Это цитата сообщения Helam Оригинальное сообщение

Серебристое болеро крючком!

[386x400]
Серебристое болеро крючком!
Изящное болеро для мастериц крючка!
Скорее всего, что и эту модель журнал "Вязание модно и
просто" как обычно "позаимствовало"..
Описание на русском и схемы!

Это цитата сообщения Helam Оригинальное сообщение

Закладка "Дубовый лист" с узорами!

[396x400] [300x400]
Закладка "Дубовый лист" с узором!
Спасибо Иримед за чудесную находку!
По просьбе читательницы делюсь подходящими узорами, с помощью которых можно создать подобную красоту!
Похоже,что в начале вяжется серединка - центральный мотив из шнурка-веточки и 5 листочков, а потом по краю обвязывается зубчатой каймой - по 5 зубчиков с каждой стороны (всего 11 зубчиков),причем центральный зубчик повторяет форму центрального листочка + дырочки.
Для сердцевины подойдет один из узоров с листиками/колосьями,а по краю - кайма с дырочками.
Читать далее...

Михайло Ломоносов. О России прежде Рурика.

1. О старобытных в России жителях и о происхождении российского народа вообще Старобытные в России обитатели, славяне и чудь, по преданиям достоверных наших летописателей известны. Древние внешние авторы скифов и сармат, на разные поколения разделенных, под разными именованиями в ней полагают. Обои народы одержали великое участие в обширном сем земель пространстве. Славенское владение возросло с течением времени. Многие области, которые в самодержавство первых князей российских чудским народом обитаемы были, после славянами наполнились. Чуди часть с ними соединилась, часть, уступив место, уклонилась далее к северу и востоку. Показывают сие некоторые остатки чудской породы, которые по словесным преданиям от славенского поколения отличаются, забыв употребление своего языка. От сего не токмо многих сел, но рек и городов и целых областей чудские имена в России, особливо в восточных и северных краях, поныне остались. Немалое число чудских слов в нашем языке обще употребляется. Соединение двух сих народов подтверждается согласием в избрании на общее владение князей варяжских, которые с роды своими и со множеством подданных к славянам и чуди преселились и, соединив их, утвердили самодержавство. В составлении российского народа преимущество славян весьма явствует, ибо язык наш, от славенского происшедший, немного от него отменился и по толь великому областей пространству малые различия имеет в наречиях. Сих народов, положивших по разной мере участие свое в составлении россиян, должно приобрести обстоятельное по-возможности знание, дабы уведать оных древность и сколь много их дела до наших предков и до нас касаются. Рассуждая о разных племенах, составивших Россию, никто не может почесть ей в уничижение. Ибо ни о едином языке утвердить невозможно, чтобы он с начала стоял сам собою без всякого примешения. Большую часть оных видим военными неспокойствами, преселениями и странствованиями, в таком между собою сплетении, что рассмотреть почти невозможно, коему народу дать вящее преимущество
2. О величестве и поколениях славенского народа Множество разных земель славенского племени есть неложное доказательство величества и древности. Одна Россия, главнейшее оного поколение, довольна, к сравнению с каждым иным европейским народом. Но представив с нею Польшу, Богемию, вендов, Моравию, сверх сих Болгарию, Сербию, Далмацию, Македонию и другие, около Дуная славянами обитаемые земли, потом к южным берегам Варяжского моря склоняющиеся области, то есть курландцев, жмудь, литву, остатки старых пруссов и мекленбургских вендов, которые все славенского племени, хотя много отмен в языках имеют, наконец, распростершиеся далече на восток, славено-российским народом покоренные царства и владетельства рассуждая, не токмо по большей половине Европы, но и по знатной части Азии распространенных славян видим. Таковое множество и могущество славенского народа уже во дни первых князей российских известно из Нестора и из других наших и иностранных писателей. Ибо в России славяне новогородские, поляне на Днепре, по горам Киевским, древляне в Червонной России, между Днепром и Припятью, полочане на Двине, северяне по Десне, по Семи и по Суле, дулебы и бужане по Бугу; кривичи около Смоленска, волынцы в Волыни, дреговичи меж Припятью и Двиною, радимичи на Соже, вятичи на Оке и другие поколения, по разным местам обитая и соединяясь с варягами-россами, пресильные войны подымали против греков. Вне России ляхи по Висле, чехи по вершинам Албы, болгары, сербы и моравляне около Дуная имели своих королей и владетелей, храбрыми делами знатных. По южным берегам Варяжского моря живших славян частые и кровавые войны с северными, а особливо с датскими королями, весьма славны. Множество и величество городов хотя тогда не таково было, как ныне, однако же весьма знатно. В российских пределах великий Новград, Ладога, Смоленск, Киев, Полотск паче прочих процветали силою и купечеством, которое из Днепра по Черному морю, из Южной Двины и из Невы по Варяжскому в дальные государства простиралось и состояло в товарах разного рода и цены великой. Меж другими славенскими селениями оставил по себе с развалинами великую славу пребогатый купеческий город и пристань Виннета при устьях реки Одры; разорен около помянутых времен от датчан. Сравнив тогдашнее состояние могущества и величества славенского с нынешним, едва чувствительное нахожу в нем приращение. Чрез покорение западных и южных славян в подданство чужой власти и приведение в магометанство едва ли не последовал бы знатный урон сего племе ни перед прежним, если бы приращенное могущество России с другой стороны оного умаления с избытком не наполнило. Того ради без сомнения заключить можно, что величество славенских народов, вообще считая, стоит близ тысячи лет почти на одной мере. Но то же еще усматриваю много далее в древности. В начале шестого столетия по Христе славенское имя весьма прославилось; и могущество сего народа не токмо во Фракии, в Македонии, в Истрии и в Читать далее...

Глава 1. О древности письма славянов
Первое что к повествованиям относится, есть письмо, ибо без того ничего на долгое время сохранить невозможно, и хотя устные предания через память долго сохранены быть могут, но не все цело, так как память не всех людей так тверда, чтоб слышанное единожды или дважды правильно и порядочно без ущерба или прибавки пересказать; следственно все деяния тогда, которые записать удалось, гораздо правдивее чрез роды переданных. Когда же, кем и которые буквы первее изобретены, о том между учеными распря неоконченная. Прежде букв употребляли иероглифию, или образами описание, и того мы касаться не будем
2 Иностранных басня. Треер Что же всеобщего славянского языка и собственно славяно-руссов письма касается, то многие иноземцы от неведения пишут, якобы славяне поздно и не все, но один от другого письмо получали, и якобы руссы до пятнадцатого века после Христа никаких историй не писали, о чем Треер из других в его Введении в русскую историю,1 стр. 14, написал, как и профессор Байер погрешил, гл. 17, н. 61. Другие того дивнее, что рассказывают, якобы в Руси до Владимира никакого письма не имели, следственно древних дел писать не могли, обосновывая это тем, что Нестор более 150 лет после Владимира писал, но никоего прежнего писателя истории не воспоминает. Впрочем, это мнение, думается, от таких произошло, которые не только других древних славянских и русских историй в Руси, но даже оную Несторову никогда видели или читая понять и рассудить не могли, как, видимо, и преславный писатель Байер, который хотя в древностях иностранных весьма был сведущим, но в русских много погрешал, как в гл. 16, 17 и 32 показано. Подлинно же славяне задолго до Христа и славяно-руссы собственно до Владимира письмо имели, в чем нам многие древние писатели свидетельствуют и, во-первых, то, что вообще о всех славянах рассказывается
3 В Колхисе. В Европе Ниже из Диодора Сицилийского и других древних будет вполне очевидно, что славяне сначала жили в Сирии и Финикии, гл. 33, 34, где по соседству еврейское, египетское или халдейское письмо иметь свободно могли. Перешедши оттуда, обитали при Черном море в Колхиде и Пафлагонии, а оттуда во время Троянской войны с именем генеты, галлы и мешины, по сказанию Гомера, в Европу перешли и берегом моря Средиземного до Италии овладели, Венецию построили и пр., как древние многие, особенно Стрыковский,2 Бельский3 и другие, рассказывают. Следственно, в такой близости и сообществе с греками и итальянцами обитав, несомненно письмо от них иметь и употреблять способ непрекословно имели, хотя это только по мнению моему
4 Иероним учитель славян. Библия славянская Разные славянские историки рассказывают, что Иероним великий учитель, в 4-м веке после Христа живший, родом был славянин из Истрии. Сей якобы буквы славянам вновь сочинил и Библию на славянский язык перевел, о чем богемский Гагек,4 далматский Мауроурбин5, польские Кромер6, Стрыковский, Бельский и Гваньини7 написали. И хотя это их сказание я здесь изложил, только нахожу в том сомнительство, потому что о том древние писатели не воспоминают; и Библию хотя он перевел, но на латинский с еврейского, которую паписты Вульгатою именуют. И хотя Библия потом оными иеронимовыми или глаголическими буквами в 16-м веке в Венеции и Моравии печатана, только оная с его переводом не согласна, а скорее, думаю, Лютерова перевода. Но о буквах той книги Фриш8 довольно показал, что та же кириллица по сути, в начертании испорченная, а не Иеронимовы, которые у всех южных славян до сих пор в употреблении, и несколько книг ими печатано, но папистами так истреблены, что сыскать трудно, см. гл. 38
5 Кирилл Иерусалимский. Кирилл Селунский Те же писатели рассказывают: святой Кирилл первый славянам был веры христовой проповедник во время Юлиана Отступника в год 368, писал книги славянским языком против Юлиана в защиту веры, поскольку был славянин. Сие, видится, Бельский говорит о Кирилле Иерусалимском, который против Юлиана писал, но чтоб он славянин был и славянам веру проповедовал, того я не нахожу; но все же Кирилла Селунского первым проповедником и сочинителем букв разумеют, о чем и прочих проповедях в гл. 3 о крещении показано. Сие есть общее, что о письме славян известно, а о руссах славянах сии обстоятельства находятся:
6 Анахарсис. Саулий. Скил. Абарис. Скифы Древнейшее есть о сем сказание Геродотово, кн. 4, гл. 11, об ученых здешних стран. Анахарсис, королевич скифский, во время Солоново 41 Олимпии в первом лете, в Афинах учился и в достаточной мере философ был. О нем же Плутарх рассказывает, что якорь на корабле и другие полезные вещи придумал; по Страбону, кн. 7, к семи греческим мудрецом причтен, но, возвратясь в Скифию, за перемену обычаев или скорее от зависти о его мудрости братом Саулием, королем скифским, убит; по обстоятельствам же недалеко от Киева или Полтавы, о чем утверждают Страбон, кн. 7, Диоген Лаэртский в Анахарсисе, Плиний, кн. 7, гл. 46, Скил, королевич скифский, сын Арианта и матери Истрины, у греков, живших по Днепру во Читать далее...

Н.И. Ульянов. История и утопия
от 01.07.03


Николай Иванович Ульянов (1904 - 1985) принадлежит к плеяде выдающихся русских публицистов-державников. Он прошел арест и ссылку, был угнан в Германию, долго работал на автомобильном заводе в Касабланке, наконец, профессорствовал в Нью-Хэйвене (штат Коннектикут, США). Перед лицом "свободного мира" он с мужеством много пережившего человека высказывался на самые жгучие темы: об имперской сущности России, о национальном вопросе, о бесплодности либеральных ценностей. Прекрасная академическая подготовка - Ульянов учился у крупнейших историков, академиков С.Ф. Платонова и С.В. Бахрушина, - и великолепное владение словом делали его аргументацию неотразимо убедительной. Обширность, многонациональность и мощь Государства Российского для Ульянова - краеугольный исторический факт. Тонко почувствовав перемену в восприятии России Западом, происшедшую в начале 1960-х годов, он оставил нам ряд предупреждений, к сожалению, не услышанных: Запад любит советский коммунизм - создание своего духа, но ненавидит Россию историческую. От его первоначальной антисоветской идеологии ничего не осталось, она вся подменена идеологией антирусской. Ошеломляющая эпопея космических полетов приписывается не русскому гению, а победам коммунизма. Когда за границей гастролирует русский балет, в газетах можно прочесть выражения восторженной благодарности: Spasibo, Nikita Sergeevich!; но все коммунистические перевороты в Китае, в Индокитае, в Лаосе, в Индонезии единодушно относятся за счет "извечного русского империализма". Политические лозунги Запада зовут не к свержению большевизма, а к расчленению России. Нам приходится быть свидетелями триумфального шествия советского имени по всему свету и небывалого поношения имени русского. Ни в СССР, ни за границей нет ему заступников (из доклада 1961 года Исторический опыт России). Этот труд заступничества с величайшим талантом и страстью исполнял сам Н.И. Ульянов, как можно видеть по статье История и утопия, в России публикуемой впервые (из книги: Н. Ульянов. Спуск флага. Изд. автора. Нью-Хэйвен, 1979. С.61-71).


Жизнью народов управляют не столько живые,
сколько мертвые
Огюст Конт


Давно известна популярность призывов к расчленению России. Ее многонародность считается чем-то вроде "утопии", существующей вопреки историческим законам. Развалилась Британская империя, рассыпались империи Австрийская, Турецкая, а русская "утопия" - значительно старше их по возрасту - стоит. В этом, по-видимому, и усматривают противозаконность ее существования. Более чем тысячелетняя давность ее отмечена русскими летописями. Когда князь Олег начал свое движение с новгородского севера на киевский юг, он у попадавшихся по пути племен спрашивал: Кому дань даете? - Хозарам даем по щлягу от рала. - Не дайте Хозарам, дайте мне, - говорил Олег и включал племена в число своих подданных. Исследователями давно обращено внимание на характер вопроса Олега. Он не спрашивал: Даете ли кому дань? То само собой разумелось. Народы Восточно-Европейской равнины уже тогда, в IX веке, не могли не быть чьими-то подданными, не могли не входить в какую-то государственную систему. Науке давно ясна древность этой государственной традиции, насчитывавшей ко времени Олега сотни лет своего существования. Киевской державе предшествовали многочисленные государства, охватывавшие неизменно одни и те же земли с сидевшим на них населением. Новейшая историография обнаруживает много склонности начинать нашу историю не с Рюрика, а несколькими веками раньше. Мы все чаще раскрываем четвертую книгу Геродота и все больше видим в нем первого русского историка. В скифах, сарматах, готах, гуннах таится наше прошлое. Мы мало знаем о киммерийцах - самом древнем народе, упоминаемом у Геродота, но имеем много оснований заключать о его широкой культурно-этнической роли, которую без преувеличения можно назвать всероссийской в территориальном смысле. Об этом свидетельствует не только топонимика, сохранившая до наших дней основу слова кимер, сумер в названиях различных мест, вроде озера Самро под Петербургом или местечка Кимры. Звучит оно и в названиях таких племен, как меря. Заключая в себе понятие мрака, тьмы, черноты (тотем киммерийцев), слово кимер - по изысканиям академика Н.Я. Марра - вошло в русский язык в значении "сумерки", "смерть", "север", "смерд" и т.д. Что же касается более поздних скифских времен, то тут Геродот прямо говорит о государстве, простиравшемся от Дуная до Дона и Волги. В науке нет полного единодушия относительно факта существования обширной скифской монархии; некоторые ее отрицают. Но есть и сторонники в лице хотя бы такого авторитета, как И.И. Ростовцев. Начальная русская летопись, в согласии с Геродотом, называет сидевших - по Днепру оли до моря - уличей и тиверцев - скифами (Великая Скуфь). И суть грады их и до сегодне. Имея своей южной границей берега Черного и Азовского морей, Великая Скифия терялась в лесах Севера. В.А. Городцов вскрыл скифские корни древнего русского искусства. В лице Читать далее...

В.Ю. Яворский. Украина - Русская Земля

Доклады


--------------------------------------------------------------------------------
Эту статью написал галичанин, сын известного научного и литературно-политического деятеля. Мы помещаем ее прежде всего для великороссов, не знакомых с настроениями своих южнорусских братьев и обманываемых пропагандой украинских самостийников и сепаратистов, выдающих свои преступные и бредовые авантюры за идеалы и чаяния народа
--------------------------------------------------------------------------------

В.Ю. Яворский. Украина - Русская Земля. Свободное слово Карпатской Руси, 1977, 11-12
Наши предки после татарского разорения долгие века жили идеей воссоединения всей русской земли. Мы же, теперешние поколения русской нации, должны жить мыслью о том, чтобы сохранить навеки единство русского народа и русской земли. Никакие временные политические моды, которыми заражен одурелый современный Запад и особенно англосаксонский мир, не должны сбить нас с народного пути

Борьба против русского народа, создавшего на протяжении своей тысячелетней истории великую культуру, просвещенную светом Христовой истины, утвердившего могучую государственность, ставшую оплотом международного порядка, велась на широком фронте всеми врагами, всеми способами, мерами и средствами, по разным поводам и причинам многие века. Злые страсти, политические интриги и планы, национальный и религиозный фанатизм, династические и империалистические посягательства, хищные экономические расчеты, даже безумные личные честолюбивые поползновения - все эти низменные вожделения сплетались в порочный узел и неутомимо, упорно нагнетали враждебную изобретательность в неукротимой борьбе против русского народа, его государственности и всей русской земли. Все средства, даже самые подлые и возмутительные, применялись для того, чтобы ослабить богатырский русский народ, чтобы злостно использовать допущенную им неосторожность, временную слабость, всенародное несчастье или добродушное доверие. Многочисленные примеры истории наглядно свидетельствуют об этом. Но пока русский народ оставался единым в своей внутренней национальной целостности, преданным вековым народным верованиям и традициям, единодушным в своем государственном бытии и деятельности, все эти и подобные внешние угрозы, опасности и открытые враждебные действия дружно отражались могучими общенародными силами, иногда даже с крайним напряжением и огромными жертвами. Завистливых, жадных и нечестных врагов, не только внешних, но иногда и внутренних, всегда было много, но русский народ тоже всегда находил в себе достаточно сил, чтобы отразить любое покушение на свою национальную и государственную безопасность. Сурово поражаемые враги после многих безуспешных попыток убеждались, что пока русский народ единодушен в своей самозащите, он непобедим.
Действия враждебных сил изменились и устремились на подрыв его единодушия. Явные и тайные злонамеренные влияния начали отравлять здоровье народного организма. Медленно, скрытно и упорно они всячески старались оторвать русский народ от вековых народных устоев, расшатать народные традиции, ослабить религиозные верования, внести национальную смуту и политическую борьбу - и особенно - враждебно разобщить единую русскую национальность. Общее усилие, в конце концов, привело к огромному всенародному революционному несчастью во время изнурительной войны, наибольшей государственной слабости накануне победы. Русский народ зашатался и рухнул с высоты своего богатырского роста, и от тяжести его падения не только рухнули многие государства, но зашатался и весь мир. Слепые враги русского народа, однако, забыли вечную истину - подлинное величие народа проявляется в том, что после даже самого глубокого падения он находит в себе силы подняться.
На протяжении своего тысячелетнего исторического существования русский народ пережил многие падения. Не будем их перечислять и напоминать причины, их вызывавшие, - это хорошо известно. Отметим только самое важное - после всех таких всенародных несчастий он восстанавливал свое народное величие и в еще большем достоинстве. Так происходит и на этот раз. Спасительный закон возрождения великого народа производит свое благотворное действие. После страшных испытаний и бесчисленных невосполнимых народных жертв русский народ постепенно подымается во всей своей значимости. Он еще слаб, многие яды отравляют еще его силы и сознание, многие раны остаются незалеченными и еще долгое время будут болезненно ощущаться, многие трудные задачи ждут еще своего решения. Но все эти сложности будут, несомненно, преодолены в творческом национальном и государственном созидании.
Одним из таких ядов, которые отравляют и ослабляют силы русского народа, является так называемое украинское самостийничество и сепаратизм. Он достиг уже опасного развития и, как от прилипшей, но не излеченной заразы, может превратиться в затяжную болезнь. Об этом движении известно уже много неблаговидного. Оно, задуманное внешними врагами, Читать далее...

Как казаки на Сталина лампасы надели





Автор http://www.rustrana.ru






В середине 30-х годов в связи с большой популярностью романов Михаила Шолохова "Тихий Дон" и "Поднятая целина" зачастили казаки из Вешенского района в Москву. И не просто для прогулок, а в составе ансамбля песни и пляски выступать перед советским правительством и трудящимися столицы. Инициатором такого небывалого по тем временам события был наш земляк, сам Михаил Александрович Шолохов. Тут надо напомнить в связи с этим одну непростую ситуацию.
В 1919 году по указанию "демона революции" Льва
Троцкого на Дон были посланы карательные отряды. Они огнем и свинцом прошлись по восставшим станицам и хуторам. Запрещено было само слово "казак", нельзя было надевать казачью форму, не разрешалось исполнять старинные песни тихого Дона. Были преданы забвению заслуги казаков в сражениях с врагами России. Строго ограничивали их призыв на службу в Красную Армию как "ненадежных элементов", вчерашних "верных псов царского самодержавия". Но "расказаченные" казаки выстояли, сохранили свой воинский дух, не забыли старинных песен, не потеряли и жизнелюбия.
В 1936 году в одну из поездок в столицу был «прихвачен» в казачий ансамбль неугомонный балагур, шутник и острослов Тимофей Иванович Воробьев, считавшийся прототипом деда Щукаря из "Поднятой целины". Тимофею Ивановичу предстояло в ту поездку преподнести Сталину донской румяный калач. Это был, как потом оказалось, далеко идущий замысел Михаила Шолохова, который, как всегда, сопровождал казаков в Москву. О том, что произошло в Кремле в тот зимний вечер, мне в свое время рассказал чудесный песенник ансамбля Спиридон Иванович Шматов.
Тимофей Воробьев, с поседевшей бородой, в казачьей фуражке, вел себя уверенно. Не оробел и при виде самого "вождя народов". Он смело направился к Сталину и, как положено по традиции, на вышитом рушнике преподнес пышный донской калач.
- Милушка ты наш, дорогой товарищ Сталин, - звонким речитативом пел Тимофей Иванович. - Вот тебе подарок наш. Вручаем его тебе как самому нашему почетному, истинному, бес подмесу, казаку!
Сталин скупо улыбнулся в усы, не испробовав вкуса калача, передал его в другие руки и похлопал по плечу Тимофея Ивановича. Тому полегчало.
Но тут ситуацию взорвал Шолохов. Он преложил сейчас же и тут же принять Сталина в казаки.
Рискованное дело затевал Михаил Александрович, ох, рискованное. Ведь знал же отношение "пламенных революционеров" к казакам. А может, знал лучше других Сталина?
Дальнейший ход событий не предвещал ничего хорошего. Присутствующий на приеме Клим Ворошилов стремительно вскочил и угодливо заголосил: "Нет, нет!" Ежов, в свою очередь, недобро посмотрел на Шолохова, презрительно - на Воробьева и замахал руками, словно отбивался от злых насекомых.
Но поистине Сталин был непредсказуем в своих поступках. Он согласился. Однако с условием, что прием будет проведен на сходах открытым голосованием.
Первыми принимали Сталина в казаки колхозники хутора Андроповского. По воспоминаниям Тихона Антоновича Зеленькова, работавшего тогда инструктором Вешенского райкома партии, отсутствие самого Сталина на собрании объясняли его огромной занятостью. Вышла и еще одна заминка: ведь Сталин был родом из Грузии. Но тут поднялся один из старейших казаков и напомнил о том, что в старое время в ряды казаков принимались все -"и калмык, и турок или другой какой азиат". Главное - вступающий должен быть отважным в бою, отзывчивым на беду, честным, справедливым, с открытой душой человеком. По словам и заверениям приехавшего из райцентра пропагандиста, товарищ Сталин всеми этими качествами обладал.
Никто в этом не рискнул усомниться...
Сталин единогласно был принят в казаки. Проголосовали единодушно за него и в других местах района. Все протоколы собраний были отправлены в Кремль.
Сталину нравилось ходить в полувоенной форме. С тех пор он стал появляться и в штанах с яркими красными лампасами. Это случалось до того, как он стал маршалом и генералиссимусом.
Донцы в то время шутили: "Надели казаки на Сталина лампасы". Те самые красные полосы на форменных штанах, символы донцов, которые во время расказачивания были запрещены и уничтожены.
И все же, что стояло за поступком Сталина?
Когда грянула Великая Отечественная, на Дону уже к июлю были сформированы две добровольческие казачьи дивизии. Их ждала громкая ратная слава...

Застольщина. Лесные дары

Северный крестьянский быт, подобно человеку (если
он не круглый сирота), имел в природе не то чтобы
родственников, а так, добрых знакомцев: одни были самые
близкие, другие поотдаленнее. Например, из всех
культурных злаков самым близким к народному быту,
разумеется, была рожь, не зря ее называли матушкой,
кормилицей и т.д. Среди деревьев — это береза, воспетая
в песнях, а среди грибов, конечно же, рыжик. Ни один
гриб не мог соперничать с ним, поскольку рыжик, как и
рыбу, можно варить, солить, запекать в пироге и даже,
сперва слегка подсолив, есть в свежем виде. В грибной
год народ солил рыжики кадушками, их ели с картофелем и
с блинами, варили до самого сенокоса. Но все-таки
похлебка из соленых рыжиков или же из сушеных маслят —
губница — была на самом последнем месте в ряду мясных,
рыбных и прочих похлебок. Почему? Непонятно. Может быть,
из-за дешевизны, доступной любому лежебоке, может,
оттого, что быстро приедалась. Скорей всего от того и
другого вместе.

Если на рыжики случался неурожай, то нарастали
грузди, или полугрузди, или кубари, если же не было и
этих, то уж волнухи-то обязательно осенью появлялись. На
худой конец, можно было насолить белянок и солодяг,
которые по сравнению с рыжиками считались чуть ли не
поганками.

На сушку в достатке заготовляли маслят (белые
росли не везде). Их же в разгар лета собирали на
жаренину, обдирали коричневую кожицу и томили на
таганке. “Не дороги обабки, а дороги прикладки”, —
говорит пословица. Сушили их в нежаркой печи, затем
нанизывали на суровую нить и подвешивали под матицу или
ссыпали в деревянную дупельку. Аромат от этих грибов
признавал и любил не каждый, как не каждый мог свободно,
в любое время ступать в поскотину с грибной корзиной.
Собирали грибы дети, старики и убогие, остальные делали
это только попутно, урывками, а иной раз тайком. То же
можно сказать о сборе ягод, лесного дягиля, щавеля,
кислицы, о гонке березового сока. Все зависело от того,
в какую пору созревала ягода и убран ли под крышу хлеб,
лен, сметаны ли стога. Даже глубокой осенью женщина с
трудом выкраивала время сходить, например, по клюкву,
без которой немыслима жизнь северянина. Собранную клюкву
катали на решете, словно горох, отбрасывая остатки мха и
других примесей. На зиму ее замораживали. Принесенные с
мороза ягоды стучали словно камушки. Из них варили
кисель и напиток, давили для еды с блинами. Осенью
добавляли в шинкованную капусту, в горячий чай, ели,
конечно, и просто так.

С клюквой по изобилию иной год успешно состязалась
брусника. Это самая почитаемая ягода в северной русской
народной кухне. Ее мочили (как мочат яблоки в средней
полосе России), но больше парили. Пареную бруснику
многие заливали суслом, так она дольше хранилась. Ели
бруснику с блинами, с толокном, с кашей-заварой, в
молоке, заправляли ягодой чай, готовили из нее напиток и
просто лакомились “наверхосытку” после еды. Женщинам
после родов и выздоравливающим больным всегда почему-то
хотелось “бруснички”.

Если не считать подснежную клюкву, то самой первой
после зимы появлялась в лесу земляника.
Трудно даже представить, сколько людей воспитала
эта самая ранняя, самая яркая, самая красная, самая
Читать далее...

Застольщина

Особенности северной русской кухни объясняются не
одними лишь климатическими условиями, не одной внешней
средой, но и нравственно-бытовым укладом.

Поэтому понятие “национальная кухня”, несомненно,
имеет и эстетическую сторону.

Русские крестьяне в зависимости от постов делили
еду на постную и непостную (скоромную). Выверенное
долгим народным опытом чередование этим отнюдь не
ограничивалось. Разнообразить стол заставляли и смена
времен года, и чисто местные традиции, и личные
пристрастия. Хозяйка-большуха никогда не пекла два дня
подряд, например, сиченики. Если сегодня в доме варили
горох, то назавтра старались сварить грибы или что-то
другое. Празднично-календарный цикл также влиял на
характер еды, потому что на праздники варили сусло
(главным образом для пива), а отходы от варки (ржаная
дробина) использовались для приготовления кваса.
Крестьянский стол целиком “вырастал” на покосе и паханой
полевой полосе. Что же росло на полевой полосе?

Ржаное

Зерно, или злак, с древнейших времен
принадлежность и признак оседлого образа жизни,
облагородившего неприкаянный дух кочевника. Оно же, это
крохотное зернышко, таившее в своем маленьком чреве
могучую и непонятную силу всхожести, вдохновляло поэтов
и задавало тон мощнейшим философиям. В самом деле, разве
не удивительно? Надобно умереть, в прямом смысле быть
похороненным в землю, чтобы жизнь твоя продолжилась еще
более широко и роскошно.

Способность одного ржаного зернышка давать
несколько стеблей (кущение), стойкость к влаге и холоду
сделали рожь любимым и необходимейшим злаком на русском
Северо-Западе.

Рожь — это прежде всего хлеб, а о хлебе в числе
тысяч других сложена и такая пословица: “Ешь пироги,
хлеб береги”. Каждая работа, связанная с зерном, начиная
с сева и кончая размолом, носила почти ритуальный
характер. Благородство и кощунство человеческое яснее
всего выявлялись около хлеба. Без хлеба тотчас же
тускнеет и вся трудовая и бытовая крестьянская эстетика.


Глубокой осенью после молотьбы тщательно
распределяли зерно: это — на семена, это, похуже, — на
корм скоту, а это — на муку. Порцию, предназначенную на
муку, сразу сушили на овинах или в печах и везли на
мельницу.

Как приятно съездить на мельницу!

На такую поездку охотно соглашались старики,
подростки и дети. Ночлег на водяной мельнице запоминался
на всю жизнь. Мельница была в крестьянском быту
своеобразным местом общения, средоточием новостей,
споров, сказок, бухтин, она же как бы завершала долгий и
подчас очень рискованный путь хлебного зернышка.
Размолотая, сыплющаяся из лотка мука была теплой, чуть
ли не горячей: можно рукой, собственной кожей осязать
плоды своего труда. Даже крестьянская лошадь,
возвращаясь домой с увеличенным после мельницы в объеме
возом, весело фыркала, заражаясь хорошим настроением
хозяина. Муку засыпали в деревянный ларь или оставляли,
как нынче говорят, в сухом и темном месте. Отныне ею
командовала большуха. В ларе имелось отделение для
ржаной, пшеничной, ячневой и овсяной муки. Ларь стоял в
подвале, и при нем всегда Читать далее...

Будни и праздники

По вытям

“Сон — всему голова”, — скажет ленивый, оправдывая собственную беспечность.

“Сон — смерти брат”, — подумает слишком рачительный труженик после того, как заставит себя проснуться раньше времени.

Народный обычай не поощрит ни того, ни другого.

Первыми укладываются спать дети. С морозу в избу приносят для них и разворачивают прямо на полу широкие, набитые соломой постели, шубные либо кудельные стеганые одеяла и подушки. Навозившись досыта, забираются детки в одних порточках и холщовых рубашках под одеяла. С краю к ним пристраивается кто-нибудь из старших. Если в избе почему-либо холодно, стелют и на полатях, тут уж с обоих краев ложатся взрослые, чтобы никто из ребят не скатился во сне. Пословица “Пьяного да малого бог бережет” не всегда оправдывалась, но падение с печи или с полатей сонных детей чаще всего заканчивалось без особых ушибов.

На печке, за печкой и на полатях спали старики. Муж с женой — на кровати, стоящей за шкафом, взрослые холостяки довольствовались иногда и просто лавками. Ворота не запирались до возвращения молодежи с гулянья, самый последний обязан был запереть, но иногда этого уже и вовсе не требовалось, поскольку большуха вставала очень рано. Грудной ребенок спал в зыбке, крикунов качали всю ночь по очереди то мать, то бабушка. Таким образом, как бы ни велика была семья, спали зимой все в одной избе. Вместе с теснотой было в этом и нечто хорошее, необходимое, семья сживалась и сплачивалась. Взрослые и дети больше узнавали друг друга, выявлялись чреватые ссорами неясности. Члены семейства как бы перебаливали вирусом отчуждения, приобретая за зиму стойкость доброты и терпимости.

Летом место сна рассредоточивалось по всему дому. Девицы переселялись в свои горенки и светелки. Для взрослых и детей стелили постели в сенниках и чуланах, а в конце лета — на сене. Трудно описать хотя бы и малую долю всех звуков, запахов и ощущений, сопровождающих грезы летнего сна на свежем воздухе, будь этот сон чутким старческим, или крепким от усталости, или беспробудно юным!

Вздох коровы, запах ее пота и молока вплетаются в сны спящего под пологом. Человек слышит крики дергача на лугу и чиликание ласточкина семейства под крышей, глухие удары колокола в далекой поскотине, звон комара около уха. Когда цветет черемуха, в девичью светелку проникает ее сладковатый аромат, заглушая запахи одежды и сундука. Запах сухого сена и росного хмельника веет под утро на сараях, в чуланах и сенниках. Все эти звуки, запахи и ощущения постоянно менялись в зависимости от погоды, времени суток, а также и характера полевых и домашних работ.

Петух в доме главный побудчик, несмотря на свою петушиную глупость. Не иметь петуха означало то же, что в нынешние времена вставать по соседскому будильнику. Первые петухи пели в полночь, их слышали одни чуткие старики и старухи. Этим пением как бы подтверждалось ночное спокойствие, мол, все идет своим чередом. Вторые петухи заставляли хозяек вставать и глядеть квашню, третьи — окончательно поднимали большуху на ноги.

Набожные старики вставали раньше большухи. Они творили перед иконой утреннюю молитву и, стараясь не разбудить детей, покидали избу. Так, уже упомянутый Михаиле Григорьевич из деревни Тимонихи всю жизнь вставал вскоре после вторых петухов. Зимою он зажигал керосиновый фонарь и рубил хвою во дворе, довольно громко распевая псалмы. Летом же светло и без фонаря, а всякой работы больше, чем зимой.

После молитвы большуха первым делом смотрела квашню, ведь редкий день не ставились “ходить” хлебы либо пироги. Блины и овсяный кисель также заквашивали с вечера. Хозяйка открывала трубу и затопляла печь. Треск и запах от зажигаемой лучины вплетался в сон спящих детей, взрослых мужчин он поднимал на ноги.

Молодые хозяйки не сразу осваивали искусство топить печь. Умение, впрочем, стояло здесь на втором плане, на первом было качество дров и растопки. Поленьев одинаковой длины, толщины и сухости требовалось в полтора раза меньше, чем разнородных, неровно просушенных.

Обращение с горящей лучиной у опытной хозяйки было просто виртуозным. Держа горящую лучину в зубах, она ухитрялась нести два полных ведра через сарай и поветь, по лестнице и в хлевы. Лучина, воткнутая в стенную щель, горела, пока она поила скотину. (Кстати, в темные осенние ночи, а также в жестокий ночной мороз из деревни в деревню ходили с горящим пучком лучины. Он горел сильно, ровно и долго освещая путь, защищая и от холода и от зверя.)

Пока пылает печь, мужчина успевает запрячь лошадь и съездить за сеном, если недалеко. Большуха разогревала на завтрак вчерашние щи, называемые теперь суточными. (Крестьянский обычай подавать на завтрак и ужин щи или борщ частично сохранился на военном флоте.)

Летом задолго до завтрака начинали косить, пахать паренину.

Большуха Читать далее...

Армия Александра Невского
1. Трубач из дружины Александра Невского. В организации армий
средневековой Руси музыканты уже начинают играть значимую роль. Защитное
вооружение реконструировано по изобразительным источникам XIII в. На них
можно увидеть воинов в анатомических кирасах. Именно такая кожаная
анатомическая кираса с пластинчатыми наплечниками и чешуйчатыми
набедренниками входит в комплекс защитного вооружения этого воина. Под
нее поддета длиннорукавная кольчуга. В качестве дополнительной защиты на
груди кирасы прикреплена металлическая пластина. Шлем - цельнотянутый
конус с высоким ободом и с полями, украшенный чеканным позолоченным
изображением архангела, близкий к византийским аналогам. Стеганое
оголовье из довольно тонкой кожи, с фестончатым низом. На ногах -
кольчужные чулки. Этот воин подает сигнал, трубя в рог - часто
используемый в XIII в. и популярный на Руси музыкальный инструмент. К
седлу привешен небольшой круглый щит. Комплекс используемого им в бою
наступательного вооружения включает в себя саблю и нож.
2. Пеший тяжеловооруженный копейщик (новгородское ополчение). В течение
всего XIII в. в Северо-западной Руси происходит своеобразное возрождение
пехоты, чья роль сошла было в XII в. почти на нет. Плотные пехотные
построения, ощетинившиеся ежом копий, опиравшиеся на поддержку стрелков
из лука и арбалетчиков в задних шеренгах становились тогда грозной
силой. Изображенный здесь пехотинец-копейщик первых двух линий
построения прекрасно защищен и отлично вооружен. Новгород, как и любой
другой город имел свой городской арсенал, и мог снарядить и выставить в
поле хорошо снаряженное ополчение. Вдобавок сами жители могли иметь
определенное количество защитного и наступательного вооружения. Комплекс
защитного вооружения этого пехотинца включает комбинированный доспех,
состоящий из ламеллярной кирасы, чешуйчатого подола с разрезами по бокам
и чешуйчатой защиты рук, с дополнительной защитой в виде двух круглых
металлических пластин на плечах, а также склепанного, двухчастевого
шлема с полностью защищающей лицо кольчужной бармицей. Кисти рук
защищены отдельными кольчужными рукавицами. На ногах одеты стеганые
поножи и пристяжные металлические наколенные пластины. Щит треугольный,
довольно большой - около метра в высоту. Воин вооружен длинным копьем с
длинным граненым наконечником, мечом европейского типа (возможно,
трофейным), топором, и боевым ножом.
3. Музыкант (барабанщик). Наиболее популярными из всего многообразия
воинских музыкальных инструментов в Новгороде были барабан, рог (труба)
и дудка. Защитное вооружение этого участника похода очень легкое -
только набивной доспех из плотного крашеного льна, поверх которого
надета тканевая безрукавка - русский вариант котты. Щит - круглый, около
шестидесяти пяти сантиметров в диаметре, расписной. Оружие - кинжал и
топор.
4. Музыкант. Защитное вооружение у этого воина и вовсе отсутствует -
если не считать толстого, подбитого мехом тулупа. Из оружия - только
боевой нож.
5. Прусский конный дружинник на службе Александра Невского. Многие из
прусских воинов осевших на Руси, прежде всего в Новгороде, продолжали
борьбу с немцами. Этот воин, судя по тяжелому защитному вооружению, один
из воевод пруссов. Он одет в полный пластинчатый ламеллярный доспех,
состоящий из кирасы, оплечий и набедренников. Голова защищена шлемом, по
форме напоминающим фригийский колпак, с пластинчатой бармицей. На ногах
кольчужные чулки, кисти рук защищены пластинчатыми перчатками на кожаной
основе, с крагами из брони. Щит - небольшая, расписная кавалерийская
павеза, со временем ставший очень популярным во многих европейских
регионах уже под названием прусский щит. Вооружение составляет копье и
меч.
6. Прусский пеший воин-ополченец. Защитное вооружение этого прусского
воина состоит лишь из стеганого гамбизона усиленного металлическими
наплечниками, и клепаного сфероконического шлема, надетого на стеганый
подшлемник. На груди и на спине - удерживаемые ремнями зерцальные
пластины. Кисти рук защищены кольчужными рукавицами. Щит - небольшой
миндалевидный, усиленный продольными металлическими полосами, с умбоном.
Оружие - копье, боевой нож и топор.
7. Владимиро-суздальский знаменосец (дружина Андрея Ярославича). Начиная
с XII в. знамена играют значимую роль при боевом построении воинских
отрядов, являясь как отличием отрядов в бою, так и по сути Читать далее...

Соборное уложение 1649 г.
<...> Глава II. О государьской чести, и как его государьское здоровье
оберегать <...>
1. Будет кто каким у мышлением учнет мыслить на государьское здоровье
злое дело, и про то его злое умышленье кто известит, и по тому извету
про то его злое умышленье сыщетса допряма, что он на царское величество
злое дело мыслил, и делать хотел, и такова по сыску казнить смерти.
2. Такъже будет кто при державе царьского величества, хотя Московским
государьством завладеть и государем быть и для того своего злого
умышления начнет рать збирать, или кто царьского величества с недруги
учнет дружитца, и советными грамотами ссылатца, и помочь им всячески
чинить, чтобы тем государевым недругом, по его ссылке, Московским
государьством завладеть, или какое дурно учинить, и про то на него кто
известит, и по тому извету сыщетца про тое его измену допряма, и такова
лать хотел, и такова по сыску казнить смертию.
5. А поместья и вотчины и животы изменничьи взята на государя. <...>
13. А будет учнут извещати про государьское здоровье, или какое доменное
дело чьи люди на тех, у кого они служат, или крестьяне, за кем они живут
во крестьянех, а в том деле ни чем их не уличат, и тому их извету не
верить. И учиня им жестокое наказание, бив кнутом нещадно, отдати тем,
чьи они люди и крестьяне. А опричь тех великих дел ни в каких делех
таким изветчиком не верить. <...>
18. А кто Московского государьства всяких чинов люди сведают, или
услышат на царьское величество в каких людех скоп и заговор, или иной
какой злой умысл, и им про то извещати государю царю и великому князю
Алексею Михайловичи) всея Русии, или его государевым бояром и ближним
людем, или в городех воеводам и приказным людем. <...>
21. А кто учнет к царьскому величеству, или на его государевых бояр и
околничих и думных и ближних людей, и в городех и в полкех на воевод, и
на приказных людей, или на кого ни буди приходите скопом и заговором, и
учнут кого грабити, или побивати, и тех людей, кто так учинит, за то по
тому же казнити смертию безо всякия пощады. <...>
Глава III. О государеве дворе, чтоб на государеве дворе ни от кого
никакова бесчиньства и брани не было
1. Будет кто при царском величестве, в его государеве дворе и в его
государьских полатах, не опасаючи чести царского величества, кого
обесчестит словом, а тот, кого он обесчестит, учнет на него государю
бити челом о управе, и сыщется про то допряма, что тот, на кого он бьет
челом, его обесчестил, и по сыску за честь государева двора того, кто на
государеве дворе кого обесчестит, посадити в тюрму на две недели, чтоб
на то смотря иным неповадно было впередь так делати. <...>
3. А будет кто при царьском величестве вымет на кого саблю, или иное
какое оружье, и тем оружьем кого ранит, и от тоя раны тот, кого он
ранит, умрет, или в те же поры он кого досмерти убьет, и того убойца
самого казнити смертию же. <...>
4. А будет кто при государе вымет на кого какое ни буди оружье, а не
ранит и не убьет, и того казнити, отсечь рука. <...>
6. Такоже царьского величества во дворе на Москве, или ще изволит
царьское величество во объезде быти, и ис пищалей и из луков и из ыного
ни ис какова оружья никому без государева указу не стреляти, а с таким
оружьем в государеве дворе не ходити. А будет кто в государеве дворе на
Москве, или в объезде кого ранит, или кого убиет досмерти, и того
казнити смертию же.
7. А будет кто на государеве дворе, на Москве, и в объезде, учнет ходити
с пищальми и с луками, хотя и не для стрельбы, и ис того оружья никого
не ранит и не убиет, и тем за ту вину учините наказание, бите батога и
вкинута на неделю в тюрму. <...>
<...> Глава XI. Суд о крестьянех. А в ней 34 статьи
1. Которые государевы дворцовых сел и черных волостей крестьяне и
бобыли, выбежав из государевых дворцовых сел и ис черных волостей, живут
за патриархом, или за митрополиты, и за архиепископы, и епископом, или
за монастыри, или за бояры, или за околничими и за думными, и за
комнатными людьми, и за стольники и за стряпчими, и за дворяны
московскими, и за дьяки, и за жильцы, и за городовыми дворяны и детьми
боярскими, и за иноземцы и за всякими вотчинники и помещики, а в
писцовых книгах, которые книги писцы подали в Поместной и в (ы)ные
приказы после московского пожару прошлого 134 году, те беглые крестьяне,
или отцы их написаны за Читать далее...

ХРИСТИАНСТВО И ЯЗЫЧЕСТВО
Клерикальные историки резко противопоставляют христианство язычеству и
обычно делят историю каждого народа на два периода, считая рубежом
принятие христианства; дохристианские времена они называют веками мрака,
когда народы пребывали в невежестве до тех пор, пока христианство будто
бы ни пролило свет на их жизнь.
Для некоторых народов, сравнительно поздно вступивших на путь
исторического развития, принятие христианства означало приобщение к
многовековой и высокой культуре Византии или Рима и тем самым тезис
церковников о “тьме и свете” как бы получал подтверждение. Но,
разумеется, необходимо четко отделять уровень культуры (кстати говоря,
сложившейся еще в “языческий” период) от вида религиозной идеологии.
Византия не тем превосходила древних славян, что была христианской
страной, а тем, что являлась наследницей античной Греции, сохранившей
значительную часть ее культурного богатства.
Христианство нельзя противопоставлять язычеству, так как это только две
формы, два различных по внешности проявления одной и той же первобытной
идеологии.
И язычество, и христианство в равной мере основаны на вере в
сверхъестественные силы, “управляющие” миром. Живучесть христианства в
значительной степени объясняется использованием в его идеологии древнего
языческого представления о загробном мире, о “второй жизни” после
смерти. В сочетании с очень древним дуалистическим воззрением на мир,
как на арену борьбы духов добра с духами зла, мысль о загробном мире
породила учение о таком же дуализме и “потусторонней жизни” — о
существовании “рая” для добрых и “ада” для злых.
Христианство в своей практике широко использовало первобытную магию;
молебен о дожде (когда священник кропил поля “святой” водой) ничем не
отличался от действий первобытного жреца, пытавшегося таким же
магическим путем упросить небеса окропить поля настоящим дождем.
Являясь эклектичным и стихийным объединением ряда древних
земледельческих и скотоводческих культов, христианство по своей сущности
очень близко подходило к языческим верованиям славян, германцев,
кельтов, финнов и других народов. Недаром после христианизации так тесно
слились местные народные верования с учением христиан.
Главное отличие христианства заключалось в том, что свой исторический
путь оно проходило в условиях резко антагонистического классового
рабовладельческого общества, а затем в трудной обстановке кризиса и
перехода к феодализму.
Естественно, что первобытная сущность тех культов, из которых сложилось
первоначальное христианство, осложнялась и видоизменялась: религия
социальных низов, обещавшая рабам утешение в будущей загробной жизни,
была использована рабовладельцами, внесшими в нее совершенно иные
идеологические мотивы. Феодальное государство еще больше развило
классовую сущность христианства. Византийский император рассматривался
как представитель самого бога на земле. Пышный и величественный
церемониал богослужений был направлен на освящение существовавших
классовых порядков. На стенах церквей изображались “святые” императоры,
патриархи, представители знати. Церковное помещение обычно было поделено
на два яруса: внизу толпились простые люди, а на хорах, между людьми и
изображением бога — “вседержителя”, помещались владыки и высшая знать.
Христианство отличалось от язычества не своей религиозной сущностью, а
только теми чертами классовой идеологии, которые наслоились за тысячу
лет на примитивные верования, уходящие корнями в такую же первобытность,
как и верования древних славян или их соседей.
Христианские миссионеры, шедшие к славянам или германцам, не создавали
ничего принципиально нового; они приносили лишь новые имена для старых
богов, несколько иную обрядность и значительно более отточенную идею
божественного происхождения власти и необходимости покорности ее
представителям. Мировоззрение же миссионеров не отличалось от
мировоззрения языческих жрецов, колдунов и знахарей.


* * *
На корабле, плывшем по голубым волнам Эгейского моря, какой-то русский
книжник XII в. решил написать исследование о славянском язычестве:
“Слово о том, как язычники поклонялись идолам и приносили им жертвы”.
Нашему путешественнику были знакомы и древний египетский культ Озириса,
и учение Магомета в арабских землях, и обычаи турок-сельджуков, и
необычная для русского уха музыка органов в католических Читать далее...

Миронова-Шаповалова Наталья Александровна

Обряд вызывания дождя у старообрядцев Забайкалья
(по материалам 90-х годов 20 века)
В летнем календаре старообрядцев Забайкалья важным обрядовым
звеном является ритуал вызывания дождя. Состоящий из
нескольких структурообразующих этапов, обряд может совершаться
в различные временные промежутки, в зависимости от
неблагоприятных погодных условий. Ритуальные действа
испрошения небесной влаги осуществляются как комплексно, так
могут воспроизводиться и частями на протяжении всего жаркого
периода.
Материалы экспедиционных исследований 90-х годов позволяют
согласиться с утверждением Г.В.Любимовой "о стремлении придать
окказиональным обрядам вызывания дождя регулярный
превентивно-календарный характер путем закрепления их за
определенными датами народного календаря" (3, с.58). Частично
ритуал исполняется на Преплавление, когда старшее поколение
ходит молиться к кресту с иконами (что происходит не только на
христианский праздник, но и спонтанно во время сильной
засухи): "Нынче Преплавление у нас было, мы ходили молились на
крест" (зап. от Ивайловской С.С., 1941г.р., с. Десятниково
Тарбагатайского р-на, 2000 г). Кресты у семейских, как и
кладбища, расположены на возвышенностях
(моления/священодействия на горах или холмах - традиция,
идущая со времен почитания языческих богов, в частности,
Перуна, "распоряжающегося" небесной влагой).
На Ивана Травника обряд вызывания дождя выполняется как
комплекс, а в способах наблюдается возрастная регламентация:
старшее поколение - посещает кладбище, где поливает могилы
и/или молется (этот процесс не имеет строгого темпорального
закрепления: "И на Купалу обливались и до этого, засуха если
идет, обливайтесь. Потом бабушки ходили кладбище поливали"
(зап. от Леоновой М.П., 1934 г.р., с. Никольское,
Мухоршибирского р-на, 2000)); молодежь - обливается, купается;
дети - брызгаются/обливаются и исполняют заклички.
В Иванов день полифункциональность водной стихии проявляется в
многообразии ритуалов, в которых задействована вода.
Используются ее защитные свойства, когда перед временем
господства нечистой силы освященной водой окропляются двор,
надворные постройки. А обряд купания/обливания иногда
применяется не только в контексте имитативной магии, но и как
одна из форм очищения "после разгула колдовок".
Ритуальное вызывание небесной влаги и купание происходит до
Ильина дня. То, что открытые водоемы в период с Ивана Купалы
до Ильина дня наиболее приспособлены к купанию (по-прежним
строгим нормам купаться можно только в этот временной
промежуток: "Раньше до Ивана не купались и строго было - от
Ивана до Ильи - купальня" (зап. от Варфоломеевой А.М.,
1928г.р., с. Никольское, Мухоршибирский р-н, 2000 г.)) связано
с мифопоэтическими представлениями о водной стихии и
темпоральном отрезке. Причина, по которой после Ильи нельзя
купаться, в одном из вариантов, записанном в с. Никольском
Мухоршибирского района, звучит так: "Знаю, что бабушка всегда
говорила: "Пришел Илья и купаться нельзя, уже олень рога
намочил."" (зап. от Леоновой М.П.,1934г.р.). В запрете
фигурирует образ оленя, встречающийся у семейских в обрядовой
игре, отмеченной Ф.Ф. Болневым в зимнем календаре. Параллели в
важнейших солнечных циклах не случайны, так как олень -
существо, соотнесенное с солнцем. Солярная символика данного
животного, по мнению А. Голана, связана с мифом, восходящим к
временам более древним, чем эпоха бронзы о том, "что солнце
перемещается по небу на рогах чудесного оленя, за которым
гонится существо преисподней, к концу дня настигающее оленя,
отчего происходит закат и наступает ночь" (1, с. 39).
Опущенные в воду рога оленя символизируют прекращение летней
солнечной активности, Читать далее...

Это - Книга Ахмада Ибн-фадлана ибн-аль-'Аббаса ибн-Рашида
ибн-Хаммада, клиента [1] Мухаммада ибн-Сулаймана, посла [2]
аль-Муктадира к царю славян, в которой он сообщает о том, что он сам
видел в стране [3] турок, хазар, русов, славян, башкир и других
(народов), по части различий их вероучений [197а], истории их царей,
положения многих из их дел.
* Говорит Ахмад Ибн-фадлан когда прибыло письмо аль-Хасана сына
Балтавара [4], царя славян, к повелителю правоверных аль-Муктадиру,
в котором он просит его о присылке к нему (людей) их тех, кто научил
бы его вере, преподал бы ему законы ислама, построил бы для него
мечеть, воздвигнул бы для него минбар, чтобы совершалась на нем
молитва за него (царя) в его городе и во всем его государстве, и
просит его о постройке крепости, чтобы он укрепился в ней от царей,
своих противников, то он получил согласие на то, о чем просил.
Посредником у него [5] был Надир аль Хурами. И был избран я для
прочтения ему (царю) письма и передачи того, что было подарено ему,
и для надзора над факихами и му'аллимами. А какая у него (халифа)
была причина посылки этого богатства [6] ему (царю), так это для той
постройки, о которой мы сообщили, и для уплаты за факихов и
му'аллимов за село, известное под названием Артахушматин [7] из
земли Хорезм, из числа сел Ибн-аль-Фурата. Посол к аль-Муктадиру от
владетеля славян был муж, которого зовут 'Абдаллах ибн-Башту
аль-Хазари (хазарец), а послом со стороны султана (халифа) Сусан
ар-Расси, клиент Надира аль-Хурами и Такин ат-Турки (турок), Барис
ас-Саклаби (славянин) [8] и я вместе с ними, как я уже сообщил.
Итак, я вручил ему подарки для него, для его жены, для его детей,
для его братьев, для его предводителей и лекарства, о которых он
писал Надиру, прося их. И мы выехали из Города мира (Багдада) в
четверг, когда прошло одиннадцать ночей от (месяца) сафара года
триста девятого [9]. Мы оставались в ан-Нихраване [10] один день и
(далее) ехали усиленно, пока не достигли ад-Даскары [11]. В ней мы
оставались три дня. Потом мы отправились стремясь, не сворачивая ни
перед чем, пока не прибыли в Хулван [12] и оставались в нем два дня
и поехали из него в Кармисин [13] и оставались в нем два дня, потом
отправились и поехали, пока не прибыли в Хамадан и оставались в нем
три дня, потом поехали, пока не дошли до Сава [14] и оставались в
нем два дня, а из него в ар-Рай, и оставались в нем одиннадцать
дней, чтобы подождать Ахмада ибн-'Али аху-Су'лука, так как он был в
Хувар-ар-Райе [15], потом мы отправились в Хувар-ар-Рай и оставались
в нем три дня, далее отправились в Симнан, потом из него в ад-Дамган
[16]. В нем мы случайно встретили Ибн-Карана, сторонника ад-Да'и
[17], и потому мы скрылись в караване и ехали усиленно, пока не
дошли до Найшабура. Лайла ибн-Ну'ман [18] был уже убит, и мы застали
в нем (Найшабуре) Хаммавайха Куса [19], командующего войском
Хорасана. Потом мы отправились в [197б] Сарахс, потом из него в
Марв, потом из него в Кушмахан, а это край пустыни Амуля, и
оставались в нем три дня, чтобы дать отдохнуть верблюдам для въезда
в пустыню. Потом мы пересекли пустыню до Амуля, потом переправились
через Джайхун и прибыли в Афирабр-рабат Тахира ибн-'Али [20]. Потом
мы отправились в Байканд, потом мы въехали в Бухару и прибыли к
аль-Джайхани. Он секретарь эмира Хорасана, и его прозывают в
Хорасане шейх-опора. Он прежде всего озаботился достать для нас
жилье [21] и назначил для нас человека, который бы удовлетворил наши
потребности и успокаивал наши нужды во всем, что мы пожелаем. Итак
(у него) мы оставались (ряд) дней. Потом он испросил для нас
аудиенцию у Насра ибн-Ахмада [22], и мы пошли к нему. А он
безбородый мальчик. Мы приветствовали его как эмира, а он приказал
нам сесть, и первое, с чего мы начали, это что он сказал: "Каким вы
оставили моего господина, повелителя правоверных, да продолжит Аллах
его пребывание (в этом мире) и мир в душе его, его слуг, и его
приближенных". Мы сказали: "В благополучии". Он сказал: "Да прибавит
ему Аллах благополучия!" Потом было прочитано письмо к нему
относительно передачи Артахушматина от аль-Фадла ибн-Муса ан-Насрани
(т.е. христианина), Читать далее...

ПЕРВЫЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА О ГОСУДАРСТВЕ РУСИ


После бурного VI столетия, когда страницы хроник пестрели сведениями о
славянских победах, наступи. двухвековой период затишья. Орды кочевников
отреза ли славян от мировых культурных центров, и некому было рассказать
о делах славян. Только на рубеж-VIII—IX вв., с рождением феодального
государства снова во всех концах Старого Света заговорили о славянах и
русах.
Период VI—IX вв. можно назвать предфеодальным так как в это время
окончательно дозревши высшие формы родоплеменного общества в виде прочно
организованных союзов племен, и постепенно изживал себя основные ячейки
родового строя — маленькие разрозненные и замкнутые родовые коллективы,
хозяйственная необходимость которых была обусловлена примитивной
техникой подсечного земледелия.
Главный успех развития производительных сил славянского общества
заключался в постоянном возрастании площадей земли, подготовленных для
земледелия Для того чтобы рухнул родовой строй, нужен был переход от
громоздкой и чрезвычайно трудоемкой подсечной, “огневой” системы
земледелия к вспашке одного и того же фонда старопахотных,
культивированных земель по двупольной и трехпольной системе. Необходимо
было не только накапливать лесные росчисти, “лядины”, но и иметь более
совершенный железный и стальной инвентарь — топоры, тесла, лемехи,
чересла и др.
VI столетие — время широкого выхода разных славянских племен на просторы
степей, морей и бесчисленных римских дорог — было полно таким
количеством соблазнов за пределами родной земли, что особых
хозяйственных успехов и серьезных сдвигов в ремесле на славянских
территориях не видно. Жили в наскоро построенных полуземлянках, особенно
не заботясь об укреплении поселков; все было, очевидно, подчинено мыслям
дальних сказочных землях, о сборах в походы.
Хозяйственные достижения наблюдаются в VII— VIII вв. В это время
усиленно сглаживался контраст между лесостепным Югом и лесным Севером. И
там и
здесь совершенствовалась техника обработки железа и стали, что дало
ощутимые результаты к IX—Х вв. Север и Юг уравнивались и в отношении
земледелия. Земледелие становилось повсеместно господствующей отраслью
хозяйства. Следствием земледельческого прогресса было то, что на смену
большим родовым коллективам в 100 человек приходило хозяйство одной
крестьянской семьи, одного “дыма”, одного “рала” (плуга).
Кризис первобытнообщинного строя затянулся на несколько столетий; он
постепенно охватывал все большее пространство, проникая в северную
лесную зону, где к IX в. тоже появляются огромные земледельческие села
площадью в несколько гектаров (например, городище Титчиха на Дону в
земле воронежских вятичей)
хорошими общими для всего села укреплениями.
На севере вплоть до VIII в. сохраняются родовые кладбища членов единой
кровной “верви”. Таковы новгородские сопки, длинные курганы смоленских
кривичей и засыпанные землей “столпы” вятичей.
Процесс выделения отдельных семей, “дымов”, сказался в появлении
индивидуальных и парных курганов, которые, возникнув кое-где уже в
середине I тысячелетия, к концу его покрыли уже почти всю Великую
Русскую равнину.
Переход от родовых усыпальниц к курганам, насыпанным над одним или двумя
умершими (мужем и женщиной), был отражением такого крупного
исторического тления, как переход от родового коллектива, имевшего общее
подсечное хозяйство, к “дыму”, ведшему теперь нее парцеллярное хозяйство
на старопахотных землях, возделанных трудами предков — “дедов”,
вынужденных “обща корчевать пни и расчищать лядины”.
Распад родовых общин приводил к группировке хозяйственно самостоятельных
семей на основе принципа соседства. Рождалась соседская община,
способная выдержать тяжесть классовой организации общества.
Уничтожение принудительного родового равенства и замена родовой
собственности семейной и личной вели к неравномерному накоплению
прибавочного продукта в разных семьях, к росту имущественного
неравенства. Ослабление родовых связей и превращение единого трудового
коллектива в сумму самостоятельных семей сделали каждый “дым” более
беззащитным, более доступным для экономического или внеэкономического
принуждения. Хозяйственная устойчивость каждого отдельного крестьянского
двора в условиях тогдашнего негарантированного урожая была очень
невелика, каждое стихийное бедствие, каждый недород разоряли тысячи
Читать далее...

М.А.Васильев: Особенности формирования и развития восточнославянского язычества




Особенности формирования и развития восточнославянского язычества
М.А.Васильев
Оп.: интернет-журнал "Махаон", №10, июль-август 2000.

Постоянное исследовательское внимание к восточнославянскому
язычеству присуще палеославистике, в первую очередь отечественной,
практически с момента ее зарождения. Ныне данной проблематикой
занимаются представители различных отраслей гуманитарного знания:
историки, языковеды, археологи, этнолингвисты, этнографы,
искусствоведы и др. И это закономерно. "Славянское язычество
существенно и интересно для науки не только само по себе как форма и
система культурных ценностей древних славян (праславян), - писал
Н.И. Толстой в связи с рассмотрением вопроса о роли язычества в
славянской культурной традиции, - но и как важный компонент культуры
последующих эпох, как генетическая основа славянской народной
культуры и фольклора"1. Обращение к дохристианским языческим
верованиям позволяет вскрыть глубинные пласты культуры современных
восточнославянских народов, некоторые особенности их менталитета,
равно как и выявить мировоззренческие основы представлений древних
славян, являющиеся одной из базисных составляющих духовной культуры
восточнославянских этносов. Поэтому не случайным является выход в
последние десятилетия целого ряда обобщающих трудов, посвященных
(пра)славянской, в том числе восточнославянской, языческой архаике2.
В предлагаемой вниманию читателей статье нами анализируются
некоторые узловые проблемы многоплановой тематики
восточнославянского язычества, понимаемые как имеющие принципиальное
значение для адекватных научных заключений об особенностях
формирования язычества восточных славян (на уровне "высших" богов3),
его состояния и развития ко времени введения христианства на Руси, а
именно - комплекс вопросов, связанных с богами Семарглом и Хорсом,
вошедшими в созданный и существовавший в Киеве в годы "первой
религиозной (языческой) реформы" (980 - 988 гг., по хронологии
"Повести временных лет")4 великого князя Владимира пантеон богов
(помимо названных божеств, согласно "Повести временных лет", он
включал Перуна, Дажьбога, Стрибога, Мокошь), а также с самой этой
реформой.
Определяя причины выбора в качестве объектов специального анализа
именно богов Семаргла и Хорса, в первую очередь необходимо указать
на то, что они составляют примерно пятую часть обычно относимых в
научной литературе к "высшим" восточнославянских божеств (кроме
Семаргла и Хорса, это Перун, Волос ~ Велес, Дажьбог, Стрибог,
Мокошь, Сварог, вероятно, Троян). Одновременно рассматриваемые боги
языческим верованиям других ветвей славянства достоверно не известны
и являются, следовательно, специально восточнославянскими, их
присутствие составляет одну из ярких особенностей дохристианских
верований этой отрасли славян. Поэтому анализ круга связанных с ними
вопросов сам по себе имеет важное значение для дальнейшего
продвижения в изучении истории сложения и функционирования язычества
восточных славян.
Однако в первую очередь выбор нами указанных двух божеств обусловлен
специфической общностью их корней, их иранским происхождением.
Говоря о язычестве как компоненте культуры древних славян, Н.И.
Толстой особо отмечал: "Без этого компонента, который в древнейший
период занимал основные позиции, ...нельзя понять до конца всего
процесса культурного развития славян и всего механизма
взаимодействия славянской культуры с культурами неславянскими"5.
Среди проблематики, связанной с взаимоотношениями (пра)славян с их
соседями, имевшими иной лингво-культурный облик, вопросы
(восточно)славяно-иранского взаимодействия, в первую очередь в
религиозно-мифологической сфере, в области культуры вообще, были и
остаются одними из насущно актуальных для комплекса научных
дисциплин, занимающихся славянскими древностями. В этой связи
сошлемся на ряд суждений В.Н. Топорова, носящих концептуальный
характер и разделяемых нами. Он определил значение Rosso-Iranica в
качестве "большой и исключительно важной научной темы, имеющей не
Читать далее...

Страницы Курской истории

КАМЕННЫЙ ВЕК

(100-5 тысяч лет назад)


1. Первые люди появились на территории будущей Курской области около 100
ты-сяч лет назад, в эпоху «Великих оледенений». Это было время гигантских
природных ка-таклизмов, когда ледяной щит покрывал огромные просторы
Евразийского и Американ-ского континентов.
Доходили льды и до современной Курской области, однако, протянувшиеся по
ее западной части отроги Среднерусской возвышенности мешали их
проникновению. Лишь во время самого мощного Днепровского оледенения (200 –
120 000 лет назад) ледяной по-ток прошел по территории современных
Рыльского и Кореневского районов.
Сегодня на территории Курской области ученым известно 7 стоянок
первобытных людей: Авдеевская (Октябрьский район), Пенская (Курчатовский
район), стоянка Быки (ссылка 2) (Курчатовский район), Октябрьское 1 и 2
(Рыльский район), стоянки Курск-1, Курск-2 и Курск-3.
Самым изученным курским памятником каменного века является Авдеевская
верхнепалеолитическая стоянка, расположенная в 28 км от Курска на берегу
р. Рогоз-ны. (рис.40) Существовавшее около 22 – 23 000 лет назад поселение
состояло из семи расположенных по краям жилой площадки жилищ-полуземлянок,
между которыми нахо-дилось еще восемь ям, служивших для хранения
разнообразных пищевых и хозяйствен-ных припасов. На территории стоянки
археологи обнаружили сотни кремневых орудий, изделия из рога, кости и
камня (рис.41)
Основным занятием древних «авдеевцев» была охота. Судя по обнаруженным при
раскопках костям, охотничьей добычей «авдеевцев» были мамонты, шерстистые
носоро-ги, северные олени, лошади, овцебыки, сайгаки, бурые медведи и даже
пещерные львы. Интересно отметить, что кости песца и волка в культурном
слое сохраняют свой анатоми-ческий порядок. Это говорит о том, что их
добывали исключительно ради меха, использо-вавшегося для изготовления
одежды.
Добытые на охоте животные давали первобытным людям мясо для еды, их шкуры
использовались при шитье одежды и постройке жилищ, из сухожилий
изготовляли нити и веревки, а кость использовали как топливо и в качестве
материала для изготовления ору-дий труда, украшений и даже музыкальных
инструментов, подобно обнаруженному при раскопках 30-сантиметровому
обломку флейты из лебединой кости. (рис.39)


2. Судя по материалам раскопок, очень ценились обитателями Авдеевской
стоянки зубы волка, песца и бурого медведя. Их или пришивали к одежде
вместе с разнообразны-ми привесками, или носили на шее в качестве
ожерелий-амулетов. Широкое распростра-нение среди обитателей Авдеевской
стоянки получили и головные обручи, вырезаемые из тонких костяных пластин.
Длина одного из сохранившихся полностью экземпляров – 19 см. На его узких
закругленных концах прорезаны удлиненные продолговатые отверстия, в
которые, вероятно, продевался узкий ремешок, соединявший концы обруча и
удерживав-ший его на голове. Древние косторезы покрывали свои поделки
выразительным орнамен-том в виде рядов коротких поперечных черточек,
косого крестика, клетки, острых углов, которые нередко образуют “елочку”
или зубцами идут вдоль всего края поделки.


3. Из кости же были вырезаны и найденные в Авдеево «палеолитические
Венеры». Как правило, статуэтки «Венер» сделаны по единому художественному
канону – обна-женная женщина со слегка склоненной к груди головой,
непропорционально тонкими, сложенными на животе руками и слегка согнутыми
ногами, с гладкими, без проработки, лицами. (рис.42)
Однако, в 1977 г. ученые нашли в Авдеево статуэтку, имевшую ранее не
встречав-шиеся на Русской равнине особенности. У нее было лицо. Древний
мастер тщательно вы-резал у фигурки глаза, щеки, нос, уши. Имела «Венера»
и прическу – спереди небольшая челка, уши открыты, а волосы забраны назад
и опущены на шею. Причёска передана на-резками, а от правого виска до
мочки уха две резные линии создают ленту с поперечными нарезками внутри,
которую можно рассматривать в качестве пряди волос с вплетёнными
украшениями или нити бус. (рис.43)
По мнению ученых, «Венеры» пользовались особым вниманием обитателей
стоя-нок каменного века и, вероятно, использовались во время проведения
религиозных цере-моний.
Около 16 000 лет назад эпоха «Великих оледенений» заканчивается глобальным
процессом потепления. В результате таяния вечной мерзлоты выделяется
колоссальное количество воды. На водоразделах образуются огромные озера, а
уровень рек повышается в десятки раз. Следы образовавшегося в то время
гигантского русла (макромеандра) Читать далее...

Это цитата сообщения lelushik Оригинальное сообщение

Варежки "Spatz"от Камилла Svanlund.

http://stickamera.se/monstervantar_spatz.php

[333x500]

СХЕМА

Это цитата сообщения lelushik Оригинальное сообщение

Подборка узоров "Птицы".

ПРИ ВЯЗАНИИ НОСОЧКОВ И ВАРЕЖЕК ЧАСТО ИСПОЛЬЗУЮТСЯ СХЕМЫ С ПТИЦАМИ. ВОТ ЧТО УДАЛОСЬ СОБРАТЬ.

!

Читать далее...