История не моя – прочитала в книге, где ее цитируют. Уж извините, что длинная, но прочтите – не пожалеете. Сокращать ее, и без того сокращенную, у меня рука не поднялась.
«Итак, отрывок из рассказа «Старик и речка» С. Благодарова. КП, 21 ноября 1992 г.
... ПОВОРОТ реки Большой Ик в тот год «выстрелил» к самой околице
Назаркина. Бешеная весенняя вода била всю весну в берега, поворачивала их, «съев» оставшиеся пятьдесят метров яра до деревни. Старики кучей выходили к обрыву, молчали. К ночи расходились, чтобы не спать, ворочаться, прислушиваться к играющей воде.
В ту весну по срочным телеграммам ко многим старикам приехали дети.
Подходили к обрыву, мерили глазами расстояние, оставшееся до отцовских домов. Уже назавтра, скооперировавшись, начали раскатывать стариковские дома и куда-то увозить. К осени, когда засентябрило, в Назаркине осталось дворов семьдесят со старухами и стариками. Молодежи в селе не было. Тревога утонула в снегах до весны.
... ПОВОРОТА в душах московских чиновников в ту зиму старик Горянин не произвел. Надев тяжелый от орденов и медалей пиджак, фронтовик Сергей
Кузьмич Горянин ездил в Москву «за правдой». Он рассказывал в столице, как посередине затерянной в сердце Россия деревушки Назаркино течет река
Большой Ик. Весной «она ровно бешеная» - моет берега, унося дома и могилы.
Поворачивал по-всякому разговор одноглазый старик (выбило миной правый глаз на фронте). Рассказывал, что уже пятнадцать лет местные старики дают наказ депутатам сельсовета и Кугарчинского райсовета (по-нынешнему
— администрация), Верховного Совета Башкирии - с просьбой помочь выкопать обводной канал. Бес¬полезно. Наша власть нам - мачеха.
Но и в столице старик получил поворот от московских во¬рот.
Сельчане все поняли без слов, когда Горянин вернулся.
ПОВОРОТ на очередную весну пришел быстро. В те мартовс¬кие дни Сергей
Кузьмич Горянин задолго до ледохода выходил на пустынные по весенним дням берега Большого Ика. О чем-то думал, мерил шагами берега далеко за деревней, поворачивал назад.
Перед самым ледоходом Горянин предложил самим выкопать обводной канал, чтобы река обогнула деревню. Старики подняли Сергея Кузьмича на смех.
После войны и позже, в 60-х годах, местные колхозники дважды пытались выкопать обводной канал - на каждый двор приходилось всего по три метра
- и то не смогли. А тут чтоб полторы оставшихся в деревне калеки справились?
Ни с чем ушел Горянин от земляков. В ту весну река унесла еще пять домов и сельский магазин.
И вот обычным весенним днем 62 летний инвалид Великой Отечественной войны Сергей Кузьмич Горянин в одиночку вышел за околицу родной деревушки Назаркино со штыковой лопатой в руках - под насмешки и издевательства земляков.
ПОВОРОТ в тот год река не сделала. Но Горянин прокопал первые 30 метров канала двухметровой глубины, работал от темна до темна, до середины ноября, пока штык не перестал брать грунт. В октябре его засыпало дважды, и дважды его откапывала жена Матрена Григорьевна, носившая старику обед в сырую глиняную щель. Сотни кубов вынутой глины разрывали спину, стала ныть пустая глазница.
Следующей весной вода тоже не пошла по обводному каналу, только обрушила стенки и залила русло. Всю весну, лето и осень старик расчищал канал, поднимал его стенки. Он углубил его до четырех метров, дойдя до гранита.
... ПОВОРОТ в сознании горянинских земляков; так и не произошел. Дня не проходило, чтобы кто-нибудь, отправляясь по грибы или на рыбалку, не завернул к Горянину на канал. Расстелив плащ на сырые отвалы глины, вывороченные стариком, начинали беседу.
- Когда его в канале по грудь засыпало, я ему по-дружески говорил:
«Увезут тебя, Серега, отсюда вперед ногами». А он мне кричит: «Уйди, тунеядец», - один из земляков Горянина заразительно смеется, глядя на меня.
- Бывало, идешь вечером с рыбалки, а он все роет. Уже темне¬ет, но он шутит: «Я подопру солнышко, оно подождет», - рассказывает почти глухой сосед Горянина Алтухов.
Упрямый старик рыл и рыл канал, уходя все дальше и дальше от деревни и отеческих гробов, по весне ежегодно уносимых Большим Иком. Прошло уже три года.
Свое 65-летие старик встретил на канале. Матрена Григорьев¬на подарила ему новую штыковую лопату.
На четвертый год, задолго до ледохода, Горянин выходил на заснеженный обрыв - за три года он прорыл по изгибу земного шара 80 метров канала и надеялся, что Большой Ик устремится в канал, расширяя и пробивая течением русло.
Этого не произошло. Старик понял, что времени, отпущенного Богом до конца жизни, может не хватить. Всю весну он провозился с какой-то фантастической машиной из ржавых металлических труб.
К лету необычная конструкция была установлена на краю канала, вызывая новые издевательства земляков.
ПОВОРОТ дел с установкой новой машины произошел кардинальный. Это был ручной «кран» с нависающей над каналом двухметровой стрелой.
Старик лез на четырехметровую глубину, наполнял ящик землей, вылезал по лесенке наверх, запускал самодельный бензиновый моторчик и поднимал ящик наверх. И так сотни раз,
Читать далее...