[645x]
[645x]
[645x]


[259x52]Ларьки, лотки, лабазы в живописи СССР. Ларьки, киоски, по-нашему лабазы, неизбывное наше всё со времён царя Гороха. Да, собственно, и как иначе? Помните у Пастернака «Ларёк пирожницы лоснился от сала и тепла» ![]() Васнецов Аполлинарий Михайлович (1856-1933) «Лубный торг на Трубе в 17 веке» |
[645x]
[645x]Персонажи его картин не выглядят как фотомодели, но наслаждаются жизнью вовсю. [645x]Южноафриканский художник Рональд Уэст (Ronald West) говорит о себе: «Я рисую жизнь не такой, какая она есть, а такой, о какой мы мечтаем». И кажется, это действительно так. Посмотрите, персонажи его картин не выглядят как фотомодели, но наслаждаются жизнью вовсю: отдыхают, танцуют, катаются на велосипедах, а главное – у них всегда находится время для бокала вина. |

[645x]

[645x]
[645x]
[300x]Рыбаки в живописи СССР. 2 Чтобы почувствовать как малахитовые доски прибоя, размашисто исписанные беглыми зигзагами пены, с пушечным громом разбиваются о берег, а тонкий туман брызг висит кисеей во всю громадную высоту потрясенных обрывов - небольшая цитата из, конечно же, любимого на все времена, зачитанного до дыр: «Природа приложила все усилия, чтобы защитить и спасти от гибели свои замечательные создания. Она постаралась сделать их как можно более незаметными для человеческого глаза. Она раскрасила их во все оттенки моря. <…> Нет слов, природа хитра. Но Гаврик, знал, что человек ещё хитрее. Человек как наставит сетей и перемётов, как забросит прозрачную лесу удочек, как сверкнёт блесной и пёстрыми пёрышками самодура, и вот вся эта рыба, такая незаметная в море, будет великолепно сверкать всеми своими волшебными красками в корзинках и на прилавках Привоза!» "Белеет парус одинокий" Валентин Катаев ![]() Дейнека Александр Александрович (1899-1969) «У моря» 1957 |
[645x]
[645x]«Но дело просто в том, что Рембрандт не может и не стремится разделять царство высокого искусства и низменную сферу физической, ощущаемой кончиками пальцев жизни, как того требуют своды художественных правил. Полунагая женщина, разбросавшая вокруг себя снятые одежды, не может считаться обнаженной, а значит, её изображение в этом временном, переходном состоянии поневоле должно смущать или казаться непристойным. Однако Рембрандт умел не просто непрерывно пересекать границу между искусством и повседневной жизнью, но и сделать из этого „странствия“ восхитительно насыщенный смыслами сюжет».
(Саймон Шама. В книге «Глаза Рембрандта»)
«Голландский живописец Рембрандт ван Рейн — художник очень грустный. Жизнь у него была только вначале легкая, а потом стала тяжелая, и он в зрелые годы не рисовал смеющихся людей».
(Максим Кантор. В книге «Чертополох. Философия живописи»)
Саския ван Эйленбург


