Тело - это последнее о чем принято думать или обсуждать, но, что есть у меня еще - только мифические юридически закрепленные права владения - все ничтожно, хотя и более чем реально. Доля секунды - упал, потерял память - ничего, кроме изуродованной или холеной плоти, умеющей(действительно, а что я умею?) драться - относительно, копать-не копать, гвозди забивать, сексом заниматься... Одна знакомая (позже расскажу) говорит, что выбирает мужчину по принципу "острова". Представляет его с собой на необитаемом острове - нет ничего, кроме рук и сноровки - сможет он накормить, шалаш построить, от диких животных спасти? Мы с ней уже два года общаемся - говорит, что испытание островом я прошел. Странно, но мне приятно, хотя к черту его, этот остров.
И все же - что первично? Что заставляет принимать решения определяющие всю нашу жизнь - физическое истощение или эмоциональный голод. В каком случае проживешь дольше, и нужна ли ТАКАЯ жизнь? А, что! Скажете вы, можно после работы книжку почитать, в Инете с умным человеком потрепаться, в театр завалиться, да мало ли возможностей для образованного человека! Сижу я, сейчас, перед компом, в постели девчонка стонет(не то что вы подумали) "Давай быстрее, а то завтра на работу". - "Да иду я!" - опять сдаюсь перед материальной однозначностью, хотя душа требует просвещенной многозначности.
Ах...

Так, Цой охарактеризовал фильм "Игла". Так он думал о своих песнях и стихах, так считал каждый, кого трогало его творчество. Тогда, откуда появились толпы поклонников и полный стадион в голос подпевающий "это сладкое слово Камчатка"? Почему до сих пор на его могиле живут уже нынешние подростки, сменившие нас, ушедших на тот свет или в офисное рабство? Как происходит превращение из "не для всех" в "обо всех"?
Я не знаю. Но хорошо об этом сказал Петр Мамонов: "В какой-то момент времени появляется человек, который озвучивает мысли целого поколения".
Расскажу о том, что он значит для меня. В тот момент, когда нужен герой им становится не отец или брат, а Саша Белый или Брюс Ли. У меня был - Виктор Цой - "последний герой" и просто Мужик с большой буквы, научивший меня бить, а не рассуждать, ломать, а не подстраиваться, защищать и бороться до конца, за то, что люблю и тех кого люблю. И, наверное, самый сильный из его уроков - быть самим собой, держаться и надеяться несмотря на обстоятельства, окружение, всё!
Каждая песня, до сих пор, трогает, волнует, заводит. Слушаю и верю "если есть в кармане пачка сигарет, значит все не так уж плохо..." Слушаю и понимаю "наше будущее туман, в нашем прошлом то в ад, то в рай, наши деньги не лезут в карман..."
И еще - если я сильный - значит должен помогать слабым. Трудно, тяжко, никто не поблагодарит - но по-другому нельзя, иначе перестану жить, а существование для беспозвоночных.
И тем, кто ложится спать - спокойного сна...

P.S. Племянница(5 лет) одела наушники и стала слушать мой плеер, громко подпевая : "Я сажаю алюминиевые огурцы..." ЦОЙ ЖИВ!

Вот так всегда - она появляется, словно молния, освещая и ослепляя. Тебя начинает колбасить и дурь лезет из всех щелей сознания. Непонятно, откуда появляется время, чтобы позвонишь ей - на работе, дома, в машине, в кабаке - разговоры обо всем, ничего не значащие, ничего не проясняющие, а наоборот еще более затуманивающие. Это ощущение, когда хочу держать ее за руку, хочу разговаривать с ней и хочу ее - на одной ступени желания. Тебе интересно - кто она, откуда, о чем думает, всё превращается в нереальное волшебство, она занималась танцами - вау; работает адвокатом - ух, ты; у нее родинка на ключице - разрыв мозжечка!
Да, знаю я, что через неделю, максимум две - растает, исчезнет, станет резким и обыденным, знаю, поэтому и вою. И все же, ну дайте, дайте хоть чуть-чуть полетать.

Утро – это всегда испытание. Яркий свет уничтожает полутени и маски, все реально, нет магической неопределенности навеянной алкогольно-наркотическими добавками и просто приглушенным светом, поэтому не люблю, когда бабы остаются до утра, предпочитаю просыпаться один – меньше разочарований.
ТО утро было пыткой, медленной, утомительной, отвратительной пыткой. Ну, во-первых я проснулся раньше, повернул голову и сразу все вспомнил, он (я даже имя не знал) крепко спал, положив под щеку руку, по подушке разметались дреды, словно спящие змеи, там, где их касались лучи солнца, их цвет становился почти золотым… День обещал быть морозным и солнечным. Почему-то тогда я подумал именно об этом – о том, что сегодня суббота, а значит можно махнуть к родителям и покататься на лыжах – у них там обалденные трассы в лесу… Я осторожно встал и пошел в ванную. Все таки мужик достал меня – ссадина на щеке саднила и на челюсти начинал проявляться фиолетовый след. Я стоял под струями воды и осознание конца начинало проникать в каждую клетку моего тела. Это конец, моей жизни, моих взглядов на эту долбанную жизнь, конец меня. Я мечтал выйти и обнаружить пустую постель, возможно тогда я заткну эти воспоминания в самый дальний чулан и попробую жить по-прежнему. А если он будет там, может убить его - расчленить тело, положить куски в мешки для мусора, отвезти… куда-нибудь. Я стал представлять, как буду распиливать его по суставам, постарался вспомнить, где лежит лобзик, обрадовался, что купил электрический… Мысли бодрили и успокаивали одновременно. Совершенно не осознано я побрился и под мышками тоже (спрашивается какого хуя), взял дезодорант… Выключил фантазии о расчленёнке, только, когда вышел из ванной и практически столкнулся с ним в коридоре. Это было странно - вместо мертвого кровавого трупа увидеть улыбающегося его.
- Доброе утро, - он дотронулся до моей щеки, я рефлекторно поморщился, - ой, прости, у тебя там пена. Это после вчерашнего?
- Ага, - Он прошел в ванную, я услышал шум воды, наконец, я заставил себя пойти на кухню, в голове карусель, мысли словно, испуганные птички порхали вокруг, а я все не мог ухватить ни одну из них.
- …это мама, постоянно мне говорила – карате когда-нибудь спасет тебе жизнь, я не верил и терпеть не мог тренировки, там так дубасили, я еще к тому же был самым младшим, на мне все тренировались. Потом привык, только до сих пор не терплю боли…- Он поставил чайник, во втором шкафу нашел чашки, положил пакетики, заварил, открыл холодильник, достал масло, сыр, из хлебницы батон – сделал бутерброды. – А ты в ВДВ служил?
- С чего ты взял?
- Наколка, - показал на мое плечо.
- Да.
- Заметно, здорово, ты того большого отделал.
Мальчик, который сейчас разговаривал со мной совершенно не напоминал вчерашнего «юношу бледного со взором горящим», скорее скрипача или химика, только дреды убранные в хвост путали картину.
- А кроме музыки, ты чем занимаешься?
- В этом году оканчиваю институт.
- Гнесинка?
- Нет, родители, настояли на классическом образовании.
- И кем ты будешь?
- Юрист, да какая разница, все равно я музыку не брошу. Мне пора ехать, приводить в порядок квартиру, представляю, что там твориться, а ко мне сегодня хозяйка приедет за деньгами.
- А та квартира твоя?
- Да.
- И откуда ты сам?
- Из Подмосковья.
Он пошел к входной двери, а я все еще не мог поймать ни одну птичку, что-то надо сделать или спросить или…
- Шмель. – Я вышел в коридор, он уже оделся, - мы в следующую пятницу выступаем в «…» клубе приходи часов в десять, там будут еще группы, будет здорово.
- Не знаю…
Он открыл первую дверь, повернулся и сказал улыбаясь:
- Меня Дима зовут, а то мы вчера не познакомились.
И ушел.
По стенке я спустился на пол, закрыл лицо руками и просидел так не знаю сколько. В голове стоял такой звон, что казалось, соседи должны зажимать уши.
Наконец, я собрался с силами и вошел в спальню. Он аккуратно покрыл ее одеялом, покрывало, наверное, не нашел… Кровать была похожа на цветок лотоса – нежный, девственный, божественный – люблю чистое постельное белье, приятно пригласить девушку и не дергаться по поводу грязных простыней, ух, и не только девушку. Эта мысль поразила, словно порыв ветра перед грозой. «Один раз не пидарас, а кто? Кто я? Ну с ним все понятно, музыкант, богема, тараканы в голове, но я, как я? Кто я?» Меня замутило от белизны кровати, от мыслей, от эмоций… я быстро оделся, и уехал к родителям, решил, что подумаю об этом потом, в конце концов у меня была целая неделя, чтобы принять решение или не принять, пойти или не пойти, жить или не жить…

Постоянные блядские фантазии, чуть расслабишься, приляжешь на диван, прикроешь глаза и вот она, и твой член входит в ее тело, быстрее, быстрее, ее глаза напротив твоих, это будет... на кухне, на столе, на подоконнике, я хочу видеть твое лицо, когда буду в тебе, хочу видеть его, входящего в тебя, раздвигающего нежную, жаркую, трепыхающуюся плоть, видеть, чувствовать, черт опять...
Так проходит день, второй, а на третий приходит она. Я (проклятое воспитание) предлагаю ей чай, кофе, мы говорим о ее и моей работе, о книгах, сайтах и блогах, идем к Компу я показываю свои последние фотки в Контакте. Потом ложусь на кровать, она снимает с себя одежду, прыгает на мне я кончаю и она уходит...
И ведь буквально через сутки, те же самые порно слайды в голове. Всё! В следующий раз, не буду предлагать ей чай, сразу посажу на подоконник...

И почему, почему постоянное ощущение не важности, не серьезности, не вечности происходящего, почему? Я делаю деньги, обслуживаю, соединяю, ублажаю, да, черт, все, что должен делать настоящий мужик - накопление-траты, пьянки-гулянки... А в душе равнодушная-пустота? Но, вдруг, вчера на мою SMSку "приедешь?" ответила : "Да, пошел ты!" - хохотал в голос, как я люблю - все знаки препинания правильно поставлены. Она молодец, не дает расслабиться, каждая встреча - ураган эмоций. Позвонит недели через две, когда соскучится. Ну, не проводил я ее к машине в три ночи, ничего страшного : во-первых у меня болит нога, во-вторых машина около подъезда, в-третьих я никогда никого не провожаю, в-четвертых я свинья и она это знает, но сказала: меняйся или я... Что уйдешь? отомстишь? Ничего ты мне не сделаешь, я свободен, как и ты - лети птичка! Но, нет она вернется, будет хмурить бровки, писать SMSки от которых кровь бежит по жилам и хочется смеяться. Почему ты возвращаешься? Любовь, секс, мазохизм? А не все ли равно... Главное это для меня важнее работы, денег - всего, почти всего...

- Почему я? - спрашиваю у ВэВэ.
- Потому что ты справишься, у тебя больше опыта, - "И член в штанах", продолжаю про себя.
- Я на больничном.
- Еще долго?
- Ну, в принципе я мог бы приезжать на пол дня, перевязки...
- Отлично, бери себе помощников и вперед.
- Спасибо.
- Я просто выполняю свою работу, да и что же произошло?
- А...В фитнесс-клубе штанга на ногу упала.
- Ну-ну. А мне сказали, что ты за честь девушки вступился.
- Бессовестно лгут.
Выхожу из ее кабинета, в голове полный кавардак. Этого клиента ждали долго, уговоры-переговоры и наконец, он созрел, облажаться нельзя слишком много поставлено, практически - фирма, теоретически - имидж. "Почему я?" в который раз я задаю себе этот вопрос. Кандидатов куча - и главный - Лена, у нее больше опыта, она усердна и исполнительна, и все же я. Ответ остается прежним - потому что у меня член и еще - брошенных не любит никто. Значит есть в ней какой-то дефект, скрытый изъян, не состоятельность... Сама виновата, ну зачем было трепаться о нас, ну могла бы просто: "Да вы что? Посадил на такси и я поехала домой, мы же друзья", ну, или там :"Чтобы я с ним? Да он меня не возбуждает!" - Так нет же! - "Да, было, вот такой у него член, вот такая квартира, было все здорово! Ля-ля-ля!" - Дура!
Возможно, это самое отвратительное, что меня больше всего раздражает в бабах - неумение держать язык за зубами, ну поделись ты с подругой, ну зачем на работе? Зачем вываливать свою личную жизнь на головы ни в чем не повинных сотрудников. Кто-то скажет - мы проводим здесь большую часть времени - ну, и что? Мы все равно остаемся - соперниками, приз - отношение начальства, премии, повышение по службе, слишком много всего...
Мне импонирует отстраненность ВэВэ - даже секс не уничтожил эту грань, только сделал ее несколько другой - нам стало легче, проще, мы можем смотреть друг другу в глаза и даже улыбаться - никаких намеков и масленых шуток - просто взгляд - достаточно для умных людей. Женщины начинают ощущать власть - и в отношении него и его власть над собой, все упрощается и усложняется одновременно. Мне не нужны на работе сложности, поэтому никаких влюбленных взглядов, но в то же время дать понять - ты для меня слишком хороша, я это осознаю и ты тоже!
Трах со мной - словно метка своей территории, ну и конечно ублажение самолюбия - меня хотят - значит я существую! Ну, все достаточно, рассуждать о мотивах - она выбрала меня - это главное, пора работать!

- Что произошло?
- Так, уроды-гопники.
- Как тогда? - Ну, спасибо, что напомнил.
- Почти... - смотрю в окно, за ним не зелень и жар от асфальта, а белая снежная поземка.
"Тогда"... У моего друга Ильи был день рождение, все по стандарту - кабак, девчонки, вискарь, только на этот раз в клубе выступала рок-группа (Блять, какой на хуй рок - он умер в 90-х, вместе с Цоем и ему подобными, но антураж!) Вокалист оказался знакомым Илюхи - в перерыв подошли, выпили, когда выступление закончилось решили продолжить. К Илье было нельзя – родители.
- Поехали ко мне, - предложил один из музыкантов.
Тьма тараканья, окраина мегаполиса, неприметные многоэтажки – съемная квартира, как всегда смешение стилей - красно-черные репродукции Чегивары, уживались с древними постерами Аквариума, Скорпов и душистой геранью, весело зеленевшей на подоконнике. Еще была большая кровать и толстый ковер с подушками, на полу...
Типично-обычная пьянка превратилась в необычное действо со стихами Пастернака и Есенина из моих и не только уст, рассуждениями, что больше тыркало Г.Р.О.Б. или Красная плесень и сколько по времени занимал проезд на электричках из Москвы в Питер, на годовщину смерти Цоя. Кто-то периодически брал гитару и мы затягивали, что-то из Сектора Газа или Машины Времени. Дым весело булькал в медицинской склянке, трава обволакивала, унося все в новые и новые, изведано-неизведанные дали.
- Лучше через вино, - сказал Илья, но вина не оказалось, а так как в этот вечер все должно было быть идеально-совершенно, то отсутствие вина показалось мне чем-то противоестественным. Я решил сходить, не в тайге же! Оделся и спустившись на лифте, оказался на улице. Зима, декабрь, снег - мягкий и легкий, еще не грязный и надоевший. Небо - черно и звездно – благодать была во всем – в сердце и природе, закутанные снегом дома, деревья – сказочно искрились в тусклом свете фонарей. Неожиданно, я понял, что совершенно не представляю в какую сторону идти, в этот момент скрипнула дверь подъезда, я повернулся и увидел ударника из группы, парень лет двадцати пяти, запомнил его блестящие глаза, он читал неизвестные стихи, я подозревал, что свои, и еще подыграл мне на гитаре, когда я хрипел «Мне насрать на мое лицо».
- Давай, провожу, а то еще заблудишься, - и мы пошли к светлому пятну круглосуточного магазина. Рядом со входом стояли двое мужиков. Когда мы проходили мимо, тот что пониже хмыкнул и произнес :
- Что педики, ссыте, парами ходите? - по голосу было понятно – мужик изрядно навеселе, на душе было так хорошо, что я решил не реагировать, но у моего спутника на этот счет были другие планы.
- А тебе гопата, видно не въёбывали давно?
- Что ты сказал? – я понимал его удивление – сам удивился! Парнишка был щуплый, хоть и почти моего роста, не ожидал такой смелости (глупости) от музыканта. Гопник попытался ударить его, но в этот момент, он вскинул ногу под немыслимым углом и всё – тот на земле. В следующий миг, краем глаза улавливаю движение и кулак другого мужика чиркает по челюсти – успел уклониться и вот уже мой кулак у него в лице и я даже не слышу, чувствую костяшками пальцев, как ломаю ему нос. Первый гопник пытается встать, но музыкант со словами : «Ну и кто же теперь педик?» -наносит еще удар ногой по яйцам. Я делаю пару профилактических ударов по лицу, лучше бы в печень, но зима – пуховики-куртки, более действенно – в лицо. Гопники лежат закрывая спинами стеклянную дверь в магазин, и тут мы видим, что к дверям бегут человек пять, наверное эти двое остались на улице, пока их друзья отоваривались. За долю секунды оценив ситуацию мы поворачиваемся и бежим к дому. Слышим как взади кричат, орут, матерятся, не оглядываемся, подбегаем к подъезду, оборачиваюсь готовый вспомнить все, что я когда-то знал из боевых искусств. Толпа в пятидесяти метрах, я успеваю моргнуть и мой друг по несчастью, хватая за рукав втаскивает меня в подъезд. Слава Богу, домофон, молюсь, чтоб им никто не открыл. Бежим к лифтам, нажимаем все кнопки, он опять берет меня за руку повыше кисти и тащит к двери ведущий на лестницу, пробегаем пару пролетов потом задыхаясь останавливаемся и смотрим из окна вниз – внизу, мужики идут обратно к магазину, видно решили помочь избитым. И вот здесь происходит, что-то совсем странное, он все еще держит меня за руку и словно судорога сотрясает все мое тело, я смотрю в его блестящие глаза, полуоткрытый рот, а в следующий миг он целует меня в губы, мне должно быть противно - чужое, инородное, просто ИНОЕ дотрагивается до моих губ. МНЕ ДОЛЖНО БЫТЬ ПРОТИВНО, словно я поцеловал – лягушку, да попросту – мужика, но мне охуенно хорошо, член реагирует, как на голую телку, эта реакция совершенно выводит меня из равновесия, я со всей силой ударяю его под дых, он складывается, отпуская мою руку. И где-то там на краю, где встречается день и ночь, в темноте появляются сначала зелено-желтые кошачьи глаза, потом гребни на голове и наконец, вываливая огромное грязно-серое брюхо - вылезает мой личный дракон, которому нравится, когда Читать далее...

Assisi - город в Италии, где лежат мощи св. Франциска, нет это не сообщение Гео Клуба, я опять про себя любимого. Итак, там лежат мощи того самого, св. Франциска, который жил - не тужил, воевал-убивал и захворал, да так, что чуть не умер и на смертном одре понял, что вся жизнь - фигня и пора, что-то делать для Господа. К чему это я, а, вспомнил - когда ты болен, ты словно опять возвращаешься в младенчество, ты беспомощен и слаб, нуждаешься в питье, еде, тепле, а главное в ком-то, кто хотя бы просто подоткнул одеяло. В походе, наверное, с этим было туго. Не нашлось такого человека, примерно, как в наших больницах, где два вида заболеваний - или пиздец, или фигня само пройдет...
Он ехал домой верхом на коне, голова его была опущена, перед ним лежали две дороги одна проторенная и понятная всем, другая полная лишений, непонимания и неизвестности. И что бы там не говорили надо иметь большую смелость, чтобы пойти по второй.
И опять две дороги уходящие вдаль, одна - широка и заасфальтирована, другая чуть видна, поросла подорожником. Я конечно, же выберу первую - так проще и понятнее(в первую очередь мне). Только, ночью, словно вор буду приходить и трогать руками мох на вековых деревьях, но утром опять сяду в машину и помчусь дальше...
Как важно, чтобы вам вовремя подоткнули одеяло, а еще лучше, если этого не случится, тогда у вас будет возможность совершить подвиг - пусть маленький и незаметный, но подвиг...

Отпусти, не надо, мне больно,
И не та эта боль, чтоб терпеть.
Шепот, шорох шагов - довольно!
И в глаза мне не смей смотреть.

Не кричи - я слышу, оставь
Этот холод и жар и стон,
Не молчи - я вижу, ударь!
Но уходишь, потупив взор.

Обмани - словами плетьми,
Завяжи узлами меня, спроси:
Почему не реален мир? -
Потому-что Бог здесь - я.

Запах яичницы и боль. Доброе утро. Хреновое утро. Хуевое утро...
- ...Фестиваль был супер... после завтра день города... на "сборник" позвали... отыграли лучше не куда... - Я понимаю, он музыкант, ударник в известной группе, ему это важно, но мне то НЕТ, да мне насрать, где ты был вчера и почему не позвонил позавчера...
- Тебе домой не пора? Или там на репетицию?
- А?
- Ко мне друзья придут, забыл какой сегодня день?
- Я помешаю? - да, хуй, его знает, как они отнесутся к нечесаному, рокеру с дредами по жопу. Сашка - работает в автомастерской, женат имеет дочку, Генка - начальник кадров в страховой компании, холост, Муха - электрика из какой-то фирмы, сигнализацию проводит, принципиально холост, последний мне показался самым непредсказуемым, во всяком случае в прошлом году, именно он сломал нос продавцу самсы, а я... ну это не важно.
- Нет, но у нас свои разговоры, воспоминания, - Тосты, в конце концов, не представляю, как он будет пить за дядю Васю.
- Хорошо, давай в магазин сбегаю.
- Они все принесут.
- А закусывать не будете? - Блять, ну обходились как-то.
- Ну, сходи.
Впервые, не хочу видеть братьев, хотя стояли мы с ними как в Великую - за нами Москва, вернее Мааасква. Мы же маасквичи, хуйня, что Муха из Подольска, до сих пор вижу ненависть в лицах всех: дедов, салаг, офицеров - всех - МААСКВИЧИ!
Пришлось нам каждодневно отстаивать девиз "Не отступать, и не сдаваться" - то с кулаками, то со шваброй, то со спичками в глазах на тумбочке... Наверное, это из-за боли, но сегодня ничего хорошего вспомнить не могу. Может ребята напомнят. Звонили, говорят в честь меня уже окунулись. Жаль напиться нельзя - антибиотики. Хотя они обещали траву привести, но лучше бы водка и фонтан...

Он... Дреды, легкая небритость, черные футболка и джинсы, то ли с рынка, то ли из S.H.
Я: Ты, не боишься педикулеза?
Он: Нет, а что?
Я: Просто спросил.

Я... Джинсы с дырками на коленках, футболка со стразами, гладко выбритый, Lacostой пахнущий.
Он : Собираешься куда?
Я : Нет, - "С тобой ночь провести".
Он: Голодный, хочешь курицу?
Я : Не знаю.- "Знаю! Голодный"
Он : Я потушил, как ты любишь с базиликом.
Я: Тебе же не нравиться.
Он : Мне многое не нравиться... Я еще вина принес...
Ем, пью красное вино... Он смотрит в окно, только глаза мерцают, не дают расслабиться. Под его взглядом, не прямым, так будто случайным, все тело наливается тяжестью, не могу поднять вилку, последний глоток... Сгребаю его, целую и, наконец, утоляю настоящий голод...

Казематы времени пространства
Как хочу я вырваться, сбежать
И увидеть солнечное царство
Парадис, где нет причин страдать.

Отпустите птичку на свободу
Отворите клетку, я прошу, но
Молчаливы каменные своды
И все уже в потолке окно…

Я кричу, но эхо лишь ответом
Плачу - под ногой холодный пол.
Не разрушить брачные обеты
Не уйти от доли роковой.

Лишь в ночи, увидев в небе звезды
Чувствую свободную себя,
Снова вижу лес : березы, сосны,
И костер, и речку, и тебя…

Считается, что унисекс это придумка нашего поколения. Чушь! Смешение, слияние, проникновение - это было всегда. Всегда мужчины примеряли женские маски и наоборот. Феминизм... Жорж Сант ходила в мужском платье и жила в гражданском браке, говорят это был протест, да многое можно объяснить социальной позицией(оппозицией), но она была живым человеком - могла бы раз выйти во фраке в театр, а постоянно так жить - это уже внутренние тараканы... Ей так было комфортно!
... Был в Помпеях, кругом развалины, руины, просто камни, зашли в публичный дом - на стенах фрески практически в первозданном виде и на первой - мужик совокупляется с мужиком, а римские воины, во времена Александра Македонского, в своих походах они, в общем сами знаете(хотя у всех дома были семьи), как говорил мой учитель по истории: "Гомики - это Пенкин с Моисеевым, а они были настоящие боевые пидорасы", - я помню мы на лекции так ржали, что я с лавки свалился. Примеров до хренища.
Нет полов, есть традиции, обязанности, привычки и личные предпочтения. Предпочитаю сам, не нравится когда меня - вот и весь унисекс.

Боль... у нее столько оттенков и видов. Какая сильнее - душевная разрывающая тебе грудь пополам или физическая ломающая тело? Что больнее - встречи с тобой - без будущего, без настоящего, без надежды, или жизнь без тебя - с другими, которые могут, даже хотят стать судьбой, не понимая, мою принадлежность другому существу... Мне так хорошо от моей боли, потому что душевная почти не чувствуется, сделай больнее, ударь, мне все равно, нет, мне приятно, я не чувствую другую настоящую боль... Нет, мне не нужны обезболивающие, нет, я хочу корчится на перевязках, стонать от неловких движений медсестры, хочу забыть о настоящей боли, ждущей меня как верный пес, возвращающейся не смотря ни на что...
И даже ты... Мое темное, не настоящее, не можешь унять ее...

В наушниках Enya, а в душе грусть и надежда. Полигамность - это поиск, той незабываемо единственной, непохожей, чужой для других, родной для меня, той - чей дракон внутри напомнит собственного. Не прячь его, не одевай маски, я пойму! Не изображай эмоции, равнодушие - это тоже чувство, только более сильное...
Мы будем выпускать наших драконов в ночи, пусть пошалят, пока в деткой лишь сопение и сладкие дремы. Я не смогу приручить твоего, так же как и ты моего, но, им будет весело вместе, они будут злиться на добрых и ласковых, облизывать злых и жестоких, ластится к изуродованным и мерзким.
Я найду тебя моя Джейн, Ассоль, моё несбывшееся. Я не променяю тебя на простое и понятное, уютное и домашнее, мне будет больно, когда твой дракон рассечет мне сердце, но я буду жить с этой раной, потому что иначе я буду мертв, я есть мертв. Исцели меня болью, вдохни жизнь в безжизненное тело, воскреси меня, убивая...

- Тебе больно? Хочешь приеду?
- А чем поможешь?
- Ну, пожалею тебя, - ага, потом, я тебя до полуночи "жалеть" должен буду.
- Нет, спасибо, я сегодня, правда не настроен, хочу просто выспаться.
- Ну, ты звони.
- Конечно.
Боль, она повсюду, случайное движение, случайное притрагивание, случайное... Как понять, что случай, а что провидение, к чему отнести моё непредвиденное заточение, мою травму лишившую в одну секунду отпуска, секса(потому что тупо не хочется) и простого гуляния по улице ( лишь прогулка на лифте, да и то с клюкой до магазина на первом этаже). И весь мир сжимается до неузнаваемости, то к чему бежал и на что катастрофически не хватало времени, становятся обыденной надоедливостью - сон, Инет, телевизор, даже книги. И особи обоего пола являются не лекарствами от скуки, а болезненными напоминаниями о том, как ты бы мог, если бы... И успокаивает только одна мысль - "доктор сказал - три недели".
Возможно, моя травма спасла меня от машины сбившей меня насмерть, самолета обрушившегося мне на голову, девчонки из клуба, зараженной СПИДом и укусившей меня...
Но, лето, это лето - я уже не напьюсь им допьяна, и шмели в полях закончат летать без меня...
А меня ждет неизбежное выздоровление и осень...

Это удивительное и необъяснимое - одиночество. Не когда ты один в доме, в поле, в лесу, с книжкой, с телеком, с буком. Нет! Самое острое - в комнате наполненной людьми родными или знакомыми, коллегами или друзьями - Один.
И говоришь о том, что интересно всем - новости, сплетни, прочая чушь, но это кто-то другой - мальчик-мажор, образованный и начитанный, тот которого интересует сколько стоит Кайен и чем он отличается от других кусков железа на колесах. Скажи, что мечтаешь послать все на хуй и пожить в какой-нибудь глуши, скажи, что можешь часами лежать в траве и слушать вечное, неторопливое, настоящее, что у тебя есть ДРУГАЯ жизнь и в ней ты не совсем традиционной ориентации, скажи, что тебя по-настоящему волнует... О, это будет гром и молнии, а скорее - молчаливое глухое непонимание. У него же всё есть квартира, машина, работа, любовница(ы), друзья, он должен, ДОЛЖЕН быть счастлив, так почему со мной это случается так редко. При всей своей ускользаемой непредвиденности оно(счастье) к тому же посещает меня в совершенно неожиданные не традиционные моменты. И почему мучает ощущение собственной немоты, где всё время приходится переводить свои блядские, извращенные, злые или просто "другие" мысли в их плоскую плоскость. А главное, почему я должен это делать...
И даже с друзьями - как рыба открываю рот пытаюсь выразить настоящее и... не могу - нет слов, нет ничего - один, в полном безмолвии...

Одиночество не приговор,
Одиночество статус души,
Я веду нескончаемый спор
В лабиринтах сомненья и лжи.

Одиночество – хитрый ловец,
На меня расставляет флажки,
Обмануть, убежать – силы нет,
Я попался в сети твои.

Одиночество – нет, я не твой,
Я лишь пленник и верю в побег
из холодного, скучного сна,
В яркий день словно шхуна на брег.

Одиночество – я не боюсь!
Знаю точно, наступит рассвет,
Сбросив сети вчерашнего сна
От тоски я избавлюсь навек.

ВэВэ заместитель начальника, баба лет сорока, но это во времена моей мамы - сорок лет - конец жизни, сейчас - самый расцвет. Не замужем, но была, дочь учится в МГУ, квартира, Лексус, шмотки с лейблами, великолепная ухоженная фигура и лицо двадцати пятилетней, а еще татушка в самом неприличном месте - впервые такое видел в центре попы - губы- половинка на одной половинке, половинка на другой, а узнал я о ней совершенно случайно...
Был корпоратив, блять знаю, что повторяюсь, но не я такой - жизнь такая. Выпили, я начал веселить народ - единственный мужчина это как еще одна должность, только без зарплаты, насрать, что я начальник отдела! "Ой, лампочка перегорела, ой, что-то в телефоне щелкнуло, ой..." Суки, хочу быть тупой бабой!
Но веселить, это не в контактах копаться, это я люблю - потравить байки, поприкалываться, постебаться. ВэВэ как всегда нашла интересную только ей тему :
- Италия, там я хотела бы жить, особенно Флоренция - просто сказка! Согласен со мной?
- Нет, Флоренция не мой город.
- А какой же твой?
- Сиена.
- И чем тебя так она поразила?
- Она мрачная, строгая, там охуительная площадь на которой я один раз пролежал целый день, слушал людей, смотрел в небо и еще купил вот эти охуительные туфли.
(Вэвэ сморщила свой носик, но не перебила, хотя в начале пыталась - пожалуйста, без мата - на работе согласен, но после 18.00 я свободный человек. Не могу сказать, что ненормативная лексика доставляет мне наслаждение, это скорее как атрибут праздника - вино, сигарета, красивая женщина и неотредактированная речь)
А туфли действительно были зачетные - бежевые легкие из мягкой кожи и под джинсы и под светлые брюки.
- Туфли нравятся, а Сиена - нет. Она не красивая.
- А Флоренция, как легкомысленная шлюха.
- И галерея Уффици?
- Был, видел, впечатлен, но мы говорили о городах.
Спорили- спорили, она предложила посмотреть ее фотки из Италии, какую-то башенку во Флоренции, пошли в е кабинет. А дальше как в кино - она сидит в кресле перед монитором, я на подлокотнике. В какой-то момент она повернулась - я нагнулся, наши лица оказались в миллиметре друг от друга и она меня поцеловала, честно - ошалел, ну не рассматривал я ее как объект, нет в принципе, хороша... я бы ее... но в натуре...
Я отшатнулся.
- Дверь закрой, - сработал рефлекс начальник-подчиненный послушно закрыл дверь, повернулся, а она уже в одном белье на своем кожаном диване.
"Блять до чего же неприятно на кожаном диване жопой", - я уже просчитывал позы, ну, да херовый из меня романтик. Подхожу к ней, а она(вот что значит опыт) - расстегивает мне джинсы, вынимает член, одевает на него презерватив(явно не по размеру, неприятно стянул), снимает трусы, поворачивается ко мне спиной, встает на диван коленями, упирается руками в спинку и я уже в ней - все это за 2-3(!) секунды. Мне остается только взять ее за мои любимые косточки и трахать периодически зажимая ей рот рукой, когда она пытается стонать. За дверью было слышно, каждое слово, наших девчонок, адреналин выпрыгивал из каждой клеточки. В голове носились воспоминания ее злого, высокомерного лица. И я входил все с новым и новым ожесточением, нет я не трахал ее, я ее имел. А тут еще эта чуть заметная тату. "Хочу в задницу" - пронеслось у меня в голове, обслюнявил пальцы и вошел. Она в этот момент кончала, я чувствовал по сокращающимся мышцам влагалища, поэтому не сразу осознала, а когда поняла, попыталась вырваться, но я держал крепко, она прошептала:"больно". "Это мне сука, больно было, когда ты меня при всех опускала. Ну, что заумная сука, имели тебя так когда-нибудь, ничего будет, что вспомнить".
- Потерпи, сейчас, - вслух произнес я и кончил так, как будто никогда не кончал до этого. Сердце билось, в голове, члене, яйцах, животе... Презерватив угрожающе надулся, я вышел и мы упали на диван пытаясь отдышаться.
- Прости, я увлекся, просто ты - супер, - безотказная ложь. - Мне еще никогда не было так классно! - А вот это правда. Через две минуты, она уже стояла одетая, держа в руке кулек из бумаги.
- Туда положи, - я осторожно снял презерватив.
Через пять минут, она за столом пила вино, а я придумав отмаз - свалил домой.
Так я поимел наше начальство.