Некрополи каждой страны — неотъемлемая часть как культурного, так и исторического наследия нации. Расширявшиеся на протяжении столетий и существующие по сей день, они — не только место упокоения наших предков, но и «живая» страница истории. Пройдясь с экскурсоводом по аллеям, вдоль застывших в камне ангелов, мы можем узнать массу интересных историй из прошлого, легенды и реалии из жизни известных людей, полюбоваться работами известных архитекторов.
[413x541]
[583x700]
К. Д. Бальмонт рассказывал в автобиографии о том, что очень рано начал влюбляться: «Первая страстная мысль о женщине — в возрасте пяти лет, первая настоящая влюблённость — девяти лет, первая страсть — четырнадцати лет», — писал он. «Блуждая по несчётным городам, одним я услаждён всегда — любовью», — позже признавался поэт в одном из своих стихотворений. Валерий Брюсов, анализируя его творчество, писал: «Поэзия Бальмонта славит и славословит все обряды любви, всю её радугу. Бальмонт сам говорит, что, идя по путям любви, он может достигнуть „слишком многого — всего!“»
|
[235x314]
Случается, что самолеты пропадают без следа. Даже в мирное время, не говоря уже о военном. Некоторые случаи остались в памяти не только военных историков. Так, два самолета таинственно исчезли в небе в 1944 году. Пилотом одного из них был летчик и замечательный писатель Антуан де Сент-Экзюпери, автор «Маленького принца». Во втором летел через Ла-Манш американский музыкант Гленн Миллер.
70-летию фильма посвящается.
Эту мелодию я вновь услышала совсем недавно, когда шли передачи, посвященные памяти Михаила Козакова. В его фильме – знаменитых «Покровских воротах» – есть сцена знакомства главного героя с прекрасной незнакомкой на катке. Та незнакомка каталась на очень хорошем уровне под музыку из «Серенады Солнечной долины».
|
Часто не лоск и блеск привлекают, а именно содержание.... Увлечет ли тебя этот человек, возникнет ли желание его `прочитать`, а не просто пролистать и поставить на полку?
Все люди, как книги, и мы их читаем,
Кого-то за месяц, кого-то за два.
Кого-то спустя лишь года понимаем,
Кого-то прочесть не дано никогда.
Я-дама сногсшибательного возраста!
Я все еще могу быть чьей-то гордостью,
Загадочный накинув палантин,
Убив в себе унылого прагматика,
Со снайперскою меткостью романтика,
Расстреливать глаза в глаза мужчин.
Могу, тряхнув былым очарованием,
Стать чьим-то призом, или наказанием.
С утра отреставрировав лицо,
Пуститься в авантюру, сломя голову,
И честь, оберегаемую смолоду,
Разбить о стену нравов, как яйцо.
Я все еще могу быть чьим-то праздником.
Достать бутылку смеха из запасников
И пробкою ударить в потолок.
Разлиться заразительною бодростью,
[400x600]
[609x700]
[542x633]
[500x600]
[570x341]
[600x337]
[360x477]
[395x544]
[360x463]
[360x465]
[481x627]
[426x640]
[показать]
[150x]
[показать]
[показать]
[показать]
[показать]
|
[529x700]
John Caws England
Украшения созданы не для того, дабы вызывать зависть – в лучшем случае изумление.
Коко Шанель
Прекрасное остается, красивое проходит.
Коко Шанель
Frederic Soulacroix (1858-1933)
«Постапокалиптические» работы иллюстратора Владимира Манюхина