минуту ещё.
мой ветер не стих..
мне нравится здесь - в королевстве кривых.

Всё на свете я проспала.

знаете, у меня есть прекрасное средство от ночных кошмаров. Я вспоминаю какую-нибудь неудавшуюся любовь, и думаю что бы было, если бы да кабы...
К счастью это занятие меня так увлекает, что я засыпаю без особых проблем, и кошмары забывают меня мучить.

обычно я делаю так, если вдруг мне приходит осознание того, что я материальна. и что любая материя имеет временнЫе рамки и свой конец.
я не верю в то что люди конечны. я думаю в 17 лет в это никто не верит.

в общем-то, конечность, это и есть мой самый большой кошмар. потому что я решительно не помню что было до того, как я родилась. а это значит, что для меня ничего и не было.

очень хорошо что сейчас не ночь, а то подобные мысли расстроили бы меня, и опять пришлось бы вспоминать имя из списка.

У тебя недавно был день рождения, а я даже не успела вовремя тебя поздравить.
При всей моей неудержимой, неясной любви к тебе, я по прежнему не помню дат, живу вне часов и времени.
А оно, к слову сказать, пролетело быстро. Четыре года прошло с тех самых пор, когда мы с тобой, такие юные и такие влюблённые, были вместе. Воспалённые. Живые.
И конечно, моё чувство к тебе почти не изменилось, перетерпев, разве что, некоторые метаморфозы. Я не смогу забыть тебя, даже если очень этого захочу.
Но я не захочу, и не отдам это воспоминание, ни за какие другие, потому что именно оно служит ядром всей моей последующей жизни. Всей боли и радости, богатства и бедности, пока смерть не разлучит нас.
Если она когда-нибудь соберётся это сделать, конечно же.

Не знаю, почему мы не смогли быть вместе тогда и навсегда. Я была так счастлива с тобой, как не была счастлива ни с кем и никогда.
Сейчас появились все эти сложности и водовороты. Все мои последующие любови получили определение лесбийских. А тогда это была просто любовь.

Я бы по прежнему, абсолютно так же, как много лет назад, не отдала бы тебя никому. Потому что ты моя половина. Нам повезло найтись.
Ты и сама прекрасно всё это знаешь.
И оба мы стоим у какого-то неизгладимого, невидимого препятствия. За спиной у нас общее прошлое.
Мы просто не можем не можем не можем быть вместе. И никогда не могли.
Хотя были ближе, чем кто либо другой на этой земле.

О чём я говорю, моя дорогая. Мы с тобой вообще не можем быть вместе. Ни с кем. Мы приносим одни душевные расстройства.

Маша.
Ты единственный человек на этой планете, и на всех прочих планетах и солнечных системах, ты единственный человек во вселенной, с которым мне по настоящему спокойно.

Я люблю тебя.
с днём рожденья.
[388x452]

На майских праздниках нам с людой довелось съездить в город воды и церквей. Тобиш, не слишком далёкий от Питера, Новгород.
могу с уверенностью сказать что главной достопримечательностью новгорода являются гуси, которые живут там при одном монастыре, и которых можно гонять.
так что теперь я знаю жизненную интерпретацию выражения "гонять гусей". и это действительно довольно круто. правда после всех этих обнимашек с пернатыми у меня началась диффузия лица. тоесть, обнаружилась аллергия. но она прошла буквально за пару часов.

из парадоксальных шутонек поездки стоит отметить то, что мы ездили к людиному дяде. и.. внимание! люден дядя оказался священником у которого четверо детей. (и отличный двухэтажный дом)
хотя сам по себе священник Алексей оказался довольно классным мужиком.

Обратную дорогу мы пели песни, и это был какой-то особенный семейный мир в который я не совсем вписывалась, перекуривая на заправках, подпизживая в магазинах спрайт. в своей чёрной кожанке и со стоящим торчком хаером.
но мне всё равно было уютно.
мы с родителями, даже в те времена когда они ещё не развелись, никогда не пели в машине.

Я буду скучать по тому, кто ко мне никогда не придёт.
Я буду скучать по тому, кто ко мне никогда и ни слова.
Потому что она уроженец далёкого города. Самолёт
унесёт её в город дальше которого нету. Снова.

И она не вернётся, она уже никогда.
Не опустит ступни на гранитные впадины лета.
И я буду скучать по тебе, скучать по тебе тогда,
когда что-то чего-то там было когда-то где-то...

и ничего-ничего, пустота. терпеть
соленые губы, палёные джинсы. У
нас не осталось возможности ... умереть,
а руки, ища тебя, бестелесно врут.

фантом светлой кожи, приглушённая пелена
многоголосая, застывающая в дверях.
И мне целый месяц не пишется нихрена.
И ручку не взять: они ищут тебя. Тебя!

асфальт прогибается в сломе неровных рифм,
и стиль захромал - бахромой, как калека-дед.
Но разве я что-то могу поделать? Теперь у них
такая болезнь. Лихорадка. Бессвязный бред.

И всем десяти, всем пальцам, и всей руке,
где воздух уже остыл, но оставил след,
так хочется смерти ... в последнем своём пике,
Но им не разбиться
теперь
...
смерти больше нет.
[500x495]

я вот тут подумываю о будущей профессии.
у меня пока есть два варианта. либо я буду делать пирсинг, либо я буду тренировать дельфинов.
по-моему ничего глупее просто быть не может. разве что переворачиватель пингвинов, но я не хочу работать там где супер холодно и мыться можно только раз в год.

и вот ещё какая вакансия меня заинтриговала: продавец мороженого.

в самом деле, а где наниматься на эту работу? как вообще стать продавцом мороженого?
почему продавцы мороженого всегда бабушки или женщины за тридцать? а если женщины, то чаще всего грузинской национальности?

может мне стать продавцом мороженого?

я прямо даже не знаю. столько дорог передо мной открыто.
хотя зимой продавать мороженое совсем не выгодно.

не могу поверить что мы все такие тупые и некрасивые.

Важность дел отвернуть на потом,
пустота в сохраняемый текст
не ложится, не травится. Что
нам осталось? Чириканье леск

разминающих лапища птиц,
разряжающих наши сердца.
все шестнадцать веков небылиц,
пролетели, как веки скворца,

раз моргнувшего в пулю, с хлопком,
пропустившего смерть ото сна,
там где перья сминаются в ком,
там где крошатся в племенный снаф.

даже жизнь утекает в свой сок,
раздробленное клювом желе.
не ложится, не травится. Что
мне осталось
на этой
Земле?

чем-то мне нравится Ася Хазло. наверное потому что она похожа на рыбку, и взгляд её как будто бы всегда сфокусирован на чём то таком, что невозможно обнаружить.
хорошая она, такая хорошая.
не могу объяснить.

Последнее время я очень часто выпадаю из пространства. Сложно даже обьяснить. Просто вдруг накатывает понимание, не содержащее в себе ровным счётом никакой мысли. Обнажённое - как оно есть.

я часто и много хвораю, и люда настаивает чтобы я наконец-таки наведалась к врачу со своими странными симптомами из серии "с мира по нитки".
а вообще-то мне довольно уныло. и тоскливо. кстати слово тоска не переводится на другие языки. может быть где-то внутри я даже рада что могу испытывать что-то не переводимое.

к весне я всё-таки отболела всеми своими пассиями, и теперь мне так пусто без этого чувства всепоглащающей нужности, направленой на одного конкретного человека.
болеешь себе, болеешь, думаешь только о том, как бы избавится от этой навясчивой недолюбви. а когда вдруг просыпаешься утром, и понимаешь что всё. всё! конец! свободствуй себе на здоровье, словоблудствуй или просто блуди, внутри как будто бы что-то обрывается. как будто бы вместе с этим ты теряешь очень важный кусочек себя.

но к сожалению чувство не может быть вечным к убегающему.
я думаю, что то что я пишу сейчас, это оставшийся тлен, с ещё маленькой искрой, которую видно только потому что внутри меня абсолютно темно. Весь мой скелет и мышцы обтянуты плотным слоем кожи. Иногда, в солнечные солёные дни, через неё и густые комки алых мышц просвечивает бледно красным. Всё таки нет во мне глянца, преломляющего лучи.
Внутри меня хорошо и страшно сидеть в полной темноте, трогать осторожно плотную материю человеческого тела.
И то что я сделана из мяса, наверное самое странное, что случилось со мной за всю мою жизнь.

Это моя, возможно, последняя исповедь о тебе. Совсем скоро наши дороги разминуться, и, быть может, никогда не встретятся снова.
Что бы мне ещё сказать?
Сейчас я практически не представляю себе природу этих чувств по отношению к тебе. Не понимаю почему это была именно ты, а не кто-то другой.

и.

Я знаю, что в этой жизни, наверное не найдётся человека, который бы мирился со мной больше, чем люда. Даже я порой не так гуманна к себе.
Сейчас я абсолютно не вижу своего будущего. Не помню прошлого. Не сознаю настоящего.
Моя прострация длится как долгий литаргический сон.

очень очень сложно жить без маниакальной идеи, хранимой в человеческой недоступности.
и теперь во мне проснулась настоящая жестокая нежность. я бы даже сказала, что это самая-самая нежность, которую мне толькоо довелось знать.
я бы с привеликим удовольствием сомкнула зубы на твоей артерии, чтобы ощутить как с негромким "хлоп" она рвётся, и поток твоей горячей крови наполняет меня.
Я бы так хотела сжать тебя в обьятьях, и никогда не отпускать.
До тех пор, пока твоё тело не охладеет, и моё "никогда", не станет для тебя вечностью последнего увиденного мгновения.
Чувством, которое сольётся с твоим осознанием самой себя, и в медленном ритме растворения, канет в нашу личную лету.

Я не знаю почему я стремлюсь причинить боль тем, кого люблю. Я не знаю, почему единение у меня граничет с убийством.
Возможно потому что тех, кого мы любим, неизбежно хочется сделать только своими.
что бы никто их у тебя
никогда
никогда
не забрал.

Привет, зонты. и все дождливые люди.
я пьяна, просто, до красных щёк.
веки мои из пуль, из свинца, из фарфора. будем
ими моргать ещё.

видела первую бабочку этой весны.

на алых, как кровь, бегониях, которые несла саша.

Есть девушки, даже ничего. Вот, вроде тебя, наверное. Ладные и расчудесные.

Сидя в метро я прочитала гороскоп на обратной стороне газеты. Было написано, что в конце месяца тебя ждёт какой-то случайный роман.
хуйло, я знаю что ты не выдержишь, зайдёшь сюда, и это прочитаешь:

никакого тебе случайного романа.

***

Недавно вот, вчера, мне сделали лучший подарок в моей жизни.
Маленькую жвачку "Love is.." голубого цвета. я даже расплакалась.
я не ела её десять лет. десять сраных лет без этой лучшей в мире жвачки!

ну и по просьбе подарщика/подарника/дарителя поставлю копирайт возле слова жвачка.
конечно же, жвачку мне подарила Люда.
спасибоспасибоспасибо. <3
сердюньку тебе.

когда я случайно палю список своих пч, мне смутно видится что там написано "список добрых дел".
сейчас я отхлебну восхитительно холодного спрайта, дочитаю главу, лягу спать, и завтра, возможно или видимо, напишу кое-что о Лерое.

такие вот пироги
[200x273]

от лучшей девушки не сбегу, не могу, не слышу,
как вечером, где-то часов в двенадцать, она принимает душ.
как пальцы сухую кожу под душем ищут,
и душу под кожей, и вену, как бледный уж

ныряющую под горло, под тёплую тень ключичных
просторных ячменных ямочек, в глубь груди.
порою мне смутно кажется, что мы не знакомы лично.
и хочется влезть поглубже, и хочется быть внутри.

особенно в те семнадцать, минут ли-песчинок, лет ли,
когда она опускает ноги на мох ковра,
я знаю что есть другие. но точно такие - вряд ли.
другие - сухой изюм. моя девочка - виноград.

она не бывает сладкой в весенние дни у окон,
я знаю что в ней срываю и крышу, и голос, и..
густую промежность сердца, пурпурную, словно кокон.
Но я никогда не видела,
что внутри.

Ч: - Ты тоже запутана?
Я: - я наслаждаюсь своим запутством.
потому что если бы я была распутана, чего гляди, я бы наслаждалась своим распутсвом.

Догадайся, что случится, если я умру.
Ты стоишь на обочине, бледная, среди льдин.
я стреляю сердцем в твою стрелу,
ту, которая бьёться в твоей груди.

что то меня, похоже, сегодня вывернет знатно.
чувствую себя так, как будто бы в животе чужой позвал друзей и они зажигают под битлз.
хотя возможно это всего лишь блин с курицей и луком, которому, для танцев, даже друзья не нужны.

сегодня было так хорошо.