к Новому году...
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
|
|
|
[485x412] |
[500x425] |
В фильме прозвучат арии из оперетт Имре Кальмана "Фиалка Монмартра", "Дьявольский наездник", "Сильва", "Герцогиня из Чикаго", "Цыган-премьер", "Баядера".
«Принцесса цирка» — художественный фильм. Экранизация одноимённой оперетты Имре Кальмана.
|

[478x359]
Троллейбус ехал по своему обычному маршруту. Люди выходили и заходили. К конечным остановкам в вагоне оставались две женщины и маленький, бедно одетый мальчик с большими и очень печальными глазами.
Одна из женщин вышла на предпоследней остановке. Кондуктор, думая, что мальчик едет вместе с ней, окликнула:
– Женщина, вы забыли своего ребенка?
– Этого, что ли? Такой беспризорник не может быть моим сыном, - брезгливо ответила та.
– Ты чей, мальчик? Может быть, ты потерялся? - Участливо спросила кондуктор.
– Я?.. Я ничей. И еду сам.
– Дети не могут быть ничьими. Где твоя мама? Ты заблудился?
– Моя мама ушла на Небо. Я тоже хочу туда. Тетя, вы не знаете, какой троллейбус едет на Небо?
– Маленький, нет такого маршрута. И добраться туда нелегко.
– Но я так хочу увидеть свою маму… Неужели ни на чем нельзя доехать на Небо?
Тут другая женщина, которая по-моложе, подошла к мальчику, обняла его и нежно прижала к груди.
– Как тебя зовут, сыночек?
– Вообще-то я – Митя. Но теперь меня называют 57.
– ?
– Я живу в приюте. Нас там очень много. И ни у кого нет мам. Воспитательница не может всех запомнить и называет нас по номерам.
– Тяжело тебе, малыш?
– Меня никто не любит. Мама всегда меня целовала. Она читала мне сказки на ночь и пела колыбельную. А еще мы вместе молились. Я так хочу увидеть маму. Она ушла и больше не вернулась. Тетя, а ты была на Небе?
– Пока нет, мой хороший. Но я знаю, как туда попасть. Самому тебе дороги не найти. Хочешь, я возьму тебя в свой дом? Мы будем жить вместе, и ждать Христа. Он сможет привести нас на Небо, где живет теперь твоя мама.
Глаза мальчика засияли надеждой. Он прижался к доброй женщине, как когда-то к маме, а та нежно гладила его по головке и ласково улыбалась.
На конечной остановке они вышли. Кондуктор с водителем долго смотрели им вслед. Кто-то из них сказал:
– На нашем маршруте остановка "Небо" не отмечена. Но все-таки, мне кажется, она есть на этой линии.
Бог обитает там, где живет любовь. А где Бог, там и до Неба не далеко.
|
[показать] |
Дама сдавала в багаж: Наган, пулемет, патронташ, Обрез, к пулемету два диска И маленькую зубочистку. Секюрити знает порядки: Нельзя пропускать на посадку Колючий и острый предмет. Вот даму ведут в кабинет. Инспектор глядит очень строго, Себе вызывает подмогу. Пришел специальный отряд: Майор, капитан и солдат. Эксперт по шнуркам, а вдогонку В погонах неслась собачонка. Эксперт все проверил коробки, На ножницы, скрепки и кнопки Майор на детекторе лжи Искал у гражданки ножи. Согласно уставу, солдат, Пять раз разобрал автомат, Обрез, пулемет и наган. "Не колет", - сказал капитан. Прощупав шнурки на взрывчатку, Эксперт дал добро на посадку. Все вроде в порядке, но звонко, Залаяла вдруг собачонка. "Похоже, она террористка! Смотрите, при ней зубочистка!" Завыла сирена и сразу, Возникли две роты спецназа. "Мадам, вы в уме или нет?! Ведь это же острый предмет!" Летит в самолете багаж: Тротил, динамит, камуфляж. Граната, три бомбы, два диска. Зато не прошла зубочистка!!! из интернета |
М. Жванецкий Всё, кончилось золотое время, в стране всё за деньги. В платных туалетах посетители, у которых запор, требуют вернуть деньги обратно, и суды их поддерживают. По любому вопросу можно обратиться в суд и получить оправдательный приговор. Главная задача суда - не связываться, главная задача церкви - не ввязываться. Суд, церковь и народ полностью отделились от государства, учителя отделились от учеников, милиция отделилась от воров, врачи отделились от больных, всё, спросить не у кого. На экране непрерывно стреляют, любят друг друга в крови, в грязи, и поют там же. Песни по смыслу приближаются к наскальной живописи. Секс полностью отделился от любви, на свадьбах под крик "Горько" уже не целуются, а идут дальше. Любимые называются партнёрами, объятия называются позой, поцелуй называется началом игры, женихи и невесты исчезли как класс, среди венерических болезней самая редкая - беременность. Остальное нормально. Москва сверкает, Одесса хорошеет, Омск впервые узнал, что такое автомобильные пробки. В правительстве вяло идут дебаты когда давать пенсию - с 60 или с 65 (это при средней продолжительности жизни в 57). Во время эпидемии гриппа особым шиком считается подговорить гриппозного поцеловать начальника. Радиации у нас никто не боится - считается, что умереть от неё мы просто не успеем. В магазинах всё есть, только кому это всё есть? Начиная с 17-ого года, едят только "новые русские". Песен в стране стало в сто раз больше, зато стихов в песнях - в сто раз меньше. Приятное новшество - пение под фонограмму: любимый певец прилетает на гастроли, но голос с собой не берёт. То, ради чего собрались, не происходит, хотя и рот открывает, и на нас кричит, мол, не вижу ваши руки, не слышу аплодисментов, "браво" не слышу... "Вяло!" - кричит он на нас, "вялые вы!". Это мы-то в зале вялые? "Не слышу вас!" - кричит. Это нас он не слышит, как будто мы поём. Но в конце концов он добивается нашего звучания, так что фактически это мы выступаем под его фонограмму. Все газеты о том, как вести себя в постели, как будто мы из неё не вылезаем, хотя прохожие на улицах есть. Все советы как спать-переспать, и никаких советов как жить. В результате: как ограбить банк - знает каждый россиянин, как сохранить там деньги - не знает никто. Так как наше производство не работает, одеты мы прилично. Женщины наоборот - раздеты ярко и броско, делают для этого всё, потом за это подают в суд. Президент новый для всех загадка. Раньше была загадочная страна, потом загадочный народ, теперь загадочный президент... Умом никого из них не понять. Тут надо чем-то другим думать, чем - мы ещё не подобрали. Сегодняшнюю жизнь понять нельзя. Литературы нет, учебников нет. Рассказать об этой жизни, как об этой новой водке: когда она даёт в голову - перестаёшь соображать. В Москве пришли в новый ресторан, стали ждать официанта, он пришёл и принёс счёт. То есть так по-новому никогда не жили. Когда меня спрашивают: "Ты как по-английски?" - "Читаю свободно, но не понимаю ни хрена". Что хорошо в России - все живут недолго, сволочи в том числе, поэтому весь вопрос в терпении. И всё же взамен мрачных и одинаковых появились несчастные и счастливые. И весь этот кипяток со всеми его бедами и загадками всё-таки больше похож на жизнь, чем та зона, где тюрьма, мясокомбинат, кондитерская фабрика и обком партии выглядели одинаково. |
|