Марина Царь Волкова Есть в авугсте особая краса

 

Гроза закат венчает и восход,

Весь день не гаснет небо - вот отрада!

Милы мне песни ветра, хладность вод

И фейерверк ночного звездопада.

 

Лучатся первым золотом леса,

Идут дожди на дремлющих покосах.

Есть в августе особая краса:

В румянце яблок и в холодных росах.

 

Горчит во рту дорожная полынь,

И высь тревожит дух осенней стыни,

Но сквозь свинец проглядывает синь,

Как око древней сказочной Богини.

 

И дева Осень входит на порог,

А по тропе вдоль яблочного сада

Уходит Луг - весёлый юный бог

С серпом в руках и гроздью винограда.

 

 

РПЦ МП, давайдосвидания Станислав Белковский 

(Вы Путина не знаете, вы его еще узнаете Станислав Белковский Московский Комсомолец № 26011 от 10 августа 2012 г)

 

Про крушение Русской православной церкви Московского патриархата (РПЦ МП). Вошедший в апогей процесс по делу Pussy Riot, похоже, вбил в крышку гроба этой религиозной организации последний золотой костыль.

Ведь Господь весьма ироничен. Он лежит там себе на диване и думает: а как бы Мне прищучить всю эту тусовку, чтобы это она как бы сама себя закопала? Вот и получились Pussy Riot. Высветившие насовсем, что РПЦ МП не хочет быть ничем, кроме административного придатка государства, и не нужен этой Церкви никакой авторитет, кроме полицейского. И это в эпоху, когда народ русский алчет совсем иных моральных ориентиров и других, настоящих пастырей.

Дамы из Pussy Riot своим подлинным страданием очень быстро лишили нас последних иллюзий про РПЦ. За что мы всегда должны быть им благодарны.

Теперь мы знаем, что России нужны церковная Реформация и новая Церковь.

И если политический сезон, который завершается именно так, нельзя назвать особенным и перестроечным... Тогда я не знаю, что вообще особенного бывает на свете.

 

О колониальной гордости великороссов Елизавета Александрова-Зорина

 

Московский Комсомолец № 26013 от 13 августа 2012 г

 

Наша национальная идея: «Православие. Самодержавие. Макдоналдс»

 

— При Путине жить стало лучше! — сказал мне программист из «Газпрома».

— А что он сделал? Построил коррупционную вертикаль? — возражаю я. И один за другим перечисляю очевидные недостатки нынешней власти.

Программист, охотно соглашаясь со всеми моими доводами, повторяет:

— Но жить-то стало лучше!

Честный парень, не лицемерит. Старшее поколение с молоком матери впитало, что общественные интересы превыше личных, и стыдится говорить как он. А молодые не кривят душой, им же со всех сторон внушают: «Государство — ничто, ты — всё!»

Мы колония? Страна Третьего мира? Зато стали «более лучше одеваться»! Словно индейцы бусам, радуемся иномаркам, шмоткам и зарубежным турам, которые вымениваем на ресурсы страны. А чем остальные-то лучше Светы из Иванова? Тем, что более лучше говорят?

Похоже, мы, наконец, сформулировали нашу национальную идею: «Православие. Самодержавие. Макдоналдс». У нас и православные попы на «Мерседесах», и высшее чиновничество с видом на жительство, и дети всей элиты на Западе, — а в моде патриотические речи об особом пути России. Наш особый путь лежит в прошлое? Россия, вперед, в феодализм? Назло всему технократическому миру построим теократию?

Мы копируем западный образ жизни, манеры, одежду и, как чучело соломой, набиваем речь англицизмами. Но всё норовим, между разговорами о голливудской премьере и новом айфоне, завыть, как на погосте, про березки и купола. Из телеэфира мы знаем о происходящем в США больше, чем об Украине и Белоруссии вместе взятых, а все туда же: «Агентам Госдепа Россию не понять, в Россию можно только верить...»

Но как можно понять страну, в которой водку закусывают гамбургером?

Почему на смену советскому человеку пришел человек одномерный? Почему из самой читающей страны мы превратились в блеющее стадо? Может, потому что главный пункт нашей социальной политики — информационный тоталитаризм плюс дебилизация всей страны? Разве помои, льющиеся с экранов, — это не виски, которым колонизаторы спаивали индейцев? Культура бескультурья насаждается сверху, она взывает к низменным страстям, пропагандирует мещанство и агрессивный вещизм, предлагая рецептом счастья последнюю модель авто и внушая, что наша слезинка не стоит счастья миллионов. СМИ деформируют сознание, плодят бездушных, дистанционно управляемых людей, которым телевизор служит внешним мозгом. Сетка вещания забита пошлыми ток-шоу, новостями про Путина, церковными проповедями и «научными» передачами о бермудском треугольнике, в котором поймали летающую тарелку с лохнесским чудовищем на борту. Вечер у телевизора равнозначен черепно-мозговой травме. Неудивительно, что Россия возглавляет мировой рейтинг по количеству душевнобольных. Сумасшедшими легко управлять: они не могут между собой договориться, поэтому в психушке одна санитарка легко управляет сотней безумцев. А в России один человек — миллионами.

«Телефабрика грез» тиражирует мифы о противостоянии с Западом и Владимире-Победоносце, поражающем оранжевого змия. Когда Фридрих II стоял под стенами Рима, сторонники Папы пускали слухи, будто император, взяв город, устроит из Собора конюшню и бросит собакам гостию, тело Христово, а поляки стращали хохлушек, что москали заставят их кормить грудью борзых щенков. И сегодня в пропагандистском арсенале ничего нового.

Началась охота на ведьм и шпиономания. Каждый лидер оппозиции видится кремлевским и госдеповским проектом одновременно, рядовые участники митинга — проплаченной массовкой, в статьях ищется заказчик, а между строк читается потаенный смысл, проступающий на бумаге, словно молоко над огнем. В стране дежа вю 30-х: стукачи, показательные суды, агенты семнадцати разведок...Только тому нечего Черта искать, у кого Черт за спиной.

Много ли недовольных Путиным на Западе? А на Востоке? Похоже, он устраивает всех. Безотказный, нежадный. Он пугает, а никому не страшно. США критикуют? Не больше, чем критиковали Франсуа Дювалье. Nothing personal, just politics. Нас пугали «ливийским сценарием», но, похоже, в России разыгрывается гаитянский. Чудовищная коррупция, запугивание масс, религиозное мракобесие, тонтон-макуты из ФСБ и молчаливая поддержка Запада.

— Сейчас лучше, чем в 90-е! — говорят многие.

— Чем лучше?

— Чем в 90-е.

Оправдать можно все, было бы желание. Девяносто

[показать]

В спорте пар ушёл гудком –

Гранд мерси, месье МУДко!

Раз за разом пар – в гудок –

Сенькью вери мач, МУДок!