Истома…какой день… будто несколько лет вплелись в его кружево.
Почаще, побольше? Всегда импровизации удаются лучше, чем заготовки сценариев.
В середине города есть гора. Она заметна при фотосъемке, но в суете праздных будней ее не замечают. Вот на нее то мы и сподвигнулись взобраться с единомышленником.
День начался с рассвета. Два часа практических занятий на учебной машине- пункт номер один, после, по плану, я поехала к месту встречи. От напряжения непривычки этого непостижимого сцепления, которое я все время отпускаю раньше, чем требуется, что приводит, к, гм, неврастении инструктора, у меня дрожали колени… солнце зализало лучами ранки самолюбия, к приезду на место я уже могла внятно улыбаться… а мозги адекватно мыслить. Видимо сказалось нервное напряжение последней рабочей недели: я умножала 12 на 160 минут 15, чтобы рассчитаться за учебную езду… промямлила инструктору по завершении: «На меня сейчас нельзя обижаться, сами видите»… он согласился, что налицо признаки переутомления…
В общем, день, своей полной весенней восхитительностью поправил ум, прибавил сил и я была готова к дальнейшему употреблению меня матерью-жизнью…
Оказалось, что Фуникулер не работает…пришлось преодолеть первую гору этого дня… влезла, оказалось, что на 40 минут раньше назначенной встречи. забралась на перила видовой площадки, достала тетрадь, писала стихи… это уже не лечится, носить с собой бумагу и ручку всегда….
Павел, как всегда, явился секунда в секунду. Уважительная способность… я вне работы могу так расслабиться, что опоздания приравниваются не к минутам, а к суткам. Хорошо, что не к годам… да…
И мы пошли. Это было – волшебно. Лес в прожилках первой зелени,. Золотые глазки подснежников, запах жирной и прелой земли, то, чего мы лишены, бродя по бетонным покровам города… до щипания в глазах хотелось снять обувь и распластать незащищенную стопу по этому месиву из почвы, сухой травы, пыли, листьев, веток.
И вот – вершина. Воздух медовый. Квадрат скал… каркас треугольного сооружения и стальных прутьев на нем. И город, обнаженный на три четверти своего тела. Мы стояли, открв рты, два Колумба 21 века. … даже подумать было нельзя, что будет такой вид. Он снимал город, меня на его фоне, а я звала ручных голубей, кормила их припасенным хлебом (привычка, идя в лес, брать хлеб)… это ощущение неописуемо. Потом мы с изумлением искали в этом макете известные здания, хохотали в теплое небо, от восторга, видимости, размеров…
Вторая гора легла чуть ниже. Открытием для меня стал крест, из латуни, метров 10 высотой, водруженный на ее макушке. Церковь Христа… и молящиеся, у подножия… мы прокрались мимо, я пресекла порыв Павла подойти, сказав, что туристы в церковь не ходят… мы расположились чуть ниже, на пятачке скал…
Впитывали умиротворение места, оглядывали два района, не видимых с точки обзора прежней горы. И говорили… о жизни, о любви, о мечте, …
Мы будем снимать фильм. О городе, который мы любим. Эта идея возникла у меня тогда, когда я полюбила… и все не давала покоя. Но чтобы ее осуществить, нужен единомышленник. Кто лучше смог бы справиться, как не Павел? Он так же безумен, как и я, в движении по лесам-озерам, прыжкам в небо… обсудили идею, составили сюжет, бюджет… будет фильм. Все существо поет от этой мысли!
Спускаясь с горы, решили перекусить и двигать в залив Петра Великого… на самую высокую точку, откуда обозреваемы острова…
Кобальтовое море в мозаике расколотых льдин. Мне так хотелось тыкать в них пальцем, забавляясь, представляя, что эта синь у моих ног, вода в тазу… искрящаяся, зеркальная, дурманящая первозданностью. Уходить не хотелось. Хотелось кричать от восторга… раскинула руки и выплеснула радость!
Брели назад, задумчивые, будто узревшие пост Бога.
Город. Смог. Мусор. Ржавое море. Нескончаемые следы цивилизации…
Повысить настроение решили мороженным.

Но все же - тело поет. Душа живет.

Мне по статусу положена любовница.
Она вовсе не должна быть ни красивой, ни умной... она просто должна быть.

Марина Цветаева.

*****

Цыганская страсть разлуки!
Чуть встретишь - уж рвешься прочь.
Я лоб уронила в руки
И думаю, глядя в ночь:
Никто, в наших письмах роясь,
Не понял до глубины,
Как мы вероломны, то есть -
Как сами себе верны.



*****
Мы оба любили, как дети,
Дразня, испытуя, играя,
Но кто-то недобрые сети
Расставил, улыбку тая, --
И вот мы у пристани оба,
Не ведав желанного рая,
Но знай, что без слов и до гроба
Я сердцем пребуду -- твоя.

Ты все мне поведал -- так рано!
Я все разгадала -- так поздно!
В сердцах наших вечная рана,
В глазах молчаливый вопрос,
Земная пустыня бескрайна,
Высокое небо беззвездно,
Подслушана нежная тайна,
И властен навеки мороз.

Я буду беседовать с тенью!
Мой милый, забыть нету мочи!
Твой образ недвижен под сенью
Моих опустившихся век...
Темнеет... Захлопнули ставни,
На всем приближение ночи...
Люблю тебя, призрачно-давний,
Тебя одного -- и навек!

*****

Горечь! Горечь! Вечный привкус
На губах твоих, о страсть!
Горечь! Горечь! Вечный искус --
Окончательнее пасть.

Я от горечи -- целую
Всех, кто молод и хорош.
Ты от горечи -- другую
Ночью за руку ведешь.

С хлебом ем, с водой глотаю
Горечь -- горе, горечь -- грусть.
Есть одна трава такая
На лугах твоих, о Русь.

Я не могу без тебя жить!
Мне и в дожди без тебя сушь,
Мне и в жару без тебя стыть,
Мне без тебя и Москва глушь.
Мне без тебя каждый час – с год.
Если бы время мельчить, дробя;
Мне даже синий небесный свод
Кажется каменным без тебя.
Я ничего не хочу знать:
Слабость друзей, силу врагов;
Я ничего не хочу ждать,
Кроме твоих драгоценных шагов.
/ Николай Асеев /

КОШКИ
Максу Волошину

Они приходят к нам, когда
У нас в глазах не видно боли.
Но боль пришла - их нету боле:
В кошачьем сердце нет стыда!

Смешно, не правда ли, поэт,
Их обучать домашней роли.
Они бегут от рабской доли:
В кошачьем сeрдце рабства нет!

Как ни мани, как ни зови,
Как ни балуй в уютной холе,
Единый миг - они на воле:
В кошачьем сердце нет любви!



А это я цитировала на экзамене при выпуске из школы. Очень нравится... пронзительностью.
Вчера ещё в глаза глядел,
А нынче – всё косится в сторону!
Вчера ещё до птиц сидел, -
Все жаворонки нынче – вороны!

Я глупая, а Ты умён,
Живой, а я остолбенелая.
О вопль женщин всех времён:
"Мой милый, ЧТО Тебе я сделала?"

И слёзы ей – вода, и кровь –
Вода, - в крови, в слезах умылася!
Не мать, а мачеха – Любовь:
Не ждите ни суда, ни милости.

Увозят милых корабли,
Уводит их дорога белая...
И стон стоит вдоль всей Земли:
"Мой милый, ЧТО Тебе я сделала?!"

Вчера ещё – в ногах лежал!
Равнял с Китайскою державою!
Враз обе рученьки разжал, -
Жизнь выпала – копейкой ржавою!

Детоубийцей на суду
Стою – немилая, несмелая.
Я и в аду Тебе скажу:
"Мой милый, ЧТО Тебе я сделала?!"

Спрошу я стул, спрошу кровать:
"За что, за что терплю и бедствую?"
"Отцеловал – колесовать:
Другую целовать", – ответствуют.

Жить приучил в самОм огне,
Сам бросил – в степь заледенелую!
Вот, что ТЫ, милый, сделал – мне.
Мой милый, ЧТО Тебе я сделала?

Всё ведаю – не прекословь!
Вновь зрячая – уж не любовница!
Где отступается Любовь,
Там подступает Смерть-садовница.

Само – что дерево трясти! –
В срок яблоко спадает спелое...
– За всё, за всё меня прости,
Мой милый, ЧТО Тебе я сделала!

http://www.passions.ru/family/levity.htm

хм, разве это я? Ты уверен?


Вот это более подходит:

Марина Цветаева

Легкомыслие! - Милый грех,
Милый спутник и враг мой милый!
Ты в глаза мои вбрызнул смех,
Ты мазурку мне вбрызнул в жилы.

Научил не хранить кольца, -
С кем бы жизнь меня не венчала!
Начинать наугад с конца
И кончать еще до начала.

Быть как стебель и быть как сталь
В жизни где мы так мало можем...
- Шоколадом лечить печаль,
И смеяться в лицо прохожим!

Что со мной? Я вторую ночь во сне плачу,
Может быть это война так подначивает?
В ней тебя я замедленно и безутешно теряю,
Время – будто Дамоклов меч и палач мой.

Я трясущимися пальцами вынимаю из ящика твои письма…
А они рассыпаются от тепла моих рук сизым пеплом,
Бьются в поседевших висках пульсом мысли,
Лишь одно: «Где ты. Где ты. Где ты….Где ты?!

И в какой-то каморке под окрестованными небом,
Я крошу сухари, да завариваю кому-то чаю…
Мое сердце от крика уже просто сипло, охрипло,
И невысохших слез отчего-то не замечаю…

Взрывом в небе выкрадывает меня голос в трубке,
Из этого визга, безумия, и изведанного ада,
«Не дают мне покоя тревожные мысли…»-слова твои
«Я с тобой. Я с тобой. Я нашла тебя. Я так рада!»

Что же это такое со мной происходит?
Что же это произошло со всеми нами?
Ведь война – война, это не половодье,
Это ж ведь не стихия, не ливни и не цунами?!

И на карте войны обозначена красным курсивом
Вся бессмысленность и бесчеловечность ее поступков,
Лишь одно: молясь в церкви, цепляясь за веры харизму,
Просить Бога буду о не свершении нами проступков.

Связь с миром.
Состоялся первый диалог.
Такое ощущение, что это первый полет в космос, судя по лирике собеседника.
"Я все о тебе знаю! Я знаю, какую марку сигарет ты предпочитаешь! Даешь продажу пива!"...............
такой вот веселый новый админ. А работает всего-то второй день.
Хе, я на связи! Рабочий день заметно приободрился.

Наверное свой помнит каждый. Вообще все первое глубоко всекается в память, как будто топориком в мякоть, в глубину тканей памяти.
Мы дружили вчетвером. Такая вот звездочка о четырех концах. Жили своим единым и очень дружным миром, не мыслили своего существования вне. Нас часто укоряли в классе, что мы, мол, единоличницы, игнорируем коллектив… отряд…совет дружины. Тогда еще был социализм, октябрята, пионеры, комсомольцы. И все было общим: идеи, праздники, жизнь. А у нас, четверых, отдельно. Это было просто бельмом в глазу, как у одноклассников, так и у преподавателей. Но мы стояли намертво в своей независимости и праву на свободу.
Иногда думаю, кто из нас 4 был ведущим, кто ведомым? Сейчас, почему-то, во взрослой жизни каждый знает на что способен. Тогда… тогда, наверное, каждый чему-то учился у другого, учился постижению мира при помощи 8 глаз, ушей, рук, ног… такой вот комдоминимум.
Мы горой стояли друг за друга. Один раз нас привезли на колхозные поля собирать морковь. И так получилось, что трое после выполненной работы ушли в кустарник к ручью, а одна где-то потерялась. Пока мы болтали о нашем, о девичьем, наша подруга умудрилась попасть в драку. Была в параллельном классе деваха, Анжела, такое вот имечко было у дуры под два метра ростом, с гримасой гориллы вместо лица… ходили слухи, что она удовлетворяла всех желающих города, да ладно бы только это, ко всему она была очень агрессивна. Вот под ее горячую руку и угодила наша подруга.
Ну, мы не долго думая, по полену в руки и на крики, бегом, размахивая своими орудиями, как бабуины…
Примчались к месту тусовки… Наташке худо совсем: волосы намотаны на руку обезъяны и та ее по тяжелой лупит, руками, ногами. Отбили мы нашего члена команды.
А на следующий день, все, как одна, вышли на тренировки по каратэ. Да… что бы там не было, но три оставшихся года школы занимались. Я даже один раз применила прямой удар кулаком в нос! Меня саму потрясла точность попадания и техника.
О поцелуях: как-то вечером тянули фанты из папиной шляпы: кто первый поцелуется.
Так вот, мой поцелуй должен был быть вторым. И вот, идем вечером провожать друг друга по домам, навстречу парень взрослый, в те годы показалось, чуть ли не старик, лет так 28… впился в мое лицо взглядом, подбежал, схватил в охапку… и поцеловал. По настоящему…
Вот те и первый поцелуй. Девчонки в стороне онемели… я от страха и удивления тоже. А он отпустил меня, рассмеялся и сказал: «Красивая ты будешь, когда вырастешь. И не подойдешь к тебе. Пусть хоть так».
Такой вот первый поцелуй.
Второй был настоящим, тем первым, каким должен быть. Вокруг нас образовался круг поклонников, мы вместе гуляли по вечерам, ходили в кино, совершали вылазки в лес. В одного я была влюблена, так мне тогда казалось. И вот на какой-то вечеринке очередная шуточная возня, дергание за волосы, борьба рук и ног… понимаю, что он меня сейчас поцелует. Пульс в висках бьется, скорее не от предвосхищение, а от страха… как же, я не могу, не умею, я боюсь! И его сухие обветренные губы, накрывшие мои, это космическое ощущение повышения температуры тела, первой нежности, доверия, любознательности… а потом такое смущение. Страх встретиться глазами…
После мы сидели за одной партой до окончания школы. Считались парой. Но он ушел в армию, я уехала учиться, так все и растеклось временем. А помнится все так же ярко. Сочно. Так, как можно помнить то, что было впервые.

Скоро я всех добавлю, даже знаю, кого первым, в адресную книгу аськи!

он вошел, так покачиваясь, от мощности тела... Вау! 2 м 5 см (прикинуто на взгляд)... принес документы... я пролепетала: "А вы кто?" Раскатисто ответил, смущенно поковыривая линолеум пола носком ботинка: "Я ваш новый адмиин"... я в подлокотнички впилась на кресле пальцами, чтобы не наброситься на него.... "Аська.... говорю.... аська...." "Да, я сейчас этим вопросом занимаюсь" - был ответ.
Ответ был!
Скоро буду я!
Ну не ДЕНЬ ли?

Иногда надо делать, а не думать.
Просто – брать и делать.

"Девчонки, у вас случайно шила нет?!"

Мне вчера красота спасла жизнь!


И это так радует, насказанно...
так, как ничто другое...


Клево это, когда можно похлопать ресницами, понимающе заглянуть в глаза, пожать плечиком: какой с меня, мол, спрос... так, очаровашка, не более...

нерви... это нерви...

Я тянусь к тебе радугой мыслей,
Воспаленный твой лоб охлаждая,
Открывая таинство истины,
Боль твою на себя принимая…
И в тревоге заходится сердце,
В той дали, как обнять тебя, чтобы,
Отпустило недомогание,
И разжало свои оковы.
Будет ветер моим дыханием,
Освежая тяжелый воздух,
Поцелуями станут капли,
Предрассветные росы-слезы…
Ты проснешься под птичье пение,
Ясноглазый, сильный, здоровый,
Буду после чуда свершения
Дуновеньем ласкать твою голову…
И игриво бегать по прядям,
Юным мартовским свежим ветром,
В бездну глаз твоих облачных глядя,
Ограждая от боли этой…

Навсегда… я хочу быть ветром…
Навсегда… я хочу быть радугой...
Навсегда… стать росой отрадно мне,
Если так я смогу быть рядом.


Таккое вот вчера ночью получилось, пока я думала, как же ты там... как же...

Не о любви сказ. О жизни.
Как много переплетено… нюансов, … или же пазлов… составляющих жизнь.
Вчера отчего-то била нервная дрожь… засунула тельце под одеяло, и давай рассказывать себе сказки…
В такие моменты я понимаю, как никогда, что я – одна. Что рассчитывать можно лишь на себя. Прохлада этой мысли трезвит. Даже не помню, что испытывала я, когда это ощущение жизни пронизало впервые.
Мамина забота, любовь и ее же жестокость… кошки кормят своих детенышей бесконечно долго, но роднит их лишь генетика. Как много человеков остаются привязанными к родительской груди всегда. Это всегда для меня так чужеродно. Так инопланетно. Участие и поддержка – пожалуйста, но – одна.
Некоторые мечтают стать Чайкой Ричарда Баха. Приобретенный имидж их развлекает. Меня – нет.
Кошка, котенка у которой я взяла, опять похожа на арбуз. Прошло 5 месяцев. Я смотрела на нее сегодня и думала: «Как хорошо, что в это время, занимаясь любовью, не надо после каждого акта рожать»… и дальше понеслась мысль за горизонт: как бы я жила без этого веса женщины в обществе, что ныне, в то, прошлое время? Наверное я бы была благодарна маме за выбор удачного спутника, была бы хорошей женой и рожала после каждого сношения. Я ведь могу быть очень терпеливой в силу обязательств. А как бы я применила в жизни свой ум, реакцию, характер? В раскладе креста на холщевых рубашках мужа и детей? Или бы в пахотах и заботах эти мысли не волновали?
Просто я понимаю, что несколько иная, чем другие.
Сейчас не только понимаю, но и знаю…
Я спросила у мамы: «Как я потом жить буду, после сентября?» она ответила, как всегда разумно и будто бы подготовлено: «Думаю, тебе надо будет купить квартиру в Питере, там все по-другому, другие зарплаты и другой мир»… и последний пазл встал на место…. Лишь последняя фраза: «Опять ты у меня остаешься без детей». Дети…
Пришла к родне в гости, родила племянница. 19 лет девчонке, красива, как луна… и бестолкова. Ни часа в жизни не работала, все родители. Но и мужа не нашла… так все, бездарно.
Так вот, тетка и спрашивает меня уже на пороге: «А ты не хочешь деток?», ехидненько так… «Почему же, - говорю,- хочу. Очень. Но – не так»…. Обидела их. Но я не могу мыслить по другому. Как это – по другому? Я на кошку решилась лишь только-только… бюджет на нее есть, место. А ребенок – он же не кошка. Ему много больше надо…
Чайка? Я не хочу быть той вечно одинокой продвинуто-мудрой чайкой. Я все еще верю, что эти мои качества вдохновят Его и все сложится полноценной картинкой. Пазл к пазлу. Утро к утру. Счастье к счастью. Еще есть время. Для надежды. Для будущего моих не рожденных детей.
Как я боялась забеременеть от мужа… параноидально. При мысли, что мои дети будут с таким интеллектом, как у него, все валилось из рук… и не только.
Помню, мама говорила ревущей над сыном Ксюшке, не могущим решить элементарную задачку в первом классе: «Я же говорила тебе, думай, за кого выходить замуж, от кого рожать детей»… и нашу легкость на жизненном пути во всем, нас, троих девочек, рожденных в любви и согласии…
Чайка?
Или я заблудилась в годах своего брака и период ремиссии еще продолжается?
«Любить, это прежде всего отдавать, любить, это чувства свои, как реку, с весенней щедростью расплескать на радость любимому человеку»… я в это верю.
Я не Чайка.
И Леечка, моя любимая Леечка, выходит замуж. Все идет так, как надо, так, как должно быть. У них глаза – одинаковые. И препятствия – не препятствия.

Послесловие.
Я так предполагаю, что ты теперь будешь частым гостем на этих страницах. Тебе ведь патологически нравится подглядывать. Не хочу быть резкой, но так получается.
Ты в своем письме рассказал о целом букете своих влюбленностей, о технологиях построения отношений. Чем я не могу похвастаться в обеих смыслах…
Ты забудешь меня. Дай себе время, не доводи до паранойи и все будет хорошо. Разбери по деталькам, что ты чувствуешь. Поймешь после – это не любовь. Это эгоистическое желание носить меня, как медаль на груди своей жизни, культивировать, как редкое растение… и все. Ты сказал, что я – мечта. Вдумайся в смысл сказанных слов. Не я – мечта твоей жизни. А леди по имени Любовь. Тебе все равно, что при этом буду чувствовать я. Главное – твоя прихоть.
Я люблю ..... Ты как-то сказал, что в жизни я еще ярче… его не ослепил мой свет. Его ослепила моя душа. Еще ты сказал, с какой-то агонией, что к сильным женщинам тянуться слабые мужчины и что я просто не имела испытать счастье с сильным. Имела, ты меня недооцениваешь. Только к силе должна быть приложена и остальная часть, делающая мужчинку Мужчиной. Мой муж не производил впечатление слабого, тогда, когда все начиналось… и он, человек, которого я люблю, заставляет меня быть женщиной. Мне нравится то, как я себя с ним чувствую.
Когда я говорю, что не чувствую себя женщиной, я вкладываю в эти слова не тот смысл, что я лесбиянка, я говорю о том, что делаете такие, как ты, как мой бывший муж. Вы убиваете во мне женщину… я не могу подобрать других слов. Когда тебя постоянно прессингуют для сопротивления нужны силы. Когда ты становишься до такой степени сильной, какая ты женщина в понимании этого рода? Никакая. Ты становишься существом по имени «Оно».
Мне жаль, что так вышло.
Искренне жаль.
Поверь. Я не хотела.

Я хочу ответить здесь.
Начну с того, что ты с первого дня просто изнасиловал мое доверие.
Это была одна из причин, почему я не буду никогда с тобой.
Ты не имел на это права. Никто, никто не имеет права лезть в то, что принадлежит самому человеку. Что бы ты ни говорил, что бы ни думал, как бы не оправдывал себя - это не норма.
Ты пытался быть везде. Потому что ты придумал, что любишь меня. Ты придумал это, Макс. Не иначе. Любовь - это открытие мира, похожего на свой... это срастание душ. Когда ничто не властно убить. И доверие - один из канонов любви. Что рождает физическое желание. Это трио - влечение ума, духа и тел, замешанные на доверии - Любовь.
Далее, вторая причина, почему я никогда не буду с тобой - я влюбилась. Я тогда еще не знала, что так будет... еще мне казалось, что меня к тебе влечет.
Как только я поняла, что люблю другого человека, я объяснилась с тобой. Ты не внял. Ты привык поступать так, как тебе удобно. Что стоит твой рассказ о том, как ты приручал и дрессировал свою несостоявшуюся жену. Я ни в коей мере не хочу тебя обидеть, оскорбить, задеть... Но ты всегда идешь не путем сердца - а путем программы. Оглянись... Любовь - это свобода.
Или прочти мой дневник, который ты с таким упорством искал, внимательно и еще раз.
Далее про мужчин, которых не было сильных в моей жизни.
На этом месте у меня смех и слезы, одни эмоции...
Муж - не показатель...
Я свободна всего пол-года...
И все понимаю. Поверь. Все твои попытки разведать, а как там было у меня до мужа, чтобы настроить себе еще полторы мили логических цепочек с целью завовевать меня - абсурдны. Это моя жизнь, мое право и мой выбор.
Ты замечательный человек... и все у тебя будет хорошо... при условии, что ты и второму будешь давать дышать, принимать свои решения, ошибаться, но быть - собой.
В любом случае, если, как ты говоришь, любишь, то почему ты не чувствуешь? Меня не чувствуешь? Почему так давишь... придумываешь планы...
У сердца есть голос. Его надо слышать.
Я не лгала тебе ни в чем. Я никогда не лгу. Ты просто хотел слышать лишь то, что тебе хочется. Не более...
И, прости, но я не хочу никак, теперь уже никак, встречаться. Выстави мне сумму за все цветы-духи-билеты... я оплачу.
А еще мне кажется, что ты меня и сейчас не услышишь. Не поймешь...

Вот это да! Я вышла из себя. Кхе! Бывает… нет, ну а как можно быть таким тупым? Твердолобым? Какие нужны слова человеку, чтобы он понял: не интересует, не нужен, раздражает, он – пустое место. Ну нельзя же так себя вообще не любить… Я уж и так донельзя вежлива: тактично объясняю, почему не вижу смысла его существования в моей жизни. Фу… откуда такие берутся? Неужели и девчонки себя так ведут? Как гадко. Я будто испачкалась в грязи, такое ощущение. Б-р-р-р!
Мало того, что на трубке денег – гроши, а до завтра еще 24 часа, тут еще это, млин, слов нет… набирает и набирает, набирает и набирает номер. Если бы он мне попался под руку, я бы, наверное, в него запустила любое, главное, чтобы тяжелое… думаю, что не промахнулась бы.

Жизнь полна сюрпризов. И людей всяко-разных. Да… уж.

Эти выходные были очень объемными по своей энергетической протяженности.
Пятничное с ума сошествие с морем…
Субботний лес…
Летучьи мыши… волшебно. Их спинки похожи на неподвижных шмелей. Пушистые, бархатные… только крупнее, 5-7 см… и цвет от темно-коричневого до черного. Коготком погладишь эту спинку и она раскрывается крылышками… такой махаончик с перепончатыми крыльями, летящий прочь… Красота…
Возвращение в город радовало лишь приближением к ТЕБЕ.

А потом с ума сошли регионы. Магадан будто в извержение попал… звонки, звонки… работа на дому.
Мысли в том мире, общем… и эти бесконечные атаки реалий.
Далее свихнулась Она. Конвенция о независимости была подписана? Была… по-моему, она прекратила действовать… смотрела на орущий телефон и думала, ну неужели ты так бесчувственна и так эгоистична? Сколько можно на меня давить, изводить потребностью ответа? Я не люблю тебя так, как ты хочешь. Я не хочу тебя…
Почему когда так любишь, веришь, верно, сильно, кто-то просто заходится в детских и истеричных приступах неврастении с одним желанием - влезть, нарушить… почему?
Все будет хорошо…
Атаки отбиты.
Я люблю тебя…

Да.... кто бы мог подумать, что так будет....
ночь и ни одного рабочего нета... Казалось, что город сошел с ума. А моя любовь - просто неприступная крепость, не поддающаяся никакому абордажу...
И такие тяжелые эмоции. Откуда? Двое сошли сума в новом направлении %)

Взяла такси и поехала к морю...
К дикому морю...
Воющему....
Грызущему камни...
Стояла и смеялась...
вниз, к побережью метров 500... машина застыла в нескольких саниметрах от края скалы... в свете фар дорожная пыль стала дыханием дракона.... и море... накипь волн...
назад мчались под "Рамштайн".... таксисту было не до смеха....
Гм, млин, а я ликовала.
Потому что так легче - быть самой сабой, а не карамелью в розовом фантике.