Ингредиенты:

Шоколадное суфле :
5 ст.л. какао
2 ст. молока (примерно 300-400мл.)
5 ст.л. сахара
20 гр. желатина
Желатин замочить в холодной воде на 10-15 мин.(Листовой желатин)
Сварить какао из молока, сахара и какао порошка. Снять с огня и один за другим листики желатина вмешивать венчиком в какао. Как только желатин разашёлся выливаем какао в форму и ставим в холодильник на часок примерно.

Белковое суфле :
5 яичных белков
5-6 ст. ложек сахарной пудры
сок лимона по вкусу (я взяла сок с 1 среднего лимона)
20 гр. желатина.

Приготовление:

Желатин замочить в холодной воде на 10-15 мин.(Листовой желатин)
Беки взбить миксером до густой пены, постепенно добавить пудру и сок лимона.
Желатин растопить с 2-3 ст.л воды на медленном огне (не варить)
Теплый - не горячий желатин акуратно влить в белковую массу помешивая миксером на 1.
И быстро выкладываем на застывшее шоколадное суфле.
Ставим в холодильник на час - два.
Не торопитесь готовить белковое суфле, дождитесь полной готовности шоколадного.
Готовое Суфле легко выпадет из формы , если подержать форму несколько секунд в тёплой воде.

[700x392]

Сегодня мы хотели бы приготовить вкусный кабачковый торт «Нежный кабачок». Очень вкусная закуска из кабачков, красивая подача, очень привлекательный внешний вид – главное преимущество данного блюда.
Надеемся, что вы оцените данный рецепт, и закусочный торт из кабачков станет украшением вашего праздничного стола и внесёт праздничное настроение в семейный ужин.

[600x340]

Из монолога режиссера Андрея Кончаловского, опубликованного в «РГ»:

«Жизнь − это боль, да. У дерева же все болит. Но все-таки жизнь − это больше желание. Жизнь − это дефицит. Изобилие − это смерть. Как только вы видите потухший взгляд и отсутствие всяких желаний, то все, жизнь закончена. Надо пестовать свои желания, пока они у тебя есть, и все будет. И творчество, и все остальное. Голодание продлевает жизнь. Сытость ближе к смерти. Дефицит рождает удивительное ощущение удовольствия. Когда я голодаю или держу диету, возникает совершенно иное отношение к еде и куску хлеба. Дефицит очень важен во всем. В свободе, и то дефицит нужен, даже необходим. Как только человек имеет всю свободу на свете, он становится животным.

Нельзя не думать о смерти, более того, с возрастом ее присутствие необходимо. Чем дальше живешь, тем интересней понимание того, что в тебе конечно. Конечна твоя проявленная и непроявленная сущность. Мы же не знаем, насколько мы умираем. Я думаю, что там, за чертой, что-то есть, что остается навсегда. Скажу так, гедонизм исчезает, когда понимаешь, что будет жизнь, с её насущным хлебом и поющими птицами, но без тебя. Конечно, это пугает. Но пока ты это гонишь от себя, ты жив.

Права человека − это химера и ложные движения европейской цивилизации. Это огромная диктатура лжи. Права человека нигде не соблюдаются. Все великие цивилизации строятся на обязанностях, нельзя права человека ставить над его обязанностями. Те, кто не исполняет обязанности, не могут иметь права. Посмотрите на китайскую цивилизацию, на христианскую цивилизацию − там прежде всего обязанности. Когда человек получает все права, он, грубо говоря, теряет человеческий облик. Что такое обязанности? Это культура! На мой взгляд, либеральная европейская мысль ведет к пропасти только потому, что она фетишизировала права. Это путь в ад. Я в этом смысле мракобес и ватник.

Глобализация уничтожает суверенитет государств... И зрители наши, к несчастью моему, все чаще становятся киноамериканцами. Едят поп-корн во время сеанса. Почему сейчас такое громкое кино? Потому что все жуют. Голливуд снимает кино для жующих. Я снимаю кино для читающих. Закон рынка, когда спрос определяет предложение, ведет к уничтожению культуры. Потому что спрос всегда ниже, чем должен быть. Массовость губительна. Человеку свойственна индивидуальность. Недаром в Библии сказано, что дорога наверх трудна и узка. Поэтому так случается в искусстве, что рынок становится все более массовым. Человеку легче жить, не делая усилий, а без усилий нет роста. Я часто говорю своему сыну, что люди, которые читают книги, будут управлять теми, кто их не читает.