youtube.com/watch?v=JscRCghZZOE

Расставание
[700x496]

Смотреть это видео

любимый момент из фильма "Молчание моря"

youtube.com/watch?v=uxarsb8FJDE

Опубликовано: 29 апреля 2008
Рубрики: Статьи

Стихотворение, написанное в тот день, было приколото к ограде рядом с букетом вымокших под дождем цветов. Per Roberta ed Ayrton, 1 сентября 1994 года. Выкрашенная в серый цвет стена на дальней стороне трассы, уродливая диагональ, не сумевшая обуздать силу, с которой сорвавшийся с трассы “вильямс” Сенны протаранил ее четыре месяца назад.

“Ciao, Ayrton” – кроваво-красным по бетону. Ливень эхом перекликается с ужасной грозой, разразившейся в ночь после смерти Айртона, и будит дурные предчувствия. Вираж Tamburello в Имоле, укрытый высокими деревьями и защитной сеткой, печальный одинокий храм.

Мое путешествие к мрачному повороту итальянской гоночной трассы унылым сентябрьским днем было частью спровоцировано признательностью, частью любопытством. Мне хотелось увидеть место, где погиб великий чемпион и воздать дань памяти его таланту. К тридцати четырем Сенна трижды стал чемпионом мира, выиграл 41 Гран-при из 161, в котором участвовал, установил 19 лучших кругов, также ему принадлежит рекорд в 65 поул-позиций.

Уникальность его не умещается в обычные рамки спорта, национальности, расы и убеждений. Он был пульсом Бразилии, всеобщим героем, человек, распоряжавшийся жизнью так, как не дано простому смертному, и чья гибель приблизила неизбежное еще на один шаг. Я хотел разобраться в эмоциях Сенны на протяжении того бурного уикенда. Стена в Tamburello, куда постоянно приходят люди и приносят цветы, сувениры и флаги кажется подходящим местом для того, чтобы начать.

Еще до того, как смерть Роланда Ратценбергера заставила его впервые понять настоящую цену его профессии, Сенна оказался в Имоле под чудовищным давлением. Он еще только привыкал к новой команде, к тяжелой для управления машине и иному порядку вещей. В McLaren к нему относились как к единственному сыну в большой семье; в Williams же он был новичком в успешном бизнесе. Времени для того, чтобы хорошенько оглядеться не было – все ожидали немедленных побед Сенны и Williams. Они не набрали ни единого очка в двух Гран-при, к тому же Сенна был убежден, что машина Михаэля Шумахера, выигравшего оба, не соответствует техническому регламенту. Тем не менее, будучи искушенным психологом, Айртон умел контролировать эти силы и превращать их в вызов.

Смерть Ратценбергера – другое. Она была непостижима, не поддавалась обузданию, и Сенна, считавший себя хранителем сплоченной общины пилотов формулы 1, принял ее близко к сердцу. Еще в конце сезона 1993 Сенна набросал в общих чертах план для независимой комиссии по безопасности, но его пришлось отложить из-за приостановленной дисквалификации на две гонки (2), дамокловым мечом висевшей над ним. В последние 24 часа своей жизни он дал этой кампании новый старт, словно пытаясь загладить вину за то, что не сделал больше.

Вопреки репутации Сенне был знаком страх, но с помощью веры и разума он мог его контролировать. Всякий раз, садясь в гоночную машину, он спокойно и убедительно говорил о необходимости знать границы своих возможностей. Но он никогда не сомневался в собственных способностях, в значении спорта, который был его жизнью, в своей вере и в том, что и он тоже смертен. Сенна был чувствительным, нежным, заботливым, отважным, умным, лояльным, честным, скромным. Еще он был темпераментным, уверенным в себе, безжалостным, целеустремленным, упрямым, настойчивым и обладал пугающей волей к победе. Смерть Ратценбергера привела к неразрешимому конфликту этих двух половинок его характера. Сенна знал, что непременно должен победить в Имоле, чтобы отразить натиск Шумахера и сохранить доверие к себе. Инстинктивно он знал и то, что не хочет участвовать в этой гонке. Если бы он выиграл два первых Гран-при, он мог бы сняться с гонки. Согласно некоторым сведениям, ему предоставили возможность сделать это. Но не участвовать сейчас значило бы признать свою слабость, а он и мысли о подобном не мог допустить. Уверенность в том, что Ратценбергер умер на месте, и по итальянским законам трасса должна была быть закрыта, отражала его отчаянные поиски выхода из эмоционального тупика.

Близкие к Сенне люди отказываются верить в то, что он мог допустить ошибку в вираже, подобном Tamburello. Обвинять технику гораздо проще, несмотря на то, что намеки на уязвимость только повышают цену человеку. Результаты расследования по поводу его смерти, проводимого Университетом Болоньи, когда-нибудь дадут часть правды. Не всю. Тем воскресным утром разум Сенны все еще был в свободном полете, занятый не предчувствиями смерти, а ужасной неопределенностью.

Без него сезон полетел сумасшедше через злобу, подозрения, перемирия и препирательства. Не требуется большого усилия, чтобы в кровь расцарапать толстую кожу ф1. “Мне все еще не верится, что больше не увижу его с желтым шлемом, прогуливающимся по паддоку,” – сказал Джо Рамирес, самый близкий друг Сенны в McLaren. Для него, и для миллионов других людей сезон провалился в вечность днем 1 мая.

28 апреля, четверг
16:00
Вертолет, доставивший Айртона Читать далее...

Слушать этот музыкальный файл

У Пенелопы Крус сейчас заслуженный отдых после первого этапа съемок в фильме Вуди Аллена Bop Decameron, и расслабляется актриса в компании супруга Хавьера Бардема и сына Лео.

Из Италии - Вуди работает в Риме - Пе решила не отлучаться и просто отправилась к морю: солнце, ласковые волны, любящий муж и маленький сынишка, который, как кажется со стороны, растет не по дням, а по часам - настоящая семейная идиллия. Приятно видеть наших любимых испанцев такими счастливыми, правда?
[350x526]
[350x526]
[350x526]
[526x350]
[350x526]

знать друг-друга почти что с юности и так поздно прийти к этому счастью- действительно " если бы молодость знала..", хотя вторая часть не про них: они еще молоды,красивы и у них все впереди...
[526x350]

Зацелована, околдована,
С ветром в поле когда-то обвенчана,
Вся ты словно в оковы закована,
Драгоценная моя женщина!

Не веселая, не печальная,
Словно с темного неба сошедшая,
Ты и песнь моя обручальная,
И звезда моя сумашедшая.

Я склонюсь над твоими коленями,
Обниму их с неистовой силою,
И слезами и стихотвореньями
Обожгу тебя, горькую, милую.

Отвори мне лицо полуночное,
Дай войти в эти очи тяжелые,
В эти черные брови восточные,
В эти руки твои полуголые.

Что прибавится - не убавится,
Что не сбудется - позабудется...
Отчего же ты плачешь, красавица?
Или это мне только чудится?
[600x348]

Отчего, как восточное диво,
Черноока, печальна, бледна,
Ты сегодня всю ночь молчаливо
До рассвета сидишь у окна?

Распластались во мраке платаны,
Ночь брильянтовой чашей горит,
Дремлют горы, темны и туманны,
Кипарис, как живой, говорит.

Хочешь, завтра под звуки пандури,
Сквозь вина золотую струю
Я умчу тебя в громе и буре
В ледяную отчизну мою?

Вскрикнут кони, разломится время,
И по руслу реки до зари
Полетим мы, забытые всеми,
Разрывая лучей янтари.

Я закутаю смуглые плечи
В снежный ворох сибирских полей,
Будут сосны гореть, словно свечи,
Над мерцаньем твоих соболей.

Там, в огромном безмолвном просторе,
Где поет, торжествуя, пурга,
Позабудешь ты южное море,
Золотые его берега.

Ты наутро поднимешь ресницы:
Пред тобой, как лесные царьки,
Золотые песцы и куницы
Запоют, прибежав из тайги.

Поднимая мохнатые лапки,
Чтоб тебя не обидел мороз,
Принесут они в лапках охапки
Перламутровых северных роз.

Гордый лось с голубыми рогами
На своей величавой трубе,
Окруженный седыми снегами,
Песню свадьбы сыграет тебе.

И багровое солнце, пылая
Всей громадой холодных огней,
Как живой великан, дорогая,—
Улыбнется печали твоей.

Что случилось сегодня в Тбилиси?
Льется воздух, как льется вино.
Спят стрижи на оконном карнизе,
Кипарисы глядятся в окно.

Сквозь туманную дымку вуали
Пробиваются брызги огня.
Посмотри на меня, генацвале,
Оглянись, посмотри на меня!
[700x700]

Благодарю тебя
За песенность города,
И откровенного и тайного.
Благодарю тебя,
Что всем было холодно,
А ты оттаяла, оттаяла.

За шепот и за крик,
За вечность и за миг,
За отгоревшую звезду,
За смех и за печаль,
За тихое «прощай» -
За все тебя благодарю.

Благодарю за то,
Что ты по судьбе прошла,
За то, что для другого сбудешься.
Благодарю тебя
За то, что со мной была,
Еще за то, что не забудешься.

За шепот и за крик,
За вечность и за миг,
За отгоревшую звезду,
За смех и за печаль,
За тихое «прощай» -
За все тебя благодарю.
[600x375]

მე ძლიერ მიყვარს იისფერ თოვლის
ქალწულებივით ხიდიდან ცვენა,
მწუხარე გრძნობა ცივი სისოვლის
და სიყვარუდის ასე მოთმენა


[556x700]

youtube.com/watch?v=oH0i7ddMjM4

1987 год

[700x481]


Иллю́зия (лат. illusio — заблуждение, обман) — искаженное восприятие реально существующего объекта или явления. Иллюзии могут возникать у психически здоровых людей
Иллюзии осознаваемости (воплощенной осознаваемости) — ощущение, что рядом якобы кто-то находится; этот вид иллюзий выделен К. Ясперсом; по мнению автора, данный вид иллюзий является признаком формирования галлюцинаций и бреда.

Синеглазые мужчины опасны, как зыбучие пески! Их обладатели кажутся такими романтичными, добрыми и даже наивными. Но это опаснейшее заблуждение, поскольку речь идет не о синеве бездонного неба, а о цвете холодной закаленной стали. Синеглазые берут все, что им нравится, и без сожаления расстаются с тем, что уже надоело. Но, удивительное дело, женщины на них за это почти не обижаются.

Зеленоглазые, как правило, очень нежные. Люди со столь редким цветом глаз вряд ли останутся равнодушными к вашей любви. И любят они всегда искренне, горячо. Отличаются верностью тем, кого выбрали. Это люди действия. Зеленые глаза присущи человеку-рыцарю. Друзья ценят их за надежность и доброту, враги ненавидят за принципиальность и твердость. Они не стремятся к лидерству, довольствуясь ролью незаменимого, но высоко уважаемого "второго".
[586x532]

Слушать этот музыкальный файл

предчувствие...
[667x500]

Смотреть это видео

Песню исполняют братья Меладзе

youtube.com/watch?v=iK86rrkje6M

youtube.com/watch?v=s8AnbJV...re=related

Счастье мое

youtube.com/watch?v=yyRo1yf...dded#at=43

У меня нет слов выразить восхищение- он просто великолепен

Она, как бабочка, летела
[700x562]

Ты так любила яркие цветы,
Что по ним как бабочка порхала,
И даря поклонникам мечты,
Сердца никому не обещала.
Но ярко-красный огненный цветок
Ты сорвать однажды захотела,
И опять как белый мотылёк,
На его сиянье полетела.
Только сложится нелегко
Дружба пламени с мотыльком.

Самба белого мотылька
У открытого огонька,
Как бы тонкие крылышки
Не опалить.
Лучше мало да без тоски
Жить, как белые мотыльки,
И летать себе недалёко от земли.

Жить нужно непременно хорошо,
Выбирая то, что сердцу мило,
Он её несильно, но обжёг,
А она недолго, но любила.
В общем ладилась нелегко
Дружба пламени с мотыльком.

Самба белого мотылька
У открытого огонька,
Как бы тонкие крылышки
Не опалить.
Лучше мало да без тоски
Жить, как белые мотыльки,
И летать себе недалёко от земли.

Смотреть это видео

Показательный номер