Иконы плачут. 
Люди – водку жрут, 
глотают сериалы и судачат, 
и бесконечно врут, и врут, и врут. 
Иконы – плачут. 

Заплачь, душа. 
ведь скоро Страшный Суд. 
А дальше жизни не переиначить, 
когда тебя на кладбище снесут. 
Нас слёзы покаяния спасут. 
Пока за нас иконы плачут. 

Тревога - это мучительное состояние, которое мы сами себе придумали, благодаря ей мы стареем раньше времени, терзаемся сами и терзаем других... Есть люди, которые особенно остро переживают все, происходящее вокруг, и считают себя ответственными за это. У них сильно развито чувство вины, и им очень сложно сохранять мир в душе. Что бы ни случилось, их охватывает паника, хотят они этого, или нет. Эту особенность своей личности человек должен знать, тогда он научится управлять тревожностью, контролировать ее, для того, чтобы не мучить ни себя, ни других. 

Одно дело - волноваться, если мы ожидаем гостей, и поэтому убираем дом, готовим, накрываем стол. В этот момент мы активны, торопимся, в нас присутствует положительный заряд, жизненная сила - ведь мы искренне хотим, чтобы все были довольны. И совсем другое - гангрена тревожности, которая медленно разъедает душу. То мучительное состояние неуверенности, которое делает человека больным. Тому, кто бесконечно испытывает стресс по собственной вине, противостоит уравновешенный человек, человек, который делает все спокойно, естественно, живет без паники, без болезненных забот, то есть так, как заповедал нам Христос. 

Человек должен научиться жить с ощущением присутствия Бога в своей жизни - и постепенно это чувство изгонит болезненную тревожность из его души. Если мы сумеем почувствовать Божию любовь, то увидим, что все остальные проблемы исчезнут. Мы успокоимся, наша душа избавится от бесконечного стресса, напряжения, трудностей, которых, на самом деле, практически не существует. Мы задавлены своей логикой, своим рационализмом, полагаемся на свои силы, на свой интеллект, на свои способности, деньги и знакомства, и очень мало доверяем Богу. Пока не поздно, надо изменить это в себе, и, склонив голову, сказать: «Господи, возьми мою жизнь и делай с ней что хочешь, только бы я чувствовал, что Ты меня направляешь, что Ты держишь меня, что Ты меня защищаешь, что Ты меня любишь, что Ты находишься рядом со мной! Этого мне достаточно!» 

Архимандрит Андрей (Конанос)

ОДИН УДАР 

У одного высокого китайского чиновника был единственный сын. Рос он неглупым мальчиком, но был неусидчивым, и чему бы его ни пытались научить, он ни в чём не проявлял усердия, и знания его были лишь поверхностны. Он умел рисовать и играть на флейте, но безыскусно; изучал законы, но даже писцы знали больше него. 
Отец, обеспокоенный таким положением, отдал его в ученики известному мастеру боевых искусств, чтобы сделать дух сына твёрдым, как и полагается настоящему мужу. Однако юноше вскоре надоело повторять однообразные движения одних и тех же ударов. 
Он обратился к мастеру со словами:— Учитель! Сколько можно повторять одно и то же движение? Не пора ли мне изучать настоящее боевое искусство, коим так славится ваша школа? 
Мастер ничего не ответил, но позволил повторять движения за старшими учениками, и вскоре юноша знал множество приёмов. 
Однажды мастер подозвал юношу и передал ему свиток с письмом. 
— Отнеси это письмо своему отцу. 
Юноша взял письмо и пошёл в соседний город, где жил его отец. Дорога в город огибала большой луг, посередине которого какой-то старик тренировал удар рукой. И пока юноша обходил по дороге луг, старик без устали отрабатывал один и тот же удар. 
— Эй, старик! — крикнул юноша. — Будет тебе молотить воздух! Ты всё равно не сможешь побить даже ребёнка! 
Старик крикнул в ответ, что пусть он сначала попробует его победить, а потом смеётся. Юноша принял вызов. 
Десять раз он пробовал напасть на старика и десять раз старик сбивал его с ног одним и тем же ударом руки. Ударом, который он до этого без устали отрабатывал. После десятого раза юноша уже не мог продолжать бой. 
— Я бы мог убить тебя с первого же удара! — сказал старик. — Но ты ещё молод и глуп. Ступай своей дорогой. 
Пристыженный, юноша добрался до дома отца и передал ему письмо. Развернув свиток, отец вернул его сыну: 
— Это тебе. 
Каллиграфическим почерком учителя на нём было начертано: «Один удар, доведенный до совершенства, лучше, чем сто недоученных». vk.com/photo-57293503_428528879

МАМИНА КАША 

В голодном 47-м мне исполнилось 7 лет. А в июне родилась сестричка Катя. От истощения у мамы пропало молоко. Но мир не без добрых людей. Раздобыла мама где-то манной крупы, молока, порошочек сахарина и сварила для младенца жиденькую кашку. Наполнила стеклянную бутылочку и поставила на подоконник охладиться. Дождавшись, когда мама вышла из комнаты, я набросился на эту бутылочку и, обжигая все во рту, начал высасывать из нее те 200 граммов сладенькой жидкости, предназначенные моей сестренке. С каждым новым глотком чувство голода не уменьшалось, а в душе появилось сначала расплывчатое, а затем все более и более нарастающее беспокойство. Все яснее я сознавал, что делаю что-то нехорошее, поступаю не по-человечески, что я изменник и негодяй: обокрал свою худенькую маму, оставил без еды беспомощного человечка, свою сестренку, и… судорожно продолжал сосать бутылочку, хотя каша в ней уже кончилась. Окончательно опорожнив бутылочку, я поставил ее на место и тут понял, что случилось что-то непоправимое, большая беда. Я перешел незримую черту, и уже никто и ничто мне не поможет. Чувство стыда овладело мною. Что я наделал?! О, если бы я мог все вернуть назад! «Что делать? Куда бежать?» - стучало в моей голове. Было больно от ожогов, а еще больше от того, что не видел я выхода из ситуации. Я загнал себя в глухой угол. И вот скрипнула дверь. «Будь что будет», - мелькнула мысль. Я весь съежился и низко опустил повинную голову. Вошла мама, она сразу увидела и меня, жалкого, понурого, и пустую бутылочку. Мама все поняла. Тихо подошла и положила свою худенькую руку на мою белесую детскую головку. Она… меня погладила. Я удивленно посмотрел на нее. Увидел синие круги вокруг маминых глаз. Я заглянул в эти глаза - в них была печаль, большая-большая любовь и надежда. Я увидел в них нечто большее, нежели прощение. Из глаз ее текли слезы. Это мгновение растянулось во времени, я словно перенесся в другое измерение. Своими детскими глазами я заглянул в вечность. Я взрослел. Наши с мамой глаза вели безмолвный разговор: - Неужели, мама, Вы не сердитесь на меня за кашу? Вы меня простили? Я больше никогда-никогда так не сделаю, - спрашивал и обещал я. А материнские глаза говорили: - Прости, сынок, что не могу накормить тебя вдоволь. Я постараюсь. Я сделаю все от меня зависящее, чтобы ты был сыт. А потом уже голосом молвила: - Мама тебя не оставит в беде. Вот уже колоски наливаются. Пойду и нарежу, чтобы накормить тебя. Это ничего, что поле охраняется, не посмеют они задержать меня, ведь я стараюсь для своего сыночка. Будем жить, сынок! И будет у тебя еще в жизни много-много доброго и хорошего. Будет у тебя и хлеб, и до хлеба! Давно перешла матушка моя в мир иной. Имел я в жизни действительно много доброго и хорошего. Имел хлеб насущный, да и других продуктов вдоволь. Много грешил, мало каялся. Возможно, что вскоре отпраздную свое 70-летие. Вот и наступил вечер моей жизни. Много событий и фактов не удержала память моя, но мамины глаза и мамина каша всегда со мной. Сподобил меня милосердный Господь посетить многочисленные православные святыни -монастыри и Лавры. Да и наш храм Покрова Пресвятой Богородицы давно уже стал для меня родным. Когда стою на коленях пред иконой Богородицы, прошу помощи и защиты, - вижу Ее бездонные глаза. Они мне знакомы. Я видел их в детстве. В них та же вечность. Они говорят со мною, они прощают меня, они вселяют в меня покой и надежду, и когда я склоняю белую от седины голову для земного поклона, то ощущаю, как худенькая материнская рука нежно касается меня, как в далеком детстве. Слезы тихой и светлой радости истекают из моих старческих глаз: у меня есть защита, у меня есть Мама. В такие мгновения я вне времени и пространства. Я счастлив! Снова и снова поклоняюсь я матери своей, давно уже не земной, и Матери мира Вечного. 

«Как часто в самую невыносимую тяжелую минуту, если взгляд упадет на икону Пречистой, как-то смягчается, утихает горе; что-то бодрое, греющее, ласковое льется в измученную душу. Лик Пречистой точно говорит нам: «Смотри на Меня. – Я родила Предвечного Бога, Мои руки служили престолом Богу. Но вспомни, какова была Моя жизнь; Я изведала всю глубину горя. Я узнала, какие великие скорби могут утеснять человеческие сердца!» 
Будем же считать ее нашей Матерью. Как малые дети бегут к матери с радостью и горем, со всякой нуждой, так и мы, как только что-нибудь тяжелое ляжет на сердце, станем пред образом Богоматери, молитвенно прося ее помощи» (Митрополит Николай Ярушевич).

Стирая липкий от горячки пот: 
"Терпи, родная! Ты, ведь не забыла? 
Бог не по силам испытаний не дает!" 
Когда дыханье заперто слезами, 
Когда от боли сердце устает, 
Как за щитом, я прячусь за словами: 
Бог не по силам испытаний не дает! 
Когда не удержаться без опоры, 
Когда изменой в сердце, напролет, 
Шепчу с улыбкой « разве это горе? 
Бог не по силам испытаний не дает!» 
И если, все « по дружбе» отвернутся, 
Душа остынет, превратившись в лед, 
Мне остается, только улыбнуться! 
Бог не по силам испытаний не дает! 
Я их шептала, разгоняя тучи, 
Слова простые, каждый их поймет! 
Мне помогали стать сильней и лучше… 
Бог не по силам испытаний не дает! 

Простой, быстрый и вкусный суп на ароматном курином бульоне. Готовить его мы будем с минимальным набором продуктов, однако вкус от этого не пострадает. В этом первом блюде нет мяса, зато вы наверняка оцените нежные и воздушные галушки на манке. Попробуйте обязательно!

[700x467]

[показать]

 Попробуйте, может и вам придется по душе такой супчик!!!!