мне приснилась могила неизвестного пятна.
деревянное ограждение на крутом склоне горы, каменная плита в пыли.

пятно - это часть неба, но в основном, что-то зеленое. лес, который бросается в глаза, тина в бочке, летающий мох. это все, о чем говорит душа, что бывает правдой или сильной эмоцией. это неиссякшая любовь, протест, что-то красивое и пугающее одновременно. это то, к чему мы стремимся, но куда боимся прийти. это то, что тебе дорого, или твоя собственная дорога. место, или браслет из бисера. все что важно, все что необратимо..

На занавеске
Легким дуновеньем,
Движеньем звезд в
Сгущающейся тьме,
Негромкими шагами по
Ступеням,
Мгновеньем сна -
Напомню о
Себе.
В последней... -
Нет,пожалуй,пред-
Последней,
Красивой песне
На пластинке прошлых
Лет -
Цветут,полутонами
Впечатлений,
Маршруты наших радостей
И бед.





На крыше жестяной
Танцует ветер.
Химер слюной,виной в
Иной крови -
Желание зарыть
Клинки и плети,
И возвратить былого
Корабли.
Печальный... -
Нет,пожалуй,без-
Начальный,
В жемчужном чреве неба
Зреет снег.
Влекомая душою
К жизни тайной,
Пророк в потоках
Сумеречных нег -
Придумываешь лунные
Картины,
Дописываешь дюны
На панно. -

И облака с вкраплением

Рубина

Целуют


Дно...


© Copyright: Игорь Щеулов, 2012
Свидетельство о публикации №21211100230

лечу так далеко что меня начинает тошнить. в этой музыке укачивает.

спрячь меня от такого дождя, от такого конца.
не уходи, как месяц идет на убыль.
лучше начни снова мурлыкаться и царапаться,
мы тебя очень любим.

а если не можешь тело свое сгрести
и поднять, и заставить работать лапы.
то приходи во сне, и мы сможем тебя спасти.
дождь продолжает капать.

если не можешь приснится - дай нам хотя бы знак.
вспыхни звездой на коричневом небосклоне.
сквозь облака, и отсыревший табак
искрой кольни в ладони.

или. оставь на постели след.
словно от теплого тела. как тут бывало.
мы еще встретимся. пусть, через много лет.
сможем начать с начала.

голосом. бродяжки. заговори.
и мы ее приручим.
ты погибаешь в самой большой любви.
на небе мурлычат тучи.

осень вступает в свои права, и тебе
не выбиться из ее красноты и кутежа.
воздух стремится вверх по своей борозде
между губой и носом, как сталь ножа

холоден. пускает рану, цветет побег.
осенью не сбежать от своих утрат.
если случится так что утраты нет
ты как-то сам проснешься пустым с утра.

это естественно осенью - выбрать свой колорит
из тридцати оттенков, но трех цветов.
осенью все рыдает и все горит.
осенью все такое, но все не то.

не оторваться от унылых пейзажей, но
только наступит ночь, очертаний вязь
станет пускать в тебя корни пока темно.
будто сама себя до темноты боясь.

возбуждающе. неудержимо.
потирая клитор ты вызываешь джина.
и на этом этапе рассеивается сознание.
у тебя остается только одно желание.
[373x422]

хорошо, что я уже не так ужасна, как раньше.

хочется сбежать. быть другой. или безликой.
удалить и порвать все фотографии. потерять паспорт.
почему мое тело и время такие липкие
почему они впитывают черты и детали разные?

я могла бы быть только глаголом. одним наблюдением.
в караване дней смотреть только за тобой.
и любить и лелеять только твои изменения.
все красиво, что будет в тебе одной.

у меня порой к себе накатывает отвращение.
я не женственная и не мужественная, я тот
кто похож на все сразу. я странное ощущение
от которого человек болеет, и дохнет скот.

и всего что во мне - есть и будет всегда хорошего -
это ты, моя девочка. ты моя маята.
тот прекрасный, в меня запаянный, призрак прошлого.
самая. совершенная. красота.

как будто бы тело погибло во время любви.
а все что осталось блуждало в оцепенении.
оно имело отсутствия блеклый вид
оно растворялось и в воздухе и в мгновении.

и ужас охватывал это больное ничто.
и жалость брала это лишение света.
в абсентеизме - иными словами - то,
что безвозвратно утеряно, иными - того, что нету -

было таким несчастным, что тот любой
кто в это ничто входил, делая его чем-то.
чувствовал тело свое как будто бы не собой
и растворял часть воздуха и момента.

все, до тех пор продолжалось так, как оно ждало
снова одеть умершее то когда-то.
любовь, или тело - которое умерло
оставшись и без ответа и без возврата.

разочарование мое вмещает пыль.
я презираю все тактильное, и кожу
которую я много лет себе растил
чтоб ощутить. но ощутимость тоже

несет в себе какое-то вранье.
я был влюблен в одну прекрасную кривую.
и кожу я хотел как у нее.
как у нее! а получил другую.

ее прекрасные колючие черты.
такая девушка - совсем еще ребенок.
я чувствовал совсем не то что ты.
но долго я не замечал поломок.

а кожа - мне проекцией не став
не ощущала ни любви, ни шелк страданья.
я много лет растил себе состав
дурацкой кожи. но не осязания.

значит такой мне надо тебя искать,
почти такой, как я тебя и запомнила.
в толпе, где тени углу под стать
солнцем осенним на бок сломаны.

почти в такой же, какая была у нас.
в который простыв и заработав кашель
я и ты. такие же как сейчас.
такие, какими мы будем дальше.

на вечно. будто в воздухе не о чем
так и зависла осень на все столетия.
и будет холодно. будет и горячо.
только оно пройдет, ничего не встретив.

никакого сопротивления. и сну под стать
я буду там словно воссоздавать картину:
значит такой мне надо тебя искать -
красивой,
и мертвой. но только на половину.

простить своих врагов.
ощутить - легкость.
и больше не притрагиваться
ни к чему.
для этого нужна большая
ловкость.
но, к сожалению
не известно кому.

ладно, молчите со мной. а говорить сама я
могу, в голове своей, ни мышцы не напрягая.
как бы они, ни были бы плохи.

все что могу я -
себя отравляя
выкурить гаша, и писать обкуренные стихи.

мне нравятся загорелые их тела
потому что они отличаются от литосферы.
камень - который плоть, который родив, скала
не дает ему цвета, не делает его серым.

так как он уже (ибо) отдельное существо.
и запекшись на солнце он будет темнее, или
останется серым, как бы приняв родство
и станет отполированным призраком на могиле.

а может - огладив морем свои края
впитав водорослей пастельную красноватость.
он побледнеет от соли, и ка-ли-я.
и принесет ребенку в ладошке радость.

он - лишь отдельная форма. изъян. оскал.
точенный или резкий, как след залива.
мне нравятся те, кто откалывается от скал
те, кто отслаивается от массива.

еще так же те, кому пренебречь пластом
земной коры, оторваться куском бетона
там, за собой, оставляя себя в пустом
- это привычно. это уже знакомо.

те, кому отколовшись в хвосте комет
пролететь сквозь небесную атмосферу
ненадолго в обычном камне открывши свет
тот, который, не обязательно
будет серым.

как змеиной чешуей покрыто тело
и зрачки по вертикале в омут глаза.
из тебя, такой красивой, осень сделала
ту которую на улице не сразу я

узнаю. твои мурашки на предплечьях
а в глазах окно их выпуклостью сужено.
так как будто выбралась из вечного -
осень из тебя в тебя снаружи, и

словно серой дымкой скрыла угловатости.
все тупые и костлявые неровности.
ты в синдроме вечной виноватости,
этой бОльной птичьей тонкокостности.

в столь большом и необъятном, словно целое
замыкающее круг, не ждет спасения.
что же милая, с тобою осень сделала.
ты теперь такая же осенняя.

злой ноябрь. смолист и зернист. на фото
он породил в конце, словно крик души.
девочку, такую черную от чего-то.
как будто кто-то камин ею ворошил.

теплую изюминку на дне изумрудной кружки.
испуганную и добрую. быстроцвет.
и волосы у нее лохматые на макушке,
как сноп что сжимает свет.

такие же, только черные. но потом еще, почему-то
быстро белеющие до платинового. к корням.
и если такая может принадлежать кому-то,
то только двадцать девятому ноября.
[404x631]

я буду француженкой и перееду во францию.
где язык не касается неба, а горло полощет р.
мне будет тридцать. как раз начиная стариться
я буду другим молодым подавать пример.

и что-то до черт лица, и до черта лучиков
- теплых морщинок, вспыхнувших вдруг у глаз.
ах эта молодость. дерзкая эта сучечка.
где ты сейчас.

вы таких уже встречали. волосы до лопаток.
много злости, но мало встреч.
почему они оставляют особенный отпечаток,
который легко сберечь?

даже когда их не хочется помнить крайне,
они возвращаются сыз-но-ва.
как будто в какой-то неведомой тайне
смешаны их тела.

по полу-призрачным подворотням,
к их колким сухим губам.
на всю планету их только сотня.
и в каждой из них - беда.

не отдавая себе отчета,
но в питере - просто тьма.
я уже просто сбилась со счета.
я ими окружена.