи, Джэми! – встречает его мать. – Где же ты всю ночь пропадал? Что они с тобою сделали?
– Да

Голубой ковёр (сказка)

Жил царь. И был у него единственный сын. Вот вырос царевич, взрослым юношей стал. Глядит на него царь, любуется и думает:
«Старею я. Надо бы мне царство сыну передать. Хорошо, кабы и у него маленький наследник рос. Тогда мог бы я умереть спокойно».

[показать]

Вот подзывает он однажды царевича к себе и говорит:
— Не время ли тебе, сынок, невесту себе поискать? Пора и своей семьёй обзаводиться.— И повёл его царь в большую залу. Все стены её портретами были увешаны — и на всех портретах девушки нарисованы, одна другой красивее, одна другой милее.
— Вот, сынок,— говорит царь,— выбирай себе жену.

[показать]

Обошёл царевич всю залу, все портреты разглядел и говорит отцу:
— Нет, батюшка, не могу себе по сердцу ни одной выбрать. Все они красавицы, слов нет. А ни к одной из них у меня душа не лежит. Позволь мне лучше самому всё наше царство обойти. Может быть, я и встречу свою суженую.

[показать]

Царь согласился, и отправился царевич в путь.
Ходит он по родной земле, ходит по горам, по виноградникам, в древние города заходит, в деревни заглядывает. Много девушек в его родной стране, много красавиц и умных, и добрых, а не лежит к ним сердце царского сына. Но вот однажды в горах, на краю бедного селения, встретил он девушку — стройную, как кипарис, с косами, словно коричневый шёлк. Увидал царевич девушку и понял, что её одну будет любить всю жизнь. Вошёл он к ней в саклю и сел рядом.
— Выходи за меня замуж, красавица,— просит.
— Кто ты?—девушка спрашивает.
— Я— царевич.
— А что ты умеешь делать? Какое ремесло знаешь?
Удивился юноша:
— Ремесла я не знаю. Я же говорю тебе, что я — царевич.
Засмеялась девушка:
— Быть царевичем — это ещё не занятие. Сегодня ты царевич, а завтра нет. Чем тогда будешь семью кормить? Пойди научись какому-нибудь ремеслу. Научишься — тогда выйду за тебя замуж, а нет — больше не показывайся.

[показать]

Опустил голову царевич, вышел из сакли печальный. Какому ремеслу научиться — не знает. Вернулся он во дворец, рассказал отцу о своём горе. Улыбнулся царь:
— Не печалься, сынок. Это дело поправимое.
И приказал он созвать к себе во дворец мастеров-ремесленников со всего царства. Пришли на царский зов кузнецы и печники, бондари и ткачи да плотники. Стоят в золотой зале, ждут царя, между собой шепчутся, не знают, зачем их царь призвал. И вот выходит из покоев царь и с ним царевич. Поклонились им ремесленники.
— Здравствуйте, мастера,— говорит царь.— Собрал я вас сюда вот по какому делу. Хочет мой сын, царевич, выучиться какому-нибудь ремеслу. Кто из вас может его в науку взять?
Зашептались мастера, головами закачали. Нелёгкая это задача — царского сына простому ремеслу учить.

[показать]

— Ну, что же, никто не решается? — спрашивает царь. И подзывает он к себе мастера-слесаря, который во дворце все замки ставил. — Я знаю, ты хороший мастер. Берёшься обучить царевича слесарному делу?
Растерялся слесарь.
— Отчего не обучить, ваше величество? — отвечает.— Да не знаю, угожу ли.
— А сколько времени нужно, чтобы хорошим слесарем стать? — спрашивает царевич.
Подумал слесарь:
— Да года три нужно...

Барабанное дерево (сказка)

- КОНЕЦ -

Чудесный подарок (сказка)

[456x133]В Истрии, в бедном селении, что ютилось на скалистых берегах у самого моря, жил мальчик-сирота. Своего хозяйства у него не было, отец с матерью не оставили ему, умирая, ничего, кроме маленькой лачуги. Пропадать бы парнишке от голода, да пристроился он пасти коров, коз и овец всего селения. Не велико было стадо, так ведь и силёнок у мальчонки немного, он и с этим-то стадом еле-еле управлялся.
Вот однажды погнал он скотину на горную лужайку, где трава погуще да посочней. Смотрит — спят на самом солнцепёке три девушки. Все три — красавицы, друг на дружку похожи — и не различишь. Лица белые, будто первый снег, что на вершине горы выпал, на щеках румянец, словно облачко на ранней зорьке, длинные золотистые волосы по плечам, по траве разметались. Одежды то ли из паутины лесной, то ли из тумана ночного сотканы. Вилы то были, волшебницы вилы, что живут в горах, и в лесах, и в реках, и в тучах. Да пастушонок никогда раньше вил не видел, думал — девушки это простые, что прилегли, усталые, отдохнуть на траве и уснули. Вот и говорит он сам себе:
— Ведь обожжёт солнце их лица, напечёт голову.
Отошёл к краю лужайки, где росли высокие липы, наломал кудрявых веток и воткнул их в землю над головами девушек, укрыл их тенью от жаркого солнца.
Спят вилы, а мальчонка пасёт своё стадо, приглядывает, чтобы коровы не разбрелись, чтобы козы высоко в скалы не забрались.
Перевалило солнце за полдень, тут и проснулись вилы. Увидели ветки над головой, стали друг у друга спрашивать:
— Не ты ли, сестрица, ветки воткнула? Хорошо в тени было спать.
Каждая отвечает:
— Не я это сделала.
— Смотрите, — сказала одна, — вон пастушонок стадо пасёт. Не он ли о нас позаботился? Побежим, его спросим.
Побежали вилы к пастушонку, белые их ноги травы не касаются, на бегу развеваются волосы, что слепят глаза, будто солнечные лучи. Зажмурился мальчонка, в кусты спрятался.
Со смехом его вилы из куста вытащили, тормошат и спрашивают:
— Ты ветки наломал?
Оробел пастушонок, лишь головой кивнул.
Пошептались вилы, и одна дала пастушонку мешочек с золотыми цехинами, а он не то что золотых, а и медных монет отроду не видел.
— Спасибо, девушки, только что делать с этими жёлтыми кружочками? — говорит. — Мне игрушки ни к чему.
Засмеялись звонко вилы и опять зашептались.
— Ну, так слушай, — говорят. — Как погонишь своё стадо домой, что бы за собой ни услышал, не оглядывайся, пока до селения не дойдёшь. Что бы потом ни увидел — всё твоё.
Сказали так и исчезли, будто растаяли, как снежинка на ладони тает. Тут понял мальчик, что не простые это девушки, а вилы-волшебницы. Под вечер погнал он стадо домой. Идёт, не оглядывается, как вилы велели. Вот с горы спустились, к морю вышли. Гонит он стадо берегом. Вдруг зазвенел за его спиной колокольчик, потом другой, потом третий, ещё и ещё. Такой звон-перезвон по берегу пошёл… Не выдержал пастушонок, оглянулся.
Видит — из моря одна за другой овцы выходят, козы, коровы и к стаду пристают. У каждой коровы колокольчик на шее привязан, позванивает. Только вот как оглянулся, ни одна больше из волн не вышла. Да не беда! И без того скотинки много.
Вернулся пастушонок в родное селение. Стал по дворам скотину загонять: у кого две овцы — пять возвращаются, у кого одна корова — три в хлев бредут. Всех сельчан наделил, и самому немало досталось.
Вот и запомни — вилы всё могут. Как ты к ним, так и они к тебе!

- КОНЕЦ -

Честности хитрость не нужна (сказка)

[360x179]Жил крестьянин. Ни молодой, ни старый, ни бедный, ни богатый. Жил вдвоём с женой. Был у них ещё и сын, да он на чужую сторону в солдаты ушёл служить. Отец с матерью всё весточки от него ждали, никак дождаться не могли.
Жена каждое утро, как письмоносцу быть, выйдет на крыльцо, смотрит на дорогу, а письмоносец опять мимо, только рукой махнёт да дальше, на палочку опираясь, шагает. Весна миновала, скоро и лету конец — письма нет да нет.
Вот однажды бедная женщина до полудня на крыльце простояла — совсем не пришёл письмоносец.
— То ли заболел, то ли ни одного письма на всё село не нашлось, — сказала она себе.
А под вечер постучал кто-то в дверь. Перешагнул через порог незнакомый человек. На боку сумка почтарская, и в руке держит долгожданное письмо от сына. Передаёт сын поклоны, пишет, что служба нетрудная, харчи хорошие.
Уж как хозяева обрадовались! Усадили письмоносца, стали угощать всем, что в доме было.
— А где же старый почтарь? — спрашивают.
— Да устал по дорогам ходить. Говорит, буду жить у замуж ней дочки, внуков нянчить. Пора моим ногам отдохнуть.
— А ты что же, — дальше спрашивают хозяева, — давно в письмоносцах ходишь? Вроде мы тебя никогда не видали.
— Да я из того села, что за горой лежит, в верховьях реки. В письмоносцах с нынешнего дня.
— А до того что делал?
— Сам хозяйствовал, как и вы, — отвечает новый письмоносец. — И хозяйство было исправное, и дом, и скотина, и землица. Всё от отца досталось, недавно его схоронил. А мать раньше умерла. Только я хотел жениться, девушку хорошую присмотрел, тут беда и грянула. На исходе весны случилась у нас такая гроза, что и старики не видывали. Ударила молния, вспыхнул сарай с сеном, а потом пламя на дом перекинулось. Ничего отстоять не удалось. Вся усадьба со всем скотом, со всем добром разом сгорела.
Кивает хозяин — ему эта гроза тоже крепко запомнилась.
— Невезучий я! — ведёт своё письмоносец. — Та гроза и град принесла. Узкой полосой град прошёл, и как раз моё поле выбило, всю пшеницу на землю положило, с грязью перемешало. Можно бы ещё поправиться, было чем. Да уж кому не повезёт, не везёт до конца! Вы вот, пожалуй, не поверите, а я правду говорю. Там, где наш огород прямо к реке спускался, стояла корявая старая верба, для всего нашего рода заветная, от деда-прадеда завещанная. Потому что было в той вербе дупло, а в дупле припрятаны деньги на чёрный день. Кто их первый из рода копить начал — не знаю. Однако ни дед мой, ни отец оттуда не брали. Ещё по силам да удаче добавляли, сколько могли. Невелико богатство, но кой-как поставить хозяйство на ноги можно было.
Дослушал хозяин до этого места, встал из-за стола и заходил по комнате. Ходит и слушает. А хозяйка чуть не плачет над чужой бедой.
— Погоревал я над пепелищем, потужил над выбитым полем и бросился к заветной вербе. Тут и увидел — до края моё невезение дошло. Поднялась от дождя река, подмыла крутой бережок, где верба росла, свалила её и унесла. Так вот я и остался ни с чем. Пришлось в письмоносцы наняться. А ночую пока у добрых людей, где вечер застанет. Далеко вперёд не заглядываю, что впереди, не загадываю. Как-нибудь да будет!
— Ну и у нас переночуй, — сказала хозяйка и постелила на широкой лавке.
Мигом заснул усталый письмоносец.
Тут хозяин дал жене знак, чтобы вышла в сени, сам за ней вышел и заговорил тихим голосом:
— Всегда тебе всё рассказываю, а тогда утаил. Помнишь, в ту грозу я старую деревину из реки выловил. Подсушил, распилил да дров наколол. А выходит, это и есть письмоносцева верба. Потому что в дупле я узелок с деньгами нашёл, и монеты там разные — и совсем старинные и поновей. Я молчком деньги припрятал, думал, сын со службы вернётся — ему будут. Жена так руками и всплеснула:
— Что же ты письмоносцу сразу не сказал, не обрадовал человека?
— Да вот с тобой посоветоваться хотел. Раз промолчал, теперь признаваться стыдно. Вот я как надумал: запеки ты деньги в пирог, а тот пирог мы ему в дорогу дадим.
Так и сделала хозяйка. Завела тесто, всю ночь спать не ложилась. Только светать начало — у неё пироги напечены. Один пирог, самый большой да пышный, в сторонке лежит.
Проснулся письмоносец, накормили его и с собой тот пирог дали.
Идёт письмоносец за новыми письмами на почту. А навстречу ему двое, купцы не купцы

У солнышка в гостях (сказка)

[показать]

Однажды большая туча занавесила небо. Солнце три дня не показывалось.

[300x195]

Заскучали цыплята без солнечного света.
- Куда это солнышко девалось? - говорят .- Нужно его поскорее на небо вернуть.

[300x198]

- Где же вы его найдете? - закудахтала наседка. - Разве вы знаете, где оно живет?
- Знать-то мы не знаем, а кого встретим, того спросим, - ответили цыплята.
Собрала их наседка в дорогу. Дала мешочек и сумочку. В мешочке - зернышко, в сумочке - маковинка.
Отправились цыплята.

[300x190]

Шли-шли и видят: в огороде, за кочаном капусты, сидит улитка. Сама большая, рогатая, а на спине хатка стоит.
Остановились цыплята и спрашивают:
- Улитка, улитка, не знаешь ли, где солнышко живет?
- Не знаю. Вон на плетне сорока сидит - может, она знает.

[320x218]

А сорока ждать не стала, пока к ней цыплята подойдут. Подлетела к ним, затараторила, затрещала:
- Цыплята, куда вы идете, куда? Куда вы, цыплята, идете, куда?
Отвечают цыплята:
- Да вот солнышко скрылось. Три дня его на небе не было. Идем его искать.
- И я пойду с вами! И я пойду с вами! И я пойду с вами!
- А ты знаешь, где солнышко живет?
- Я-то не знаю, а заяц, может, знает: он по соседству за межой живет! - затрещала сорока.

[320x210]

Увидел заяц, что к нему гости идут, поправил шапку, вытер усы и пошире ворота распахнул.
- Заяц, заяц, - запищали цыплята, затараторила сорока, - не знаешь ли, где солнышко живет? Мы его ищем.
- Я-то не знаю, а вот моя соседка утка - та, наверно, знает: она около ручья, в камышах, живет.

[320x209]

Повел заяц всех к ручью. А возле ручья утиный дом стоит и челнок рядом привязан.
- Эй, соседка, ты дома или нет? - крикнул заяц.
- Дома, дома! - закрякала утка. - Все никак не могу просохнуть - солнца-то три дня не было.
- А мы как раз солнышко идем искать! - закричали ей в ответ цыплята, сорока и заяц. - Не знаешь ли, где оно живет?
- Я-то не знаю, а вот за ручьем, под дуплистым буком, еж живет - он знает.

[300x203]

Переправились они на челноке через ручей и пошли ежа искать. А еж сидел под буком и дремал.

[x191]

Три червонца (сказка)

[354x280]Жил в горном хорватском селении бедный парень. И отец у него был бедняком, и дед был бедняком, ну и прадед не богаче. Да и все в их селе скудно жили. Если есть у крестьянина две-три овцы и клочок земли с одеяло величиной, он уже хозяином слывёт. А всех беднее был наш парень.
В один год, в один час похоронил он отца с матерью. Погоревал, поставил на их могилу большой камень и призадумался:
«Что мне тут, сироте одинокому, делать! Пойду-ка я в другие места. Свет велик, много кормит народу. Прокормит и меня. Повезёт — разбогатею, а не повезёт — беднее стать нельзя».
Так подумал парень и пустился в путь в чём стоял. Брать ему с собой было нечего, оставлять тоже нечего, да и жалеть не о чем.
С горы спускается — камешки из-под ног катятся. По ровному идёт — пыль постолами поднимает. Не день, не два так шёл и вышел на большую дорогу.
Дивится парень — кого только на этой дороге не увидишь! Богатые купцы с товарами едут, убогие на богомолье бредут, солдат в чужой край на войну гонят. И весело парню и боязно.
«Как-то, — думает, — жизнь моя повернётся. То ли счастье привалит, то ли голову потеряю».
Задумался он и вдруг наступил на что-то твёрдое. Смотрит, в пыли узелок лежит. Поднял узелок — тяжеленько, развязал — даже глаза зажмурил. Три старых золотых червонца сияют у него на ладони.
— Эге, — присвистнул парень, — кинула мне судьба удачу, ухватился я за ниточку. Надо кончик из рук не выпустить, до конца клубок размотать.
Скоро или не скоро, а пришёл парень в большой город. Народ тут так и кишит, словно муравьи в муравейнике. Да парень не робеет, за длинную дорогу пообвык, всего насмотрелся.
Первым делом отправился в кофейню на главной площади. Пробрался в уголок, спросил кофе. Хозяин в его сторону и не посмотрел, но кофе подал. Парень не спеша выпил свою чашечку, а как стал расплачиваться, побренчал в кармане золотыми монетами, вытащил червонец и, не глядя, хозяину швырнул.
Засуетился хозяин, начал кланяться, потом в заднюю комнату побежал, обратно вернулся.
— Как быть, господин, — говорит, — не найти мне сдачи с такой крупной монеты.
А парень пожал плечом, засмеялся и сказал:.
— Да разве я у тебя просил сдачу? Совсем оробел хозяин, ещё ниже кланяется..
Парень говорит:
— Не суетись ты, лучше скажи мне, кто тут в городе самый важный да самый богатый?
— Самый важный у нас правитель города, — отвечает хозяин. — Самый богатый — банщик.
— Ну, с правителем я позже познакомлюсь, — словно про себя говорит парень. — Ас дороги омыться, отдохнуть на мягких коврах неплохо. Ты вот что, хозяин, принеси-ка мне к полудню в баню обед получше, да кофе покрепче, да трубочку с табаком. И смотри, чтобы табак был душистый, я дешёвых Табаков не терплю.
Повернулся и вышел из кофейни.
Все, кто в кофейне кофе пил, с места привстали, вытянули шеи, смотрят, как парень через площадь идёт.
— Ох, не простой это человек, — говорит один. — Не скажу, чтобы я старых золотых не видел, да в руках не довелось держать.
Хозяин головой кивает:
— Ясное дело, не простой! Двадцать лет держу кофейню, а ни разу никто со мной золотыми не расплачивался.
— Может, он сын знатного чиновника, — толкуют люди.
— Чего ж он так одет?
— Да мало ли что, может, нарочно переоделся, нам глаза отвести. Им, знатным, что хочешь в голову взбредёт.
Может, разбойники ограбили дорогой!
— Да он никак в мою цирюльню зашёл?! Ах ты, беда какая! — закричал ещё один. — А я всё на мальчишку бросил…
Оставил цирюльник недопитый кофе, рысью через площадь пустился. Вбежал, запыхавшись. А наш парень гневным голосом ему говорит:
— Я ждать не привык! Думал побриться, да сейчас переду мал. Ты вот что, приходи в полдень в баню, там меня побреешь. Вот тебе плата вперёд. — И швырнул ему второй червонец.
Только парень за дверь, в цирюльню народ набился. Смотрят все на цирюльника. Цирюльник показывает золотой и шёпотом рассказывает:
— Разгневался, бриться не стал. Не привык, сказал, ждать..
— Э, — догадался кто-то, — не иначе, как он сын главного визиря.
— Да уж не меньше, — вставил слово хозяин кофейни.
— Так оно и есть, — сказали все хором.

Суд чертей (сказка)

[399x274]Так уж повелось: где что неладно, ссора ли какая вышла или другая незадача, тотчас поминают чёрта. А ведь черти не самое плохое, что есть на свете. Чёрта по крайней мере сразу распознаешь — рога у него, два копыта да длинный хвост с кисточкой. А дурного человека не всегда поначалу вызнаешь. Он к тебе с улыбкой подойдёт, ясными глазами на тебя посмотрит, приговаривать-ворковать начнёт… Голубь, ну право, голубь, да и только!
Вот, к примеру, как тот опекун, что у вдовы… Э, нет, видно, придётся всё по порядку рассказывать.
Давняя это история, но в Люблине её и сейчас хорошо помнят.
Так вот, жили два брата. Старший — всему отцовскому богатству наследник, у него и дома в Люблине, и лавки, да ещё землица была в имении. А младшему не много после отца досталось, но и бедняком не считался. Жил с молодой женой и малыми детьми в достатке. Только недолго он прожил, простудился, похворал короткое время и умер.
Осталась его жена с детками беззащитной вдовой. Как дела вести, не знает, в счетах-бумагах разбираться не умеет. Тут старший брат мужа поспешил ей на помощь. Сладким голосом говорит, ласковой улыбкой умасливает: так и так, буду о тебе заботиться, все хлопоты на себя возьму, твой интерес блюсти стану. С радостью доверилась ему вдова, сделала его опекуном над собой, над детьми, надо всем имуществом.
Принялся опекун опекунствовать. Отправил три корабля за море с товарами. Один корабль на скалы напоролся, затонул. Вот чудеса: оказалось, это вдовы корабль. Все товары пропали, и за разбитый корабль платить надо. А два корабля вернулись с богатой прибылью — это опекунские корабли..
Прошёл град полосой. Где прошёл — сады побило, поля, огороды. А с остальной земли хороший урожай собрали. Стал по осени опекун доходы да убытки подсчитывать. Нехитро считал: убытки — на вдову, доходы — себе.
Оглянуться вдова не успела, как истаял её достаток, словно масло на горячей сковородке. Мало того, в долгу она у своего опекуна, а на долг ещё что ни день проценты растут. До того дошло, что стал мужнин брат её из дому выгонять с малыми детьми.
Весь Люблин про его чёрные дела знал. Говорили много, а помочь ничем не могли.
Бросилась вдова в суд справедливости искать, защиты просить.
Пока её жалоба от одного судейского крючка к другому переходила, у вдовы и хлеба не стало. Не помогли бы добрые люди, вся семья пропала бы с голоду.
Вот наконец пришёл день суда. Предстали пред судьями и вдова, и опекун.
Сказывают, суд, словно на весах, правду взвешивает. На свою чашу весов положила бедная женщина правоту, вдовью обиду да слёзы детей.
Вдова плачет, опекун посмеивается да усы крутит. У него все хлопоты позади — кому поклон, кому льстивое словцо, кому чарка, кому деньги. На опекунскую чашу легли и мёд, и вино, и сало, и золотые дукаты. Ясно, чья чаша перевесила.
Присудил суд всё имущество опекуну.
Стали после суда горожане по домам расходиться. Кто вдову с детьми жалеет, кто опекуна поносит. Один всеми уважаемый старик к опекуну подошёл и прямо в лицо сказал:
— Неужели в тебе совсем совести не осталось? Хоть и выиграл ты дело, да сам знаешь, что выиграл неправедно.
— Как это неправедно! — возмутился опекун. — Как ты такие слова про судей говорить осмеливаешься?! Да если бы сами черти эту тяжбу решали, в точности так же постановили бы.
— Ох, не поминай чертей, — сказал старик. — Черти чутко спят. Как бы поблизости не оказались.
Вот только стемнело, поднялась метель. Стелет позёмку по переулкам, ветром с ног сбивает, глаза хлопьями слепит. Добрые люди по домам попрятались, собаки в собачьи будки забились. Закрутился вдруг снежный столб посреди города, да так, крутясь, и понёсся по главной улице. А из столба раздаётся неведомо что — и вой, и крики, и уханье, и гиканье, и свист, и писк. Подлетел к суду столб и рассыпался.
Глядят люди в щёлочки между ставнями, отродясь такого не видели: вся нечисть на площади перед судом собралась. Возок на полозьях в конские скелеты запряжён. Вокруг мелкие черти на плётках гарцуют, сами себя плётками подгоняют да в кости вместо дудок дудят, другие факелами размахивают. Дым, чад стоит. А из возка вылезают три толстых важных чёрта, за ними ещё два тощих в длинных париках выпрыгнули. Как только в таком возке уместились! Покричали, посуетились и повалили все в суд.
На ту пору в судейском присутствии двое писцов оказалось. Перебеливали при свечах решение по вдовьему делу. Увидели

Страшная кошка (сказка)

[353x280]Стояла Кузликовская мельница над глубоким омутом. Рыбы там водилось видимо-невидимо. Рыба — это хорошо! Так ведь в том омуте ещё водяной жил. И это бы ничего — водяной так водяной! Да вот повадился он каждое утро на рассвете на мельницу являться. Ему, видишь ли ты, сырая рыба опротивела.
Застучит в дверь, мельника разбудит.
— Здорово, мельник! — кричит.
Мельнику спать охота, да с водяным лучше не ссориться.
— Здорово, гостенёк! — отвечает. — Милости просим!
— Ну, так я пойду на твою крупорушку, рыбу варить. Надоел — мочи нет! Так бы, может, и по сей день велось.
Да однажды вот что случилось.
В старину по нашему краю ходили, бывало, поводыри с медведями. Бродили от ярмарки к ярмарке. Мишка танцевал на задних лапах, всякие штуки выделывал, народ смешил. А у поводыря одна работа — денежки в шапку собирать.
Как-то попросился такой поводырь к мельнику переночевать. Отчего не пустить? Медведя на ночь в крупорушку заперли. Сами за беседой полночи скоротали. Под утро так крепко заснули, что и не слышали, как водяной заявился.
Ввалился он в крупорушку, огонь в очаге развёл и принялся уху варить. Рыбки принёс немало: двух карпов здоровенных, да трёх щурят, да ерша, да окуня, да плотвичек несколько. Дух пошёл от той ухи по всей крупорушке. Проснулся медведь в своём углу, носом водит, нюхает…
Стал водяной уху хлебать, и медведь тут как тут. Запустил лапу в котёл и подцепил когтем самого большого карпа.
— Брысь, проклятая тварь! — закричал водяной.
А медведь уже карпа съел, опять лапу к котлу тянет.
«Этак и совсем без рыбки останешься, — думает водяной, — не для того ловил!»
И треснул медведя по лбу уполовником.
Рассвирепел медведь. Схватил водяного лапищами, мнёт, ломает, рыком рычит. Водяной только кряхтит да стонет. И такой они шум подняли, что мельник с поводырём проснулись, в крупорушку прибежали. С превеликим трудом поводырь своего медведя оттащил.
Водяной нырнул в омут и три месяца на мельницу носа не показывал.
Вот как-то под утро стучит кто-то в дверь, да робко так, осторожненько. Выглянул мельник — водяной пожаловал.
— А что, друг, — спрашивает водяной тихонько, — живёт у тебя ещё та страшная кошка?
— Как же, — пошутил мельник, — живёт! Четырёх котят принесла. Вон они за мышами гоняются.
— Ну, тогда прощевай, хозяин! — И опять в воду ушёл.
С тех пор никто его на Кузликовской мельнице не видал. Верно, перебрался жить в другое место. Да вот беда! Не стало рыбы в том омуте. Увёл её водяной за собою.
Мельник не раз в затылке чесал — с водяным хлопотно, а без рыбки того хуже!

- КОНЕЦ -

Соломенная циновка (сказка)

[399x274]Исполнилось царской дочери пятнадцать лет. И сделал ей царь царский подарок: не большой и не малый кораблик — как раз такой, чтобы любимая дочь могла с подружками да прислужницами вдоль берегов по морю кататься. Очень понравился царской дочери кораблик. Да и не диво! Паруса у него белые, мачта золочёная, а нос и корма расписаны весёлыми цветами. Колышется кораблик на ласковых волнах, словно белокрылая чайка.
Принялась царевна упрашивать отца:
— Обновим твой подарок, покатаемся вместе!
Царь своей дочке ни в чём не отказывал. Ведь одна она у него, как сердце в груди. Да и почему не покататься? Море голубое, солнце жаркое.
Взошли они на палубу. Матросы песню запели, паруса подняли.
Бежит вдоль зелёных берегов кораблик. А царевна просит:
— Давай, отец, отплывём подальше в море. Что мы всё у берега, как конь на привязи!
Царь и тут ей не отказал.
Вышли в море. Земля за кормой только узкой полоской видна.
Вдруг на небосклоне показалось маленькое облачко, по краям светлое, в середине тёмное. Стало облако на глазах расти. Вот уже полнеба заняло, застило солнце. Потемнело и море в той стороне.
Царь приказал скорее к берегу поворачивать. Да поздно! Налетел вихрь, всё кругом мглою покрылось, заходили тяжёлые волны. Понесло кораблик в открытое море.
Давно такой страшной бури не бывало! Волны на кораблик, как дикий зверь на свою добычу, набрасывались. Сколько дней, столько и ночей мотало их по морю… Паруса в клочья порвались, руль сломался.
Но вот наконец завиднелись впереди берега. Уж думали все, что пришло избавление от беды. А тут-то настоящая беда и приключилась. Рухнула мачта и перевернула кораблик..
Еле успел царь одной рукой за мачту уцепиться, другой рукой крепко царевну за платье схватить. Поносило их ещё по морю, то вверх подбрасывало, то вниз кидало, водой захлёстывало. Не раз они своей смерти совсем близко в глаза заглядывали. И всё-таки прибило мачту к берегу, положило на мягкий песок.
А матросы да царевнины подружки все, верно, утонули. Если кто и спасся — мы не знаем, и вы не узнаете.
Покинули царь с царевной свой берег богатыми и счастливыми, все их любили и почитали. А на этот берег ступили никому не ведомыми нищими. От царской их одежды одни жалкие лохмотья остались. Они никого не знали, и о них никто не слыхивал.
Какого только горя царь с любимой дочкой не натерпелись! И холодали, и голодали, и под окнами кусок хлеба просили.
Царь ещё не стар был, мог бы работать. Да стоит ему об этом речь завести, люди спрашивают:
— А ты что умеешь делать?
Не признаваться же, что лишь одно умеет — царствовать. Никто не поверит. Да и какая это работа?!
Скитались они так, скитались… И наконец в одном селении сказали люди царю:
— У нас старый пастух недавно умер. Возьмись нашу скотину пасти. Вон и хижина пастухова пустая стоит.
Так и стали они жить. Царь скотину пас, царевна по хозяйству хлопотала. И очаг разжигать научилась, и похлёбку варить, и горшки мыть.
Как-то раз полоскала царевна бельё на речке. А мимо проезжал той страны царевич. Увидел девушку, и словно острый клинок пронзил его сердце. Смотрит на неё и сам себе говорит:
— Нет, не могла родиться такая красота от отца с матерью! Верно, горные волшебницы-вилы слепили её из белого снега, что добыли в бездонном ущелье. Цвет её глаз похитили вилы у горного озера. Ветерок её оживил, роса вспоила, пчёлы мёдом вскормили, луг цветами украсил.
Хотел царевич заговорить с девушкой, но не осмелился. Тронул коня, да забыл, куда собирался ехать. Так и вернулся во дворец.
Схватит рыбка приманку, а дальше уж не её воля. Как ни бьётся — вытянет её рыбак на берег. Вот и царевича, словно рыбку на крючке, тянуло к тому селению, где жила прекрасная девушка.
Мимо пастуховой хижины, как бы невзначай, пройдёт, издали девушкой любуется. А заговорить с ней так ни разу и не решился.
А девушка что же? Как завидит царевича, опустит личико, будто и не смотрит в его сторону. Но по девичьему обычаю всё успела приметить: настоящий юнак он — богатырь, и собой красив, и знатного, видно, рода.
Сколько-то времени миновало, приходит царевич к отцу с матерью. Поклонился им и сказал:
— Уж давненько вы со мной о женитьбе заговариваете. Вот и нашёл я себе невесту.
— Это хорошо, — говорят отец с матерью. — Из каких она мест, какого короля, какого царя

Сокровища водяного (сказка)

[399x246]На берегу реки стоял домик. И жил в нём мальчик с родителями, братьями и сестрами. Мальчик как мальчик, не хуже других и не лучше. Любил бегать, по деревьям лазать, иногда дрался, но больше всего любил он купаться.
Вот однажды прошли в верховьях дожди. Вздулась река, вода мутная, быстрая, глянуть и то страшно. А мальчик искупаться задумал. Мать его не пускает, но он не послушался, убежал.
Только от берега отплыл, подхватило его течение, понесло. Крутит мальчика, волной захлёстывает. Уже руки у него занемели и ноги свело. Закричал мальчик, заплакал. Да никто не слышит — река ревёт, от дома далеко..
Никто не слышит, а водяной услышал. Подхватил мальчика и нырнул с ним на дно.
Тот водяной был нрава угрюмого. Кто ни попадёт в его царство, всех топит. Так и жил одиноко в своём подводном дворце, даже рыбок близко не подпускал. А мальчик ему приглянулся.
«Пусть, — думает, — живёт со мной. Что я всё один да один?!»
Принёс он его к себе во дворец и спать уложил.
Проснулся мальчик в хрустальной комнате, на хрустальной кровати, а около кровати хрустальные игрушки. Стал мальчик играть. Недолго поиграл и заплакал.
Прибежал водяной и спрашивает:
— Отчего плачешь?
— Домой хочу! По дому соскучился.
— Разве твой дом красивей, чем мой дворец?
— Не красивей, а лучше, — отвечает мальчик.
Плакал, плакал и опять заснул. А водяной перенёс его в другую комнату, на другую кровать положил. Стены и потолок в этой комнате из чистого серебра, что мерцает, словно лунный свет. И кровать, и игрушки серебряные.
Открыл мальчик глаза, залюбовался. Потом увидел игрушки — лошадок серебряных, солдатиков… Принялся играть. Да скучно одному показалось. Вспомнил он братьев и сестёр и заплакал горькими слезами.
Водяной спрашивает:
— Неужто тебе и в этой комнате не нравится? О чём плачешь?
— О братьях и сестрах. С ними весело дома было, здесь скучно.
Подумал, подумал водяной и повёл мальчика в золотую комнату. Сияют золотые стены, светло тут, будто в солнечный полдень. Водяной мальчику золотую дудочку дал и бубен с бубенцами. Мальчик в дудочку дунул — запела она нежным голосом. Потряс бубен — зазвенели весело бубенчики. А мальчик ещё горше заплакал.
— Что же ты всё плачешь? Чего тебе ещё не хватает?
— Хочу к отцу с матерью, — отвечает мальчик.
Притащил водяной жемчуг, насыпал горой у ног мальчика. А у того по щекам слёзы катятся крупнее жемчуга. Водяной удивляется:
— Разве отец с матерью дороже серебра, золота и жемчуга?
— Дороже! — отвечает мальчик.
Тут водяной пожал плечами, зелёной бородой затряс. Потом взял мальчика на руки и вынес на берег.
Побежал мальчик домой. А там все горюют, думают, что он утонул. Уж как ему обрадовались, целуют, обнимают.
Мать огонь в очаге разожгла, ужин приготовила. Сели все за стол, мальчик рассказывает, что слыхал, что видел в подводном царстве. Все смеются, дивятся. То ли верят, то ли не верят… Одному рады — вся семья в сборе, значит, и счастье в доме.
А вот водяной в своём подводном дворце совсем затосковал. Всю свою жизнь копил он сокровища, думал, богаче его никого на свете нет. Да, оказывается, у людей есть такие сокровища, о каких он раньше и знать не знал. И выходит, что дороже они серебра, золота и драгоценного жемчуга.

- КОНЕЦ -

Сказания о Крабате (сказка)

Мельница у Черного Холма

[319x280]Жил в одном селении в Верхних Лужицах мальчик по имени Крабат. Были у него мать да отчим. Хоть и не родной отец, а не хуже родного, добрый человек попался, ничего не скажешь. Только не везло им, бедно они жили. Вот Крабату и пришлось с малых лет по людям работу искать, а коль работы не находилось, так под чужими окнами кусок хлеба просить.
Как-то раз бродил он, бродил по дорогам, и донесли его ноги до Чёрного Холма, где стояла водяная мельница. Слышал Крабат про эту мельницу, про её хозяина недоброе. Говорили, будто тот мельник колдун и чернокнижник, нечистые дела там творятся. Да ведь голод не тётка! И Крабат — парнишка не из пугливых.
Мельник хорошо его принял, накормил, напоил, расспросил, кто он, откуда да сколько лет. А Крабату как раз четырнадцать сравнялось. Услышал это мельник и говорит:
— Не хочешь ли ко мне в ученики-подмастерья? Есть у меня одиннадцать учеников, двенадцатого не хватает. Сыт будешь, одет, и учить тебя стану тому, чему никто другой не научит.
Крабат за один хлеб готов был работать, а тут ещё и в науку берут. Не раздумывал парнишка, сразу согласился. Мельник говорит:
— Запомни: я тебя не принуждал, не заставлял. Ты сам по доброй воле ко мне пришёл. С этого дня, с этого часа ты мне душой и телом предаёшься. И должен ты мне в том расписку дать и своей кровью подписаться.
Вот тут Крабат призадумался. Значит, недаром дурная молва про мельника идёт. Жутко ему стало. Надо, думает, с мельницы убираться, пока цел. Да как раз в ту пору в дверь кошка прокралась, в зубах у неё воробушек. Принялась она его есть, и увидел Крабат, что капелька крови на пол упала. Живо смекнул наш паренёк, что к чему.
— Неси, — говорит мельнику, — свою бумагу. Дам тебе расписку, какую требуешь.
Пока мельник за бумагой ходил, Крабат обмакнул свой палец в воробьиную кровь. Этой кровью и расписался.
Так он в первый раз колдуна перехитрил.
Зажил Крабат на мельнице, сказать хорошо — не скажешь, сказать плохо — язык не повернётся. Товарищи-подмастерья весёлые, хорошие. Ест Крабат досыта, спит вволю, и ученье ему нравится, хоть и обучали тут не мукомольному да крупорушному делу, а тайному чернокнижному ремеслу. Мельник-чародей нахвалиться новым учеником не мог — так на лету и схватывает, все колдовские штуки мигом перенимает.
Крутятся жернова на мельнице, зерно мелют, и время перемалывается — неделя за неделей, месяц за месяцем. Скоро год Крабатову ученью минет.
Видит Крабат — что-то примолкли его друзья подмастерья, песни не поют, шутки не шутят. Стал Крабат у них выспрашивать-выпытывать, а они будто воды в рот набрали. Да от нашего парнишки так быстро не отвяжешься. Ну, один из них ночью тайком от всех вот что ему рассказал.
Раз в году собирает колдун-чернокнижник своих учеников вокруг большого мельничного колеса, а на том колесе нарисована стрела и тайные колдовские знаки. Раскрутит хозяин колесо, оно покрутится, покрутится и остановится. И на кого стрела укажет, тот наутро куда-то без следа исчезает. Куда девается, что с ним делается — никому неведомо, остаётся одиннадцать подмастерьев, хоть считай, хоть пересчитывай. И тогда мельник-чародей берёт себе нового ученика. Скоро тот страшный срок наступит, потому и невеселы друзья-товарищи.
Услышал это Крабат и подумал:
«Э, видно, пора уносить отсюда ноги!»
Правдой-неправдой отпросился он у хозяина на денёк домой, родных навестить. Отпустил его мельник.
Мать ему обрадовалась, не знает, куда усадить, чем попотчевать. Да недолго радовалась: узнала, где он год пропадал, кто его хозяин, — испугалась, расплакалась. Крабат ей говорит:
— Не плачь, матушка, лучше выслушай меня. Ты одна можешь вызволить меня, от беды спасти.
И научил её, что делать.
Вернулся Крабат на мельницу как ни в чём не бывало, хозяина слушается, во всём ему покорен.
Через три дня залаял на мельнице чёрный пёс, заухала сова на чердаке — почуяли, что Крабатова мать пришла. Просит она мельника сына отпустить.
Мельник отвечает:
— Будь по-твоему. Нет такой силы, чтоб была сильней материнской любви. Коль узнаешь сына среди других учеников, отпущу его с тобой.
Привёл он её в тёмную комнату, а там сидят на жёрдочке двенадцать воронов — все, как безлунная ночь, черны, у всех двенадцати крылья синим отливают, у всех в левую сторону клювы повёрнуты.
— Вот, — сказал

Рачок-гадальщик (сказка)

[315x174]Жил парень по имени Ян, по прозвищу Рачок. Пора бы ему жениться, да как женишься, когда ни коровы в хлеву, ни курицы на насесте. Самому не каждый день досыта поесть удаётся. Кто ж за такого пойдёт? Вот и решил парень в чужих местах удачи поискать.
Собрал кое-что в дорогу, а сложить некуда. Не завалялась ли на чердаке какая-нибудь котомка? — подумал. И полез на чердак. Перерыл весь хлам, котомки не нашёл, зато увидел в самом дальнем углу сундучок.
А в сундучке оказалась толстая старая книга с пожелтевшими листами, в кожаном переплёте.
Чья она, откуда взялась и с каких пор тут лежит, Рачок не знал. Может, дедова, может, прадедова.
Взял Рачок книгу и пошёл к учителю. Учитель полистал страницы и головой покачал.
— Не знаю, что за книга. Не по-нашему написана.
— Ну, так я тебе скажу, — говорит Рачок. — Это мудрая книга, в ней про всё, что было и что будет, сказано.
— Почему ты так думаешь? — спрашивает учитель.
Очень просто, — отвечает Рачок. — Книга толстая, значит, в ней много что есть. Книга старая, а в старину про пустяки болтать не любили. Да и переплёт у неё из телячьей кожи, разве стали бы кожу на безделицы тратить?! Так что по ней можно всё назад узнать и вперёд угадать.
Учитель пожал плечами, а Рачок сунул под мышку книгу и пошёл, куда ноги повели.
Шёл полем, шёл лесом и услышал вдруг козье блеянье. Да такое жалобное, что Рачок с дороги свернул, посмотреть, какая беда с козой приключилась. А с козой и впрямь беда. Упала она в яму, и никак ей не вылезти. И Рачок ей помочь не может. Тут верёвка нужна, а верёвки у Рачка нет. Набросал он в яму веток да свежей травы, чтоб с голоду коза не пропала, и дальше зашагал.
Скоро пришёл в город и на самой окраине увидел кучку людей. Все кричат и руками размахивают, а одна старушка плачет, платком слёзы утирает.
— Что случилось? — спрашивает Рачок.
— Да вот у старушки коза, её кормилица, пропала.
— Ох, моя любимица круторогая! — заохала старушка. — Растерзали тебя, бедную, волки! Тебя не пожалели зубастые, меня без молочка оставили…
— Не горюй раньше времени, матушка, — сказал Рачок. — Сейчас узнаем, где твоя коза.
Раскрыл книгу, поводил по строчкам пальцем и говорит:
— Идите в лес, добрые люди. То ли справа от дороги, то ли слева должна быть яма, а в яме должна быть коза. Жива и здоровёхонька. Поворачивайтесь быстрее, пока её и в самом деле волки не задрали. Да не забудьте верёвку прихватить.
Удивились люди, но пошли.
Часу не минуло, как привели козу старушке.
По всему городу мигом весть разнеслась про гадальщика с его книгой. И до короля эта весть дошла.
Король обрадовался. Как раз в то утро у королевской дочери пропал драгоценный перстень, и как его ни искали, найти не могли. Вот и подумал король: хорошо бы того гадальщика расспросить.
На то и придворные у короля, чтоб любую королевскую прихоть, любое желание на лету подхватить, а ещё лучше — наперёд угадать. Король только бровью шевельнул, а уж слуги по всему городу рыщут, гадальщика ищут. Привели Рачка, поставили перед королём.
Оробел Рачок. Одно дело — старушке в шутку голову поморочить, другое дело — с королём связаться. Тут можно ненароком собственную голову потерять.
Посмотрел король на гадальщика и говорит:
— Больно уж с виду неказист. Надо его сперва испытать.
И зашептал что-то на ухо королевне. А королевна — камеристке, а камеристка из зала бросилась. Потом назад вернулась, несёт серебряную миску, накрытую золотой крышкой.
Король спрашивает у Рачка:
— Ты, верно, проголодался?
— Не без того, — отвечает Рачок. — Коли угостишь, не от кажусь.
— Угощу. Только сперва угадай, что за угощенье в этой миске.
Бедный парень за голову схватился:
— Ох, Рачок, Рачок, неразумный дурачок, польстился на еду, а нарвался на беду. Попал сюда, так красней от стыда.
— Вот это гадальщик! Без книги гадал, да и то угадал! — закричал король в восхищенье и своей королевской рукой приподнял золотую крышку.
Тут все и увидели — в миске лежал варёный красный рак.
Король велел поварам приготовить хороший обед из трёх перемен и чтобы каждое блюдо приносил гадальщику тот повар, который его приготовит. Потом сам отвёл Рачка в дальнюю комнату и сказал:
— Не выйдешь

Пропавший мальчик (сказка)

[показать]Жил-был когда-то давно один пан, очень богатый. Но что проку с богатства?
Не было у него детей, а значит, и счастья не было. Был пан уже немолод, и надежд у него почти не осталось. Вот пошел он однажды к ведунье - узнать свою судьбу, а та сказала ему: «Будет у тебя сын, только если не хочешь потерять его, не позволяй мальчику до двенадцати лет касаться ногой земли. Иначе случится большое горе». Вскоре жена сказала пану, что у них будет ребенок. Понял он, что не лгала ведунья.
И вот родился мальчик, пригожий, как день ясный. Отец нанял сразу девять нянек, чтобы те по очереди приглядывали за младенцем. Строгий наказ дал нянькам пан: «Сын мой не должен касаться земли!»
Няньки приказ пана честно выполняли. Уж несколько дней оставалось ему до двенадцати лет, а его все время то в серебряной колыбели качали, то на руках носили.
Пан, радуясь, что страшное предсказание не сбылось, а срок почти прошел, начал уже к праздничному пиру готовиться. И вдруг услышал он крики и плач. Вбежал в комнату сына - и обомлел: мальчика в комнате не было!
Оказалось, что молодая нянька, чья очередь была мальчика на руках носить, загляделась из окна на пригожего купца, а чтоб удобнее было в окно выглядывать, опустила ребенка на пол. Повернулась она обратно - и мальчика нет как нет! Хотел было пан наказать девушку - да что толку...
Горевал пан ужасно. Во все стороны слуг посылал - сына искать. Награды сулил, золото раздавал как сор. А мальчик будто в воду канул.
Несколько лет прошло... И вот однажды доложили пану, что в одной из комнат его дома каждую полночь какой-то странный шум раздается. Пошел и сам пан послушать. И слышит, будто плачет кто-то, горько жалуется, только слов не разобрать. Не решился старый пан зайти в комнату, а сердце у него дрогнуло: вдруг это сын его пропавший?
И тогда пан посулил триста монет в награду тому, кто решится провести ночь в той комнате. Поначалу немало смельчаков приходило к пану. Говорили они, что готовы с любым чудовищем сразиться. Но как только приближалась полночь, от храбрости их ничего не оставалось. Так и не смог старый пан разгадать эту тайну.
[290x206]Неподалеку от панского двора жила с тремя дочерьми бедная мельничиха. И вот слухи о задаче, какую задает пан, дошли и до их маленького домика. Старшая дочь мельничихи сказала матери:
- Матушка, отпусти меня к пану! Покараулю одну ночь, может быть, что-нибудь и узнаю. Ведь триста монет для нас - целое богатство!
Не очень понравилась матери эта затея, но все же разрешила она дочке пойти к пану.
Пришла девушка к старому пану. Сказала, что согласна пробыть ночь в комнате. Только попросила, чтобы дали ей на ночь немного снеди, да дров, да свечку восковую. Пан тотчас приказал, чтобы слуги принесли ей все.
Взяла тогда девушка все необходимое, свечку зажгла и пошла в комнату, где должна была провести ночь. Развела она огонь в печи, стала варить ужин, стол накрывать, постель стелить. Пока всеми этими делами занималась - время и прошло. А тут и полночь пробило.
И вдруг в комнате раздался странный шум. Испугалась девушка, во все углы заглянула - никого. Совсем она оробела, но шум смолк, а перед девушкой как из-под земли появился пригожий юноша. Улыбнулся ей и спрашивает:
- Для кого же ты это готовишь, красавица?
- Для себя, - ответила ему девушка.
Опечалился юноша, но чуть погодя еще спросил:
- А стол ты для кого накрыла?
- Для себя! - все так же отвечает девушка.
Еще больше опечалился пригожий юноша от такого ответа, голову печально опустил.
- А постель ты кому постелила? – спрашивает.
- Себе! - опять ответила мельничихина дочка. [290x187]
Тут показались слезы на глазах юноши, заплакал он горько и исчез.
Наутро девушка рассказала пану все, что она ночью видела и слышала. Но об одном промолчала: о том, что ответы ее расстроили молодого красавца. Пан так обрадовался, что хоть что-то узнал, с радостью заплатил ей триста монет.
На следующую ночь караулить отправилась средняя сестра, а старшая научила ее, что