Это цитата сообщения Иримед Оригинальное сообщение

Плед из кусочков без шитья. Видео

- Время! Вре-мя!!! Ну где же это чертово Время???

- Ну, я Время. Чего орешь?

- Чего ору, чего ору! Надо, вот и ору! Ты почему меня не лечишь?

- Я? А с какой стати? Я тебе что, доктор, что ли?

- У меня душа – вдребезги! Одни осколки!

- Ну, давай, замету, что ли… Могли бы и сами убраться, да уж ладно. Все, видишь, чисто стало, я потекло дальше.

- Куда? Куда??? А внутри?

- Чего внутри?

- Так это… Внутри тоже надо убраться! Душа же изранена!!!

- Ну так лечи ее, свою душу!

- А ты? Говорят же – «время лечит»???

- Врут. Или ошибаются. Время затягивает, заносит песком. «Пыль веков» — слышал такое? Накидаю сверху, не видно будет… А под этим – все та же рана. Еще и загноится, чего доброго.

- Ну так ты же должно лечить?

- Как, скажи на милость? Аспирином? Мазью Вишневского? Клизмой? Как лечить-то?

- Ну, стирать воспоминания… Очищать от груза прошлого… Растворять старые обиды… Расставлять все по полочкам? Разве нет?

- Ох, и халявщики вы, хомо сапиенсы! Все вам должен кто-то прийти и что-то сделать. А чего бы самим не попробовать?

- Что попробовать?

- Очиститься от груза прошлого, растворить старые обиды, расставить все по полочкам. Словом, употребить Время – то есть меня! – с максимальной пользой! Покопаться в себе, навести в душе порядок, понимаешь…

- Ну ты что!!! Туда же больно лезть!!! Там сплошная рана, до сих пор кровоточит!!!

- Знаешь что? Кровоточат те раны, которым все время покоя не дают! Тревожат их почем зря. Ты зачем себе раны растравляешь?

- Я??? Я не растравляю! Оно само!

- Само ничего не происходит. Все время имеется некто, совершающий действия. Или бездействия. Вот ты какие действия совершаешь, чтобы раны залечить?

- Ну… Стараюсь об этом пореже вспоминать. Не думать. Не допускать подобных ситуаций.

- Это каких же?

- Ну, не влюбляться… Меня же любовь ранила!!!

- А любви-то хочется, небось?

- Хочется… Только боюсь. Уж очень она больнючая, эта любовь!

- Любовь не больнючая. Это рана твоя больнючая. А ты ее, наверное, еще и обидами растравляешь? И гневом напитываешь?

- Нет, ты что! Все давно забыто, прощено, отпущено!

- А вот и врешь! Было бы забыто-прощено-отпущено – не болело бы! Где болит – там нарыв, где нарыв – там гнойник, где гнойник – там подавленный гнев, на себя или на других, а чаще – и то, и то. Имей в виду: себя обмануть можно, Время не обманешь. Я все вижу и все учитываю.

- Ну скажи, Время, как можно простить предательство? Или измену? Или смертельное оскорбление? Это же было, было?

- Ага, вот именно, БЫЛО. То есть осталось в прошедшем времени. Там, далеко. А ты уже в этом моменте. Тут все по-другому. И ты уже другой. Закаленный прошлым опытом, вооруженный знаниями и умениями.

- Но память-то, память, ее никуда не денешь?

- А зачем ее девать??? Она на то и дана, чтобы не наступить на те же грабли еще раз. Чтобы на этот раз все получилось по-другому. Опыт-то тебе на что был дан???

- Ага, вон как… Ну, предположим. А вот скажи, Время, куда девать этот багаж? Ну, предательство, измену, оскорбления? Ведь оно из прошлого так и тащится, так и высовывается!

- Для того и высовывается, чтобы с ним разобрались, проанализировали и отпустили. Кончай обижаться! Понимаешь, обиды – это такая штука едкая, они все равно что соль на рану, не дают ей заживать, будоражат.

- А как не обижаться-то, если обидно?

- Обидно, потому что в точку! В болевое место, значит! Если тебя это не касается – чего тебе обижаться? Так, отскочит, как от стенки горох.

- Предательство отскочит?

- И предательство отскочит. Потому что его не существует.

- Как не существует???

- А никак не существует. Просто тебе чей-то выбор активно не нравится, неудобен он тебе, неприятен, вот ты и голосишь: «Ах, меня предали!». А вообще-то – просто какую-нибудь игрушку отобрали.

- Ах, как у тебя все просто получается! «Игрушку», видите ли! А если ты на эту «игрушку» полжизни положил???

- Ну, и кто ж тебя заставлял? Зачем полжизни на одну игрушку тратить? Ведь с течением времени все меняется, одно уплывает, другое появляется… Время изменчиво, знаете ли… И Мир изменчив. Потому что я – одна из характеристик Мира.

- И что из этого следует, я никак не пойму?

- Скажи спасибо тому, кто тебя предал или обидел, за то, что вырвал тебя из застоя, внес изменения, заставил двигаться. Никогда не говори: «Остановись, мгновенье, ты прекрасно!». Опасно это – мгновения останавливать. Время не ждет! Застой – это смерть. Движение – это жизнь.

- Так, выходит, тебе рану нанесли, а ты еще и в ножки кланяться должен?

- Да никто никому ничего не должен. Хочешь – обижайся и страдай, раны свои углубляй. Не хочешь – поклонись и дальше иди себе спокойно, сохраняя душевное равновесие. Как пожелаешь, так и сделаешь.

- Слушай, Время! А ты правда не лечишь? А то знаешь, мне вот как-то уже вроде легче стало…

- Это потому что ты сам уже кое-что по полочкам разложил. Как в магазине. Или нет, как в краеведческом музее. А я, Время – экскурсовод. «Обратите внимание, в этой витрине мы можем видеть древние Обиды, буквально еще до новой эры. Читать далее...

Духом слабый, сердцем малый,
Спи под тёплым одеялом,
Завернувшись в пустоту...
В добровольнейшем плену
Твой кораблик у причала
Глушит памяти волну -
Чтобы чувства не мешали;
Нет Любви - и нет печали.
Даже тенью не мелькну -
В сновиденьях наяву...

Не волнуйся ни о ком,
Тихо спи спокойным сном.

Спи с открытыми глазами.
Тишиной объята гавань...
Полыхнёт в крови мятеж?
Ты закроешь сердца брешь
Одеяльцем - лоскутами
Из несбывшихся надежд
И задушенных мечтаний...
Клочья призрачных желаний
Зашуршат?.. Себя утешь -
Шелест ангельских одежд!

Не тревожься ни о чём,
Тихо спи спокойным сном.

Вечный холод. "Время лечит"...
Вдруг озябшее сердечко
Жалко съёжится в груди?
Пусть замёрзнет. Не болит.
Чувства ранят - до увечий.
Я скажу им не будить -
Даже мимолётной встречей! -
Неразбуженное вечно...
В море жизни полный штиль -
Спи, малыш, тихонько спи.

В мирной пристани своей.
Так покойна эта гавань...
Остов-гробик, парус-саван -
Остров мёртвых кораблей.

Ни волнений. Ни тревог.
Долгий век... И долгий срок.

1.

Чайный мастер, угостите чаем,
В мире осень, холод и печаль.
Не сказать, что по теплу скучаю,
Не сказать, что мне чего-то жаль.

Просто на душе сегодня грустно,
Никуда не хочется спешить,
Помнится, Вы можете искусно
Мою жажду счастья утолить.

Так налейте крепкого пуэра
И добавьте сладкого медку.
Говорят, я пью его без меры,
Но иначе просто не могу.

За окном тоскливо и простудно,
Улицы вечерние пусты,
А у вас так мило и уютно,
Никакой житейской суеты.

Кто-то, как и я, заходит в гости,
Так задумав или невзначай,
Оставляя за порогом осень
И впуская в свою душу Чай...

Таля Солнечная

1.
[700x700]

Тролли

Бессмысленные, размытые лица,
В черных глазницах пустота,
Сколько же злобы в них таится,
Их радует жизни суета.

Скаля зубы в усмешке,
В склоке доводят до слез,
Но они всего лишь пешки,
Нельзя воспринимать их всерьез.

Подари мне зарницу,
Нежным заревом освети.
Полечу я, словно, птица,
Встречусь на твоем пути.

Прикоснусь к твоей ладони,
Сладко буду ворковать.
Не смотри на меня с иронией,
Постарайся понять.
[500x495]

"Не принимайте так близко к сердцу то, что приносит жизнь. В мире каждому уготовано радости, только не всем в одно время"

…Заболел император. Ужаснулась свита, обрадовалась свита. Недуг
приковал его к постели. Лекари стали его лечить. День ото дня они пытались
что-то сделать, но лучше не становилось!
Проходили дни, проходили месяцы, проходили годы, а он как лежал
парализованный, так и лежит. Столько государств он покорил, какие народы
поставил на колени! Завоевав полмира, он оказался бессильным перед болезнью.
Однажды от беспомощности он пришел в ярость:
-- Всем лекарям, которые не смогли меня вылечить, отрубите головы и
сложите их на городской стене.
Прошло время. И километры стен побелели от иссушенных черепов ученых
мужей. Однажды император позвал своего главного визиря:
-- Визирь! Где твои лекари?
-- О, мой повелитель! Их больше нет. Вы же сами приказали казнить их.
-- Неужели не осталось ни одного?
-- Да. Не осталось ни одного достойного Вашего взора врача во всем
государстве.
-- Так им и надо...
И опять потянулись долгие безрадостные дни. Однажды император снова
спросил:
-- Визирь, помнишь, ты сказал, что не осталось лекаря, достойного моего
взора? Объясни, что это значит.
-- Мой повелитель, в нашем государстве остался один-единственный
лекарь. Он живет тут неподалеку.
-- Он умеет лечить?
-- Да, умеет. Я был у него тогда, но он такой невоспитанный,
некультурный, он такой грубиян! Как рот откроет, так слышна отборная брань.
А недавно он сказал, что знает секрет лечения самого императора.
-- Тогда почему ты мне не сказал?!
-- Но если я его приведу. Вы, мой повелитель, меня казните за его
поведение.
-- Обещаю, что не сделаю этого. Приведи его сюда! Через некоторое время
визирь привел лекаря.
-- Говорят, ты умеешь лечить? В ответ молчание.
-- Почему молчишь? Отвечай! -- приказал император.
-- Мой повелитель, я запретил ему открывать рот, -- сказал визирь.
-- Говори, разрешаю! Что? Неужели твоих способностей хватит, чтобы меня
вылечить?!
-- Не твое собачье дело! Ты можешь усомниться в моих способностях по
управлению государством, потому что ты -- царь. Но почему ты своим
государственным умом лезешь в медицину? Как ты можешь разбираться там? Ты
велик в своей работе, но в медицине ты ничем не лучше сапожника.
-- Стража!! -- яростно заревел император. -- Отрубите ему голову...
Нет... Сначала посадите на кол, потом облейте кипящим маслом, а потом
разрубите на мелкие кусочки.
За всю жизнь никто ни разу не осмелился даже намеком допустить что-то,
выходящее за рамки дворцового этикета, и тем более так отвечать самому
императору!
Стража схватила лекаря, заломила ему руки и потащила к выходу, а он,
глядя через плечо, с издевкой сказал:
-- Эй! Я твоя последняя надежда! Ты можешь меня убить, но кроме меня не
осталось никого, кто смог бы тебя вылечить. А я могу сегодня же поставить
тебя на ноги.
Император сразу остыл:
-- Визирь! Возврати его.
Лекаря вернули.
-- Начинай лечить. Ты сказал, что сегодня же поставишь меня на ноги.
-- Но сначала ты должен принять три моих условия, только после этого я
приступлю к лечению.
Подавив очередной приступ ярости в себе, сжав от злости зубы, император
процедил:
-- Говори!
-- Прикажи, чтобы перед воротами дворца поставили самого быстроного в
твоем государстве скакуна и небольшой мешочек золота...
-- Зачем?
-- Это подарок, я очень люблю коней.
-- Если ты меня вылечишь, я подарю тебе табун из сорока лошадей,
нагруженных мешками с золотом.
-- А это потом, потом... Следом отправишь. Второе мое условие, чтобы во
время лечения никого не осталось во дворце.
-- А это еще зачем?!
-- Во время лечения тебе может быть больно, ты будешь кричать, чтобы
никто не видел тебя слабым.
-- Хорошо. Что еще?
-- Третье, чтобы твои слуги под страхом смерти не приходили на зов и
только через час приступили к исполнению твоих приказаний.
-- Объясни!
-- Они могут помешать мне, и лечение не будет доведено до конца.
Император принял условия лекаря и велел всем уйти из дворца. Они
остались вдвоем.
-- Начинай!
Что начинать, старый ты осел? Кто тебе сказал, что я умею лечить? Ты
попался в мою ловушку. У меня есть час времени. Я так давно ждал подходящего
момента, чтобы наказать тебя, кровосос ты поганый! У меня есть три давние
мечты, три заветных желания. Первое -- это плюнуть на твою королевскую
морду!
И лекарь от всей души, смачно плюнул императору в лицо. Побелел
повелитель от негодования и беспомощности, понимая, в какой ситуации
оказался. Он начал шевелить головой, чтобы как-то противостоять такому
неслыханному изощренному хамству!
-- Ах, ты гнилое бревно, старый вонючий кобель, ты еще шевелишься?!
Тьфу на тебя еще раз! Вторая моя мечта была... Читать далее...

В те далекие времена, когда ангелы и черти служили в общем братстве, произошла такая история. Увидел Господь бедного горюющего юношу, который целыми днями лишь плакал и молился. Посмотрел он на него раз - плачет, взглянул второй - плачет, в третий раз - рыдает, сердечный. Нахмурился Господь и приказал двум небесным служителям спуститься и помочь бедняге. Отправились двое, один был ангелом, другой - чертом.
Спустились они на землю, да неудачно: до дома бедного юноши им оставалось не меньше мили. Пошли по дороге: ангел ступает важно, чтобы не запачкать белых одежд, а черт балуется. С чьего-то огорода стащил луковицу, где-то наломал тростника. Подошли они к дому, ангел и говорит: "Ты, черт, подожди меня здесь, не то еще напугаешь невинного".
Ну и ладно, черт согласился, сел на качели, качается, а ангел помедитировал и вошел в горницу. Встретил его юноша горючими слезами. "Что ты плачешь?" - спросил добрый ангел. "Как же мне не плакать, - ответил юноша, - когда на обед у меня ни мяса, ни супа, одна черствая горбушка". - "Это легко исправить", - сказал ангел. Хлопнул в ладоши, и на столе появились самые изысканные блюда.
Юноша стал плакать горше прежнего. "Ах, бедный я, бедный, - причитал он, - нет у меня ни брата, ни свата, чтобы со мной обед разделить!"
"И эта беда - не беда", - сказал ангел. Хлопнул он два раза в ладоши, появились на пороге люди. Они стали подходить к юноше, обнимать, целовать и за стол садиться. "Вот добрая твоя семья", - сказал ангел. Смотрит - а юноша рыдает, аж заходится: "Ах, когда бы я сам был достоен сих яств и людей! Поломанная моя жизнь!"
Ангел нахмурился. "Жизнь твоя - зреющий цветок, - сказал он. - И никто не ломал его, смотри!" - он трижды хлопнул, и юноша увидел, как его жизнь распускается цветком в саду Господнем.
"Может, и так, - молвил плачущий юноша, - но не дано тебе познать глубину моей печали. Иди, добрый человек, спасибо, что пытался помочь мне. Прощай и забери свои подарки", Сказав это, юноша сел у стола и зарыдал пуще прежнего.
Ангел, опечаленный, вышел на улицу, а черт там уже кур гоняет. "Пойдем, ничего не выйдет, - сказал ангел черту, - видно, есть границы и у добродетели". - "Э-э-э, нет, - крикнул ему черт, - чур теперь я попробую". Ангел попытался его остановить, да куда там! - черт уже забежал за дом и вскарабкался на подоконник.
Юноша по-прежнему плакал, склонившись над столом. "Слабо плачешь, сказал, понаблюдав, черт. - Это не плач, а колыбельная, меня от нее в сон клонит. Сейчас тебе, пацан, подкрепление придет!" Вытащил из кармана луковицу, разрезал и сунул половинку парню под нос. Потом пошарил по полкам (заодно, кстати, краюху хлеба стянул), нашел уксус и прыснул его юноше в лицо.
"Добрый человек! - закричал юноша, отчаянно стирая брызнувшие слезы с лица. - Что вы делаете? Мне не нужны все эти ваши… подкрепления! Мне не нужна ваша помощь! Оставьте меня в покое!"
"В полном покое?" - уточнил черт.
"Да, в полном, в полном покое, чтобы мог я остаться один со своим горем!"
"С радостью, - сказал черт, - а ты говорил, помощь не нужна". С этими словами он хлопнул два раза в ладоши и оказался вдруг с юношей в чистом небе. Ни ярко там было, ни темно; не слышно там было ничего и не видно. "Вот теперь полный покой, - удовлетворенно сказал черт. - Сиди теперь, отдыхай. Плакать-то здесь привольней!"
Но юноша уже на плакал, он гневно смотрел на черта. "Кем бы не был ты, таинственный пришелец, - воскликнул он, - знай, твоя помощь неуместна!"
"Да ты расслабься, - сказал черт, - и поплачь. Ты так это сладко делаешь. Даже, - тут он зевнул, - спать хочется. Вперед, малыш, пробуй силы на чистом воздухе". И показал, как он приготовился слушать.
"Злые люди, - сказал юноша, - что ж вы со мной делаете?" Его губы затряслись, а в глазах показались слезы: "Такие, как ты, и сломали цветок моей жизни!"
"А-а, цветок, - протянул черт. - А что, это идея". Откуда-то вдруг он выхватил цветок и стал рассматривать его. "Нет, знаешь, - сказал черт, - пока он не сломан. Но это можно поправить …" И стал шмякать этим цветком налево и направо, да так, что у юноши искры из глаз посыпались.
"Вот теперь это похоже, - приговаривал черт, - на истинные страдания. Значит, сломанный, говоришь, цветок? Скоро будет, погоди, парень…"
"Эй, - завопил бедняк, - что ты делаешь?! Перестань немедленно! Отдай! Отдай мне цветок!"
"У-тю-тю, вот уж нет! - засмеялся черт. - Лучше пойду, скормлю его корове!" И помчался по воздуху куда-то вдаль, а за ним бросился с горящими глазами юноша, и разорванная одежда развивалась на его тощей груди.
Знаете, сколько они бежали? Бедный юноша не видел ничего, кроме цветка в чертовых руках, а черт выбирал путь похитрее, и бежали они то по пустыне, одетые как купец и паломник, то по невиданному базару, и были тогда точь-в-точь вор и полицейский. Ух! И до деревни наконец добежали. Там юноша изловчился, прыгнул на похитителя и вырвал у него цветок. Читать далее...

Слушать этот музыкальный файл

Frank Duval - Alaya музыка для отдыха и расслабления

"Истинная любовь-вещь очень тонкая. Её пламя мерцает как блуждающий болотный огонек и, танцуя, уносится в сказочные царства радости. Оно же бушует, как огонь в ночи!"

"Люди как то стараются выразить себя. Но большинство не способны рассказать о своих чувствах. Они надеются на других. Вот тут-то и нужен талант. Один выражает человеческие переживания в музыке, другой- в стихах, третий в драме. А иногда природа воплощает все чувства в человеческом лице. Она делает лицо выразителем всех душевных стремлениях"