Ходики, ходики, долго ль нам маяться?
Время качается - вечер прощается...
Крылья раскинув, летят амплитудами
Бабочки-стрелки, булавкой проткнутые...
Круг циферблата замкнулся околицей,
Тонкие руки на крестики молятся.
Стрелки по кругу вращаются бешено.
Медной цепочкой на время повешены,
Мерно спускаются вечные грузики -
Скрипы, тик-таки - бессонница музыки...
Круг бытия - циферблат - не кончается.
Время, кукушечка, сколько нам маяться?
Свет от луны, от лица, от прощения
Снова сольется в часы и мгновения.
Бьются секунды монетами в кружечку -
В час по "ку-ку" прибавляет кукушечка.
Жизнь по спирали кругами вращается.
Только не думать, что время кончается..
А колесики вращаются.
И поболее, и малые.
Все когда-нибудь кончается.
Истонченное, усталое,
Растворяется по капельке,
Как туманы теплой осени,
Улетает белой цапелькой
В край, где времени колесики -
Просто рухлядь антикварная
Под стеклом прилавка старого.
Нитка, бирочка товарная,
И цена. Ее поставили
Так, вприглядку, кто позарится
На такое? Пусть валяется.
А весна, смотри, не старится.
И вращается, вращается...
Елена Хоролец
Весна для выживших. Из выцветших палат, из рукавов больничных коридоров мы тянемся за дозами тепла, слабее слов, прозрачнее стекла, мы покидаем сумрачные норы.
Идем к весне – в пижамах, босиком, с катетерами в венках подключичных, и ладанки на тонких шеях птичьих боготворят детей и стариков.
Весна для выживших. Хвала прошедшим тьму, дождавшимся весны, как откровенья. Мы друг за другом тянемся, как звенья.
Он соберет нас, наберись терпенья.
Идущий первым, улыбнись Ему.
© Copyright: Кот Басё, 2013
До тебя – сто снегов и кисельно-туманная небыль.
ты сменила замки, телефоны – зови – не зови.
о тебе эти слезы скорбящего мерзлого неба
до меня, пять шагов, только вдох – напиши, позвони!
ты сменила свой круг, образ жизни, маршруты, пароли
я тебя не ищу, но все дольше стою у икон.
моя память упрямо дает тебе первые роли
я с букетом, но ты не выходишь, увы, на поклон.
воскрешаю себя за глоток драгоценной надежды.
вместо доброго утра – спасибо за то, что ты есть
ты в плену перемен, но останешься самою нежной
я тебя не ищу... адрес тот же... я жду тебя здесь.
© Copyright: Тэкьеро, 2011
Всем, кто пишет о Любви...
Ты снова пишешь о Любви, в слова вплетая откровенья.
И ночью, длинной,словно век, слагаешь Музыку Души.
Ты снова пишешь о Любви в своих Мечтах-Стихотвореньях.
Мажор-минор - хрустальный звук - ты подарить спешишь... Спеши!..
Ты строишь Замки из песка. Рисуешь Нежностью картины.
И ты умеешь слушать Дождь. И ты умеешь в снах парить.
А в моде - вечная Весна. И мир твой - изумлённо-дивный.
Ты снова пишешь о Любви.
Любовь...
Умеет...
Говорить...
© Copyright: Лара Мишанова, 2010
Моя дорогая, день тянется, словно век, плетётся, как пёс в надоевшую конуру. Сегодня я создал мелодию тёмных рек и тёплых деревьев на летнем сухом ветру. Совсем как ты любишь – там много искристых нот, она рвётся кверху, как стая безумных птиц. И музыки этой наверное кто-то ждёт, а я никогда и не знаю имён и лиц. Я помню, ты мне обещала найти восток, там очень спокойно и будут сбываться сны, а я отвечал, рассмеявшись, что не дай бог, потом мы молчали и ждали всю ночь весны.
Ведь нет у тебя чёрно-белой моей тюрьмы, а есть небеса и любая из всех планет. Я нем и прикован, я слишком тяжёл для тьмы, чтоб с бьющимся сердцем бежать за тобою вслед.
Моя неземная, я стар, бесконечно стар, во мне, милый друг, слишком много других людей. Они – это бред мой, мой главный ночной кошмар, а ты удивлялась, что я становился злей. Они беспокойны, они говорят: играй, играй, будет легче, играй, а иначе – зря.
Я мчался за ними среди облаков и стай, садился за клавиши и создавал моря.
Я счастлив бываю, лишь если звучит рояль, но в снах и туманах, я вижу твоё лицо. А ты удивлялась, откуда во мне печаль, я жил сотни жизней и сотни на мне рубцов.
Тебя же, родную, не вытравить, не стереть, мне нужен твой смех, твои руки, твои цветы, ты – самая чистая нота в моей игре, и я обречён умирать в волшебстве, а ты - ты, солнце над морем, ты, горечь, ты, соль его - растравливать раны того, кто приходит пить.
Зато, моя радость, не будет ни одного, кто сделал глоток и посмел бы тебя забыть.
Прости, я не смог разучиться дышать тобой, искать тебя взглядом и ждать на исходе дня. Но всё хорошо, лето пахнет сухой травой, и ангелы, кажется, слышат ещё меня. Им нравится море и мой бесконечный путь. Но стоит тебе улыбнуться и сделать шаг – они замолкают и смотрят, боясь вдохнуть.
И что б я ни делал, я вряд ли сумею – так.
Светлана Галкина
Спокойный взор. Надменный нрав. На сердце - ржа окалины.
Добро пожаловаться, граф, на графские развалины.
Граф претерпел большой урон во всём, во что уверовал.
Но вслух орать: "Я разорён!" - совсем не делаферово.
А жизнь прошла, как будто сон, походкою упругою:
и стол, и Дом, и Периньон, и файв-о-клок с супругою.
Сидит с восьми и до восьми граф над Луарой синею...
Ну не к блядям же, чёрт возьми, с дворянскою гордынею!
Виват оконченным боям! Завяли традесканции.
Не так уж весело графьям в средневековой Франции.
Давно забытый ратный труд - ни в дебете, ни в кредите...
Есть в графском парке чёрный пруд. Черней нигде не встретите.
Нет, не один вы, де Ла Фер - сословие. Соцветие.
Я тоже пьянь и маловер, пускай спустя столетия.
Удел наш - горе от ума. Мы - у судьбы на вертеле.
Вот только нет на всех Дюма.
И нет на всех бессмертия.
(с) Александр Габриэль
Художник нарусет жизнь Твою...
Твои шелка
В неторопливом
Свете...
И руки
И глаза
И губы эти
И Тишину...
Как,- в сказочном Раю...
Художник знает
тайные печали
Твоих ночей
Нечаянную грусть...
Чему клялись...
О чем с Тобой
Мечтали...
Художник нарисует
Счастье
Пусть...
Крутелью
Разноцветного желанья
Пусть бросит
На подсохшие холсты
Грядущей осени
Шуршащие листы
И прошлые
Забытые
Свиданья...
Благословляя
Музы совершенства
Любви огонь
В дрожании свечей
Пусть Он напишет
Линии плечей
И глаз твоих
Знакомое блаженство...
И кистью...
И изысканной манерой...
Изобразит Он
Тонкие черты
Твоей мечты...
Любви Твоей
Не смелой...
И образ Твой
Чистейшей красоты...
Карен Самунджян
В такую пору не до сна,
Листает календарь страницы,
А снег летит на крыльях птицы,
И даль бескрайняя ясна...
Уже февраль, мелькают дни,
Немного пахнет талым снегом.
И звёзды россыпью на небе,
А дни морозов сочтены...
Я отдаюсь твоим ветрам,
Твоим последним зимним въюгам
И прячусь по ночам в испуге,
Доверясь солнцу по утрам...
Считаю лёгкие шаги,
Весны, пока далёкой, робкой.
Она идёт тернистой тропкой,
Её приметы мне близки...
Оставив лёгкую печаль,
В февральском зимнем заточенье,
В душе уже, весны влеченье,
Её приятна пастораль...
© Copyright: София Киларь
Тебя я рисую на стёклах души и сознанья,
Двенадцать цветов загораются в радуге чувства,
И краски проходят по контурам наших свиданий,
И нам открывается новая форма искусства.
Тебя я рисую на белых снегах, и безбрежность
Не даст мне поддаться земной и привычной рутине,
По линиям роз создаю я грядущую нежность,
С раскрытых цветов я сдуваю бесчувственный иней.
Тебя я рисую на глади природного моря,
Покрыв лепестками поверхность изменчивой влаги,
И волны вздымают, моим ощущением вторя,
Благие узоры в процессе возвышенной саги.
И солнце в сближеньях с водой формирует в экстазе
Картины духовных художеств и встреч и событий,
Тебя я рисую на тканях своих же фантазий,
Рукой вышивая твой образ из солнечных нитей.
Ю. Куликовский
Разрешите влюбиться в душу…Слишком скучно любить тела…
Сложно строить, легко разрушить ,всё, о чём не узнать могла…
Где же вы, на какой планете,мой герой из ночных стихов?
Вы женаты? Семья и дети?впрочем, ладно, не нужно слов…
Я по почерку вас узнаю.Мне до внешности дела нет…
Вашу душу за миг считаю…Будет ею весь мир согрет…
То любовницы, то подруги вас тревожат опять в ночи…
В лабиринтах лиловой вьюги потеряли к душе ключи…
И искали забаву в плоти,в ней искали любовь… Зачем?
Вы давно без неё живёте,не смотря на девиц гарем…
Вы рискните влюбиться в душу,это тонкая к счастью нить…
Голос сердца умейте слушать…Слишком скучно тела любить…
Ирина Самарина-Лабиринт
Я бы хотела стирать круги под твоими глазами..Пудрой из мела.
Я бы хотела в твоих глазах отражаться часами…Если б умела.
Я бы сказала: мой мир лишь ты, всё, что дальше – пустыня…Серых вокзалов.
Я бы сказала: отстав на шаг, я раскисну, простыну…Сгину в развалах.
Я бы простила все-все твои неземные отлучки - Сердцу по силам.
Я бы простила, ждала б тебя, вынимала колючки…Время копила.
Я и не знала, что могут быть две шершавых ладони …Счастью причалом.
Я и не знала, что так горят в перехлёсте симфоний…Нити накала.
Глупая слишком! Давным-давно ты заклеил газетой…Все мои шишки.
Глупая слишком. Но ты же - мой самый лучший на свете….Взрослый мальчишка!
© Copyright: Светлана Макарьина, 2011
Здесь, у меня - вербена и белладонна, там, у тебя - берёзы и облака.
Нежность твоя ко мне до того бездонна, боль моя по тебе до того сладка,
связь до того нерушима и неизменна, что не хватает дыхания, пульса, слов,
веры в разумный исход...
По бетонным стенам вьются цветы - может это и есть любовь?
Грешная, неприкаянная... святая.
Та, что по Соломону, как смерть крепка. Пусть ты уже не тот,
да и я не та, и пусть у тебя берёзы и облака, а у меня - вербена и белладонна,
нам друг за друга, увы, не дано решать: нежность твоя ко мне до того бездонна,
что до любви лишь один неразумный шаг.
© Copyright: Ксения Кольт, 2012
и пока на земле существуют мосты -
будут те, кто их жгут.
и пока корабли покидают порты -
будут те, кто их ждут.
и пока разливается в небе закат -
будет новый рассвет,
и всегда будет тот, кто тебе очень рад
и такие, кто нет.
и пока существуют причины для слез -
будут те, кто их льют.
кто-то, грохот услышав, пугается гроз,
кто-то - слышит салют.
и пока существует понятие сна -
кто-то будет не спать.
расстоянья и мили проходят сполна -
чтоб вернуться опять.
и всегда будут путатся нити в узлы,
а слова - в кавардак:
хочешь что-то сказать - но сомнения злы,
и причина - пустяк,
и не каждый вопрос будет высказан вслух,
и в ответ - ничего.
иногда для любви не хватает и двух,
иногда - одного.
на большой глубине мы хотим высоты,
в бездорожье - пути.
и пока на земле существуют мосты,
мне
к тебе
не
дойти.
мне к тебе не доплыть. не всколышет волна
океанскую гладь.
но пусть даже закончатся все времена -
я тебя буду ждать.
© Copyright: Саша Отрадная, 2012
Мой любимый Февраль…
Мой немыслимый… мой необъятный…
Двадцать восемь порывистых вдохов впитали насквозь
Твой заснеженный цвет…твой туманный чарующий запах…
Твоё имя по буквам на Море моё разлилось…
Ты целуешь, как снег…
Наугад... неожиданно…в душу
Словом, строчкой...улыбкой...глазами соцветья Весны
Говори, говори…это я…я пришла тебя слушать…
Двадцать восемь растаявших дней оказались тесны
Этот воздух из рифм…даже в тусклых подземных плафонах
Наш задумчивый город весь месяц шаманил стихи
Выдыхал и молчал…и молился на звук телефонов
Двадцать восемь рассветов подряд не гасил маяки
Двадцать восемь небес нам прощали короткие мэйлы
И забывчивость дат, от которых должно бы знобить…
Мы меняли один золотой на две тысячи медных
Уверяя себя, что теперь мы вольны не любить
Я больна им насквозь:
Двадцать семь… и один заштормивший
Моё Море и твой Океан не умеют дружить…
Мои пальцы под курткой пределят доступное «ближе»
И глазами в глазах замирают слова-миражи
Мой любимый Февраль…
Ледяной мой… морозный и нежный
Ты не против?Я сяду вот здесь…прямо так… на порог…
Я боюсь-ты уйдешь…не заметив, как первый подснежник
Излечил двадцать восемь простуженных инеем строк..
© Copyright: Русалкамари, 2011
В начале двадцать первого столетия
на вечеринке, в дискотечном дыме
они друг друга неслучайно встретили -
и воздух заискрился между ними.
Друзья их улыбались: "Перебесятся!"
На них дивились многие в округе...
А им плевать. Четыре долгих месяца
они души не чаяли друг в друге.
Они в кино, в гостях, в театрах, прачечных
общались, как герои "желтых" хроник.
От их страстей, безумных и горячечных
трещал то стул, то стол, то подоконник.
Но ведь любовь - трудней добычи радия.
Она растёт - пойми, с какого сора...
В какой-то миг физическая стадия
перетекает в фазу разговора.
Вот в тот момент как раз-то всё и кончилось,
не стало ни Ромео, ни Джульетты.
Любовь пожухла, съёжилась и скорчилась,
истёрлась в пыль, упала в воды Леты.
Над ними призрак быта одинокого
маячит вновь. И гладь небес свинцова...
Она читает раннего Набокова.
Ему милее поздняя Донцова.
Сегодня в твой город с рассветом придет весна,
Чуть слышно шурша по асфальту походкой легкой.
Ты сразу по запаху сможешь ее узнать,
По сладкой щекотке в носу – то ее вина,
Ну, и по тому, как в окно постучится ловко.
Она вне времен, вне телес – просто есть. Но всё ж
Ты будешь, прищурясь, ловить ее свет в ресницах.
Ты будешь счастливым, хоть сразу и не поймешь,
И даже себя, зажмурившись, ущипнешь,
Подумав: а может, она тебе только снится?
Но встанешь и, сладко зевнув, подойдешь к окну.
Откроешь его – и ворвется весенний ветер,
В секунду нарушив февральскую тишину.
Прошепчет игриво: пора бы уже рискнуть,
Ведь ты приручил ее, ты за нее в ответе.
Ты, вытянув руку, озябшую тронешь ветвь,
А после сожмешь ее в теплой своей ладони –
И почки в бесстыдном раскроются естестве,
Навстречу потянутся музыке высших сфер.
Есть только весна, милый. Нет ничего, кроме…
© Copyright: Аномаль, 2013
Это цитата сообщения pro100sergacheva Оригинальное сообщение
ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ВЕСНЫ!
ПЕРВЫЙ ДЕНЬ ВЕСНЫ!
Ступая осторожно в тишине
По белым покрывалам февраля,
Придет сегодня вечером ко мне
Моя Весна, любимая моя.
Я знаю, что она знакома всем,
И это происходит каждый год,
Но, как мальчишка, радуюсь весне
И почему-то непонятно горд.
Как будто я причастен к небесам,
Как будто март - предвестник перемен.
Не улыбайтесь, я ведь знаю сам,
Что никуда не деться от проблем.
А юная, наивная Весна,
Без жизненного опыта совсем,
Как девочка красива и стройна
Спешит по снегу, или по росе.
Она найдет дорогу и без карт,
Стремительна, свободно и нежна.
И к нам придет, когда наступит март...
У каждого из нас - своя весна!
Петр Давыдов.
Она только изредка пахнет духами.
Все чаще - табачным дымом.
Чем больше ее проклинаю стихами,
Тем больше она любима.
И стоит ей только сказать мне, что в восемь
Назначена наша встреча,
Бегу, как безумный, сквозь улицы. Осень.
А там... Там июльский вечер.
Она опоздает, а, может быть, вовсе
Останется где-то между,
А, значит, смотреть, как трамваи привозят
В вагонах пустых надежду.
И девушки, воздух вечерний вдыхая,
Пройдут, улыбаясь, мимо.
Когда они сладкими пахнут духами,
Мне так не хватает дыма...
© Вячеслав Иванов