Фарфоровые девочки с огромными глазами. Куклы авторства Siu Ling Wang
Белые скалы Дувра
При приближении к Дувру, исторически известному как "Ключ к Англии", за много миль видны меловые скалы.
От центра Лондона до Дувра около 129 км, столицу с этим городом соединяют прекрасные магистрали. Белые скалы лучше всего осматривать с моря. Меловые холмы над обрывом - прекрасное место для прогулок, с них открывается замечательный вид на море и окрестные берега.
[510x245]
Обращенные к югу белоснежные меловые скалы Дувра столетиями служили кораблям надежным ориентиром
Скалы Дувра высятся над морем, и их ослепительная белизна стала первой приметой приближения к Англии для многих поколений моряков. Из-за близости Франции, находящейся всего в 34 км, Дувр исторически обладал огромным стратегическим значением для защиты Британского островного королевства. Вознесенный на вершину Белых скал на высоту около 114 м. над уровнем моря, замок Дувра, построенный около тысячи лет назад для отражения нашествий из Европы, является одной из самых впечатляющих крепостей в мире.Меловые скалы можно встретить по всему южному побережью Англии.
Обилие кальцефильных цветов на этих скалах было отмечено еще в елизаветинские времена, когда в 1548 году "отец английской ботаники" Уильям Тэрнер описал их; процветают они здесь и по сей день. Один из наиболее известных видов - с ярко-желтыми цветами и большими мясистыми листьями. Сапфировый и желтый глауциумы и несколько видов дикой орхидеи, встречающихся только на меловых почвах, радуют глаз путешественника, проходящего вдоль многочисленных тропинок, проложенных над обрывами в окрестностях Дувра.
Сами скалы, преимущественно состоящие из мела, формировались в течение позднего Мелового периода, когда миллионы крохотных существ в раковинах, богатых карбонатом кальция, умирали и погружались на морское дно. Слой за слоем, постепенно спрессовываясь, раковины ложились друг на друга - этот процесс получил название седиментация. Образовавшийся мел, мягкий вид известняка, стал быстро разрушаться под действием моря и ветра.
Геологические процессы, вызвавшие разрушение известняка и образование Белых скал Дувра, развиваются по типичной схеме. Сначала уязвимые места в скалах ослабляются под действием соленой воды, которая проникает в трещины и щели и размывает более мягкую породу. Попавшая в щели вода, кроме того, расширяется и сжимается под действием температурных колебаний, вызывая дальнейшее растрескивание породы; растения также могут оказывать дополнительное разрушающее воздействие, глубоко проникая корнями в ослабленную горную породу.
Вторая стадия формирования обрыва связана с волнами: они бьют в основание скалы, посылая воду в трещины и углубления с такой силой, что порода буквально разрывается. Откат воды также не проходит бесследно, к тому же волны иногда приносят с собой гальку и более крупные камни; они царапают скалу, медленно, но неотвратимо подтачивая ее и образуя порой выемки и пещеры в нижней части утеса. Нависающая верхняя часть со временем обрушивается, лишившись поддержки вымытой из-под нее породы, и образует крутой обрыв. Этот процесс бесконечно повторяется, заставляя берег постепенно отступать под напором моря. Эрозия также вызывает появление на месте разрушенных морем выступов суши таких образований, как скалы-останцы.
Геологические силы, сформировавшие знаменитые скалы Дувра, действовали в то же время и по другую сторону Ла-Манша, во Франции, под Эгрета, чуть севернее Гавра. Здесь поднимается на 70 м. над морем прекрасный образец морской скалы-останца Ла Эгий (Игла).
Растущий вверх корнями
Обитатель африканских саванн баобаб (Adansonia digitata) поражает своими размерами: ширина ствола около 10 м, а кроны – все 40, при небольшой высоте дерева (до 20 м). Еще недавно считали, что живет баобаб 4 – 5 тыс. лет, но это не подтвердилось: век его - «всего» лишь около 1 тыс. лет.
В сухой период баобаб сбрасывает листья и имеет тогда вид дерева, растущего вверх корнями. Африканская легенда гласит, что однажды бог рассердился на баобаб и воткнул его в землю корнями вверх. Каждый цветок баобаба живет только одну ночь и вянет на рассвете. Лакомясь пыльцой и нектаром цветков, летучие мыши и лемуры опыляют их. Ночью эти животные таинственно шуршат листвой на дереве. Недаром африканцы верили, что в каждом цветке баобаба живет дух.
В засушливый сезон баобаб покрыт съедобными плодами, похожими на крупные огурцы. Стаи павианов целые дни проводят на баобабах, собирая плоды и лакомясь мучнистой кисловатой мякотью, освежающей в жару. За это баобаб прозвали обезьяньим хлебным деревом.
Стволы у баобаба обычно полые, выгнившие внутри. Порой они могут наполняться водой, превращаясь в «естественные бутыли» огромного размера. И древесина баобаба насыщена запасенной влагой. Во время засухи измученные жаждой слоны часто крушат баобабы бивнями, ища воду. Немецкий натуралист Бернгард Гржимек писал: «Когда я вижу среди опаленной солнцем равнины сломанный слонами, рухнувший баобаб, я думаю о том, что вот сейчас где-то рядом павиан разламывает твердую оболочку плода баобаба и роняет на землю семена. Большая часть их погибнет. Но одно-два смогут укорениться в сухой почве. Новый гигант будет простирать к небу свои короткие мощные ветви, когда о нас с вами никто уже не вспомнит».
Это цитата сообщения -KRASOTA- Оригинальное сообщение
Художник Cornacchia/ PhotoArt
В своих работах совмещает оригинальные сказочные идеи, мастерство фотографии и цифровую живопись.
Ее птица
[577x699]Здесь предыдущая серия ее работ Computer Graphics
Ниже представлены картины в стиле PhotoArt -фотоколлажи из собственных исходников
Потрясающе необычные "полотна" Кетнера - это живопись акрилом по дереву, что принесло ему славу и признание, а также место в плеяде не-азиатских художников, добившихся успеха на поприще японского арта.
[402x500]
Джон Мэйкпис (John Makepeace) и созданные им деревянные шедевры
Живопись на ножах
|
Сумки от Caitlin Phillips (Кейтлин Филлипс)
выглядят как книги, но внутри у них не страницы, а совсем другая начинка: тканевый материал, кнопки и крепления для ручек. Сумки-книжки изготавливаются таким образом, чтобы их внутренняя отделка по стилю и по цвету гармонировала с обложкой. Она должна "вырастать из самой книги, быть ее продолжением", по словам самой Кейтлин.