Восстановить Святую связь времён!
Простых стихов живительный родник
Из глубины Души ключом струится,
Веля с Родной Природой слиться,
Чтоб понимать Творца Язык.
Мысль стихотворца бьётся над судьбой
Своих Прапредков и своей Отчизны,
И Русский дух – дух Белосветной жизни
Звучит, звучит в душе своей гудьбой,
В строке любой чеканной дышит ОН,
ОН светится в словах, корнях и звуках,
Веля познать Духовную Науку,
Восстановить Святую связь времён!
Ф.И.Тютчев О слово русское, родное!
Теперь тебе не до стихов,
О слово русское, родное!
Созрела жатва, жнец готов,
Настало время неземное…
Ложь воплотилася в булат;
Каким-то Божьим попущеньем
Не целый мир, но целый ад
Тебе грозит ниспроверженьем…
Все богохульные умы,
Все богомерзкие народы
Со дна воздвигли царство тьмы
Во имя «света» и «свободы»!
Тебе они готовят плен,
Тебе пророчат посрамленье, –
Ты – лучших, будущих времён
Глагол, и жизнь, и просвещенье!
О, в этом испытанье строгом,
В последней, в роковой борьбе,
Не измени же ты себе
И оправдайся перед Богом…
Возродиться к Жизни со-Творцом
Отрадно мнить: Создатель нас простит,
Всё-всё исправит наш Отец Небесный –
И нас очистит волею чудесной,
И наш безумный мир чудесно сохранит.
Печально знать: Он неизменно твёрд
Ко всем Канон нарушившим созданьям –
Для выпавших из Лада Мирозданья
Звучит самоубийственный аккорд.
Звучит, звучит как похоронный звон,
Звучит для тех, кто дивный звук Культ-Уры
Сменил на какофонию Халт-Уры,
За что Природой и Творцом отвержен он.
живое знанье – это значит ЖИ-ЗНь,
КультУра – почитанье Знаний Бога,
Для тех исповедима к Ним дорога,
Кто право понимать Их заслужил.
Трудясь всем Сердцем, Телом и Умом,
Необходимо постигать Свет Истин Вечных,
Чтоб в прах не сгинуть нечистью беспечной,
А возродиться к Жизни со-Творцом!
Вячеслав ЗЕНИН Миф о «ГРЕЧЕСКОм влиянии»
«Где нет правды, там люди будут относиться к правде, как к чему-то странному...»
Лао-ЦЗЫ
Безобидный с виду, этот миф принес немало вреда русскому самосознанию. Помимо прочего, с его помощью было скрыто основное влияние, имевшее место в отечественной действительности на протяжении многих столетий.
Сначала отметим, что представители «христианской» идеологии связывают «греко-византийское» влияние с фактом внедрения на Руси иудо-христианства. Других слагаемых «греческого» влияния просто не было в те времена. Даже побочные элементы привозной идеологии — иконы, книги — не имели отношения к «греческой культуре». Так иконы, будучи аналогом портретов Маркса и Ленина, изображали знаменитостей этой идеологии, а книги представляли собой только партийные цитатники, значит все, что выдавали за «греческую культуру», является сугубо партийными делами «христиан».
Природа подобной фальсификации понятна с партийных позиций. Совсем недавно некоторых наших писателей заставляли переделывать свои произведения для показа (или усиления) «роли партии». Но современные партейцы все же не опускались до маразма «христианских» идеологов. Если коммунисты требовали, чтобы о них хотя бы упоминали в произведениях, то легионеры «христианства» УНИЧТОЖАЛИ ВСЕ ДРУГИЕ книги и завозили (переводили) ТОЛЬКО СВОИ цитатники.
А теперь о том, кто мог завозить к нам антиславянскую идеологию и кому она была выгодна. Из школьной истории известно, в каком незавидном положении находились греки и сама Греция на рубеже нашей эры. Она уже давно потеряла лидирующее положение даже в своем регионе и даже в области культуры. Известно, что еще до нашей эры еврейские торговцы перехватили первенство у греков и с тех пор евреям принадлежала абсолютная монополия в
торгово-финансовых делах во всех странах Средиземноморья.
А поскольку тогда не существовало туризма, журналистики, радио и телевидения, то почти ВСЯ ИНФОРМАШЯ разносилась только торговцами, то есть евреями. Только они имели свои постоянные базы (и общины) почти во всех странах. С другой стороны, лишь при наличии подобных баз можно было так быстро распространить иудо-христианство на огромных пространствах от Кавказа до Атлантики! А в те времена информация была адекватна знаниям, значит еврейские финансисты были МОНОПОЛИСТАМИ многих знаний.
Вся информация и разнообразные знания концентрировались только в среде еврейской общины. Значит на рубеже нашей эры образовался уникальный партийно-финансовый «синдикат», напоминающий нынешний МВФ. Он обладал монополией на торговлю, информацию и знания. Уникальность этого образования связана с тем, что он был создан не просто евреями, а финансовой верхушкой Иудеи и потому имел черты сильного партийно-классового сплочения. Это и была ПЕРВАЯ ПАРТИЯ, узкоэтническая, но пустившая свои щупальца почти во все страны Европы от Волги до Атлантики. Поскольку правители в те времена нуждались в золоте, то не составляло труда их подкупать. Услугами указанного «МВФ» пользовались даже такие видные (и вроде бы, всесильные) личности, как А.Македонский, Ю.Цезарь и многие другие политические деятели, короли и «вожди».
Так что единственной помехой на пути финансового спрута являлись те одиночки-волхвы, старейшины племен и т.д., которые хранили этнические традиции и древние знания каждого народа.
В задачнике спрашивается: что нужно было делать «синдикату» для устранения помех и для более глубокого внедрения во все страны?.. Совершенно верно! Нужно было сочинить именно «интернациональную» религию для искоренения всех национальных особенностей, перебить хранителей традиций, уничтожить древние книги и привезти (перевести) только CBОИ книги, со своими «заветами». Все это и было сделано с помощью иудо-христианства...
Ну, а «греческое влияние» — это лишь деталь, ширма, за которой спрятались истинные разработчики диверсии. Сейчас принято во всем обвинять русских, а в те времена, из-за популярности пpошлой греческой культуры, удобно было все валить на греков или примазываться к ним, когда это
Художники-дегенераты
Почти совсем не виноваты,
Что на излёте лживой эры
Мазня считается шедевром.
Кто называет перлом бред? –
Дегенерат-искусствовед
И вся продажная элита,
Что жрёт из властного корыта.
Творец же и Сама Природа
Недолго терпят всех уродов,
Спуская бред их каждый раз
В один вселенский унитаз!
Бог воздаст по Совести Своей
Вседержитель, Боже! Не спаси
Всех убийц Природы на Руси!
И молю, Творец, не сохрани,
Тех, кто души превратил во пни,
Тех, кто предал свой древнейший Род,
В биомассу превратив Народ,
Тех, кто испоганил свой Язык
И умом заёмным жить привык…
Впрочем, что тревожить Небеса –
Обо всём Всевышний знает Сам!
Всем – проси, молись ли, слёзы лей… –
Бог воздаст по Совести Своей!
Наши Пращуры в Бога не верили –
Вера в Бога – удел для слепца,
Жили зряче – и знали, и ведали
О Живом Триединстве Творца,
Знали – мир как Единое Целое
Создал Бог в звёздно-горней тиши:
Всё телесное – из Света Белого,
Души тварей – из Божьей Души.
По подобью – нетленному, вечному –
Нрава Бога, Ума и Телес,
Люди будят в себе ЧелоВечное,
Познавая глаголы Небес.
Если встал на тропинку созвучия
С песней Мира – пусть дух твой кружит
В лад аккордам Владыки Могучего
По спирали в Нетленную Жизнь!
Реалист - человек, излечившийся и от оптимизма, и от пессимизма...
Василий Белов КАТАЛЯ*.
Пожалуй, это последнее из основных старинных ремесел, все прочие не имели самостоятельного экономического значения и осваивались либо для интереса, либо попутно. Человек с искрой, как уже говорилось, нередко умел делать все или почти все, хотя художником был только в каком-либо одном деле.
Каталь на Севере - фигура совершенно необходимая. Не зря с валенок (катаников) начинались или заканчивались бесчисленные частушки:
Ох, катаники серые,
Один изорвался.
Из-за этих серых катаников
Пьяный напился.
Или:
Худо катаники стукают,
Обую сапоги,
• Автор не уверен в правильности названия. В некоторых местах звали их еще и катальщиками. В Сибири каталей называли пимокатами. Так же по-разному назывались валенки: катаники, катанки, пимы, чёсанки.
Погулять с хорошей девушкой,
Товарищ, помоги.
Можно набрать десятки частушек, где упоминались валенки … Труд катальщика очень тяжел и вправду вреден, так как работать надо в парной сырости. Но это вовсе не значит, что от катальщика не требовалось умения, мастерства и знания всевозможных тонкостей.
Артель катальщиков — обычно родственников - не превышала трех-четырех человек. Они на себе носили многочисленный инструмент. Обосновавшись в какой-нибудь просторной избе, валяли обувь сначала на хозяйскую семью, затем для других заказчиков.
Работа начиналась с битья овечьей шерсти, предпочтительно зимней. Сначала раздергивали соски шерсти, очищая от репьев и грязи. Кожаной струной*, до звона натянутой на специальное подвижное устройство, подвешенное на стене, взбивали шерсть. По этой струне щелкали, «стрекали», особой деревянной зацепкой. Струна, вибрируя, разбивала в пух свалявшуюся шерсть. По-видимому, отсюда и пошло выражение «разбить в пух и прах». Шерстобитом ставили менее опытного катальщика, чаще всего подростка. Взбитую шерсть старшой осторожно разверстывал в виде буквы Т на столе. На разверстку также в виде буквы Т клали холщовую прокладку, от величины которой зависел размер валенка. Затем складывали букву Т по оси и легонько, не задевая прокладки, сметывали шерстяные края тонкой нитью. Получалось подобие валенка. Заготовку пересыпали ржаной мукой, осторожно помещали в большой чугун и кипятили, потом вынимали прокладку, заменяя ее колодкой.
Лишь после этого начиналось собственно валяние (не дурака, а валенка!). Мастер осторожно использовал способность шерсти сваливаться, чтобы соединить, свалять края заготовок, после чего можно было спокойно применять и силу. Валять валенки мог уже другой катальщик, более сильный и менее опытный. Валенок катали вальком, шлепали, били, колотили, гладили, шастали по нему четырехгранным железным прутком. Чем сильнее били и катали, тем больше валенок садился на колодку, а сам становился все меньше и меньше.
В голенище вставляли распорки. Готовый валенок красили, сушили, зачищали пемзой.
Основные достоинства валенка - это прочность, мягкость и небольшое количество использованной шерсти.
Настоящий мастер-катальщик делал голенище очень эластичным, и чем выше, тем тоньше. (Шерстяные шляпы валялись тем же способом.)
Угадать размер, норму шерсти, свалять валенок точно по мерке тоже мог только хороший мастер.
На мужские валенки с длинными голенищами тратилось пять-шесть фунтов шерсти, на самые маленькие детские валеночки - всего полфунта. На подростковые или женские валенки - от полутора до трех фунтов.
Теперь уже трудно представить, какая радость поднималась в душе ребенка и даже взрослого, когда приносили новые валенки и предлагали померить.
Сергей Дарда ПОЯС МИРА Вступление
Летописные параллели в истории Евразии
|
ВСТУПЛЕНИЕ |
Мне хотелось бы начать эту книгу с чего-нибудь интригующего, и в то же время простого и понятного. Например, неплохим началом могла бы быть репродукция следующей фразы:
Лариса Великоясна. С меня рисовали Минерву.
Очень просто, но пока что ничего интригующего. Для интриги следует добавить, что эта надпись была сделана приблизительно две с половиной тысячи лет назад. С вялым любопытством, но без особого интереса возникает законный вопрос: с какого из древних языков был сделан перевод этой надписи на русский язык. В этом-то и состоит вся интрига: никакого перевода не было. То есть была, конечно, адаптация этой надписи к условиям сегодняшнего дня. Но в целом грамматическая структура, да и сами слова остались почти те же, что и в оригинале. А в оригинале (Studi Etruschi, Vol. LI - MCMLXXXIII - (Serie III), 1985, стр. 238) было следующее:

Надпись на этрусском языке
Источник: Studi Etruschi. Vol. LI - MCMLXXXIII - (Serie III), 1985
![]()
Если эту фразу прочитать с права на лево, то получится нечто вроде:
Ларис Велкасна з мини мулюванисе Менервас
что в общем более близко к версии на украинском языке:
Лариса Великоясна. З мене малювали Минерву.
Эта надпись была сделана на языке расен, - приблизительно так называли себя люди, говорившие и писавшие на этом языке. К сожалению сегодня уже невозможно узнать, каково было точное произношение названия этого народа, поскольку сам этот народ фактически прекратил свое существование тысячелетия тому назад. Древние греки и римляне называли этот народ тусками, турсенами или этрусками. Судя же по преданиям, сохраненным для нас историками античности, расены принадлежали к обширной группе народов, населявших Средиземноморье. Назывались эти древние народы у античных историков зачастую собирательным именем ПЕЛАСГИ. Именно пеласгам посвящена большая часть этой книги, и именно с историей пеласгов связаны неразгаданные страницы истории Средиземноморья. Большая часть этой книги посвящена летописным параллелям в истории Евразии и связям древней Индии с древней Европой. Немало места отведено летописным данным о народах Дарада и Дарданцам, так как на их примере можно прочувствовать весь масштаб миграционных процессов, в которых принимали участие десятки, а то и сотни народов, о которых летописи сохранили огромные массивы информации.
Большая часть этой книги посвящена событиям происшедшим до, во время, и после Троянской войны. Как я надеюсь, эта информация заполнит большинство крупных "темных" пятен, которые не освещены ни в альтернативных трудах, ни в работах, поддерживающих официально принятую версию фрагментарности этого события (Троянской войны) в истории античного средиземноморья вне контекста общих миграционных процессов. Еще одна причина, по которой я более подробно осветил "Троянский" период это тот факт, что в истории Европы крушение троянского союза было событием переломным. Именно в результате крушения троянского союза культурно-технологические достижения средиземноморской цивилизации были экспортированы волнами переселенцев в отдаленные уголки Европы. Именно в результате крушения троянского союза многие родственные народы отдалились друг от друга на большие расстояния не только в географическом смысле.
Но в общем эта книга скорее всего не выдвигает безапелляционные утверждения, но предоставляет информацию, которую читатель может интерпретировать самостоятельно. Многие гипотезы высказанные в этой книге, возникли на стыке летописных, археологических,
Волк понимает в Жизни толк
Без дури, без прикрас…
В ладу с Родной Природой волк
В отличие от нас!
Не раз такое с нами было –
Меняем шило мы на мыло!
Но сколько б это ни бывало
Нам этого всё мало, мало…
![]()
Николай Языков У нас свободный ум, у нас другие нравы
H. Д. КИСЕЛЕВУ
В стране, где я забыл мирские наслажденья,
Где улыбается мне дева песнопенья,
Где немец поселил свой просвещенный вкус,
Где поп и государь не оковали муз;
Где вовсе не видать позора чести русской.
Где доктор и студент обедают закуской,
Желудок приучив за книгами говеть;
Где часто, не любя всегда благоговеть
Перед законами железа и державы,
Младый воспитанник науки и забавы,
Бродя в ночной тиши, торжественно поет
И вольность и покой, которыми живет,-
Ты первый подал мне приятельскую руку,
Внимал моих стихов студенческому звуку,
Делил со мной мечты надежды золотой
И в просвещении мне был пример живой.
Ты удивил меня: ты и богат и знатен,
А вовсе не дурак, не подл и не развратен!
Порода - первый чин в отечестве твоем -
Тебе позволила б остаться и глупцом:
Она дала тебе вельможеское право
По-царски век прожить, не занимаясь славой,
На лоне роскоши для одного себя;
Или, занятия державных полюбя,
Стеснивши юный стан ливреею тирана,
Ходить и действовать по звуку барабана,
И мыслить, как велит, рассудка не спросясь,
Иль невеликий царь или великий князь,
Которым у людей отеческого края
По сердцу лишь ружье да голова пустая.
Ты мог бы, с двадцать лет помучивши солдат,
Блистать и мишурой воинственных наград,
И, даже азбуки не зная просвещенья,
Потом принять бразды верховного правленья,
Которых на Руси, как почтовых коней,
Скорее тем дают, кто чаще бьет людей.
Но ты, не веруя неправедному праву,
Очами не раба взираешь на державу,
Ты мыслишь, что одни б достоинства должны
Давать не только скиптр, но самые чины,
Что некогда наук животворящий гений -
Отец народных благ и царских огорчений -
Поставит, разумом обезоружив трон,
Под наши небеса свой истинный закон...
Мы вместе, милый мой, о родине судили,
Царя и русское правительство бранили,-
И дни веселые мелькали предо мной.
Но вот - тебя судьба зовет на путь иной,
И скоро будут мне, в тиши уединенья,
Отрадою одни былые наслажденья.
Дай руку! Да тебе на поприще сует
Не встретится удар обыкновенных бед!
А я - останусь здесь, и в тишине свободной
Научится летать мой гений благородный,
Научится богов высоким языком
Презрительно шутить над знатью и царем:
Не уважающий дурачеств и в короне,
Он, верно, их найдет близ трона и на троне!
Пускай пугливого тиранства приговор
Готовит мне в удел изгнания позор
За смелые стихи, внушенные поэту
Делами низкими и вредными полсвету,-
Я не унижуся нерабскою душой
Перед могущею - но глупою рукой.
Служитель алтарей богини вдохновенья
Умеет презирать неправые гоненья,-
И все усилия ценсуры и попов
Не сильны истребить возвышенных стихов.
Прошли те времена, как верила Россия,
Что головы царей не могут быть пустые
И будто создала благая дань творца
Народа тысячи - для одного глупца;
У нас свободный ум, у нас другие нравы:
Поэзия не льстит правительству без славы;
Для нас закон царя - не есть закон судьбы,
Прошли те времена - и мы уж не рабы!
20 октября 1823