|
Всё! Смеяться больше не могу, уползла под стол... Слушайте...
В день Благовещенья... (1916)
В день Благовещенья
Руки раскрещены,
Цветок полит чахнущий,
Окна настежь распахнуты, --
Благовещенье, праздник мой!
В день Благовещенья
Подтверждаю торжественно:
Не надо мне ручных голубей, лебедей, орлят!
-- Летите, куда глаза глядят
В Благовещенье, праздник мой!
В день Благовещенья
Улыбаюсь до вечера,
Распростившись с гостями пернатыми.
-- Ничего для себя не надо мне
В Благовещенье, праздник мой!
ДОРОГА
Далёко до срока, до края далёко.
Налево - дорога, направо - дорога.
Чего ж ты хлопочешь, страдаешь, рыдаешь?
Иди куда хочешь и делай как знаешь.
Налево - посевы, направо - дубрава.
Иди себе влево, ступай себе вправо,
гляди куда люди и двигай туда же.
Всевышний рассудит... А я пойду дальше.
А я пойду прямо, ни влево, ни вправо.
Налево всё - яма, направо - канава.
Кати в свою яму, лети к своей Даше,
крути свою драму... А я пойду дальше.
А дальше всё - ветры, обвалы, откосы,
и снова ответы, и снова вопросы:
о боли и страсти, о тьме и о свете,
о горе и счастье, о жизни и смерти...
А слева и справа, в канаве и в яме -
и деньги, и слава, и счастье горстями,
полы пахнут краской, а потолки - мелом,
и песня, и сказка, и женщина в белом...
Тебе меня жалко? Так мне ещё жальше!..
Но, шатко и валко, а я пойду дальше.
И зависть не гложет, и нет во мне злости.
Я даже, быть может, зайду к тебе в гости.
Зайду не за делом, и мы поскучаем,
и женщина в белом одарит нас чаем,
мы трубки раскурим, отведаем снеди
и всласть потолкуем о жизни и смерти...
А утром, чуть выйдешь, чуть выглянешь даже,
в тумане увидишь, как я иду дальше, -
походкою твёрдой шагаю по хляби,
и весь такой гордый, и весь такой в шляпе...
А дальше всё - ветры, обвалы, откосы,
всё глуше ответы, всё выше вопросы,
всё тьмою объято... Но, Господи Боже!
Ведь если не я - то кто же, то кто же?..
1985
В ответ на всё то уродливое и карикатурное, что происходит с Россией и с нами, всё, что нам остается, - это "Многоголосие" Юрия Визбора, написанное им в память о том, как он в детстве пел в церковном хоре ( рассказала об этом его дочь - Татьяна Визбор).
Феномен перуанской оперной певицы и актрисы, имевшей мировую известность в середине прошлого века, почти забыт. Интересно, что Има Сумак — владелица уникального голоса с диапазоном в 5 октав преодолела железный занавес. Её первое мировое турне началось с концертов в Советском Союзе. Она выступила во многих городах.
Вряд ли о ком-либо из знаменитых артистов ходило столько баек, ставших легендарными «историями», как о Борисе Николаевиче Ливанове. Яркий талант, прекрасная внешность, необыкновенно красивый «вельможный» тембр голоса, блистательное остроумие делали его кумиром всех, кто имел хоть какое-то отношение к театру. Славился Ливанов и тем, что позволял себе дерзить сильным мира сего.
[показать]
Однажды тогдашний министр культуры СССР Фурцева, выступая перед артистами и режиссерами, заявила, что скоро народные и любительские коллективы и театры потеснят профессионалов и выйдут на большую сцену.
— Это будет величайшее достижение социалистической культуры!
Вдруг из глубины зала раздался голос Ливанова:
— Екатерина Алексеевна! Если у вас возникнут проблемы со здоровьем по женской части, вы что же, отправитесь к гинекологу-любителю?
***
У старых артистов МХАТа большой популярностью одно время пользовалась странная игра под названием «Гопкинс!» Неизвестно, кто ее придумал, но суть ее заключалась в следующем: если кто-то из игроков говорил «Гопкинс!», другие обязаны были тотчас подпрыгнуть. Короче говоря, что-то вроде всем известной детской игры в «замри!». Корифеи сцены имели право на подобные забавы. Иногда во время спектакля кто-нибудь тихо командовал: «Гопкинс!», и остальные подпрыгивали, иначе им грозил крупный денежный штраф. Однажды Фурцева по какому-то поводу вызвала почти всех великих актеров МХАТа и принялась учить их и наставлять. Старики, среди которых были Массальский, Яншин, Белокуров, Грибов стояли и почтительно слушали. Внезапно в середине речи Ливанов, которому все это наскучило, негромко произнес: «Гопкинс!» Можно представить себе, как опешила министр, когда внезапно почтенные и заслуженные старцы все вместе подпрыгнули.
***
Феномен перуанской оперной певицы и актрисы, имевшей мировую известность в середине прошлого века, почти забыт. Интересно, что Има Сумак — владелица уникального голоса с диапазоном в 5 октав преодолела железный занавес. Её первое мировое турне началось с концертов в Советском Союзе. Она выступила во многих городах.