Александр Невзоров Вырастет ли у Кремля хобот?
Московский Комсомолец № 26068 от 16 октября 2012 г.
Шаткая опора на большинство
Мы в такой чудесной стране живем, что переход президента, например, в индуизм спровоцирует массовое набитие мусорных корзин иконками. А чиновничество ринется в швейцарские и израильские клиники приращивать себе небольшие хоботы, чтобы добиться сходства со слонолицым Ганешем, самым популярным божеством индуистского пантеона. Циники и приспособленцы, конечно, воспользуются накладными хоботами, но истинные патриоты России заставят потрудиться трансплантологов и пластических хирургов. И всем сразу станет понятна неразрывность Махадъякши с русской духовной традицией, а также бесспорная роль Индры, Шивы и Парвати в Полтавской баталии. (Историческая наука поднапряжется и обслужит эту версию в лучшем виде.)
Да и эстетически выйдет недурно: хобот украсит Мединского, облагородит Онищенко, очень пойдет Нарышкину, а у Валуева даже появится шанс стать премьер-министром. (В стране торжествующего индуизма даже сам Медведев при Валуеве с хоботом больше, чем на его третьего референта, не потянет.)
Впрочем, у Кремля пока другой «хобот», который крепится не к лицу, а гораздо глубже. Принципиальные отличия тáинственного православного «хобота» от индуистского лицевого аксессуара не установлены, так как и тот и другой относятся к разряду сверхъестественного и плохо поддаются обмерам. Говорят, что таинственный православный «хобот» духовнее, но его чиновным обладателям периодически приходится «брать» руками, что не всегда удобно по дактилоскопическим соображениям.
Трудно предсказать, какие именно метаморфозы ждут государственную идеологию России, если в ней восторжествует индуизм или вуду. Но и та свалка идеологического старья, на которой власти выкопали для дальнейшей носки ветхое рубище «православной империи», полагаю, таит в себе еще массу сюрпризов.
Пока же имеем то, что имеем: идеологию, которая всегда обеспечивала России только одно отличительное свойство — быть битой практически всеми кому не лень. Это стало понятно еще в середине XIX столетия, после позорного поражения в Крымской войне, но со всей отчетливостью сформулировано чуть позже. Причем эта формулировка особенно ценна тем, что принадлежит человеку, который историю не только знал, но и неплохо делал:
«История старой России состояла, между прочим, в том, что ее непрерывно били за отсталость. Били монгольские ханы. Били турецкие беки. Били шведские феодалы. Били польско-литовские паны. Били англо-французские капиталисты. Били японские бароны. Били все — за отсталость культурную, за отсталость государственную, за отсталость промышленную, за отсталость сельскохозяйственную. Били потому, что это было доходно и сходило безнаказанно».
(И.Сталин. Вопросы ленинизма. 1934, стр. 445.)
Идеологии, которая обеспечивает отсталость и битость, властям требуется все больше и больше. Недавно кремлевцы блеснули новыми задумками, небрежно замаскировав их под народные инициативы. (Возможно, по мысли авторов, эти задумки стали достойным ответом на американскую программу освоения Марса.)
Первая заключается в создании «Мыслительного Заборского клуба», объединившего современных имперцев-славянофилов. Их предначертание — спасти Россию силою своей мысли. Подобраны мыслители вдумчиво, тщательно и стратегично — по принципу наличия бороды. Имперцы всем клубом гастролируют по провинциальным городишкам и в каждом «из малых сих» совершают обряд заседания, чем ослабляют в данной точке России влияние мировой закулисы, гомосексуализма и радиации.
Вторая инициатива еще симпатичнее. Страну собрались украсить портретами философствующих боксеров и тружеников эстрады с их признаниями в любви к РПЦ. В эту компанию затесался даже один профессор (большой любитель умных деток), обогативший науку открытием, что «атеисты — это больные животные, и их надо лечить». Поначалу все шло прекрасно, но случилась осечка: некоторые мордобойцы и вокалистки, привыкшие к нормальным деньгам за рекламу сотовых и чипсов, раскапризничались и не стали пиарить бога почти бесплатно. Не избалованный гонорарами любитель деток пока остался олицетворять духовность в одиночестве, но ситуация, что называется, поправима.
Хуже обстоит дело с новоустановленными государственными праздниками вроде приближающегося дня «согласия-примирения» или «славянской письменности». Смысл их по-прежнему непонятен, а вызываемое ими воодушевление ничтожно. Тут властям следовало бы поучиться у церкви, давно практикующей метод «пищевого подкрепления» своих
Читать далее...