***
Благословенно
таинство ухода:
веселый звон
разорванных сетей,
кружение небес,
исчезновенье дней...
Твое Дыханье.
Тишина.
Свобода.
27.09.2012
Михаил Щербаков
Душа, каких похвал еще тебе, ворожее?
Ликуй: все обошлось примерно так, как ты рекла.
Всерьез на этот раз я превозмог небытие,
Воскрес, уехал вдаль, построил дом, завел щегла.
Он мал, неискушен, и разучил пока всего
Семь нот... Но две из них он перенял у соловья.
Когда и упрекну кого-нибудь, то не его:
Он пленник, он певец. Совсем как ты, душа моя,
душа моя, душа моя...
Это цитата сообщения presviteros Оригинальное сообщение
Радость
"Ныне радость на небе и на земле, ибо светоносный и Животворящий Крест Христов является миру, демоны бегут от него, недуги исцеляются им, мрачная тьма прогоняется и все концы земли просвещаются".
Святитель Иоанн Златоуст.
Обнаружила в перегруженном пространстве сегодняшнего дня, где-то между Гришкиным логопедом и семейным ужином, никчемушных сорок пять минут, отправилась бродить вокруг канала, в надежде поймать за рыжий хвост лист пробегающую мимо осень. Осень не поймала: «Слишком много мыслей». Помните, в «Последнем самурае» мастер так объясняет причину, по которой ученик не успевает отражать удары: «Слишком много мыслей».
Так что осень я не поймала, но мне досталось одно прекрасное ее мгновение. Навстречу шли вдоль берега, держа друг друга за руки, юноша и девушка. В свободных руках они держали полиэтиленовые пакеты, из которых у нее выглядывала несуразно большая компьютерная клавиатура, у него – то ли вверх тормашками засунутый букет, то ли банный веник. Невысокие, встрепанные, и не особо красивые бы, если бы не…
Внезапно они оба остановились, опрокинув восхищенные лица в небо, и, синхронно поворачивая головы, долго провожали глазами – журавлиный ли клин, стаю ли уток, я так и не узнала, - невозможно было оторвать от них взгляд…
Икономи́я (от греч. οικονομια — устроение дома, дел) — в христианстве принцип решения церковных вопросов с позиции снисхождения, практической пользы, удобства. Икономия имеет определенные границы (см. акривия).
Икономия — способ отношения к поступкам христиан, когда смысл пастырского действия переносится на возможные последствия и ради их «исправления» отменяется епитимия за проступок. Это даёт пастырю возможность принимать решение, нарушающее букву церковного канона, но не противоречащее его духу.
Так, ради неверующего супруга, не желающего вступать в церковный брак с христианкой, последняя, живущая с ним ради любви, не обвиняется в грехе, но признаётся супругой. Или солдату, уходящему на войну, может быть разрешено обвенчаться даже во время Великого поста. Но икономия ни при каких обстоятельствах не может позволить или оправдать греховный поступок.
Икономия — это неприменение канона или дисциплинарного правила там, где его настойчивое применение может вызвать соблазн и новый грех. Акривия, напротив, есть твёрдое применение правила и канона.
«Воля к воле добивается… всеобщего учета и упорядочения, но только ради безусловной возможности продолжать обеспечение самой себя. Основную форму проявления, в которой воля к воле организует и проектирует сама себя среди бессобытийности мира законченной метафизики, можно сжато назвать техникой… Воля к безусловному обеспечению вскрывает лишь всестороннюю необеспеченность… Признаки последней оставленности бытием — проповедь „идей» и „ценностей», постоянные метания призывов к „делу» и к непременной „духовности». Все это заранее уже втянуто в механизм обеспечения процесса упорядочения. Последний в свою очередь обусловлен пустотой бытийной оставленности, внутри которой расходование сущего для манипуляций техники — к ней принадлежит и культура — оказывается единственным способом, каким пристрастившийся к себе самому человек еще может спасти свою субъективность, взвинтив ее до сверхчеловечества. Недочеловечество и сверхчеловечество — одно и то же».
В эпоху безусловного и полного опредмечивания всего, что есть, «сам человек и все присущее человеческим сообществам становится просто наличным составом… То, что превращенное в «человеческий материал» человечество ставится на второе место после сырьевых и материальных ресурсов, зависит не от будто бы материалистического предпочтения вещества и энергии человеческому духу, а коренится в безусловности самого опредмечивания, которое должно все состоящее в наличии, какого бы рода оно ни было, ввести в свое обладание и это обладание себе обеспечить.
-Мама… Ты чувствуешь слово? Слово в музыке?! Она словно говорит с нами!!
Это цитата сообщения protvladimir Оригинальное сообщение
Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года
(Мк. 11, 11-23). Смоковница покрытая листьями была благолепна на вид, но не удостоилась одобрения от Господа, потому что не было на ней плодов, а плодов не было потому, что не было внутренней плодородительной силы. Сколько таких смоковниц бывает в нравственном смысле! На вид все исправно, а внутри ничего нет. Степенны, честны и все христианское исполняют, а духа жизни о Христе Иисусе не имеют; оттого не имеют плодов живых; а то, что есть в них, только кажется плодом, а не есть. В чем же дух жизни о Христе Иисусе? На это скажем: одно в нем от Господа, а другое от нас. Что от Господа, то собственно и есть плодородительная духовная сила; а что от нас, то только приемник этой силы. О последнем и позаботься больше. Тут корень - чувство, что ты погибающий и что если не Господь - погибнешь: отсюда во всю жизнь, при всех делах и трудах - сердце сокрушенно и смиренно. Далее, как будущее безвестно, а врагов много и спотыкание возможно поминутно, то страх и трепет в содевании спасения и непрестанное вопияние: "имиже веси судьбами, спаси мя ". Горе почивающему на чем-нибудь, кроме Господа; горе и тому, кто трудился для чего-нибудь, кроме Господа! Спроси себя, трудившийся в делах, которые считаются богоугодными, для кого трудишься? Если совесть смело ответит: только для Господа - добре; а если нет - то ты созидаешь дом на песке. Вот несколько указаний о плодородном внутреннем духе. По этому и о прочем разумевай.
Это цитата сообщения Иван_Орлов Оригинальное сообщение
истории уставший лик
там под разбитой позолотой
беспомощный и косоротый
стихает крик
там не отбыв свои срока
уроков снов и географий
в чужом букете биографий
твоя горячая строка
теряет свой приличный вид
букварь читается с улыбкой
под грамматической ошибкой
твой росчерк крошечный стоит
Стою в монастырском храме, мерзну, очи долу, мысли невесть где. Вдруг перед глазами - босые старческие ноги в сланцах. Вздрагиваю, глаза поднимаю. Сердитый пожилой монах, гоняющий детей за шалости и баб за джинсы и голые плечи…. Прониклась благоговейным уважением.
Одна: мои причащались в прошлое воскресенье. Навстречу велосипедисты: отец и два пацаненка, лет пяти – семи. Он с рюкзаком, они с рюкзачками. Уставшие, сосредоточенные. Домой, стало быть, возвращаются, после совместного неблизкого путешествия… Трогательно.
Через несколько минут – еще велосипедист. Мальчишка лет десяти, в руке руль, в другой – пакет с продуктами, в зубах – пустышка с большим белым кольцом. Стреляет смешливыми глазами по проезжающим встречным машинам, вот-вот расхохочется...
Еду, говорит, сейчас мимо кладбища, на дороге мужик сидит. Прямо на проезжей части. Молодой, пьяный. Сначала мимо проехал, потом понял, что не только в алкоголе беда, вернулся. Да, так и есть, у него нога сломана, лежит навыворот, не шевелится. Что, спрашиваю, случилось. Говорит, машина сбила и уехала, часа два-три у обочины сидел, не остановился никто. Разозлился вот, на проезжую часть выполз, пусть, мол, добивают, раз помочь не хотят.
Муж помог, конечно, шину наложил, в больницу доставил… Но два с половиной часа!!!