ИТАЛЬЯНСКОЕ СТАРИННОЕ

 

[показать]

Создать демотиватор

Italian school 19th century 

[показать]

Circle of Carl von Blaas

[показать]

Guillaume Bodinier 

[показать]

Axel Ender 

[показать]

Carl von Blaas

[показать]

Hans Brunner

[показать]

Giuseppe Canella

 

 

[показать]

Ради любви они обрекли себя на изгнание, приняли французское гражданство и обманули Ватикан. Их союз можно назвать счастливым с одной лишь пометкой — переживаний, выпавших на долю Софи и Карло, хватило бы на несколько жизней…
Роман знаменитого кинопродюсера и обаятельной актрисы начался банально и грозился стать классической историей запретной любви, но все преграды и предубеждения на пути настоящих чувств рассыпались в прах, влюбленные прожили вместе более полувека, до самой смерти Карло Понти.

Самая обаятельная и привлекательная

[530x530]

София Шиколоне всегда заметно выделялась среди жителей рыбацкого городка Поццуоли, что недалеко от Неаполя. Ее походка, манеры и яркая внешность словно говорили: мне уготовано иное будущее, далекое от жизни в жалкой лачуге, в которой жила моя семья. Хотя едва ли Софи сама это осознавала. Можно сказать, своей актерской карьерой она обязана своей матери Ромильде, которая в свое время упустила шанс сняться в Голливуде и отчаянно желала, чтобы ее мечту воплотила дочь.

[530x513]

Именно Ромильда привела девочку на конкурс красоты, где Софи выиграла курс занятий в неаполитанской школе актерского мастерства и два билета в Рим. Именно она настояла поехать на кинопробы в столицу Италии и этим убить сразу двух зайцев

Японская культура

Японская культура – емкое и лаконичное понятие. Любое направление культуры Японии несет в себе дух дзен-буддизма. Одежда, кухня, декор жилища и сада по-японски – значит прекрасно и сдержанно.
Это касается и японской поэзии.
Изначально стихосложение было пятистрочным. Эта форма стихотворения пришла из народа, но с течением веков «короткие песни» потеснили поэтические антологии и стали литературной общепринятой формой.
Стихотворение, состоящее из пяти строк, Танка, делилось на две части.
Первая строфа складывалась из трех строк (Хокку) - самых ярких и хорошо передающих смысл.

[500x522]

[371x551]

Вторая строфа имела две строки, и была более слабой по содержанию.
Случалось так, что эти две строфы писали даже два разных автора. В истории встречаются произведения-цепи. Они включают в себя целый перечень двух- и трехстиший, написанных разными поэтами. Постепенно первая трехстрочная часть Танки оторвалась от общего произведения и начала называться Хокку – начальной строфой. Это разъединение неслучайно, ведь первые три строки наполнены особенным глубоким смыслом.

Магия трех строк

Поэзия Хокку прошла свой нелегкий путь. Она родилась среди простых людей. Таким способом им было проще выражать свои мысли и эмоции, в устной форме передавать их следующим поколениям. Были и пробелы в истории Хокку. На некоторых отрезках времени следы поэзии теряются, но наступал следующий виток Японской истории, и Хокку снова становилась живой. Эта форма стихосложения была оружием в устах для японцев, слова из Хокку могли больно ранить, вознести до небес, прославить на многие века.
В классическом своем проявлении Хокку – это произведение лирического характера. В трех магических строках помещались времена года, жизнь и судьба человека, чувства со всеми их гранями. Писать такие стихи непросто. Многие авторы годами оттачивали свое мастерство, прежде чем получить свое имя. Самые прославленные авторы Японии – Басе и Исса.

[604x403]

[x403]

Кому мешал Дин Рид?

[показать]

Создать демотиватор

1. Брак был просто соглашением
Девушки вступали в брак в раннем подростковом возрасте, а мужчины женились в 20-30 лет. Римские браки заключались быстро и легко, и в большинстве из них даже не пахло романтикой, это было сугубо соглашение. Заключалось же оно между семьями будущих супругов, которые могли увидеть друг друга, только если богатство предлагаемого супруга и его социальный статус были приемлемыми. Если семьи соглашались, то происходило формальное обручение, в ходе которого подписывали письменное соглашение и пара целовалась. В отличие от современных времен, свадьба не скреплялась в законном учреждении (брак не имел юридической силы), но просто показывала намерение супругов жить вместе. 

Римский гражданин не мог жениться на своей любимой гетере, двоюродной сестре или не римлянке. Развод также осуществлялся просто: пара объявила о своем намерении развестись перед семью свидетелями. Если развод случался по обвинению, что жена изменяла, то она никогда больше не могла снова выйти замуж. Если в подобном был признан виновным муж, то ему такой приговор не грозил.

2. Пир или голод
Социальное положение определялось по тому, как семья питалась. Более низкие классы в основном употребляли простую пищу изо дня в день, в то время как богатые часто устраивали пиры и праздники, чтобы продемонстрировать свой статус. В то время как в рацион низших классов в основном входили оливки, сыр и вино, высший класс питался более разнообразными мясными блюдами, да и просто свежими продуктами. Очень бедные граждане иногда питались только кашей. Обычно все блюда готовили женщины или домашние рабы. Вилок тогда не было, в ели руками, ложками и ножами. 

Вечеринки римской знати вошли в историю, благодаря декадентству и обильным лакомствам, которые на них были приняты. В течение часов гости возлежали на обеденных диванах, в то время как рабы подбирали объедки вокруг них. Что интересно, все классы смаковали соус под названием гарум. Он делался из крови и внутренностей рыбы путём ферментации в течение нескольких месяцев. Соус обладал настолько мощным зловонием, что его было запрещено употреблять в черте города.

3. Инсула и домус
То, какими были соседи у римлян, зависело только от социального статуса. Большинство римского населения жило в семиэтажных зданиях, которые назывались инсулы. Эти дома были очень уязвимы для пожаров, землетрясений и даже наводнений. Верхние этажи были зарезервированы для бедных, которые должны были платить арендную плату ежедневно или еженедельно. Эти семьи жили под постоянной угрозой выселения в тесных комнатах без естественного освещения или ванной комнаты. 

Первые два этажа в инсулах были зарезервированы для людей с более лучшим доходом. Они платили арендную плату раз в год и жили в более просторных комнатах с окнами. Богатые римляне жили в загородных домах или владели так называемыми домусами в городах. Домус был большим, уютным домом, в котором без

[437x599] 
За этим звучащим, как анекдот, заголовком — подлинная жизнь, удивительнейшим образом соединившая в себе мужество, трагедию, случай, благородство, талант. У человека, который прожил ее — юбилей, но его давно уже нет на свете. Почему мы так мало о нем знаем?

Эмиль Альперин несколько раз попадал в лагеря для военнопленных и каждый раз сбегал. Но из самого страшного концлагеря — «лагеря смерти» — Эмиль Григорьевич не бежал, он вышел оттуда свободным человеком.

[850x611]

Военнопленный

До войны я жил в Одессе, в октябре был призван в армию и служил в Белостоке, это западная Белоруссия. Война коснулась меня буквально с первых минут. Началось страшное коллективное отступление. Цель была — соединиться с нашими войсками. Мы абсолютно не знали, что находимся в полном окружении, и двигались к Минску.

Вообще, я стараюсь эти моменты не всегда полностью рассказывать, потому что мы отступали, мы видели жуткую картину отступления. Особенно было жалко майский набор, кто был признан в мае месяце, они были абсолютно неподготовлены.

Они прятались под машины, стоящие на трассе, а тут же налетала авиация, бомбила машины, и они тут же погибали.

[показать]

Немецкие солдаты в Минске, на фоне здания Совета Министров

Недалеко от Минска, по-моему, в городе Койданово, я был тяжело контужен и попал в плен. Меня привели на бывшую мельницу, там была масса военнопленных. Сутки, двое, третьи сутки — ни воды, ни пищи. Наконец-то пошел небольшой дождик, образовались лужи, и мы нашу армейскую сорочку клали на лужи и имели возможность глотнуть один, два глотка воды.

И вот, воспользовавшись дождиком, мы — нас было человек двенадцать — подрылись немного под проволоку и вышли с этого лагеря. По нам стреляли. Не знаю, все ли остались в живых, но потом я с двумя еще встретился.

Тогда, очевидно, нас кто-то предал: опять лагерь военнопленных уже в Слуцке. Смертность была колоссальнейшая. Умирали сотнями, тысячами. И я понял, что тут долго не проживешь. Да еще и стали объявлять по радио — кто выдаст жидов, кто выдаст коммунистов, политработников, получит буханку хлеба. И находились такие предатели, такие сволочи, я не боюсь этого слова, такие нелюди, что выдавали их, и они тут же уничтожались.