[645x]Ах, эти женщины с волосами цвета ржавых листьев... Все! Все до одной прекрасны неимоверно! Я редкость. У меня душа рыжая © Рыжие в живописи. Часть 6 ![]() Federico Zandomeneghi (Italian, 1841 - 1917) «La coiffure» |

[645x]
[645x]
[259x52]
[645x]| Есть люди — «закаты» и люди — «рассветы». Одни с негативом, другие с «приветом». Но те, что с «приветом» — улыбчивы часто, А те, что «закаты», обычно несчастны. | С одними общаясь, ты чувствуешь холод, С другими и в семьдесят, кажется, молод. И ты от одних заряжаешься светом, С другими его круглосуточно нету. |
[645x]
[259x52]
[645x]Мстислав Валерьянович Добужинский, Кукла, 1905 «Я пережил в Петербурге все революционные годы. С революцией 1917 года Петербург кончился. На моих глазах город умирал смертью необычайной красоты, и я постарался посильно запечатлеть его страшный, безлюдный и израненный облик». Мстислава Добужинского называют «художником Петербурга» — петербургской классики Томона, Растрелли, Трезини, Росси, Воронихина; Петербурга Пушкина, Гоголя, Достоевского, но также и промёрзшего Петербурга «военного коммунизма» — города руин и продовольственных очередей. Добужинский часто говорил, что Петербург — его любимый город, но привлекали его не проспекты и площади, а «изнанка»: кирпичные брандмауэры, нагромождения труб, переулки, заполненные штабелями дров. В этих мрачных дворах с глухими стенами в известковых подтёках ему удалось поймать неуловимое — душу города, «томительную и горькую поэзию» непарадного Петербурга. |