Найдено где-то здесь: http://studcenter.chiti.uch.net/article.ph...=thread&order=0
Дом, где убивают детей.
Автор: Юлия
Опубликовано: 21.11.2001
Да, девочки и мальчики, секс -- это хорошо. Но надо думать и о последствиях ...
Этой статьей я не берусь осуждать тех, кто пошел на этот шаг. Эта статья должна стать предостережением тем, кто еще незадумывался об ответственности, влекомой наслаждением сексом.
У входа в клинику был привязан к дереву дог, он душераздирающе выл. Собаки воют по покойнику. Стенания этого пса были более чем оправданы? В этой клинике одна за другой прерывались едва зародившиеся жизни.
Здесь делали аборты.
Девушки, женщины поступали в операционную сплошным потоком. Врачи пожинали плоды слишком знойного лета. Печальной была эта жатва.
Лето жгучее, лето пьяное,
Что ж ты сделало, окаянное?
В операционную ввезли очередную пациентку. Ей лет двадцать, может, чуть больше. В глазах ? ледяной ужас ? первый аборт. Возможно и последний ? кто знает, понесет ли она потом еще? Девушка приподнимает голову, испуганно озирается и? поправляет смятые волосы.
О, женщины! Даже на этом скорбном ложе ? с обнаженным животом и распяленными на подпорках ногами ? они прихорашиваются в присутствии мужчины!
Мужчина ? рослый бородач в блекло-зеленом халате ? врач-анестезиолог. Один его вид ?доброго здоровяка ? и успокаивает, и обезбаливает.
-- Ничего, ничего, -- поглаживает он плечо пациентки. ? Как тебя зовут?
-- Наташа?
-- Все у нас будет хорошо, Наташа. Все у нас получится.
Нелепо и страшно звучат эти слова. Но все действительно получится, потому что операцию ведет хирург-виртуоз.
-- Поближе попочку, поближе ко мне, -- просит она съежившуюся девушку. Та с трудом преодолевает инстинкт самосохранения ? так хочется держаться подальше от хищной стали с острым блеском ? и опасливо придвигается.
Анестезиолог вкалывает в вену иглу с обезбаливающим препаратом:
-- Сейчас у тебя закружится голова? Ну как?
-- Кружится? -- вздыхает Наташа и сжимает веки с такой силой, что топорщатся накрашенные ресницы. По щеке тихо катится окрашенная тушью слеза? Черная слеза?
Операционное поле ? холмик Венеры. Хирург быстро и точно вставляет внутрь расширитель с желобком кровостока, затем выверенным за многие годы движением обнажает шейку матки, слегка вытягивая ее щипцами. Сокровенное русло жизни чуть шире бутылочного горлышка; оно конвуль сивно сжато. В него нужно проникнуть. Пальцы хирурга втискивают в устье матки стальной штырь, похожий на слесарный керн. Вытаскивает его и следом другой ? на полмиллиметра потолще. Затем еще толще?
Наконец , последний штырь толщиной с палец . Устье вскрыто: раскрылось оно не в пароксизме страсти, а как замок под отмычкой, как створки раковины под ножом?
Внутрь матки уходят щипчики на длинных стеблях ? аботцанги. И сразу же по желобу расширителя потекла в подставленный лоток нить жизни, прерванная по воле той, кто ее несет. Трагический пародокс живой материи, научившейся мыслить и возомнившей, что имеет право вмешиваться в естественный ход природных событий?
В дело пошел стальной скребок.
Собака за окном голосила страшно. Жалобный утробный полувой-полуплач сопровождал каждое движение хирурга. Казалось, это воет сама бессловесная плоть дитяти, терзаемое безчувственной сталью.
Звучно хлюпал кровоотсос.
Собачий вой и хлюпанье крови сливались в единый, леденящий душу, звук.
Губы Наталии бесвязно шевелились; она тихо постанывала. В изголовье ее железного ложа стояли Страх, Позор, Обида, Безденежье, быть может, что-то еще, что привело ее сюда. Однако НИЧТО не может перевесить комочка несостоявшейся жизни, вырванной из лона.
В нежном таинстве женского чрева снует сверкающая сталь. Сношение с князем гибели, сыном Смерти.
Наташино лицо исказилось гримасой муки, страдания. Неужели наркоз перетсал действовать? Нет-нет. Это ей что-то снится. Узнать бы ? что?
Отчаянный скулеж дога вынимает душу. Нашли же место, где привязать собаку! Но нервы у здешних мкдиков куда уж крепче. И все-таки врачу больше подобает спасать, чем прерывать жизнь.
-- Ненавижу тех мамаш, которые дотягивают до четвертого-пятого месяца,-- вздыхает, не прерывая работы, врач-хирург.-- плод уже сформировываеться , и тогда аборт больше похож на расчлененку, чем на операцию. Когда видишь на своей ладони оттяпанную твоими щипцами ручонку, хочется прирезать эту стервозину, которая вынуждает тебя это делать!
Да, доктор. Вы правы. Но покажите этой "стервозине", как происходит операция, расскажите ей, что придется пережить малышу в ее теле, и вряд ли она пойдет на аборт вообще. Но на разговоры нету времени, правда, доктор? Ведь вам нужно обслужить очередь?
Безвольное тело Наталии переваливают на каталку. Девушка лежит ничком. Кажеться, она мертва. Но ритуал отработан до мелочей ? полотенце между ног, и вперед ? в палату. Там очнется.
-- Следующая!
Тот же ужас в глазах. Те же вопросы врачей. Те же действия. Те же звуки: хлюпанье крови под визгливый плач собаки.
-- Следующая!..
Собака
Читать далее...