Есть моменты, когда от тебя ничего не зависит,
Просто слишком разросся с вершины катящийся ком.
Жизнь порой, как компьютер - без всякой причины зависнет:
Перегрев. Переплав. Перевал. Переход. Перелом.
Так болит, что в округе сгорают электроприборы,
И когда перепробовал все из врачующих поз,
С синей нервной мигалкой Иные прибудут на скорой:
«Перелом. Ничего, соберём. Подготовьте наркоз».
В поднебесье висит то ль звезда, то ли лампочки груша,
То ль какой-то другой незнакомый сияющий плод…
Кто-то добрый и вечный гипсует разбитую душу,
Бормоча: «Перелом… ничего… я подул... заживёт»
Николай Кузнецов
Покажи мне свою руку -
Погадаю на судьбу:
Не скажу я про разлуку
И про скорую беду.
И про дальнюю дорогу
Не раскрою я секрет,
Про казенный дом, тревогу,
Про мольбу мою вослед.
А скажу я про удачу,
Что фортуна принесет.
И поведаю в придачу,
Что богатство тебя ждет…
Покажи мне свою руку –
Погадаю на любовь:
Нет беды и нет разлуки,
Дама сердца любит вновь.
Ольга Тичер
Продолговатый и твердый овал,
Черного платья раструбы....
Юная бабушка! Кто целовал
Ваши надменные губы?
Руки, которые в залах дворца
Вальсы Шопена играли.....
По сторонам ледяного лица
Локоны в виде спирали.
Темный, прямой и взыскательый взгляд.
Взгляд, к обороне готовый.
Юные женщины так не глядят.
Юная бабушка, где вы?
Сколько возможностей вы унесли,
И невозможностей - сколько?-
В ненасытимую прорву земли,
Двадцатилетняя полька!
День был невинен, и ветер был свеж.
Темные звезды погасли.
-Бабушка! - Этот жестокий мятеж
В сердце моем - не от вас ли ?...
М.Цветаева,1914
Тот, который
не поворачивает головы,
если слышит – а он-то слышит, – мой тихий шуршащий шаг,
тот, которого лучше было бы звать на «Вы»,
тот, который не станет в одежде скрывать ножа –
он и сам весь оружие, весь беда, –
он выходит ко мне на танец в огромный холодный зал;
как мы чертим круги, – о, вынеси нас вода,
посмотрите на нас, имеющие глаза.
До утра, до утра свет не гаснет в моём дому,
до утра кто-то бьёт и бьёт во мне в медный гонг.
Тот, на которого взгляда не подниму,
если услышу – а я-то слышу, как ходит, ходит, да всё кругом,
я руками держу затворы – чур меня, чур,
я кружу по комнатам, пальцы скрещиваю во тьме;
он же слышит, слышит, как я для него молчу,
как никто, он умеет молчать в ответ.
Людям кажется – ходим окольными тропами,
ездим по городам;
это танец – странный и долгий, медленный, круговой.
Тот, которого, может, и не было никогда –
может, я загляделась в небо над головой,
и пошла она кругом? –
тот, у которого каждый жест
для меня открыт, – как всегда, попадает в такт;
раз, и два, и три, и четыре, и пять, и шесть,
и пускай будет так.
Пускай просто будет
так.
Екатерина Михайлова (kaitana)
Художник Renso Castaneda
У моей подруги
(нет, вы её не знаете, не у той)
красота редким образом сочетается с добротой
и с мечтой о таком же ласковом, верном муже -
чтоб его окружать заботой, готовить ужин,
чтобы детки, дом,
чтобы радость, мир и покой.
Только каждый её мужчина оказывается монстром,
даже если выглядит папой римским;
то злым духом, распределённым на этот остров,
то головорезом, пиратом морей карибских.
Вот он вроде бы добр, надёжен, и принц - не кто-то там,
даже рыбу не станет резать простым ножом;
через пару недель обнаруживается комната
в тёмной части замка -
с останками бывших жён.
Или - простой, крепко сбитый, статный,
кулак из жести,
не чурается крепких словец, не слабак, но и не невежа.
Только вот по утрам откуда-то - клочья шерсти,
в коридоре и на пороге - следы медвежьи.
Или, скажем, красиво ухаживает, дарит розы, танцует вальс,
кормит ужином при свечах, заводит под балдахин,
шепчет нежно и вкрадчиво "я без ума от Вас" -
и улыбка красивого рта обнажает его клыки.
..А с одним оказалась совсем беда;
в кои-то веки всё было "так",
только он исчез, растворился в воздухе без следа,
навсегда -
очевидно, серьёзный маг.
Нужно ли говорить, - я теряла покой и сон,
билась о стену лбом и сходила с ума от зависти.
- Как ты не понимаешь, в этом-то вся и соль,
в этом, видишь ли, весь и замысел.
Оборотень, и что? Ночью воду не пить с лица.
С некромантом зато не страшно бродить над бездной.
Сердцеед тебе показал бы, как разделывают сердца, -
господи, неужели не интересно?!
Я бы тоже вот так жила,
ежедневно меняя лица,
или шлялась по морю, бросив родне "привет!"
Только мои чудовища все оказываются принцами -
милыми, добрыми,
без особых примет.
Екатерина Михайлова(kaitana)
Я тебе не очень нравлюсь, да?
Я успел заметить это сразу
По сосулькам и кусочкам льда
В вежливых твоих немногих фразах...
Как хотелось бы в один из дней,
Должен я тебе признаться честно,
Познакомить мальчика во мне
С девочкой в тебе, что не исчезла.
Пусть однажды встретятся они,
Он надует ей воздушный шарик,
На скамейке посидят в тени,
Школьные задачки порешают.
Пусть вдвоем отправятся в кино,
Выберут без нас и фильм и время...
Ну, а мы пока попьем вино
И поищем темы без проблемы.
Может, чем-то он ее пленит,
Шуткой удивит, развеет скуку,
И случится, может, что они
ЗдОрово понравятся друг другу.
И кто знает, может быть тогда
Взглянешь на меня внезапно нежно
И растают все кусочки льда -
Сам я их не растоплю, конечно.
Зельвин Горн
Я не умею по-другому… Не умею…
Вот и пишу слова любви на белом – мелом…
Наполнив музыкой строку, для Вас играю…
Я по-другому не могу… И пусть по краю
Я с Вами вечером, и днём, и даже ночью…
Ах, сколько будет их ещё: из многоточий,
Полунамёков, полуфраз, полупризнаний…
Дрожит невидимая нить – что между нами
Тонка, натянута, вот-вот готова лопнуть…
Сегодня Вы звучали мне… И сто мелодий
Слились в единый странный зов снегов и ветра…
Я возвращалась, уходила в зове этом…
Пыталась главное сказать, но… не сказала…
Ворчали сумерки и плакали вокзалы
О тех, с которыми срывались планы встречи…
Ноябрь выстукивал дождём "ещё не вечер"...
Я в унисон ему шептала Ваше имя…
А время шло, не торопясь… в своё предзимье…
© Copyright: Лара Мишанова, 2012
Сто дорог пройдено, сто миров…
А в глазах вечности нет огня.
Может, ты - лучший из всех даров?..
Может, "сны нежности" - про меня?..
Если свет "выключить" у стихов,
То какой смысл тогда их писать?..
Может, ты – худший из всех грехов?..
Может, я – где-то тебе под стать?..
На плечах осени – тяжкий груз
Сентябрей ветреных, октябрей…
Может, ты – горький рябины вкус?..
Может, я – там, где болит больней?..
Умножать вымысел на печаль –
Как делить прошлое пополам…
Может, ты снился мне по ночам?..
Сто дорог пройдено где-то там…
© Copyright: Лара Мишанова, 2012
Сыграем в ассоциации?
Как в детстве, ответы - вопросы...
Я говорю: панда.
Ты рассмеешься:розовая.
Тогда я скажу: глупая.
Ты возразишь: свободная.
Спрошу у тебя: нужно ли?
Ты промолчишь, сложно все...
Если скажу: небо,
Ответишь: твои глаза.
Я прошепчу: мальчик.
Нахмуришься ты: нельзя.
А если хочется плакать?
Ты громко пой наши песни...
Взгляд говорит: страшно.
Обнимешь меня: мы вместе.
© Copyright: Бо Ра, 2012
Куря беспричинно на остановке трамвая,
Хочу до конечной, горячего чая.
Чтоб вдруг полил дождь.
И намокли все стекла,
Ведь я не умею рыдать вот так просто.
Еще — чтоб Москва потихоньку темнела.
Включая огни, отражая от тела.
От тела себя, своих улиц, прохожих,
Творя вокруг мир, ни на что не похожий!
А я буду ехать тихонько в трамвае,
Который звенит на машины
— как лает.
Искрит иногда:
я не вижу, но слышу.
Как искры посыпались ярко на крышу.
Увижу собаку — промокшую псину.
И больше согну я от жалости спину.
Придумаю быстро в блокноте картину.
Поправлю штанину,
увижу причину
Своих невезений, совру себе мирно,
что я неплохой, что творец я солидный...
Но неочевидный, я неочевидный!
Позлюсь, поругаюсь, потом все отпустит.
Когда отвлекусь за окно
— там подпустит
к себе чуть поближе девчушка собачку.
Укусит?
Погладит?
Укусит?
Погладит?
А я проезжаю все дальше
в трамвае.
В чарующем мире Москву изучая.
Аркадьев Кирилл
Она загадала ему в новогоднюю ночь -
расстаться с другой.
Ненавистной.
Стервозной.
Постылой.
С которой давно ничего - да и вовсе невмочь!
(Он, кажется, сам не упомнит, когда это было.)
Она прикрывает глаза: "Если б мы навсегда!.." -
пытаясь под эхо курантов утешиться ложью.
Из тусклого крана по капле стекает вода.
Надежды, свернувшись клубочками, спят у изножья
старинной кровати, зарывшись в беспечность перин -
атласных и мягких... в которых ей так одиноко
под скользкие мысли: "А он-то сейчас не один!
Мы - две половинки, да только - ни толка ни прока.
Ах если бы... если!" - и снова срывается вздох:
целуя, прилечь на плечо да обнять понежнее...
Под стенами сердца мечты прорастают,как мох:
"Ну, брось. Там же дети. А значит - семейство важнее.
Понятно, конечно, судьбу не согнешь на излом.
Но Бог - он всегда испытания сыплет по мерке!
Мы - сможем..."
Она засыпает.
За темным стеклом
взлетают и гаснут, бессильно шипя, фейерверки.
© Copyright: Алина Марк, 2011
Дело совсем не в осени, мой хороший..
Нервно немеют пальцы и тоньше кожа.
Ты, как ребенок, прячешь в карман ладоши..
Господи, Боже..
Гордо расправишь плечи - ну,что же, здравствуй!
Голос, тебя дробящий - всего лишь голос?
В каждой её морщинке хранится тайна..
Господи, Боже..
Молча ныряешь в синюю заводь взгляда,
Омут хранит сокровища подороже.
Там моряка утянут на дно русалки..
Господи, Боже..
Выплывешь позже, и в этом твоё спасенье.
Тихий и жалкий, но став несомненно строже.
В каждую вену она проникает тенью..
Господи, Боже..
Хрупкость запястий, застывшая нежность в лицах..
Дело совсем не в осени, мой хороший.
Просто она уткнется в твою ключицу,
самым счастливым вздохом - спасибо, Боже..
© Copyright: Пусть Буду, 2012
Я - нормальная...абсолютно...
Я - реальная...а не миф...
И встречаю улыбкой...утро...
Даже палец в двери...прищемив...
Ну подумаешь...капля боли...
Ведь - не море...переплыву...
Ну а будет со мною...спорить...
Объявлю непокорной...войну...
Объявлю её ...вне закона...
Пусть попробует...вдруг...напасть...
Дашь ей волю...она - бездонна...
Станет...если почувствует...власть...
Как старухе...из сказки старой...
Ей захочется встать...к рулю...
Но я ей... приготовлю...нары...
И темницу...на ключ...затворю...
Пусть сидит и пищит...в неволе...
Я не дам ей...ни есть...ни пить...
И конечно же...не позволю...
Моё ясное утро...убить...
© Copyright: Вита Савицкая, 2011
Детка, ведь это даже не Мураками.
Веник из однозначных потертых слов…
Но ты разрешаешь трогать себя руками
«А может по водке? Мартини для дураков!»
Виниловый запах асторий и континенталей
И ноги на шпильках мешают тебе страдать?
Мы много разбрасывали, но мало пособирали,
Вон смятое платье так и осталось лежать…
Лолита, не плачь, я не твой шизофреник Набоков.
Я правильно вырос, я многого не хочу.
Ты знаешь, количество этих милых заскоков
Перерастает в очереди к врачу.
Давай по второй, а потом этот шумный город
Из нас все равно приготовит свою невкусную снедь.
Танцуй для меня, тебе ведь не нужен повод,
А я посижу, мне хочется посмотреть.
Романов Антон
Что же ты, глупая, плачешь, - в который раз,
Снова сидишь, колени обняв руками?
Пять минут третьего - долго ли до утра;
Спи, дорогая, спи, моя дорогая...
Что же ты, глупая, смотришь куда-то вдаль,
Песню пытаешься петь - и опять сквозь слёзы;
Пишешь неровно - мол, крылья могла б отдать, -
Бред, дорогая; и этот огонь - замёрзнет.
Что же ты, глупая, острые ноготки
С силой в ладонь, - становишься к боли ближе?
Я б рассказала, как много вокруг таких,
...нет, дорогая, нет. Не поверишь. Вижу.
Что же ты, глупая? Сколько ещё удач
Сбудется после, - а сердце заполнить нечем;
Это страшнее... Ты плачь, дорогая, плачь,
Средство проверено - станет на время легче.
Екатерина Михайлова
Отныне я сажусь в последний ряд
видавшего виды кинотеатра,
с усмешкой наблюдая, что творят
знакомые до слёз комедианты….
Всё те же откровенные понты,
и жалкая, дешёвая рисовка…
Смотрю на этот фарс из темноты –
и мне за них обидно и неловко….
Здесь девочки умеют, видит Бог,
отдаться и взорвать себя картинно,
забрызгивая кровью потолок
всемирной, безразмерной паутины.
Таранят - уяснив и смысл, и цель…
а цель одна: бери! владей! не мешкай!
Кого судьба забросит к ним в постель?
Орлом он ляжет в койку или решкой?
Какая, к чёрту разница? Окстись….
А мой удел – похрустывать попкорном,
смакуя водевиль с названьем «жизнь»,
слегка отредактированный Wоrd-ом…
Здесь любят наугад и напоказ…
Здесь женщины – не больше, чем трофеи,
по принципу «тем больше они нас –
чем чаще мы их холим и имеем…»
имеешь трёх? в уме ещё одна –
плюсуй……не вычитай…..какой остаток?
Там, правда, кто-то выпал из окна?
А кто-то по оплошности – в осадок?
Да ладно Вам... не верю всё равно
в живые, опьяняющие чувства –
здесь всё давным давно подчинено
законам стихотворного искусства:
искусственно закатывать глаза,
сто раз на дню картинно резать вены,
умышленно не жать на тормоза
под звуки завывающей сирены
по встречной – не свернуть и не сойти -
столкнуться лбами в дебрях виртуала…
и я могла бы тоже……но прости….
не стану больше…..честно…..зае…ало…
нести себя на жертвенный алтарь
под кисло-сладким соусом фантазий,
меня не возбуждает больше шмаль
и лёгкость виртуальных эвтаназий…
Ищи манерных девочек и шлюх…
А я всего лишь самка богомола,
что, выпустив самцам кишки и дух,
научит их любви на грани фола.
© Copyright: Аманда Моррис, 2009
[500x502]
Вынуть душу, не продрав спину,
понимая, что дышать нечем…
три по сто перемешать с пивом
и послать ко всем чертям печень…
Другу Жеке сжать ладонь с хрустом,
потрепать его «Марго» за нос,
научить её скулить с чувством
и скормить ей всю свою закусь…
Сделать вид, что сам себе нужен,
двор дождливый переплыть брассом…
и спросить у твоего мужа
как сыграл вчера Спартак с Барсой…
© Copyright: Покровский Павел, 2012
[500x338]
И что вы ко мне все с вопросами,
да с вопросами, какие там новости,
я вам не Лента. ру.
Я уже месяц босая, простоволосая,
хожу в обнимку с плюшевым кенгуру.
Врачи говорят задумчиво – стресс,
друзья смеются – может, тебе налить?
А мне легко, мне, правда, легко и весело,
просто совсем не хочется говорить.
где-то цунами, где-то столкнулись Боинги,
все обещают, что миру вот-вот конец.
Я так мечтаю жить в деревянном домике,
а ты собираешься выстроить мне дворец.
Мне так хорошо в этой призрачной невесомости
чайник – источник, диван – дольмен.
Друзья мои! Ну для чего вам новости,
идите лучше, глупенькие, ко мне,
возьмите компас, очки с золотыми стеклами,
эй, Homo Ludens, ну-ка вступай в игру!
Какая земля под босыми ногами теплая,
какой забавный плюшевый кенгуру!
© Copyright: Кот Басё, 2009