Другая школа нин-дзюцу провинции Кии – Сайга-рю – была связана с лигой Сайга-икки. Лига Сайга-икки возникла в середине XV в. в дельте реки Кии в районе Сайга. Так как с середины XV в. этот район находился в сфере влияния религиозного движения Икко-икки, на его территории в месте Васиномори сформировалась мощная организация этого движения. Кроме того, местные мелкие феодалы, т.н. «5 отрядов Сайга» – Сайга-сё, Сокаго, Сякэго (Мияго), Накаго и Минамиго, создали группировку «Кисю Сайга-икки», которая уже в 1530 г. продемонстрировала свою силу разгромив значительную армию врага. Несколько позже на территории Сайга сложилась еще более крупная лига – «Сококу-икки» – «Лига всей провинции», в которую, помимо Сайга-икки, вошли воины-монахи с гор Кумано и 3 сильных буддийских монастыря – Нэгоро-дзи, Когава-дзи и Таканояма-дзи. Во главе Сококу-икки встал сюго провинции Кии, князь Хатакэяма.

 Третьим крупнейшим центром нин-дзюцу, после провинции Ига и уезда Кога, была провинция Кии, породившая две мощные школы – Нэгоро-рю и Сайга-рю. Их возникновение напрямую связано с деятельностью воинов-монахов – сохэй.
   Монастырь Нэгоро-дзи был одним из крупнейших и богатейших монастырей в Японии. К XVI в. в Нэгоро-дзи было 2700 ученых монахов, а по количеству сохэев он соперничал со знаменитыми храмами горы Хиэй.
   Все монахи Нэгоро-дзи делились на две группы: гакурё, или «ученых монахов», и гёнин, или «бродяг», которые и занимались военным делом. Во второй половине XVI в. во главе гёнинов из Нэгоро стояли «4 священнослужителя» (сибо) – Сугинобо, Ивамуробо, Сэнсикибо и Акаибо, которым подчинялись еще 27 «знаменных предводителей» (хатагасира). «4 священнослужителя» были весьма умными и талантливыми полководцами. Во всяком случае, когда в Японии появилось огнестрельное оружие, они одними из первых сумели оценить его достоинства и быстро снабдили им своих воинов.

 За долгую историю искусства шпионажа в средневековой Японии сложилось немало школ нин-дзюцу. Наиболее крупными и изощренными были 25 из них. Но особое место занимают Ига-рю и Кога-рю. Их содержание наиболее богато в сравнении с другими школами нин-дзюцу. Третье место можно отдать, пожалуй, Кисю-рю. Но исторические исследования показали, что в целом она следует традиции Ига-рю.

После того, как в период Камакура кланы госи из Кога превратились в вассалов семьи Сасаки, в уезде установилось относительное спокойствие. Вассалитет госи отнюдь не означал полной потери самостоятельности. В действительности семья Сасаки, понимая всю силу и опасность буси из Кога, почти не вмешивалась в их дела. К тому же вассалами Сасаки стали не все кланы госи, а только самые крупные из них, в частности, семья Мотидзуки, которой князья Сасаки номинально отдали уезд Кога во владение. Фактически большинство кланов госи сохранило свои поместья и независимость. При этом Мотидзуки играли одновременно роль моста и заслонки: с одной стороны, они обеспечивали передачу и выполнение распоряжений Сасаки дзи-дзамураями, с другой, будучи номинальными владельцами уезда, прикрывали действия своих «вассалов»-госи.

  Симоцугэ Кидзару
   Гэнин из деревни Симоцугэ, что в уезде Аяма провинции Ига. Славился необычайной ловкостью и подвижностью, умением лазить и прятаться на деревьях, за что и получил прозвище «Кидзару» – «Древесная обезьяна». Настоящее имя Кидзару – Уэдзуки Сасукэ. Некоторые специалисты по истории нин-дзюцу, например, Фудзита Сэйко, считают, что он послужил прообразом для Сарутоби Сасукэ – героя многочисленных преданий и развлекательных рассказов.

 Татэока (Игасаки) Митидзюн
   Татэока (Игасаки) Митидзюн прославился как мастер захвата вражеских крепостей.
   Отова Кидо
   Житель Отовы деревни Марубасира провинции Ига. Местечко Отова расположено в горах на границе Ига и Кога. Местность здесь делает удобным сообщение с Кога и, напротив, горы как бы изолируют это место от Ига. Кидо – это старинная семья ниндзя, славившаяся своим мастерством. Считается, что Отова Кидо был одним из самых лучших тайных агентов во всей провинции.

 Хаттори Хандзо Ясунага
   Известен также как Тигати Хандзо. Уроженец Оно деревни Ханагаки на западе провинции Ига. Прямой потомок Ига Хэйнайдзаэмона Иэнаги. По неизвестной причине в начале XVI в. вместе со своим отрядом покинул провинцию Ига и отправился искать счастья на стороне. При этом за ним сохранилась небольшая крепость в местечке Ёно провинции Ига.
   Сначала Тигати Ясунага состоял на службе у сёгуна Асикага, но в период Тэмбун (1532.7-1555.10) перешел на службу к Мацудайре Киёясу, даймё из провинции Микава, и вскоре стал одним из ее лучших военачальников. Получил титул Ивами-но Ками – Хранитель Ивами и прозвище Дзёкан – Чистота и спокойствие.
   После отъезда из Ига Тигати Ясунага сохранил старые связи с ниндзя и посоветовал Токугаве Иэясу нанять к себе на службу Ига-моно. Его старший сын Хаттори Хандзо Масасигэ стал начальником разведывательной службы – оммицу гасира – Токугавы Иэясу.

 К началу периода Сэнгоку-дзидай со времен, когда акуто Курода вели борьбу с господством буддийских храмов, в провинции Ига произошли значительные изменения. К этому времени Тодай-дзи и Кофуку-дзи практически утратили свои поместья и перестали угрожать интересам местных дзи-дзамураев. Когда этот внешний враг отступил, коалиция акуто распалась. Однако мир и спокойствие на землю Ига не пришли. Теперь дзи-дзамураи повели войну не на жизнь, а на смерть друг с другом, стремясь увеличить свои владения и обобрать соседей. Даже старинная семья Хаттори не избежала внутренних кровавых разборок. К началу XVI в. от нее окончательно отделились два новых семейства ниндзя: Момоти и Фудзибаяси, которые были настроены отнюдь не лояльно по отношению к родственникам.

 Многие даймё в период Сэнгоку-дзидай использовали ниндзя, но чаще всего к их услугам прибегал Токугава Иэясу (1541-1616).
   Иэясу был старшим сыном мелкого даймё Мацудайра. Земли его отца были зажаты между владениями могущественных кланов Имагава из провинции Суруга и Ода из провинции Овари. Иэясу с детства оказался вовлеченным в жестокую борьбу между этими двумя могучими семьями и был заложником сначала в замке Оды Нобухидэ, отца будущего объединителя Японии Нобунаги, а затем в цитадели Имагавы замке Сумпу.

 В истории японского искусства шпионажа не было, пожалуй, ни одного ниндзя, чье имя окружал бы больший ореол загадочности и мистики, нежели Като Дандзо. Его диковинное мастерство было столь невероятно, что людская молва называла его кудесником, магом, способным черпать силы в общении с потусторонним миром. Его жизнеописание давно стало частью фольклора. И отделить в нем правду от вымысла уже практически невозможно.

  Уэсуги Кэнсин (1530-1578), правитель провинции Этиго и извечный противник Такэды, тоже уделял большое внимание военной разведке. По приказу Уэсуги его преданный вассал и начальник службы шпионажа Усами Суруга-но Ками Сандаюки кодифицировал школу нин-дзюцу Уэсуги-рю.

 Бесконечные феодальные распри разоряли страну и тормозили ее развитие. Поэтому с середины XVI в. крупные даймё начали предпринимать попытки объединения Японии. Одним из них был могущественный властитель провинций Каи и Синано Такэда Сингэн (1521-1573).
   Сингэн был замечательно одаренным военачальником. К власти он пришел вполне в духе тех бурных времен, свергнув родного папашу после того, как тот объявил своим наследником не старшего Сингэна, а другого сына. Папочка считал, что Сингэн слишком глуп, чтобы править княжеством, и… просчитался.

  XIV-XV в. ознаменовались появлением первых реальных, а не легендарных, школ японских бу-дзюцу. Хотя некоторые рю (например, уже упоминавшиеся Кёхати-рю, Ёсицунэ-рю или Кусуноки-рю), и выводят свои истоки из времен незапамятных, реально их существование по источникам прослеживается не ранее XV-XVI вв. Поэтому, памятуя о японской традиции выводить корни всякого явления из Золотого века глубочайшей древности, можно усомниться в справедливости их претензий на исконность. В результате старейшей школой бу-дзюцу японские историки называют Тэнсин Сёдэн Катори Синто-рю – Школу Пути бога храма Катори, основывающуюся на прямой передаче небесной истины", благополучно дошедшую до наших дней и располагающую большим корпусом документов и наставлений, подтверждающих ее создание в середине XV в.

В списке «Тайхэйки» храма Сайгэн-ин сообщается, что синоби Кумавака проник в покои Хоммы Сабуро и убил его. Вопли Хоммы привлекли внимание слуг, но, когда они вбежали в его покои, было уже поздно – умирающий лежал посреди комнаты в луже крови, а сам убийца словно растворился в воздухе, чем поверг в изумление всех преследователей. Этот эпизод историки нин-дзюцу считают самым ранним описанием «работы» синоби.

Предания семей ниндзя из Ига и Кога позволяют предположить, что они сражались на стороне Южного двора и после гибели легендарного Кусуноки Масасигэ.
   Так в родовом замке Момоти в Ходзиро деревни Юсэй провинции Ига есть место, которое называется «Гёсёдзэки» – «След высокого пребывания». По легенде, здесь один из представителей рода Момоти – очередной Момоти Тамба – должен был построить запасную резиденцию для императора Южного двора на тот случай, если враги прогонят его из гор Ёсино, где он скрывался в то время. Это предание было очень популярно среди местных жителей, которые воспринимали присоединение Момоти к коалиции Южного двора как вполне естественное поведение.

 Одним из героев борьбы с Ходзё был третий сын Годайго принц Моринага по прозванию «Дайтономия» – «Дворец с большой пагодой». Уже говорилось, что по распоряжению отца он искал контакты с буддийскими школами и объединениями ямабуси и даже стал настоятелем одного из храмов на горе Хиэй. Возможно, через общение с горными воителями ему довелось познакомиться с их воинскими хитростями. Во всяком случае, некоторые его уловки, описанные в «Тайхэйки», японские историки оценивают как типичные уловки ниндзя.

 Важнейшую роль в событиях реставрации Кэмму сыграл выдающийся полководец Кусуноки Масасигэ, вошедший в историю как символ нерушимой преданности императорскому роду и военного таланта.
   Масасигэ буквально ворвался в историю Японии. Легенда рассказывает, что император Годайго укрылся от преследования врагов на горе Касаги, однако положение его было чрезвычайно сложным. Однажды ему приснилось огромное дерево, под которым стоял императорский трон. Поначалу никто не мог растолковать значение этого сновидения, но когда через некоторое время на горе появился некий Кусуноки, заявивший, что желает поддержать императора в его борьбе за реставрацию императорской власти, это было сочтено божественным знамением, указывающим на источник помощи в борьбе со всесильными Ходзё (иероглиф «кусуноки» составлен из двух иероглифов – «дерево» и «юг» – и обозначает «камфорное дерево»).

 Если поразмыслить о причинах возникновения кланов, занимавшихся нин-дзюцу в уезде Кога, следует обратить внимание на два важных момента. Во-первых, в самом сердце Кога находится гора Иидзака, на которой издревле занимались своей религиозной тренировкой последователи сюгэндо. Во-вторых, в древности уезд Кога входил в уезд Ига, поэтому многие семьи из Кога имели родственные связи с жителями Ига.

  В период Камакура в провинции Ига сложилось мощное объединение дзи-дзамураев, или госи, (некоторые историки относят его появление даже к концу периода Хэйан), которое вошло в историю под названием «Курода-но акуто» – «злодейские шайки [сёэна] Курода».

 Начиная с середины XIII в. во многих провинциях Японии появились так называемые «акуто» – «злодейские шайки». Что же представляли собой акуто и какие цели они пресле-довали, в чем выражались их «злодейские» действия? Приведем петицию управляющего поместья Аракава провинции Кии от 1291 г.:
   Монах Хосин из храма Коя-дэра, дочернего храма Саммон (т.е. Энряку-дзи), почтительно докладывает.