[142x217]
Быть неформатным, это удобно. Причем всем. Ну, как сказать автору – писать не умеешь, печатать не буду. Вот же он – такой приятный, и фильмы смотрит и много книг читал, и анекдоты рассказывать умеет.
Автору тоже приятно. Почему не публикуют? Понятно же, я же выдающийся, не такой как все, неформатный.
Формат – это рамочка такая. Влезет – не влезет. Если влазит – повезло, проще читателю объяснить чего это такое. Приходит женский иронический детектив. Рамочка понятная – рамочку долго-долго Донцова лепила. Все понятно с боевиками и классическими детективами, женскими романами и фэнтези. Формат чем хорош? Для него в книжном магазине уже полочка есть.
А то ведь как бывает – написал человек женский роман, только действие в космосе, а главный герой женщина, но у нее много рук и ни одной ноги, потому как она с Юпитера. Вот нет такой полки в книжном магазине. Есть одна большая свалка под названием «Современная проза». И ведь нельзя сказать, что женские романы непременно без инопланетян должны обходится, только вот не продать… Точнее не продать без сверхусилий - реклама, продвижение, то есть деньги, большие деньги.
Если повезет, то роман с многорукой женщиной с Юпитера станет таким известным, что появится новый формат, и оглянуться не успеешь, как будет специальная полка во всех книжных для любителей неземной, наконец-то, в прямом смысле любви.
Еще один случай неформата, это несоответствие языка и сюжета. К примеру, сюжет из боевика, а язык – сплошной Cosmo. Тут и деньги не помогут, придется довольно долго ждать, когда любители боевиков станут любителями глянцевых журналов. Что-то мне подсказывает, что к этому моменту, они перестанут быть любителями боевиков. Я как-то даже за их пол к этому моменту не поручусь.
Но худший вариант неформата, это из серии «я так вижу». Удивленный редактор спрашивает: «А чего у вас с финалом как-то не сложилось? И главный герой на половине книги пропал куда-то, и вот с пятидесятой по сотую страницу у вас текст почему-то на греческом и даже без перевода?» Автор, конечно, не сдается и приводит в пример Толстого, мол, писал на французском и ничего, а если в стране до сих пор не полиглоты все поголовно, то кто им виноват?
И наконец, не последний, но самый глухой случай, это из серии «не хочешь - заставим». Обычно это книги для детей и подростков. Принесет человек сказку, где довольно подробно рассказывается об устройстве доменной печи, реакции фотосинтеза, а заодно про свойства квазаров и опять–таки на робкий вопрос, а почему вы решили, что это дети читать будут, следует решительное – вы что же хотите, чтобы они выросли идиотами?
То есть не важно, как написано, важно, чтобы о полезном, о нужном.
Часто члены союзов писателей приносят патриотическое, тоже все равно, как, важно, что о любви к родине. Тут формат выстраивается легко, всего-то - отмотать время к 1937-му. Не прочел – десять лет без переписки. Прочел, не смог пересказать? На поселения.
Есть еще один неформат. Самый сложный. Классический роман. Все знают, что он есть и никто не пишет. И уже как-то даже полки в магазине нет.

[166x304]
Простите за украинский. Слушал «Океан Эльзы» и как-то торкнуло. НЕ БЫВАЕТ В БОЛОТЕ ВКУСНОЙ ВОДЫ.
Надо бы сделать такую татуировку на лбу и по утрам смотреть на неё в зеркало. Чтобы не забыть, каждый раз, когда приходит в редакцию очередное земноводное.
Это странно, но издательству нужны авторы.
Не нужны: люди глупые и умные, богатые и бедные, больные и здоровые, члены творческих союзов, партий, дум, в том числе Гос. Вообще не нужны люди, которые знают, как правильно издавать книги и как нужно их продавать. Можно мягче - МЫ таким людям не нужны.
Совершенно не интересуют специалисты по пиару и маркетингу. Только как приложение к тексту. Реклама не может заменить, может только помочь, если текст есть, и только мешает, если вместо текста убожество.
Не требуются те, у кого есть знаменитые друзья.
Без обид. Мы умеем работать с Писателями. Мы готовы им все простить, и почти все понять. Я лично готов поменять свои визитки на новые, где моя должность будет обозначена «крайний», но только в том случае, если речь идет о писателях.
И совершенно не понимаю о чем можно говорить, если нет текста. Не надо звонить, встречаться, пристально смотреть в глаза. Не работает. Будет текст – будет, о чем говорить. И полтекста, который когда-нибудь, кто-нибудь допишет, перепишет – не нужен тоже. Дуракам, начальству и редактору – полработы не показывают.
На рынке бездна издательств, мы – худшее. У нас бесполезно петь, одеваться со вкусом и раздеваться с прогибом, и НЛП на нас не действует тоже. Ущербные мы. Однобокие. Не понимаем перспектив.
Фишка в том, что существует только одна по-настоящему твердая валюта. Час, минута, год. Не стоит разменивать её на то, что нельзя издать. Даже если на презентацию книги придет самая настоящая звезда из телевизора и всем улыбнется... Черт, надо срочно делать татуировку, опять - чуть не повелся.

Как-то иначе стали здороваться. Знаете, та особенная интонация, когда знают, что у тебя проблемы, но говорить об этом неловко, поэтому просто чуть мягче жмут руку, и смотрят куда-то в сторону. Держись, мол, товарищ издатель.
Это все к тому, что наступает электронная книга. Я даже не хочу говорить, что она наступает, но как-то уж очень незаметно, то есть буквально ползком, причем в двух городах на всю страну. А стоит она довольно заметно, и поэтому, встречая человека с «читалкой», я каждый раз пытаюсь понять – он так богат, потому что при существующей цене, «читалку» есть смысл покупать уже после классного ноута штуки за три, телефона за штуку… и что он тогда делает в метро? А может, он единственный в кругу своих друзей умеет читать, они ему сбросились на «читалку», а он им потом пересказывает содержание книг.
Конечно, всяк говорит о том, что в электронную книгу можно запихнуть целую библиотеку… можно, проблема в том, что у нас люди читают в среднем (это кроме тех 45% процентов населения которые не читают вообще) одну книгу в месяц. Дальше математика – 12 в год, стоит это удовольствие две тысячи рублей. ТО есть у среднего человека читалка начнет окупаться через пять лет. Кстати, какой у нее там гарантийный срок? Год? Ну-ну.
Но я даже не об этом. Я о том, что не надо издателя путать с директором типографии. Типография, склад, бумага – это средство, костыль, который помогает продать купленные авторские права читателю. Что, в электронном виде не нужен редактор? А в каком, как вы думаете, виде мы сейчас работаем с рукописями? Про word слышали?
Роль редактора, роль книжного продвижения, роль издательства в новых условиях только увеличится, потому что уменьшится роль целлюлозобумажных комбинатов. То есть в принципе готов принимать не соболезнования, а поздравления. Правда есть действительно серьезная проблема. Пираты.
То есть она может стать серьезной, как раз в тот момент, когда электронные книги станут дешевыми. О пиратах как-нибудь в следующий раз, но одну забавную вещь напишу.
Кто страдает от пиратов? Писатели. Реально – книг не покупают, всё качают из сети. Теперь забавное. Я коллекционирую писателей, которые жалуются на пиратов и одновременно гордо рассказывают о том, что и как легко они скачали. Бесплатно. Я к тому, что примерно в тот момент, когда писатели перестанут нарушать авторское право, мы обнаружим, что живем в другой стране, где побороть пиратов плевое дело. И еще – в этой самой стране всяк читает, причем много, а издатели думают – купить или не купить Газпром. Свободных денег валом, отчего бы не купить что-нибудь ненужное?

[350x537]
Писать детские книги трудно. Я про хорошие. Фокус в том, что их нужно писать также здорово, как и взрослые, только вы не можете употреблять половину слов, три четверти сравнений, вообще нельзя умничать… и все это должно быть, как минимум, захватывающе. Писатель, привыкший писать для взрослых, и который вдруг решил написать детскую книжку, обычно, выглядит, как хоккеист, у которого отобрали клюшку, коньки и шайбу. Задача прежняя – надо забить гол, только непонятно, как и чем.
У Наринэ Абгарян все оказалось серьезнее. Она написала не просто хорошую детскую книжку, но её еще и взрослые читают – не оторвать. То есть у хоккеиста забрали и ворота тоже, но гол он все-таки забил.
Я не знаю, как у неё это получилось. Можно анализировать сюжет, можно пытаться найти аналоги, правда, кроме «Денискиных рассказов» в голову больше и не идет ничего. Ну, попробуйте вспомнить книгу, которую вам хотелось бы почитать вслух своим детям… и чтобы им это тоже понравилось? Трудно?
Наверное, дело в том, что к стандартному набору, из которого получаются авторы просто хорошие, добавилась главная составляющая. Нет, не угадали, не талант. Любовь. Потому что детская книга для взрослых или взрослая книга для детей, под названием «Манюня»… это книга о любви. И написать её мог только особенно остро влюбленный человек.
Спасибо тебе, Наринэ!

Есть вещи, которые показывают по телевизору. Про то, как из арбалета по киту. Как на желтой Калине по шоссе. Ну или с белыми медведями где-то на дне Байкала... Дела важные, и картинка получается - все каналы в восторге. Непонятно, правда, где все эти каналы были раньше, ведь и киты, и белые медведи, и даже Байкал существовали до, и хочется верить продолжат свое существование после. НО я не про это.
Я про то, что отчаянно завидую всем этим полярникам, глубоководникам и АвтоВАЗу - ну нечего книжникам предложить такого красивого премьеру. НУ, представьте репортаж - читал мол Владимир Владимирович книгу. И что? Где тут экстрим? Где мужество, решимость и харизма? Книгу любой читать может, это тебе не на продукции отечественного автопрома рассекать.
Но в душе все равно мечтаешь. Просто как-то так незаметно мы - нет, не подобрались, давно пересекли ту черту, за которой, чтобы о книге сказали в новостях, надо либо сжечь издательство, либо убить автора. Незаметно так, уже и книга - не книга, а бумажный гаджет, и автор - не автор, а шоумен от литературы. Вдумайтесь, ведь нет того отечественного автора, от которого бы страна ЖДАЛА новой книги. Вот нет такого, чтобы - ХОЧУ ПРОДОЛЖЕНИЯ!
Понятно, что интернет, ТВ, но ведь там, у них, где никогда поэт, не был больше, чем поэт - все хорошо и никакая глобальная сеть вместе с Голливудом тамошним книгам не мешает. Новое издание, это событие для CNN и для Times... Но что нужно сделать, чтобы писатель в России не был меньше чем писатель? Чтобы новая книга волновала кого-то еще кроме подслеповатых ведущих, как правило оплаченных, книжных обзоров?
Быть может, просто вернуться к истокам профессии. Вспомнить, что есть журналисты, модели, политики и лицедеи и пусть все они делают то, что умеют (на самом деле умеют плохо, но пусть хоть больше никуда не рыпаются!).
А есть, их мало, люди, которым дарован талант писателя. Они часто плохо танцуют и скверно поют, редко обаятельны и почти обязательно с каким-нибудь тараканом в башке. Но любим мы их не за это.

Сколько стоит недописанная рукопись? Чтобы было понятно - речь не идет о Набокове, Мопассане, Булгакове или ну хотя бы Минаеве. Автор одной книги. Которую особо никто не заметил. И на складах лежит в немерянном количестве. Нераспроданная. Хочется устроить викторину. Еще не всё. Еще, автор ставит условие, он готов дописать, надо же - все же готов, но только если ему заплатят много, причем не только за эту рукопись, но и за её продолжение, которое конечно же, когда-нибудь будет.
И вот все это услышав, я как-то не готов даже торговаться. Как-то хочется просто послать. Потому как - дайте текст - будем говорить. Рассказывать о том, какой текст кто может написать, если много заплатить, можно до бесконечности.
Фишка в том, что в тот самый момент, когда я себя чувствую умным, который не дает себя провести, тупой автор все же находит издателя, который таки покупает за изрядное бабло полуфабрикат. И понятно, что следующая книга автора, будет точно также пылиться на складах. И понятно, что умный автор никогда бы так не сделал. А тупой добился своего и денег заработал, а самое интересное начнется дальше. Дальше он приходит к очередному издателю с очередным недороманом и удивленно так вопрошает - ну за третью-то книгу я получу больше, чем за вторую?
Лоботомия. Верный путь в миллионеры.

На Невском открылось Литературное бистро. Рядом с Литературным кафе. Жестко. Странно , что рядом, а не вместо, и что бистро, а не фаст-фуд. И как-то тянет на двойные названия. Люблю-Люблю. Ужас-ужас. Медведев-Медведев. И ведь все будет продаваться. И почти без зависимости от того, что под обложкой. И понимаешь, что на странный вопрос: "Нужны ли издательству авторы?", - нужно отвечать: "Нет"! Издательству нужны книги.
Но автору, который спрашивает сколько денег он заработает, если напишет шедевр, смело озвучиваю сумму нобелевки по литературе. Я ведь прав? Если шедевр?
А всерьез, было время, когда довелось мне заниматься клиподеланием. Сидим мы как-то над очередным шедевром - монтируем уже отснятое - получается неплохо, но не шедевр. И тут наш видеоинженер подкладывает под уже смонтированный ряд - "All you need is love". И клип как-то резко похорошел.
Я про то, что все-таки лучше когда гениальная спекулятивная обложка и правильное название на настоящей книге, а не на телефонном справочнике.